Глава 2 - История развития искусственного оплодотв

Еще учась в медицинском институте Дора Барон увлекалась работами Джона Хантера - одного из самых влиятельных хирургов, исследователей и, на сегодняшний день, безумных экспериментаторов XVIII века.
 
Он отличался от большинства врачей своего времени тем, что не верил на слово авторитетам, а все время искал новые пути лечения, проверял всё через эксперименты и наблюдения. Иногда - довольно радикальными методами
он проверял методы лечения на себе, предварительно инфицируя себя. Иногда это выглядело как гениальность, иногда - как чистое безрассудство.
 
Этот шотландский хирург был одержим человеческим телом и его тайнами.
Для своих исследований он собирал буквально всё:
тела, органы, скелеты, аномалии людей и животных.
Методы не всегда были этичными - он покупал тела, сотрудничал с поставщиками с кладбищ,постоянно гнался за уникальными случаями - аномалиями.
 
По сути, он создал фундамент анатомии. И сейчас это уже не важно, что тогда его эксперименты были за гранью допустимого, а сейчас считались бы серьёзным нарушением.
Но именно благодаря таким безумцам и происходят прорывы в науке - в тот момент, когда начинают сомневаться в абсолютной истине принятых постулатов и пробуют что-то новое, ранее неизведанное.
 
Именно Хантер стал одним из первых, кто попытался подойти к искусственному оплодотворению не как к чему-то неестественному или невозможному, а как к медицинской задаче, которую можно решить.

В те времена бесплодие почти всегда считалось женской проблемой.
О мужчине обычно даже не думали.

Но Хантер заметил, что иногда причина может быть совсем другой - например, анатомические особенности, из-за которых сперма просто не попадала туда, куда должна попасть.

Самый известный его случай произошёл примерно в 1770-х годах.

К нему обратился мужчина с тяжёлой патологией - врождённой особенностью строения полового органа, при которой семяизвержение происходило не так, как обычно. Естественное зачатие у пары не получалось.

Тогда Хантер предложил почти революционную для своего времени вещь - собрать сперму отдельно и ввести её женщине вручную.

Без сложных операций и без мистических обрядов, следуя только наблюдениям и логике. Он попытался обойти физиологическое препятствие - и это сработало.
Женщина забеременела и родила ребёнка.

Сегодня это звучит почти обыденно, на фоне современных ЭКО и репродуктивных технологий. Но тогда это было событие почти невероятное.

Фактически Хантер первым показал, что зачатие можно отделить от самого полового акта и рассматривать, как биологический процесс, на который медицина способна влиять.
 
Дальше, почти сто лет, всё двигалось очень медленно.
 
Учёные изучали сперматозоиды, овуляцию, строение яйцеклетки. Люди только начинали понимать, как вообще происходит оплодотворение.

В XIX веке появились первые попытки искусственного оплодотворения у животных, а затем и у людей.

Но общество относилось к этому настороженно- слишком непривычной казалась мысль, что рождение ребёнка может происходить с участием врачей и лабораторий.

Настоящий прорыв начался в XX веке.
Учёные научились:
отслеживать овуляцию;
хранить сперму;
работать с гормонами;
понимать причины бесплодия.

Постепенно появилась внутриматочная инсеминация - более современная и безопасная версия идеи Хантера: сперму начали специально подготавливать и вводить прямо в матку.
 
А потом медицина сделала ещё один шаг - вынесла само оплодотворение за пределы человеческого тела.
 
В 1978 году в  Англии родилась Луис Браун - первый ребёнок после ЭКО.
 
Это стало настоящей революцией, которую совершила самоотверженная троица: Роберт Эдвардс, Патрик Стептоу и Жан Перди.
 
Роберт Эдвардс занимался научной частью, Патрик Стептоу - хирургией и получением яйцеклеток, а  Жан Пёрди была медсестрой, эмбриологом и лабораторным специалистом.

Именно она следила за эмбрионами;
работала с клетками;
фиксировала результаты;
ухаживала за пациентками;
буквально жила этим проектом годами.
 
Считается, что именно Жан Пёрди первой увидела деление клеток эмбриона, из которого потом родилась Луис Браун - первый ребёнок после ЭКО.

Сама она не могла иметь детей, но посвятила жизнь прорыву, который давал шанс людям иметь детей, когда это не получалось естественным путем.
 
Для одних это выглядело чудом науки.
Для других - вмешательством в природу.
Для многих религиозных - нарушением Божьего замысла, словно человек вошёл на территорию, которая раньше считалась исключительно делом Божьим.
 
Но именно после этого, миллионы людей, которые раньше никогда не смогли бы стать родителями, получили такой шанс.
 
И всё это выросло из очень простой идеи, появившейся ещё у Хантера:
иногда природе можно немного помочь.