Индеец
--------------------------------
В 16.45 дернули меня с поста. Жалко было оставлять хорошее место, я уже три тикета дал за скорость. Но приказ есть приказ. Сказали, чтобы ехал к озеру, с той стороны где подъезд. Там выловили труп. Кто-что - ничего не известно. Труп сразу (пока свежий) увезли в Сиракузы в госпиталь, натянули вокруг этого места желтую ленту и сказали мне охранять все, что за лентой, никого не пускать. Ждать приезда криминологической экспертизы. Когда они свалили, я по недавно приобретенной привчке мента, который работает по тикетам с радаром и поэтому вынужден таиться в рельефе местности, загасил огни и спрятался в кустарнике, но так, что с того места где я сидел, можно было наблюдать в бинокль. Не прошло и часа, как в лодке с подъехал индеец. Не скажу, что я это опредлил по морде. Морда, как морда, таких полно встретишь на улице в Нью-Йорке. Что это индеец, я понял по тому, что у него лодка была с бензиновым мотором. Только индейцам разрешается по этому озеру на бензиновых моторах ездить. Их резервация начинается с другого берега и они все озеро считают своим.
Поскольку он подъехал на лодке, то сразу оказался за пределами желтой ленты. Я вылез из машины и пошел ему навстречу.
Я занимаюсь борьбой с пятилетнего возраста. В пять лет мой папа отдал меня в секцию дзю-до к знаменитому Шарканскому, Шерханскому, как его ласкогово называли. С тех по я все время занимаюсь единоборствами: дзю-до коричневый пояс, бокс, вольная, классика. Просчитать соперника могу за несколько секунд, одним взглядом.
Индеец был в нормальной форме, с хорошей плавной моторикой, но руками я бы его сделал легко, главное, чтобы у него не было ножа и огнестрел. Но на этот случай у меня:
Служебный пистолет: Glock 17 Gen4. Магазины на 15 патронов (NYPD использует укороченные). Запасные магазины: 2–3 шт. в подсумках на ремне.
TASER (электрошокер) — Conducted Energy Weapon.
OC Spray (перцовый баллончик) — усиленная версия в улучшенном баллоне.
Expandable baton (раскладная дубинка, например ASP).
Еще год назад на экзамене в полицейской академии у меня это от зубов отлетало. Сержант меня предупреждал, что с индейцами нужно быть очень осторожным в процедурном смысле. Индейцы - это те же черные. Но если черные добиваются своих прав, то индейцы их давно добились и живут при своем индейском коммунизме. Например, я не могу, преследуя индейца заехать на территорию, где живет его племя и в экстренных случаях должен обращаться к их собственной полиции.
По инструкции, если ситуация стремная, нужно вызывать и ждать напарника. Но саму оценку ситуации оставляют мне, и здесь у меня есть степень свободы. Никого вызывать не стал.
Издалека я показал ему запретительным жестом, что дальше идти нельзя. Подошел и будучи не очень уверенным в том, что он понимает меня, сказал, что он не может здесь быть, что он должен находиться за пределами желтой линии.
Индеец остановился шагах в трёх , спокойно поднял руки ладонями вперёд — не агрессивно, но и не заискивающе.
У него был хороший, не трунутый ни какими акцентами, английский.
— Офицер, — сказал он ровным, чуть низким голосом, — я не нарушаю. Это моя земля. Всё озеро — наша земля. С 1794 года по договору. Желтая лента ваша, а вода — наша.
— Сэр, сказал я, вкладывая в это короткое слово все свои чувства, здесь место преступления. Тело выловили меньше двух часов назад. Пока не приедет криминалистика, сюда нельзя никому. Даже такому уважаемому человеку, как вы.
Индеец слегка наклонил голову, будто я сказал что-то забавное.
— Тело, значит… — Он посмотрел мимо меня, туда, где лента трепетала на ветру. — Девушка? Молодая?
Я не ответил. Во-первых не имел права, во-вторых, сам не знал. Мне ничего не сказали.
Он усмехнулся уголком рта.
— Она уже третий раз за лето сюда приплывала. Одна. Без света. Сидела на том валуне, что торчит из воды у мыса. Я видел издалека. Но никогда не подходил. Не моё дело.
Индеец сунул руку в карман рубашки. Я напрягся, но он медленно вытащил только пачку сигарет и зажигалку.
— Могу я закурить на месте преступления?
— Курите, — разрешил я. — Только не двигайтесь ближе.
Он прикурил, глубоко затянулся и выпустил дым в сторону озера.
Она приходила к нам в резервацию. Играла с детьми. Учила английскому тех, кто плохо говорит. А потом перестала приходить. Мы думали — уехала. А она, оказывается, сюда вернулась.
— Офицер, вы можете меня прогнать. Можете даже арестовать. Но знайте: если это самоубийство — хорошо. Если нет… то тот, кто это сделал, приплыл не с нашей стороны. С вашей. С большого берега. И лодку он спрятал не здесь. Я бы нашёл следы, если бы ваши лохи не затоптали всё своими ботинками.
Индеец сделал ещё одну затяжку и аккуратно затушил окурок о подошву своего кеда.
— Я могу уйти. Или могу рассказать вам, где она обычно оставляла машину и с кем ругалась по телефону в последнее время. Выбирайте. Только быстро. Скоро ваши криминалисты приедут...
Свидетельство о публикации №226060400077