Тайна дома на краю Глава XIII

         
                Анна Гринина
                Тайна дома на краю
                Глава XIII




     Следующий день начался, как обычно, с уроков. Джулия вошла в классную комнату, но за партой увидела только Эшли.

  — Доброе утро, мисс Метнер. — Девочка сидела ровно, как подобало прилежной ученице. На лице ее не было и тени смущения.

  — Доброе утро, Эшли. Но где же Генри? Я его не вижу.

  — Мне кажется, он в саду, у старого фонтана, - ответила девочка, открывая учебник.

  — Что же он там делает?

  — Не знаю, мисс. Думаю, смотрит на рыбок, которых вчера выпустили в фонтан.

  — Вот же... Не сомневаюсь, это занятие поинтереснее, чем учеба. Но я не могу начинать урок без Генри, — сердито произнесла Джулия.

  Взгляд ее переместился в сторону окна, и выхватил незнакомую вещицу. На подоконнике стояла небольшая статуэтка льва, сделанная из бронзы. Он был похож на кошку, но с косматой гривой, а вместо глаз поблескивали два изумруда. От статуэтки веяло магией.

  — Эшли, ты не знаешь, кто сюда принес льва? — спросила девушка.

  — Не знаю, мисс. Но такой же есть в библиотеке и в кабинете дяди, — ответила воспитанница.

 — Да? Как интересно... Раньше не замечала.

 — Лев есть на гербе нашего рода, — просветила гувернантку девочка.

  Джулия не стала спрашивать, откуда Эшли известны эти факты и кто ее впускал в библиотеку дяди. Но намеревалась убрать статуэтку. Уж больно глаза льва светились и казалось, будто он за всеми наблюдает.

  Нужно было что-то делать с Генри. Из классной комнаты сад не просматривался, для этого следовало выйти в коридор и пройти по галерее.

  А что, если льва поставили для того, чтобы следить за ней? И в данный момент лорд ожидает от нее активных действий, а не предположений?

  Джулия решительно направилась к двери и позвала Эшли.

  — Пойдем, поищем твоего брата, — сказала она, видя недоумение ребенка.

  Воображение уже рисовало всякие ужасы, как Генри упал в фонтан и ударился головой о мраморный край. Захлебнулся в воде. Нет, надо гнать прочь подобные мысли! С Генри все хорошо, он просто засмотрелся на рыбок и забыл о времени. Почему же тогда на сердце так тревожно?

  Джулия бежала по галерее, чтобы поскорее оказаться возле окна, выходившего в сад; а следом еле поспевала Эшли.

  — Мисс Метнер, вон там Генри! — Девочка заметила брата, но Джулия уже выглянула в окно, чтобы позвать мальчика.

  Генри стоял у мраморной чаши и отжимал руками штанины, с которых лилась вода. При виде этого Джулия схватилась за голову, но почувствовала облегчение от того, что с мальчиком ничего не случилось.

  — Стой там, я сейчас спущусь! — крикнула она и понеслась к лестнице.

  Поведение, не достойное гувернантки. За одно это в домах вычурных дам могли уволить. Но Джулии было все равно, что подумают о ней гостьи, если вдруг столкнутся с нею возле своих покоев. Жизнь ребенка важнее каких-то глупых условностей.

  Спустившись по лестнице, девушка пересекла холл и выскочила во двор. Через две минуты она уже стояла возле Генри и отчитывала его за опоздание.

  — Я понимаю, что уроки кажутся скучными, и созерцание плавающих рыбок завораживает. Но скажи на милость, зачем ты полез в фонтан? — Джулия уже не знала, то ли ей сердиться, то ли смеяться.

  Эшли не желала оставаться в стороне и тоже подошла к фонтану. Та сторона мрамора, откуда вылез мальчик, выглядела ярче, а на траве блестели капли воды. Весь же вид брата оставлял желать лучшего. Эшли невольно улыбнулась, а потом рассмеялась. Вышло это беззлобно, но Генри все равно смутился.

