Чемодан

На вокзал Андрей пожаловал в такую рань, что стыдно сказать. За шесть часов до отправления поезда! За шесть! Взглядом пронзил зал ожидания: где здесь приземлиться? А, вон местечко! И с рычанием спортивного болида – ну, почти – покатил туда свой чемодан, дабы никто, более проворный, не урвал драгоценный уголок. Финишную черту, разумеется, пересек первым. Других претендентов просто не оказалось. Безальтернативно шел к цели. Хотя, признаться, и самому с собой посоревноваться – удовольствие изрядное.
Андрей плюхнулся на лавку. Огромный красный чемодан зажал между ног, на тот случай, если вдруг задремлет, чтобы почувствовать, когда люди с не добрыми намерениями попытаются его экспроприировать. Рюкзачок с документами и прочими оперативными ценностями – на колени, и крепко-крепко прикрыл руками. Естественно, также в целях безопасности.
«Фу-у-у», – выдохнул он, и мысленно добавил: «Сиденье – свет, а не сидящих – тьма». Удивился – какой пронзительный афоризм получился. Надо будет запомнить эту мудрую мысль.
А вот теперь можно и осмотреться.
Огляделся.
Андрей просидел с полчаса.
«Не такой уж и свет, если торчать на одном месте», – опроверг он свою первоначальную, оптимистичную мысль.
Устал.
Встал, не отходя от священного места. Его взгляд уперся в некое громоздкое железное чудище в центре зала. «Эх, могли бы и лавки поставить, – подумал Андрей, – больше бы мест для отдыха было, и не гонялись бы люди за свободными сиденьями». Сидел Андрей и разглядывал это сооружение. И так ему захотелось узнать, что это за зверь такой, мимо которого он полчаса назад пронесся, как ветер, к свободному месту, даже и не заметив его. И вот теперь, рискуя безвозвратно потерять обжитую точку, с печалью бросив взгляд на образовавшуюся после своего вставания щербину на скамейке, плотно усеянной людьми, покатил свой чемодан на встречу неизвестности.
И что же это такое?!
Оказалось, обычное и простое – огромный массив автоматических камер хранения. В три этажа! Соблазнительно! Наверняка эти камеры надежнее его двух коленей, обнимающих чемодан. С торца – пультик управления. Не искусственный интеллект, конечно, но все по-современному. Цифровое! Шлеп-шлеп – на кнопки надавил, данные ввел, нужную сумму за пять часов хранения отвалил… СМСку со штрих-кодом получил, а вот бумажный чек с таким же кодом из узкого чрева пультика так и не вышел. Андрей постоял еще немного, подождал. Постучал по автомату: «Отдай, железяка, бумажку!» Реакция – нулевая. «А зачем он нам, этот клочок бумаги со штрихами, – подумал Андрей, – мы ж люди современные, с техникой если уж и не на «ты», то далеко не на «вы»».
Красный чемодан уютно устроились в камере, дверка затворена, обнадеживающе щелкнул замок. Андрей на всякий случай подергал дверцу – закрыто. И, хотелось бы думать, надежно.
Отошел.
Подумал.
Вернулся обратно.
Еще раз попытался открыть металлическую дверцу. Не поддалась.
Вздохнул с облегчением. Теперь можно не беспокоиться за судьбу чемодана. И уже спокойно, с рюкзачком на плечах, что называется налегке, пошел к выходу.
Есть несколько часов на прогулку по Москве.
Решил направиться на  Арбат, пройтись по прекрасной улочке, в кафе посидеть…
Насытившись московскими впечатлениями, Андрей вернулся на вокзал. Посмотрел на часы: до отхода поезда – тридцать пять минут, через пять минут объявят посадку. Пошел забирать чемодан.
Достал телефон: Интернета нет!
Внутри Андрея прогремел взрыв тактической ядерной бомбы. Шатнуло. Устоял.
