Последний аккорд 3 часть

  Утро. Светлана проснулась от протяжного телефонного звонка. Кому она понадобилась в такую рань? На экране высветился номер Константина. «Не рано ли?» — подумала она, но трубку взяла.

  — Доброе утро, красавица, — прозвучало на той стороне, и на душе сразу стало теплее. — Надеюсь, моё предложение ещё в силе?

  — Да, конечно, — твёрдо ответила Светлана. — Просто сейчас у меня кое-какие дела…

  — Хорошо, не буду мешать. До вечера, — улыбнулся Константин.

  — До вечера, — бросила она в ответ и отложила телефон в сторону.

По квартире разливались аппетитные запахи завтрака, который готовила мама. Пора вставать, пока Галина сама не заглянула в комнату.

Светлана быстро умылась, причесалась и прошла на кухню.

  — Доброе утро, мам, — девушка чмокнула Галину в щёку. — Пахнет потрясающе!

  — Садись, доченька, — Галина поставила перед ней тарелку с омлетом и тостами. — Как настроение? Вчера не удалось поговорить. Думаю, ты расскажешь, как провела вчерашний вечер.

  — Мама, это что, допрос? Могут у меня быть секреты? — Светлана пока была не готова говорить матери о новом знакомом. Придёт время, и родители обо всём узнают. И она решила схитрить, сказав, что была на набережной и играла на гитаре, завлекая народ, проходящий мимо.

  — Дочка, надо подумать о будущем. Пора бы заняться поисками университета.

  — Мама, я решила, что на следующий год обязательно поеду в Москву и обязательно поступлю в театральный. За год подготовлюсь. Лето на дворе, отдохну немного и устроюсь на работу. Сегодня моя очередь Елену Александровну навещать. Собери, пожалуйста, что-нибудь.

  — Дочка, а ты что, одна пойдёшь? — переспросила Галина. — Могла бы Юрия взять.

  — А что, одной нельзя? Извини, мне провожатые не нужны. За последние дни мы и так стали чаще видеться.

  — Раньше тебя это не смущало.
  — Это было раньше, а теперь по-другому. Спасибо огромное за завтрак, я пойду к себе.

Галина присела за кухонный стол, как только дочь скрылась за дверью своей комнаты. Женщина поняла, что у дочери появились секреты от матери. Раньше за ней такого не замечалось. И дался ей этот театральный! Можно прислушаться к родителям и учиться в родном городе. С таким аттестатом, как у неё, с руками-с ногами возьмут в любой. За дверью послышались звуки гитары.

Светлана разучивала новую песню — строчки лились легко, будто ждали своего часа. В голове крутились слова, которые она набросала накануне:

Впервые встретила твой взгляд,
Моё сердечко встрепенулось.
И пусть уста пока молчат,
Знай, я навряд ли обманулась…

Пальцы привычно перебирали струны, голос звучал тихо, но уверенно. Музыка помогала отвлечься от тяжёлых мыслей, давала надежду, что жизнь всё-таки может стать лучше.

Позже Светлана собралась к Елене Александровне — матери Геннадия, которая по-прежнему лежала в больнице. Перед выходом девушка решила позвонить Юрию: может, он захочет поехать с ней?

  — Юра, привет, — произнесла она в трубку. — Я собираюсь навестить Елену Александровну. Поедешь со мной? Ей сейчас очень нужна поддержка.

На том конце провода повисла короткая пауза.

  — Свет, извини, но я не смогу, — ответил Юрий. — У меня сейчас всё время уходит на подготовку к экзаменам. У меня нет красного аттестата, так что придётся зубрить по полной. Если не поступлю в университет, армия мне обеспечена. Сам понимаешь, выбора особо нет.

Светлана вздохнула, стараясь скрыть разочарование.

  — Да, конечно, понимаю. Удачи тебе с подготовкой.

  — Спасибо, Свет. И ты держись. Передавай Елене Александровне привет и пожелания скорейшего выздоровления.