  — Ты мог сказать, что хочешь погулять в саду. После уроков мы бы пришли сюда и вместе посмотрели на рыбок. — Джулия сменила тон, чтобы не обидеть ребенка, но обязана была сделать замечание. Генри должен знать, что дисциплина и послушание стоят на первом месте.

  — Я думал, что вы не захотите прийти сюда. — Генри насупился и опустил голову. — А еще этих рыбок могли забрать на кухню... Мне их так жалко, мисс Метнер! Посмотрите, какие они красивые!

  Джулия обернулась и посмотрела в фонтан, где резвились мальки, случайно попавшие в ведра с озерной водой.

  — Не беспокойся, Генри, рыбки слишком мелкие, чтобы Кейт могла что-нибудь приготовить. Но я попрошу лорда Вейна, чтобы их не трогали. А когда мальки подрастут, мы выпустим их в озеро. Только обещай, что не станешь ходить сюда один. Договорились? — Джулия протянула мальчику руку, и тот ее пожал.

 — Договорились! — Глаза его заблестели от радости, а Эшли только усмехнулась. Кажется, эта мисс Метнер отвоевывает позиции.

  — А сейчас пойдем, переоденешься, — сказала Джулия, глядя на мокрые вещи и обувь, сочувственно качая головой. — Надеюсь, что тебя не увидит дядя, иначе достанется всем.

  Только увидел их не лорд Вейн, а дворецкий. Карим появился в саду внезапно , словно материализовался из воздуха; он стоял, сложив руки за спиной и предосудительно смотрел на мальчика.

 —Ай-ай, мистер Генри. Вы ставите под удар мисс Метнер. Не хорошо.

  Он покачал головой, чем смутил ребенка еще сильнее. Джулия хотела заступиться за мальчика, но в глазах дворецкого читалось предупреждение не делать этого.

  — Молодой человек, насколько я знаю, прямо сейчас вы должны быть на уроке. Отчего же вы не в учебной комнате?

  — Я увидел здесь рыбок, — мальчик кивнул на фонтан. — Хотелось разглядеть их получше. Потому залез в воду... Я не хотел подставить мисс Метнер!

  Бедный ребенок чуть не заплакал, и весь вид его выражал сожаление. Потому Карим похлопал его по плечу, желая немного приободрить.

  — Впредь будьте осмотрительнее, мистер Генри. Вы будущий лорд и джентльмен, а джентльмен должен защищать леди и думать о последствиях своих поступков. Ну же, не стоит унывать. Ступайте, переоденьтесь, и приступайте к занятиям.

  Генри немного успокоился, его губы даже тронула неуверенная улыбка. Джулия была благодарна Кариму за то, что тот подобрал правильные слова.

 Гувернантка увела обоих детей, а дворецкий еще раз обошел территорию сада и вернулся к фонтану. Что-то в этой безобидной истории с фонтаном смущало дворецкого.

 Знать бы еще наверняка, что именно? Не вода, не рыбки, а ощущение чего-то вязкого, липкого, похожего на опутывающие водоросли. Возможно, стоило прийти сюда в то время, когда чувства обостряются...

  Генри быстро переоделся и явился в класс. Он тихо сел за парту и открыл тетрадь. Эшли украдкой поглядывала на брата, пытаясь понять, все ли с ним в порядке, но гувернантка попросила ее быть внимательнее.

 Первым уроком была грамматика, а затем литература. Джулии самой нравились эти предметы. Подумать только, ей предоставилась возможность читать произведения писателей из параллельного мира! Имена не были знакомы девушке, и она старалась запомнить их; и снова чувствовала себя ученицей, которая только начинает познавать мир. А сколько еще открытий ждали ее и детей!

 Брат и сестра сильно разнились. Если Генри с легкостью давалось правописание, то Эшли с трудом выводила корявые буквы. Она сердилась, сопела, хмурила брови, но ничего не могла поделать. Пока Джулия наконец не поняла, что девочке сложно писать правой рукой...

