132. Течет крыша над кидалами от Перемены

132. Течет крыша над кидалами от Перемены.

Сегодня (98) Перемена снимает зонт с былых радостей тружеников Зонта. Они будут продолжать есть свои бешбармаки, но крыша над ними при этом будет течь , что значит, в страхе они будут от своих баранов и свиней. Горло у них давиться станет, глотая куски, а глаза полезут из орбит от страха, что кто-то придет и вытащит кусок изо рта. Даже олигархи, которые до 17 августа (98) сидели, вроде бы, прочно на олимпах своих банков, сегодня задним числом оформляют свои трансферы за рубеж, что по-русски называется "рвут когти". Течет крыша над ними. А спустя двадцать пять лет весь мир увидит, как потечет крыша над президентом Байденом, потом над президентом Трампом с его другом Эпштейном в Америке.

Нет покоя труженику Зла в период Перемены. Ему никогда не было покоя, но зонт давал возможность чувствовать себя , как чувствует себя прохожий во время дождя под зонтом. Теперь он чувствует себя как жилец дома, в котором прохудилась крыша. И течь крыша над тружеником будет с каждым днем всё больше и больше.

Фильм "Кидалы" (98) показывает, что не покоя жаждет труженик Зла в этом мире: он жаждет  активной жизни и сам создает такие ситуации, в которых можно поживиться безнравстенному человеку. В фильме мать, профессиональная аферистка, не мыслит себе жизни без своей профессии, потому что заражена заразой Корысти. Своему сыну, она, вроде бы, хочет добра: говорит, чтобы он не рвался в кидалы. Но сын тоже заражён и мечтает только о совершенстве своего мастерства. В то же время сын понимает, что это плохо, и не рвется в самое жерло воронки жизни кидал, где крупные аферы и куда втягивает его молодая подруга с яркими внешними данными. Бывший партнер молодой красавицы закончил свою жизнь в психлечебнице. Она же, ухватившая заразы в крупных размерах, не может удовлетвориться малыми аферами. В фильме молодой человек отказывается от крупных дел, потому что чует, чем они пахнут. Он видит, что его мать вынуждена терпеть смертельно опасные оскорбления, боится он крупной Системы. Молодая красавица на своем однако не может успокоиться и, видя в матери причину своего неуспеха, доносит на мать её покровителю. Мать, убегая от наказания, грабит сына, изымая его сбережения , попадается и, чтобы остаться с деньгами, готова и сына соблазнить. Молодая старую настигает , но побеждает старая, потому что она больше приемов знает: она "кидает" молодую так, что оставляет молодую на её смертном ложе, а сама с документами молодой бежит дальше.

Вот жизнь, в которой действует, в конце концов, только одно правило, кто кого кинет. И ни родительские чувства, ни ни нравстенные категории в таких Душах не имеют значения. Главным становится - обман, который есть зараза. Все кидалы обречены в конце закончить жизнь в жерле воронки. И сын, который пока нашел в себе силы отказаться от крупной аферы, тоже обречен, потому что воронка имеет способность вращаться: она не может не вращаться. В отличие от прочих живущих, которые живут в мире обмана, думая, что они хорошие, кидалы точно знают, что их дело криминально. Главный в мире кидал тоже знает, что  все его подопечные подворовывают у него. Такова действительность, и он терпит, если его обкрадывают в разумных пределах (10-15%). Но когда управляющий делом берет  90% прибыли, то управляющий становится главным Хозяином. Это Хозяину известно. И он жестоко карает его. Точно такие же отношения в мире Духов, которые из пятой сферы руководят людьми.

Просто живущий отличается от преступника тем, что он не ведает о нормативе, который пока не преступил. Не знает он также, что норматив есть пропуск в мир преступный, не знает умом, но чувствует. Поэтому пока не преступает. Всё градуировано как в мире преступном, так и в мире не ведающем. Преступники шагают по своим ступеням, неведающие ступают по своим. У неведающих это первые четыре ступени Вавилонской башни, у ведающих от пятой до восьмой.

Позднее на примере украинской государственного уровня коррупции весь мир увидит, что замешаны в ней и спонсирующие Украину американцы с европейцами. Поэтому сколько бы ни говорили они о необходимости ликвидации коррупции, она продолжается и будет продолжаться, пока не загнется коррупционная власть, которая жаждет бесконечно воевать, потому что в войне у неё смысл жизни.