Миниатюристы-4 Наша зависимостьМаргиналии на полях

1.Мои маргиналии на полях» «Записных книжек» Ильфа; 2. средневековые маргиналии; 3. рукопись Пушкина; 4. страница из моего конспекта ВМА.

«Писать. Непременно писать, подбирая слова для новых предложений, закручивая их в интригу. Вывести мысли, не дающие покоя внутри, за пределы — в общественное пространство. Выплеснуть их, сделав достоянием всех, кто их прочтёт. Рассказать о самом главном, обо всём, что так будоражит, от чего иным путём невозможно избавиться.
 Что это я? Но не обо всём, конечно, стоит писать. Часть мыслей —спрятать среди высказанных. А вдруг их поймут превратно? Что обо мне напишут? Нет, писать... не надо», — подумал он. Всё перечеркнул и уставился в потолок.

Не станем уподобляться такому антиминиатюристу. Снял с книжной полки «Записные книжки» Ильи Ильфа, чтобы перечитать. Выбрал эпиграф: «Смешную фразу надо лелеять, холить, ласково поглаживая по подлежащему» (И. Ильф). Смешно для тех, кто любит русский язык и задаётся вопросом: «О ком или о чём говорится в предложении?».

 На страницах «Записных книжек» обнаружил свои старые маргиналии, сделанные карандашом на полях двадцать лет назад. Тщетно пытался дополнить Ильфа. Ехал в региональном поезде из Вильгельсхафена в Ольденбург, а под рукой не было «Мусорной книги» — осталась в пустой квартире на Мюллерштрассе.
Избранные маргиналии: «Никогда никуда не спешил, на собственные похороны пришёл с опозданием в пять лет»; «утром тело постепенно оживает, начиная сверху вниз, и вот — захотелось в туалет»; «приговор — от высшей меры и выше»; «о заморских поэтах: 96% ШикСпирт (отлично), Выльем Шикспирт (плохо), о разбойниках — Шиллер, Киллер и Шуллер, Шекспирт утверждал, что ОтТелла дель Моро исходил запах удушения, и Дездемона Брабанцио его с ужасом почуяла».
 
Или вот минисонет с нарушением классической структуры (14 строк: 2 катрена, 2 терцета, т.е. строфика 4-4-3-3). Минисонет (4-3) с посвящением: «Ты».   
«Пленники забвенья суеТы. / Пепел позабытой сигареТы. / Не к чему слагать сонеТы / Памяти — засохшие цвеТы /  Пустопорожние мечТы: / Где же Ты, / Где Ты?» Минисонет хорош был тем, что преображался в парадокс и запоминался намертво. Классический сонет Самуила Маршака, который мне нравился, я тоже «кастрировал» до 4-3, поддавшись его мысли о бесстрашии и вспомнив о «поглаживании подлежащего» — вдохновении.

«У вдохновенья есть своя отвага,
Своё бесстрашье, даже удальство.
Без этого поэзия — бумага,
И мастерство тончайшее мертво.
...
Такою встречей можешь ты гордиться,
И перед тем, как навсегда проститься,
Ей посвяти последний свой сонет»

На заре возникновения рукописных книг на их полях возникали так называемые маргиналии в виде рисунков или надписей, порой даже не соответствующих основному тексту произведения. Распространённый пример — «Апокалипсис» с роскошно выполненными сценами конца света, а на полях — надпись переписчика: «Как болят пальцы от холода» или «Когда я наконец закончу эту главу».

К слову, marginalis переводится с латыни как  «находящийся на краю», «приграничный». В некотором смысле миниатюра — приграничная литература, а миниатюристы — литературные маргиналы, находящиеся на краю классической литературы, противореча последней своим малым объёмом текста или образа.