  — Эшли, неужели ты левша? — ахнула девушка, когда попросила написать то же самое левой рукой.

  — Что такое левша? — нахмурились Эшли, думая, что это обидное слово.

  — Почти все люди делают правой рукой: держат ложку, пишут, и это так же  естественно, как дышать. Но есть и те, кто ловко управляет левой рукой, — попыталась объяснить Джулия.

  — Это плохо? — спросила Эшли, готовясь к ответу.

  — Нет, это особенность человека. Правда, она несет с собой некоторые неудобства. Ведь все в мире подстроено под правшей. Оттого у вторых  возникает ощущение враждебности мира. Зато левши очень умные и способные, так как у них задействованы оба полушария мозга, и  обеими руками они владеют очень хорошо. Впрочем, вам еще рано знать об этом.

  Лоб девочки разгладился, морщина между бровями исчезла. Она с интересом смотрела на свои руки, особенно на левую.

  — Нет, не рано. Мне было интересно узнать, что я особенная. — Эшли говорила слишком серьезно, и Джулия поняла, что это для девочки очень важно.

  — Конечно, ты и так была особенной, Эшли. А теперь вообще уникальна, — улыбнулась Джулия.

 Джулия не могла поверить в то, что никто до этого дня не заметил, что девочка — левша.

 << Да что же это за гувернантки были такие?>> — поражалась она. И снова все упиралось в разговор с лордом. Как много он еще не знал о племянниках.

Уроки и мысли об Эшли порядком утомили Джулию, и после обеда, поручив детей миссис Томпсон, она вышла из дома, чтобы прогуляться. Она не искала лорда Вейна, но он сам нашел Джулию в саду, рядом с фонтаном.

  — Любуйтесь рыбками? — услышала она голос позади себя, и резко обернулась.

 — Вы меня напугали, милорд.

  Джулия оправила складки платья и скрестила руки, будто хотела закрыться от стоявшего напротив мужчины.

  — Я не хотел испугать вас. — Лорд виновато улыбнулся. — Эшли и Генри остались в доме?

  — Да, они с миссис Томпсон, — ответила Джулия.

  Послышались голоса, и Джулия с Ричардом поняли, что теперь они в саду не одни. Девушка быстро отошла на приличное расстояние, уверенная, что дамы не упустят шанс приукрасить увиденное, истолковав все по-своему. 

 — Милорд, вот вы где! А мы вас обыскались. — Роуз Бланш бросила на Джулию насмешливый взгляд, будто хотела показать этим свое превосходство.

  Герцогиня и ее дочери недовольно скривили лица, как от кислого лимона, а супруга полковника хмыкнула, нервно передернув плечом. Гувернантка, без сомнений, вызывала у них не лучшие чувства.

 Ричард же не обращал внимания на смешки и переглядывания дам. Пусть думают, что хотят. Это его дом, и никто не вправе нарушать заведенные в нем правила.

  Джулия же почувствовала себя неуютно от двусмысленных улыбок и придирчивых взглядов, которыми одаривали ее гостьи. Не менее неприятными были взгляды мужчин, сопровождавших дам. Казалось, что гости уже давно обсуждали отношения лорда и гувернантки.

  А Ричард только подлил масла в огонь, пригласив Джулию на прогулку. Леди Виктория с огромным неудовольствием вложила ручку, затянутую в белую перчатку, в ладонь молодого человека, который попросил оказать ему честь и позволить сопровождать ее на прогулке. Чтобы не выглядеть глупо, ей пришлось согласиться.

  — А как же дети? — спохватилась Джулия, готова была отказаться от предложения лорда.

 — С ними побудет миссис Томпсон. — Ричард еле сдерживал улыбку. — Иногда мне кажется, что вы слишком рьяно исполняете свои обязательства, мисс Метнер. Нет, я конечно же, доволен, но гувернантке тоже нужен отдых.

  — А мне так не кажется. — Джулия подумала о сегодняшнем случае с фонтаном. — За детьми нужно следить. На время они забывают о шалостях. Но затишье так обманчиво.

