Призраки

  "Балалайка" походила на аквариум наоборот.
  За окнами тёмного и пустого зала колыхалась непроницаемая серая муть. Колыхалась, шла телевизионной рябью, спирально закручивалась, словно пытаясь запустить щупальца внутрь. Изредка в проталинах мути проявлялись обесцвеченные куски привокзальной площади, ускользавшие при попытке поймать их взглядом.
  В безлюдной кафешке было неуютно. Если зажмуриться, слуха мягкой лапкой касалось неразборчивое эхо голосов, звяканье приборов и дебильная, своеобычная для кабаков музыка, глохнущая в плотной вате.
  Соседей призрачных только не хватает за столиками, мать вашу! Сигареты, кстати, тоже теперь одна видимость.
  С омерзением задушив окурок в блюдце, Олег налил ещё стопку
 Осмотрел со всех сторон. Опрокинул. На миг полыхнула и исчезла фантомная полынная горечь. Не горечь, а какой-то дурацкий, издевательский на неё намёк. Словно в опустевшей наполовину, покрытой росными каплями бутылке плескалась водица, а не "Финляндия".
  Благостное опьянение не наступало. Вот же ж сука! А раньше-то было иначе... Кабак палёнкой не приторговывал. Проверено многажды.
  Эх, а гулеванили в "Балалайке"! Хорошо гулеванили, душевно. Не без эксцессов, конечно. На столешнице навечно остался след зубов того столичного хмыря. А вот нечего было борзеть!
   Отгоняя тоскливую ностальгию, Олег зажмурился и по-лошадиному тряхнул головой.
   А когда открыл глаза, рядом стоял Женька. Долговязый, худющий, нахмуренный. Как всегда. Только складки у рта резче стали. Да взгляд...
- О-о-о! С очередным явлением на бренной родной земле!
  Женька не ответил и, гремя железом и треща липучками, остервенело принялся стаскивать с себя и валить на широкий подоконник военную сбрую, пропахшую гарью, солярой и чем-то ещё, вызывающим тревогу и острую боль под сердцем.
  Разгрузившись и усевшись напротив, Женька набычил стриженую "под ноль" голову.
- Ну, привет, Косолапый!
- Привет, Жучара!
- И чего тебя сюда занесло? Есть повод?
- Может, ностальгирую. Славненько мы тут сиживали!
- Славненько. А меня не ждал, получается?
- Поклёп, Жень, очень ждал.
- Скажи ещё - давно.
- Давно - понятие растяжимое и умственным путём непознаваемое! Во!
- Ахахах! Философ хренов! А проще - балабол!
  Олег развёл руками.
- Таким мама родила!
- Погодь, да ты вдетый уже!
- Ни в одном глазу!
- Ну, ну, оно заметно.
- Не верблюд, оправдываться не собираюсь!.. Кстати, как дела в ваших палестинах?
  Женька изобразил чекистский прищур.
- С какой целью интересуетесь, гражданин?
- Так просто.
- Стабильно там... И вчера было стабильно, и сегодня. Даже завтра будет стабильно, мать вашу!.. Тьфу!
- Благодать!
- Иди ты на!
- Нипаду!
- А у тебя какие новости?.. Как жизнь?.. Всё крутишься белочкой?
- Гм... Представь, уже нет... Спешить и волноваться мне с недавних пор некуда и незачем.
- Уточни.
- Положим, я теперь как и ты. На вечном отдыхе... Андерстенд?
- Чего?!
- Мля! Я что, действительно с пустым местом разговариваю?
- Ты... Того?!
- Да!
  Женька присвистнул и откинулся на спинку стула.
- Оттуда и туда, значит? Я тебя правильно понял?
- Правильно, правильно! Дурочку-то не валяй!
  Женька тоже вытащил из нагрудного кармана сигареты.
- Забавно! Не знаю, как теперь и быть.
- Порадуйся ещё мне!
- А что? Я, значит, в дерьмо вляпаться могу, а ты - нет? Фигушки! К тому же я, может, скучал всё это время.
- Брехло! Не звизди! Раньше этого за тобой не замечал.
- Я боялся говорить! Чессслово!
- Смотри, успею ещё оскомину набить, ох, успею!
- Разреши тогда всплакнуть и высморкаться!