«Так, что делать? Интернет – не деньги, взаймы не возьмешь. Ну, или возьмешь! Но кто даст. Знакомых-то нет. Ведь не подойдешь к первому, второму или даже третьему встречному и не скажешь: «Поделись интернетом, брат?»
Андрей включил свои мозги на турбо-режим.
«А-а-а-а! – елы-палы! – пронеслось в голове. – Ведь в целях экономии энергии он же сам и отключил мобильные данные и Wi-Fi поиск!»
«Вот дурак, вот дурак, – нелестно отозвался он о себе. – Сейчас ошибочку исправим, чемоданчик свой достанем».
«Умные люди придумали такой электронный способ закрывания камер хранения, - подумал он, - нет Интернета, есть Интернет этим электронным мозгам все равно. Можно было и не печалиться по данному поводу. Наличие или отсутствие Интернета не влияет на ранее сохраненные материалы и данные».
Андрей бегло пробежал глазами по сохраненным СМСкам.
Штрих-кода нет!
Андрей взглянул на часы. Ахнул – до отхода поезда осталось двадцать минут. Потряс головой – успокоил себя. Нервы собрал в комок, будто снежок слепил. И стал медленно и системно изучать входящие СМС. Да, вот информация об оплате за хранение. Значит, рядом должна быть инфа со штрих-кодом. По логике! Но штрих-кода нет!
Не зная, что делать Андрей подбежал к своему ящику. Подергал дверцу – крепка, зараза!
Вновь изучил все СМС-сообщения. Штрих-кода нет! И как быть?! Дилемма проста: либо бросать к чертовой матери чемодан, попросить кого-нибудь из московских друзей его потом забрать и бежать на поезд, либо – ну его к лешему, этот поезд – заниматься освобождением из железного плена чемодана. Тот и другой вариант – не подходят. Не для нас!
Ситуация – патовая.
Андрей взглянул на часы. До отхода поезда осталось пятнадцать минут.
«Что оно так быстро бежит, это время? – пронеслось в голове. – Порой стоит на месте, а тут – курьерским мчится». Ох, зря он про поезд вспомнил. На душе стало еще горше.
Андрей рванул вдоль вокзала, в сторону входа-выхода. Вот она, стеклянная будка дежурного! Вот оно, спасение, сияющее ярким светом! Но будка пуста, как в данный момент голова Андрея!
Он уже замахнулся, чтобы со всей дури шарахнуть ногой по стеклянной двери, как краем глаз увидел чуть в стороне табличку: «Помощник дежурного по вокзалу».
Андрей – туда.
У самой двери столкнулся лоб в лоб с женщиной в железнодорожной форме.
Он к ней:
– Ящик камеры хранения не открывается, поезд через десять минут отходит, чемодан взять не могу!
Не слушая ее ответа, схватил женщину за руку и поволок за собой, к камерам хранения. И уже на бегу стал более подробно просвещать ее в свою беду.
– Да там же телефон горячей линии есть. Почему не позвонили, – вопрошает она.
Почему-почему… Не сообразил. Потому и не позвонил.
Вот и камеры хранения. Вот и табличка. Вот и номер телефона.
Андрей судорожно набирает его и слышит ответ: «Вы позвонили на горячую линию. Если вас…»
«Это лыко-мочало, начинай с начала», – Андрей уже много раз на разных горячих линиях слышал. Можно полдня ждать, пока настоящий человеческий голос вдруг проявится. А можно и не дождаться. А до отхода поезда, который не вот рядом, а где-то там, в метрах трехстах-четырехстах, надо еще добежать.
Сообразительная женщина в форме железнодорожника уже набирает номер, чтобы пригласить живого человека сюда, к камерам хранения. Помочь бедолаге Андрею.
Андрей смотрит на часы – до отхода поезда осталось пять минут.
Он не на перроне. Его чемодан напрочь заперт в камере хранения!
Андрей в панике!