  — Вот как? Может, вам есть, что сказать?

  Джулия и Ричард шли впереди остальных. Нарушая все правила, он взял гувернантку за руку.

 — На нас все смотрят! — Джулия попыталась высвободить руку, но безуспешно.

  — И пусть смотрят. Что такого в том, если я оказываю внимание гувернантке моих племянников?

 — А то, что эти люди осуждают нас. Вернее сказать — меня. Гувернантка в их глазах всего лишь прислуга, и не имеет права на чувства. Ради всего святого, милорд, не стоит давать им пищу для разговоров. Возможно, вы тешите этим самолюбие, но вся тяжесть ляжет на мои плечи...

 — О чем вы говорите, мисс Метнер? Никто в этом доме  не имеет права говорить о вас дурно. — Ричард был зол на себя, на своих гостей. Эта девушка заслуживала уважения.

  — Возможно, они и не станут говорить это вслух. Но они об этом думают. Я читаю это в их глазах.

 Джулия старалась говорить тихо, но эмоции захлестывали ее. На какой-то момент девушка отвлеклась, и оступилась. Крепкие руки поддержали ее, бережно обхватив за талию и не дали упасть. Джулия невольно повернулась и встретилась с  взглядами, полными презрения.

  — Ваша гувернантка так неуклюжа, — леди Виктория гадко усмехнулась. — Или сделала это специально? Как она справляется с двумя детьми, если себе-то  помочь не в силах?

  — Мисс Метнер оступилась, только и всего, — ответил Ричард. — Ей нет нужды притворяться, как это делают некоторые барышни. И впредь попрошу быть повежливее с людьми, которые работают в доме.

 — Не знала, что слуги так много значат для вас. — Леди Виктория надула губки от обиды, и даже не взглянула в сторону Джулии, а искала поддержки в лице герцогини. — Отец всегда говорил, что прислуга должна знать свое место. Иначе между нами не будет никакой разницы.

  — В моем доме другие правила, леди Виктория, — ответил Ричард. — И они существуют не только для тех, кто проживает в Дарк-Хсусе, но и для гостей.

 Герцогиня не стала защищать леди Викторию и спорить с  хозяином дома, но утверждения его не понравились. Она подумала, что лорд Вейн довольно странная личность и, скорее всего, так на него подействовало долгое пребывание вдали от  Сайлент-Рока.

  << Я же говорила>>. — Прочитал Ричард в глазах гувернантки, которая посмотрела на него с укором.

 Теперь слухов не избежать. Все, кто слышал лорда, обязательно переврут его слова. О, ну зачем хозяину дома понадобилось звать простую гувернантку!

  — Мисс Метнер, прошу прощения за слова этой леди. — Ричард церемонно приложил руку к сердцу и склонил голову к ужасу всех присутствующих. — И дайте уже мне руку, а то снова споткнетесь.

  Джулия не успела возразить, как на зависть дамам, уже шла по дорожке, усыпанной гравием, под руку с хозяином Дарк-Хауса. Она слышала перешептывания матрон, что << где это видно, чтобы служанки гуляли с приличными господами? Верно, это южные страны испортили молодого лорда. Стоит ли вообще тратить на него драгоценное время своих дочерей? >>

  — Ах, мама, но лорд так харизматичен  и красив! — сказала одна из дочерей вдовствующей герцогини. — Если он обратит на меня свое внимание и сделает предложение, думаю, мне удастся перевоспитать его. А еще я с радостью избавлюсь от этой беспринципной особы.

  Девушка с раздражением посмотрела на воспитательницу маленьких Вейнов.

  — Тише, дорогая, а то нас услышат, — мягко остановила ее мать. — И на твоем месте я бы бросила силы на соблазнение герцога. Вот уж где птица высокого полета.

  — Герцог груб, мама. — Девушка нахмурила брови.

  — Зато богат, родственник короля и не менее харизматичен. — Герцогиня прикрылась веером, чтобы скрыть улыбку.