  — Обязательно передам. Пока, Юра.

  — Пока.

Она положила трубку и на мгновение замерла, глядя в окно. Отношения с Юрием в последнее время стали какими-то отстранёнными. То ли трагедия у реки так повлияла на всех, то ли просто пришло время двигаться дальше… Потом эта встреча с Константином.

Собрав пакет с фруктами и положив туда книгу, Светлана вышла из дома. Летний воздух был тёплым и душистым, но на душе всё равно скребли кошки. Как бы ни старалась она отвлечься, мысли то и дело возвращались к Геннадию, к его матери, к тому, что произошло у реки.

До больницы она добралась быстро. Елена Александровна выглядела бледной, но уже не такой измождённой, как в первые дни. Увидев Светлану, женщина слабо улыбнулась:

  — Здравствуй, девочка. Спасибо, что пришла.

  — Здравствуйте, Елена Александровна, — Светлана поставила пакет на тумбочку. — Я принесла вам немного фруктов и детектив — вы же их любите.

  — Очень мило с твоей стороны, — женщина взяла яблоко, повертела в руках. — Как твои дела? Уже решила, куда будешь поступать?

Светлана замялась.

  — Я… я решила, что на следующий год обязательно поеду в Москву и поступлю в театральный. За год подготовлюсь как следует. А пока хочу немного отдохнуть и, наверное, найти работу.

Елена Александровна внимательно посмотрела на неё.

  — Это смелое решение. Но ты ведь всегда была целеустремлённой. Если решила — значит, добьёшься. Главное, не забывай, что жизнь — она разная. И радость, и горе — всё нужно уметь принимать.

  — Вы правы, — кивнула Светлана. — Просто иногда кажется, что всё слишком сложно.

  — Так оно и есть, — вздохнула женщина. — Но именно сложности делают нас сильнее. Ты справишься, я в тебя верю.

Они ещё долго разговаривали о планах на будущее, о том, как важно не терять надежду. Светлана старалась говорить бодро, поддерживать разговор, но в глубине души понимала: Елена Александровна всё ещё живёт с болью утраты, и никакая поддержка не сможет её полностью заглушить.

Когда девушка собралась уходить, женщина вдруг взяла её за руку.

  — Спасибо тебе, Света. Вы все такие молодцы, что не забываете меня. Это очень много значит.

  — Мы всегда будем рядом, — пообещала Светлана. — Вы не одна.

Выйдя из больницы, она глубоко вдохнула свежий воздух. Впереди её ждал вечерняя встреча с Константином и, возможно, новый этап в жизни. Мысли о возможной работе с рок;группой будоражили воображение. Впервые за долгое время Светлана почувствовала, что готова сделать шаг вперёд — несмотря на все трудности и страхи.

Она достала телефон и написала Константину короткое сообщение:

«Буду у клуба в 18:00. До встречи!»

Ответ пришёл почти мгновенно:

«Отлично! Ждём с нетерпением. До вечера, Светлана!»

Девушка улыбнулась и ускорила шаг. Впереди её ждало что;то новое — и, может быть, именно это поможет ей оставить позади боль прошлого и начать жить по;настоящему.

В назначенный час Светлана появилась у клуба «Горизонт», как и обещала. Строение выглядело внушительно: тёмный фасад с неоновой вывеской, у входа — рядом тусовалась молодёжь. Девушка на мгновение замерла, глубоко вдохнула и направилась к двери.

Константин уже ждал её у входа — прислонившись к стене, засунув руки в карманы джинсов. При виде Светланы он улыбнулся и отделился от стены.

  — Привет! — он шагнул навстречу. — Я рад, что ты пришла. Пойдём внутрь?

Светлана волновалась, как её примут музыканты. Стараясь скрыть волнение, она последовала за Константином. Внутри клуб оказался совсем не таким, каким она его представляла: не шумное место для тусовок, а уютное пространство с приглушённым светом, мягкими диванами вдоль стен и небольшой сценой в глубине зала. В углу стояли музыкальные инструменты: гитара, синтезатор, ударная установка.