В его мозгу – череда взрывов.
Андрей с отчаянным безумством смотрит на свой телефон, который, казалось, проглотил его штрих-код, словно. Он готов его швырнуть в эти самые автоматические камеры хранения!
И вдруг телефон слегка вздрогнул, раздался негромкий звук «Пик». Андрей по привычке кинул на него взгляд: «Какая еще сволочь беспокоит его в такой ответственный момент, когда каждая секунда на счету, каждое мгновение решающее?» Ему бросается в глаза надпись: «Уважаемый пассажир, осталось пятнадцать минут оплаченного времени за хранение вашего багажа. Вам необходимо…» Строка с текстом бежит и упирается в явившийся, как ангел с небес, штрих-код! Тот самый штрих-код, из-за которого Андрей чуть не свихнулся.
Андрей бежит к своему ящику под номером 242. Подносит штрих-код к маленькому экранчику. Дверка камеры хранения открывается.
Андрей хватает чемодан.
В это время подбегает запыхавшийся мужик в форме железнодорожника, озирается.
- Кто опаздывает на поезд и не может получить свой чемодан из камеры хранения, - взволнованно бросает он.
Андрей с теплом и уважением посмотрел на мужика, сунул руку в карман, нащупал купюру, вытащил6 двухтысячная.
- Спасибо, отец, тронут, извини за беспокойство, вот возьми денежку – кофе с коллегой выпьете!
До отправления поезда осталось две минуты и тридцать семь секунд.
Со скоростью спринтера, идущего на рекорд, он бросается к перрону, катя свой огромный красный чемодан.
Выбегает на перрон. Вот он, хвост поезда. Краем уха слышит из динамика, что через минуту его поезд тронется.
Совсем немного времени осталось. Надо еще добежать хотя бы до первого вагона.
Добежал.
Ноги скользят. Он падает. Из-за этого чертова красного чемодана грохается прямо на колени. Боль пронзила все тело. Аж, искры и слезы из глаз! И, не вставая с колен, уставившись на проводника блестящими от слез глазами, с ликом кающегося грешника,  восклицает: «У меня седьмой вагон, опаздываю, вот паспорт, вот билет, пропустите!»
Андрею горько, а проводница смеется в голос:
- Два десятка лет проводником работаю и еще ни разу, никто  меня так не просил пропустить в вагон. С колен-то встаньте, слезы-то утрите. И давайте в вагон. Поезд вот-вот тронется. Я позвоню вашей проводнице, скажу, что вы из моего вагона идете.
Андрей пулей в вагон.
Все! Успел!
После колоссальнейшего получасового напряжения, когда каждая клеточка Андреева организма находилась на грани его нервных возможностей, он мгновенно расслабился. Как шар сдулся. В полуобморочном, но душевно-блаженном состоянии, прижался к стене тамбура. «Мы – это сделали, мы – это сделали.  Чемодан вырвали из цепких лап камеры хранения, на поезд не опоздали! Кто молодец? Я молодец!» - стучало в мозгу. Его сердце еще несколько мгновений тому назад катапультой рвалось из груди, стучало сильнее колесного перестука, теперь успокоилось. Андрей сам себе улыбнулся.
Из состояния эйфории его вывел истерический крик проводницы:
- А чемодан-то, чемодан!
Андрей взглядом охватил тамбур: чемодана нет!
Рванулся к двери.
Путь ему преградила проводница – поезд набирал скорость.
Андрей выглянул в еще открытую дверь.
На пустом перроне одиноко, как три тополя на плющихе, стоял его огромный красный чемодан.
Один, одинешенек!
Глаза Андрея увлажнились: эх, хороший был чемодан!
Он смотрел на свой красный чемодан, который с каждым мгновением все уменьшался и уменьшался.
И вот он превратился в меленькую красную точку.
И исчез! Как призрак в тумане.
Андрей, поправив лямки рюкзачка, поплелся в свой вагон.