 Ее дочерям предстоит еще так многому научиться. Но ничего, пусть воспитанием лорда занимается леди Виктория, а ее дочери достойны более выгодной партии. К тому же, Хант глава Тайной канцелярии, а Вейн всего лишь его подчиненный.

  Джулия старалась не думать о тех, кто шел за нею и Ричардом. Она успокаивала себя тем, что гости вскоре разъедутся и оставят Дарк-Хаус и его обитателей в покое. Нужно лишь немного потерпеть...

  — Как дела у моих племянников? — спросил лорд и вернул ее вопросом в реальность.

  — Вам и вправду интересно узнать об этом? — Джулия подумала, что вопрос был задан для того, чтобы заполнить пустоту в их общении.

  — Мне действительно интересно, — заверил Ричард.

Он чувствовал, как маленькая ручка дрогнула в его руке, словно птичка, попавшая в плен; но не выпустил ее. Девушка была такой хрупкой, но вместе с тем обладала твердым характером. В этом он успел убедиться.

  — Впервые вижу мужчину, которого волнуют успехи детей, — пробормотала Джулия. Нет, ее отец был не в счет. Ричард ведь не родитель этих детей, а только близкий родственник. — Что я могу сказать? Дети стараются изо всех сил, чтобы мы, взрослые, замечали перемены в них. Генри не силен в арифметике, зато ему с легкостью даются чтение и письмо. Он — гуманитарий, в отличии от Эшли, которая любит точные науки. Они такие разные, но дополняют друг друга.


 — Мне кажется, это все ваше влияние, — улыбнулся он. — Вы делаете этот дом светлее. Дарк-Хаусу не доставало такой чистой души, как у вас.

  — И когда вы успели разглядеть мою душу? — Джулия тоже улыбнулась. Она никак не ожидала услышать от лорда такие слова.

  — Ее не скрыть под старой одеждой, мисс Метнер. Она смотрит вашими глазами.

  Джулия немного смутилась от таких комплиментов, но все перевела в шутку:

  — Если вы так проницательны, милорд, то почему не замечаете нужд детей? — спросила девушка.

 — Я думал, у них есть все необходимое. — Ричард был удивлен.

  — Да, у них есть еда, одежда, крыша над головой. Но детям не хватает любви. Они отчаянно цепляются за любую возможность быть рядом. Может, уже хватит их наказывать одиночеством? — Джулия не смела поднять на лорда глаз, боясь, что рассердила его.

  — Я считал, что это принесет им пользу, — задумчиво произнес Ричард. — Но вы, как человек, который проводит с ними все время, знаете больше меня. Иначе я не стал бы задавать вопрос об их успехах.

  — Нет, милорд, это разбивает их сердца! — воскликнула Джулия. — Еще немного, и может случиться непоправимое. Дети слишком отдалились друг от друга. Прошу вас, позвольте им снова общаться друг с другом.

  Джулия остановилась, сложила руки в молитвенном жесте и заглянула Ричарду в глаза. В них было сомнение, от лорда веяло нерешительностью. Наконец он произнес:

  — Хорошо, пусть все будет, как раньше. Но только под вашу ответственность.

  И Джулия поняла, что победа в этом раунде осталась за нею. От радости она бы кинулась лорду на шею, но это было неуместно, особенно при свидетелях. Им и так хватит пищи для сплетен еще на долгое время.

Они сами не заметили, как свернули на другую тропинку и оказались в другой части сада, со старыми деревьями,  могучие стволы которых опутали лианы плюща и плетистые розы. Сад благоухал! Джулия никогда еще не была в этой его части, и с замиранием сердца созерцала невероятную красоту.

 Распустившиеся розы и пионы источали дивный аромат. Над пышными зонтиками разноцветных гортензий кружили пестрые бабочки, а ветви деревьев, усыпанные желтыми гроздьями опустили ветви так низко, что они касались головы. Были тут и цветы, названий которых Джулия не знала.

