Яга

Баба яга сидела, свесив ноги и подперев рукой голову.

«Кхе-кхе-кхе, — откашлялась. – Вот чего за народ, а? Всё на меня сваливают. Всё. А я чего? Кхе-кхе-кхе, — ни то кашлянула, ни то засмеялась. – Я ж как лучше. Ну, да. Бывает погорячусь. Не со зла. От безысходности, — посмотрела куда-то вдаль. – Одиноко мне. Сколь лет уж одна, – пустила скупую слезу. – А ждать, когда кто-то на огонёк заглянет, по случайности или по нужде, это ж так тоскливо,
– вздохнула. – Вот и охота побаловать, пошалить, — расплылась в улыбке до ушей. – Не все только шутки мои понимают. Кхе-кхе-кхе».

Поднялась во весь рост. Приложила руку ладонью ко лбу. Ни-ко-го. Взмахнула руками в отчаяние. «Куды все Иванушки да Алёшеньки подевались? Скука-то какая! Тьфу! — топнула ногой. Вошла в избу. – Хоть сама на лопату садись»!

Села на лавку. Глаза потёрла.

«А загадки кому загадывать? Ну, не Кощею же? Или этому трёхголовому? Тфу! — в сердцах стукнула по колену кулаком. – А ведь раньше какая озорная-то я была! – глаза загорелись. – Теперь, вот, Ягой только и зовут. А я ж женщина. Одинокая, — подпёрлась рукой. – Вот и приходится мне неутешной, потихоньку гадости делать. Кхе-кхе-кхе», — засмеялась.