  — Здесь часто репетируют? — спросила Светлана, оглядываясь.

  — Да, — Константин провёл её к одному из диванов. — Мы стараемся не мешать тем, кто приходит просто отдохнуть. А вот здесь, — он указал на сцену, — рождаются новые песни. Кстати, ребята как раз сейчас на репетиции. Хочешь послушать?

Не дожидаясь ответа, он повёл её ближе к сцене. Четверо музыкантов увлечённо играли какую;то композицию — энергичную, с мощными гитарными риффами и напористым барабанным ритмом. Светлана заслушалась: музыка захватывала, будоражила кровь. Когда трек закончился, Константин подозвал одного из музыкантов — невысокого парня с дредами.

  — Макс, познакомься — это Светлана. Та самая девушка с набережной, о которой я тебе говорил.

Макс улыбнулся, стряхнул пот со лба:

  — Очень приятно. Хочешь попробовать спеть с нами? Прямо сейчас, без подготовки. Просто почувствуй ритм. Хочется услышать, как ты чувствуешь музыку.

Светлана растерялась:

  — Ну же, смелее, не бойся, здесь все свои. Мы умеем ценить каждого по его достоинству.

  — Но я же не знаю текст песни…

  — Костя сказал, что ты пишешь тексты и сочиняешь музыку. Может, сыграешь нам что-то своё, а мы, если что, подхватим. Главное — не робей. Считай, будто мы знакомы давно. — Пока они вели дружескую беседу, подтянулись другие участники группы. — Макс, недолго думая, увлёк девушку на сцену. Затем протянул ей свою гитару, сказав: «Пробуй, не бойся, мы все мысленно с тобой». Константин одобрил приятеля и начал аплодировать. И вскоре зал разразился овациями. Под шумный гул поддержки и добрых взглядов Светлана взяла в руки гитару. На такой она ни разу не играла: непривычный вес, другая форма корпуса, более жёсткие струны. Но вместо паники вдруг пришло странное ощущение — будто инструмент ждал именно её.

Она коснулась струн, прислушалась к звуку, сделала глубокий вдох и начала:

Замолкли стрелки на часах,
И не отстукивают время.
Застыла грусть в моих глазах,
И сердце бьётся еле;еле…

Робкий голос креп с каждым куплетом, наливаясь силой. Она пела о потере — о той бездонной пустоте, что остаётся после ушедшего; о надежде — о тонком луче света, пробивающемся сквозь щель захлопнутой двери; о том, как невыносимо отпускать прошлое, сжигающее пальцы даже пеплом, — и как в тысячу раз страшнее, окаменев, не сметь взглянуть в лицо грядущему. Когда последние аккорды, ещё дрожа, истаяли в воздухе, зал замер, оглушённый тишиной, — и лишь спустя мгновение эта хрупкая плотина рухнула под натиском аплодисментов.

  — Это было… невероятно, — выдохнул Макс. — Ты соединила лирику и рок так, как мы даже не мечтали. Света, ты должна с нами работать.

  — Я… я не знаю, — Светлана растерянно оглянулась на Константина. — Это всё так внезапно.

  — Ничего внезапного, — он улыбнулся. — Это судьба. У тебя есть время подумать. Мы не торопим.

В этот момент у Светланы зазвонил телефон. На экране высветилось «Людмила». Она извинилась и отошла в сторону.

  — Свет, ты где? — голос Людмилы дрожал от напряжения. — Тут такое творится! Елене Александровне резко стало хуже, её перевели в реанимацию. Врачи говорят, сердце не справляется. Нас к ней не пускают — велели звонить и узнавать. У Насти истерика. Без тебя нам не обойтись. Мы сейчас все в одной упряжке, а парни и слушать не хотят о Геннадии. Но если бы Генка знал, что так случится… — Людмила с трудом сдерживала рыдания, моля о помощи.

У Светланы внутри всё сжалось в тугой комок.