  — Вижу, вы еще не все сказали, маленькая мисс Метнер, — усмехнулся лорд. — Будьте смелее в своих желаниях. Сегодня я взял так несвойственную мне роль  доброго волшебника, так не упустите возможность. Чего вы хотите? Съездить в город и купить новый наряд? Или приобрести красивые безделушки, от которых все женщины без ума?

 — Не угадали. — Глаза Джулии сверкнули лукавством, она явно что-то задумала. — У Генри с Эшли нет игрушек. Это немыслимо! Такой большой дом, и совершенно не приспособлен для детей.

 — Вы меня стыдите, как маленького ребенка. — Ричард рассмеялся и провел по волосам ладонью. — Конечно же, в доме есть игрушки, хоть и старые. Нужно только спуститься в подвал и поискать, что там лежит.

 — В таком случае, ловлю вас на слове. Мы обязательно спустимся в подвал за игрушками. Хотя  сомневаюсь, что ваши гости позволят сделать это в ближайшие дни. Они не желают выпускать из виду хозяина особняка. — Тут Джулия усмехнулась. — И еще хочу сказать: Эшли — левша.

  — Левша? — лорд, похоже, не сильно удивился. — Эта особенность была у ее отца.

— Интересно, а герцог может заподозрить, что вы скрываете от него нечто важное?  Кстати, где он? Что-то я не видела сегодня вездесущего Ханта.

  — Он отправился в город. — Ричард произнес это спокойно, но твердо, и Джулия подумала, что эти двое наткнулись на нечто серьезное, о чем пока никто не должен знать.


               
                * * *



 
  Герцог проснулся ранним утром, и, даже не позавтракав, оседлал своего скакуна и покинул гостеприимный Дарк-Хаус. Он намеревался собрать сведения о злополучном разрушенном замке. Тогда, находясь на берегу озера, герцог  почувствовал необъяснимую тревогу, а еще ему показалось, что у руин кто-то был.

 <<Если вам показалось, значит, не показалось>>, — подумал Хант, направляясь в самое посещаемое место в Сайлент Роке.

  Кто больше всех знал о том, что происходит в городе? Конечно же, священники. В их  рукописных книгах хранились все записи о горожанах,  родословные; в книгу вписывались имена всех, кто родился, женился и преставился. Так что, путь герцога лежал в храм.

  Природа оживала под утренним солнцем. Луга, омытые предрассветной росой, напоили своим ароматом воздух. Здесь так легко дышалось. Сквозь кроны деревьев пробивались солнечные лучи. Ничто, кроме пения птиц, не нарушало тишины. Топот копыт заглушала мягкая, как шелковый ковер, трава. Лето подходило к концу, но здесь это даже не чувствовалось. Мужчина даже немного завидовал Вейнам, особняк которых располагался в таком живописном месте. Смог бы он сам жить вдали от столицы? Наверное, нет, работа обязывала вести совсем другой образ жизни.

  Но не время любоваться красотами, нужно обдумать вопросы, которые он задаст мистеру Рейвону, приходскому священнику. Хант мысленно потирал руки, так как нутром чуял, что визит обещал быть интересным.

 У дороги стали появляться первые дома с черепичными крышами, птичий гомон сменился иными звуками. Горожане направлялись по своим делам, кто на рынок, кто в лавку, кто на службу. Прохожие не обращали бы внимания на одинокого всадника, если бы не его черная одежда и широкополая шляпа, надвинутая на глаза.

  Возле церкви он никого не встретил, заутреня уже закончилась, обедня не началась. В дверях появился священник в темной ризе, и очень удивился, увидев герцога.  Тот спешился, а коня   привязал к дереву, что возвышалось у ворот храма.

  — Доброе утро, мистер Рейвон. — Хант в знак уважения к сану священника, чуть наклонил голову.

  — Утро доброе, Ваше Сиятельство. Что привело вас в обитель в столь ранний час?

  Священник знал, что значили  подобные визиты высокопоставленных лиц, и чем они могли закончиться. Рука его нервно дрогнула.

