Бренность

В доме, что когда-то говорил о жизни,где долгие годы тихо покоились в старых комнатах,время шло, пока не оборвало свой бег,и всё растворилось в небытии.Аурелия Люфтнер — имя, тихий звук,дыхание, едва коснувшееся мира.Её бытие было кругом, скромной наградой,жизнью, что текла в одном и том же русле.Сорок лет она держала этот дом,как будто он был частью её, верным ядром.Она твёрдо верила, что унесёт его с собой,когда однажды покинет земное — далеко, в вышине.Но когда она ушла в двадцать четвёртом году,не осталось места, что сохранило бы её желание.Дом продан, опустошён, выпотрошен полностью,как будто мир никогда и не знал о её существовании.Кухни больше нет, комнаты пусты,голые кирпичи, будто и не было там жизни.И вдруг я замер, погружённый в свои мысли,и глубоко почувствовал, как мимолётен я сам.Я всегда знал, что всё должно разрушиться,что нет ничего вечного, кроме дела и духа.Но никогда прежде меня не поражал этот ясный вывод:как сильно жизнь уводит нас в забвение.Ведь всё, что мы строим, утекает как песок,и всё, за что мы держимся, растворяется.Ни дом, ни вещь, ни взращённая земляне избегнут великого, тихого бега времени.Но странно: именно потому, что она ничего не оставила,ни могилы, ни камня, ни слова, ни последнего снимка,она оставила во мне знание, что пронзает насквозьи наполняет меня новой глубиной.Так её воля учит большему, чем громкие песни,большему, чем памятник, стоящий под дождём.Она вновь пробуждает во мне старые вопросыи показывает, как быстро мир исчезает в переменах.И теперь, когда я чувствую свои собственные годы,я яснее понимаю, что творит время:что мы лишь гости на этой сцене,и каждый шаг тонет в пыли дорог.Аурелия Люфтнер, которую те, кто знал её ближе, ласково называли «Рели», была известной личностью в Зальцбурге, чья биография была тесно связана с местной городской культурой и традициями кофеен, при этом она родилась 7 июля 1931 года и скончалась 7 декабря 2024 года в возрасте 93 лет в доме престарелых в Гросгмайне. На протяжении многих лет она была узнаваемым лицом в старом городе Зальцбурга, поскольку работала официанткой в традиционном кафе «Томазелли» на площади Альтер Маркт, где десятилетиями обслуживала местных жителей, постоянных клиентов, а также международных гостей фестиваля. После выхода на пенсию она вела очень размеренную и уединённую жизнь, наполненную постоянством и трудолюбием, и более 40 лет прожила в собственном доме. В то время, когда её муж был ещё жив, их совместные будни скрашивала маленькая собака по кличке «Пфиффи», которую после её кончины похоронили в собственном саду. После смерти супруга она жила в своём доме одна как вдова, при этом последнее десятилетие её жизни было заметно омрачено периодами одиночества и скорби. Поворотным моментом в её преклонные годы стала встреча с черно-белой кошкой по имени «Луна», которая однажды прибилась к ней, стала экзистенциальной опорой для пожилой женщины, каждую ночь спала в её постели и помогала ей справляться с одиночеством в старости. Она прожила в этом собственном доме почти до самой смерти, пока из-за физических ограничений не перестала поднимать руки и, как следствие, не могла даже достать чашки из выдвижных ящиков. Из-за этих угасающих сил свои самые последние месяцы жизни она провела в доме престарелых в Гросгмайне, где в конце концов мирно скончалась, завершив тем самым долгую зальцбургскую жизнь, отмеченную личной скромностью и непритязательностью.