  — Девчонки, вы где сейчас?

  — Мы у Насти. Она боится оставаться одна: родители уехали на дачу. Ты приедешь?

  — Конечно, Люд, я уже выезжаю.

Она вернулась к Константину — молодой человек всё понял по её лицу.

  — Мне нужно ехать, — выдохнула Светлана. — У Елены Александровны сердце, она в реанимации.

  — Я с тобой, — без колебаний ответил Константин, и его взгляд упал в сторону Макса. Тот понял друга без слов.

  — Конечно, отвезу. Моя машина к вашим услугам.

  — На сегодня репетиция окончена. Всем спасибо. Саня, остаёшься за старшего — закроешь клуб. — Мужчина бросил ключи Александру, и те, описав в воздухе короткую дугу, бесшумно легли в его раскрытую ладонь.

  — Ну что Макс заводи своего ягуара  прокатим девушку с ветерком.

Максим любил свой старый, но до сих пор резвый автомобиль, который, был его верным спутником во всех приключениях. Обернувшись к Светлане, он заметил её легкое смущение, но, решив не давить, просто подмигнул.

  — Давай, Свет, устраивайся поудобнее. У нас сегодня эксклюзивный тур по вечернему городу.

Всю дорогу в машине царила напряжённая тишина — каждый думал о своём. Светлана сжимала в руках сумку, её мысли метались между тревожным состоянием Елены Александровны и неожиданным предложением музыкантов. Константин изредка бросал на девушку сочувственные взгляды, но не решался нарушить молчание.

Когда машина остановилась у подъезда, Светлана повернулась к своим спутникам:

  — Спасибо, что подвезли. Я обязательно подумаю над вашим предложением, правда.

  — Не торопись с решением, — мягко ответил Константин. — Мы никуда не денемся. Главное сейчас — поддержать подруг. Если что — звони в любое время. Мы рядом.

Светлана улыбнулась им, вышла из машины и проводила взглядом отъезжающий автомобиль. Когда машина скрылась за поворотом, она подняла глаза на окна десятиэтажного дома — в квартире Анастасии горел свет. Набрав номер на домофоне, она услышала: «Входите», — и, открыв тяжёлую дверь, шагнула в подъезд и поднялась на седьмой этаж.

Дверь открыла взволнованная Людмила:
  — Светик, ну наконец-то! Мы уж думали, ты не явишься.

  — Куда же я без вас? Как Настёна? Что с ней случилось? Надо держаться. Девчонки, это наше общее горе. Надо поддерживать её.

  — Свет, мы разве против? Но нельзя себя изводить, она ещё совсем молодая.

Когда гостья проникла в глубь квартиры, Анастасия бросилась ей навстречу. Её обычно аккуратная причёска растрепалась, глаза покраснели от слёз.

  — Света! Я так рада, что ты пришла!

Квартира встретила Светлану приглушённым светом и запахом лаванды — мама Анастасии всегда ставила на подоконник горшочки с цветами. Девушки прошли в комнату, и Настя закрыла дверь.

  — Останешься у меня на ночь? — тихо попросила Анастасия. — Мне так плохо… После всего, что случилось с Генкой и его мамой… Я просто не могу быть одна.

  — Конечно, останусь, — Светлана обняла подругу за плечи.

  — Светлана, мы, наверное, пойдем. Настя все уши нам прожужжала, что хочет остаться с тобой наедине. Встретимся ещё, будет время, — сказала Ольга. — Я и так задержалась.

  — Конечно, девчонки, конечно.

И только когда дверь за девчонками закрылась, Анастасия всё-таки решилась на серьёзный разговор. Несколько мгновений она молчала, собираясь с мыслями, а потом подняла на Светлану полные слёз глаза:

  — Свет, я должна тебе кое-что сказать. Только пообещай, что не осудишь меня…

  — Настя, ты же знаешь — я никогда тебя не осужу. Что бы это ни было.