- Не надо, не надо! Обойдусь без дружеских соплей!.. Лучше выпей.
- Да, ладно? Неужто прокатит?
  Олег хмыкнул.
- Прокатит!
- Точно?
- Зуб даю!
  Женька прикурил.
- А с чего, стесняюсь спросить, такая роскошь? Откуда?
- А отсюда!
- Отсюда... Млять! Только не говори, что и "Балалайке" кранты!
- Самые, что ни на есть! Влепили... Хорошо утречком... В хлам.
- Вот суки!
- Суки, суки, согласен! Но нам-то теперь что? Правильно, гуляй, рванина!
- Гы-гы-гы!.. Гы... И ты, получается, под раздачу попал?
- Делать мне было нечего что ли?
- А-а-а...
- Позавчера ещё... Целый день "десятку" на Макеевку по кускам собирали. Затемно возвращались, и меня с "бурбухайки" у переезда высадили. Только до дома добрёл, так шарахнуло, мама не горюй!.. Сердечко пискнуло "гуд бай!" и встало... Очнулся, смотрю, что-то не то... Ну, а дальше и сам знаешь.
- Ясненько!.. С прибытием. Это я не поздравляю.
- Так налить или нет?
- Спрашиваешь! Когда я отказывался?
 Покатав в ладонях стопку, Женька отставил её сторону. Буркнул:
- Только не из этой... Детсадовской!
- Слышу речь матёрого профессионала!
- Сам дурак.
- Я нынче добрый, не обижусь!
- Так что с посудой?
- Щаз устроим!
  Олег принёс нормальные, пусть и не гранёные стаканы и ещё бутылку.
- Прямо из холодильничка! С морозца! Давай-ка её, родимую, и уконтрапупим!
- Согласен!
  Тяжело и вязко булькнуло.
- Ну, за нас!
- За нас... Не чокаясь...
  Опрокинув стакан, Женька скривился.
- Вот же херня! Эффекта нету!
- А ты чего хотел? Радуйся! Хотя бы так.
- Ладно... Тогда сразу по второй!
- Валяй!..
  Опростав обе бутылки, долго молчали. Женька, по привычке потирая запястья, ухмыльнулся.
- Ты каждый раз смотришь так, будто не узнаешь. Страшнею?
- Нет, мля, красавцем писаным стал!
- Ахахах! Не зарекайся! И сам почаще в зеркало... Тьфу!.. Ну, не в зеркало... Ты ж понял. Мы ведь теперь на равных.
- Не пугай! Мне пофиг!
- Пофиг?! Долдон бесчувственный! А вот когда меня... Долго отойти не мог. Выть хотелось!
- С горя?
- Иди на хрен! С чего ещё?! С радости?!.. Если всё, с концами!.. А фарш обратно не провернуть!.. Хорошо, ребята поддержали... Из тех, кто поблизости... Потом уже к Танюшке заглянул... Мля!
  Женька потряс пустой бутылкой.
- Мля!
- Погоди, уже несу!..
  Оперевшись подбородком на кулак, Олег долго смотрел в стол.
- Чего молчишь?
- А у меня из близких был только ты, Жень... Так что не привыкать.
- Кто попался за это время?
- Так, шелупонь.
  Женька оскалился.
- Ты тоже, получается, шелупонь?
- Херню не неси!
- Охохох! Какие мы гордые!
- А знаешь, наверное, это хорошо, что не бродят по городу неприкаянные толпами, что открылась им дорога на радугу...
- А чё ж мы с тобой тут?!.. За подкладку завалились?!.. Или недостаточно чистенькие?!.. Млять, млять, млять!!!
- Не ори!.. Не знаю. Не знаю.
- Млять, млять, млять!!!
- Охолони!
- Ха, посмотрю я на тебя через год-полгодика! По другому запоёшь!
- Может и запою. Человек - существо переменчивое.
- Ясно. Разговор у нас, получается, ни о чём... Пойду я
- Может, ещё по пять капель? На прощанье?
- Ну, давай!..
  Ветерок, кругом обежав маленькую площадь, как метлой собрал пыль и бросил её на воняющие свежей гарью останки "Балалайки". И показалось лазающему по развалинам эмчеэснику, что в пыльном облаке на миг проявились два силуэта за чудом уцелевшим столом...