Вот и купе его.
В купе – пусто.
Вот и его место.
Андрей рухнул на полку.
Заходит проводник, чтобы проверить документы.
– А, это вы опоздавший!
– Почти, – поправляет ее Андрей, пряча под столик, ноги с испачканными в коленках джинсами.
– Ну, пусть будет почти. Вам повезло. Вы в купе поедете один. Как в СВ. И без доплаты.
«Это не повезло, – подумал Андрей, – это слабая компенсация за мои страдания на грани сумасшествия при освобождением чемодана из железного плена. А затем и его потери», а сам ответил:
- Да, повезло. Спасибо! Я вообще везучий. И будьте любезны -  чашечку кофе! И попросите официантку ресторана, если можно, конечно, принести мне бокальчик вина.
И теперь уже спокойно, расправив плечи, подумал: и хрен с ним, с чемоданом! Главное жив и здоров! А вот бумажечки со штришками – все же надежнее цифровой памяти. По крайней мере, пока. После этого не спеша достал из кармана бумажник, вытащил несколько купюр и положил на столик. Это за кофе и вино. Интернет во время пути или вообще отсутствует, или работает крайне ненадежно. А без Интернета с помощью телефона вряд ли удастся заплатить.
Накатившие мысли прервал стук в дверь. Официантка ресторана принесла заказанное вино.
Двести граммов сухого вина для Андрея, что для кота капля. Ничто! Но наложившись на нервный стресс последнего часа оно сморило его. Не раздеваясь и не раскладывая постель, положив под голова рюкзачок, он лег на полку.
Насколько затяжным был сон Андрей не знал и не ведал. Он очнулся от какой-то нечаянный рывок поезда. Откинув одеяло, начал всматриваться в угол порожней полки, в уверенности, что в свете проносящегося встречного поезда увидит его угрюмо краснеющий в зареве мимолетной электрической вспышки бок чемодагна. Пусто. Андрей вскочил. Протер глаза. Еще раз бросил взгляд на соседнюю полку. Включил свет – полка пуста. Встав на колени, включив фонарик телефона, он обследовал пространства под соседней и свой полкой. Взглянул на верхнюю багажную нишу.
Пусто!
Черт! У Андрея вдруг смешались сон и явь. Он все еще никак не мог уловить границу видения и реальности.
Да, вздрогнул Андрей, так можно и свихнуться. Так уходят не чемоданы, а лучшие друзья. А тут обычный дорожный ящик для перевозки вещей, чемодан!  Впрочем, наверное, все же не очень и обычный. Сколько с ним связано, сколько пройдено, где только они не побывали, в какие только переделки не попадали.…
Андрей вновь протер глаза. Открыл в телефоне электронную почту и стал писать письмо своему московскому товарищу все о чемодане, подробно: какой цвет, какой код замка, что хранится в его чреве… Все-все. А в завершении написал: «Володя, дружище, тебе покажется смешным, а, возможно, и бредом слегка спятившего товарища, но очень прошу тебя съездить на Казанский вокзал и обратиться в «Стол находок». Вдруг этот мой красный чемодан там. Если он живой, то возьми его. Буду в Москве – заберу.
Отправив электронное письмо товарищу, Андрей взглянул на часы – 00.00 часов. Полночь.
Андрей выключил свет. И его тут же накрыл крепкий сон человека, выполнившего свой долг. И он не знал, что его московский  друг, Володя, настолько проникся печалью товарища, что, получив в полночь письмо, встал. Оделся. Вызвал такси и поехал на вокзал. На их с Андреем счастье чемодан оказался в «Столе находок». После слегка затянувшихся формальностей получил его. И отправился с ним домой. Задвинул его под кровать - пусть там подождет своего хозяина. Быстренько, одним пальцем отстучал добрую весть Андрею. И оправил письмо.  Выключил свет. И его тут же накрыл крепкий сон человека, выполнившего свой долг.