Девушка глубоко вздохнула и выпалила:

  — Я беременна. От Геннадия.

Светлана замерла, не зная, что сказать. В голове не укладывалось.

  — Когда ты узнала? — осторожно спросила она.

  — Недавно. Я сама ещё до конца не осознала. Но я хочу оставить ребёнка. Понимаешь? Хочу. Но если мама узнает — она заставит меня сделать аборт. Геннадия нет в живых. Мне одной придется туго. Даже не знаю... — Настя замолчала, чтобы перевести дух, и собралась продолжить, но слёзы хлынули градом по лицу. Светлана присела рядом, обняла её и тихо сказала:

  — Послушай меня. Ты не одна. Мы что-нибудь придумаем. Может быть… может быть, если Елена Александровна узнает о внуке, она быстрее пойдёт на поправку. Внук заменит ей сына. Появится стимул к жизни.

  — Ты знаешь, Свет, я об этом как-то не подумала. Ты думаешь, это поможет ей? — с надеждой в голосе переспросила Анастасия шмыгая носом.

  — Ещё как поможет, даже не сомневайся. Малыш — это часть Геннадия. Настя, тебе нельзя расстраиваться. Давай, успокаивайся. У меня для тебя есть хорошая новость.

  — Я вся во внимании, — произнесла хозяйка квартиры, вытирая бегущие слёзы.

Сегодня я была в клубе и познакомилась с талантливыми людьми. Думаю, что мои песни скоро зазвучат по-другому. Светлана осеклась и замолчала. Не стоит выкладывать все карты сразу. О чувствах — тем более. Вокруг все уверены, что у них с Юрой настоящие отношения, что их союз — это фундамент будущей крепкой семьи. Это было видно по тому, как парень ухаживал за Светланой. Но всё буквально развалилось после гибели Геннадия. Молчание прервала подруга, подняв на неё удивлённый взгляд:

  — Правда? Свет, это же здорово! Ты всегда мечтала заниматься музыкой…

  — Да, — Светлана вздохнула. — Но теперь всё кажется таким сложным. Как я могу думать о песнях, когда Елена Александровна в реанимации, когда ты ждёшь ребёнка, когда всё вокруг рушится?

  — Свет, — Анастасия взяла её за руки, — жизнь не останавливается. Мы должны идти вперёд, даже когда больно. Может, музыка — это то, что поможет тебе, а потом и нам всем. Ты же сама говорила — малыш может стать стимулом для Елены Александровны. А твоя музыка станет стимулом для всех нас.

Светлана понимала, что подруга кое в чём права.

  — Завтра я позвоню Константину, — наконец произнесла она. — Скажу, что согласна стать солисткой в их группе. Но сначала — в больницу. Нужно узнать, как там Елена Александровна.

Анастасия обняла её:

  — Я пойду с тобой. Вместе будет легче.

Девушки устроились на ночь в комнате Анастасии. За окном шумел город, где-то вдалеке слышались звуки проезжающих машин, но здесь, в этой маленькой комнате, было тихо и почти спокойно.

Светлана лежала с открытыми глазами, глядя в потолок. Мысли крутились в голове, словно карусель:

Как отреагирует мама на её решение заняться музыкой вместо учёбы?

Что будет с Юрием — их отношения становились всё более прохладными.

Как рассказать Елене Александровне о беременности Анастасии?

Получится ли у неё совместить поддержку подруг с новой работой в группе?

Рядом тихо дышала Анастасия. Она наконец уснула.

Светлана закрыла глаза, но сон не шёл. В голове сами собой складывались строчки новой песни с ноткой грусти:

Тени падают на стены,
Ночь скрывает все следы.
Кровь, бегущая по венам,
Холодней речной воды.

Тропы жизни так суровы,
И любовь к ней стала зла:
Заковав её в оковы,
Я всё тело подожгла...

Она мысленно повторила эти строки несколько раз, и сон всё-таки сморил её.


Продолжение следует

     Марина Мальцева   
г.Красноярск, 04.06.2026г