  — Мне нужно заглянуть в вашу книгу. Вернее сказать, вы можете помочь мне добыть сведения об одном старом деле.

  Герцог смотрел на храмовника, и видел страх в его глазах, напряженность и нервные движения рук, которые он не знал, куда спрятать.

  — Сомневаюсь, что подобные записи хранятся в моей книге. Все-таки, это не Тайная канцелярия. — Священник намекнул о роде деятельности гостя. — Но я постараюсь сделать все, что в моих силах. — Священник указал рукой на небольшую постройку.

  — Уж постарайтесь, святой отец. — Хант усмехнулся и последовал за священником в дом, стоявший на территории храма.

  Отец Рейвон открыл  выкрашенную синей краской дверь и вошел первым, показывая, что тут безопасно. 
Внутри пахло деревом, краской и старыми книгами.

 Мужчины сели за стол, покрытый белой вышитой скатертью, на котором лежала книга в черном переплете, священное Писание. Но не она интересовала гостя.

  — Итак, какое давнее дело вас интересует? — спросил священник, пропуская титул.

 — Что вы можете рассказать про дом у озера?

 Священник нахмурился и, помолчав минуту, произнес приглушенным голосом:

  — Действительно, это слишком старая история,  копаться в которой нет никакого удовольствия. Записи в то время вел мой предшественник, почивший много лет назад. Темная история наделала тогда шуму.

 — Вы видели записи своими глазами? — Герцог наклонился вперед, в нем вспыхнула жажда приключений.

   Священник молча встал, подошел к шкафу с матовыми стеклами, открыл створку и поискал глазами нужную книгу. Из недр шкафа он вытащил на свет тяжелый увесистый том и положил на стол. Отец Рейвон бережно листал рукопись, а отыскав страницу, раскрыл книгу перед гостем.

  — Можете сами все прочитать, я ничего не скрываю. — Мужчина сложил руки перед собой, предоставляя герцогу самому во всем убедиться.

  Бросив на священника осторожный взгляд, Хант принялся изучать записи, сделанные дрожащей рукой. Буквы писались в спешке, будто человек торопился, боясь упустить что-то особенное.

  История уже была знакома Ханту, но он надеялся найти какие-либо зацепки и подробности, не известные широкой публике. А еще его интересовало имя молодого мужчины, жениха-иностранца. Но нигде не было ни одного упоминания его фамилии, словно кто-то стер память о нем.

  Грудь вампиршы пронзили острым осиновым колом, и сделал это сам священник. А после тело поместили в склеп. Слуги в страхе покинули дом у озера, а позже в нем был пожар и остались одни руины.

  — То место проклято, — закончил священник, когда герцог отодвинул от себя книгу. — Я был там однажды с  одним молодым человеком, который хотел посмотреть на то, что осталось от особняка. Поверьте, смотреть там не на что. В воздухе все еще стоял запах гари, а на сердце появилась такая тяжесть, не описать словами. Останки дома заросли плющом и колючими зарослями шиповника. Там нет ничего живого, даже птицы не поют.

 — А тот молодой человек, что стало с ним, когда увидел дом? — Герцог чувствовал, что нащупал нить, за которую потянуть — и клубок начнет разматываться.

  — Он умолял показать, где находится склеп. Но я отказался провести его туда. Помню, как он умолял меня. Думаю, если бы не лодочник, который торопил нас, я бы не смог отказать.

  — Думаю, лодочник оказался вашим спасителем, — задумчиво произнес герцог. — Полагаю, мужчина был иностранцем?

  — Вы совершенно правы. Он говорил с неизвестным мне легким акцентом. — Священник был удивлен проницательности гостя, но потом вспомнил, что перед ним сидел сам глава Тайной канцелярии.

  — И имени его не помните?

  Священник хотел было произнести имя, которым назвался незнакомец, но вдруг понял, что не может вспомнить.

  — Он назвал имя, но к сожалению, не помню. Крутится на языке, но как-будто что-то мешает сказать вслух. — Отец Рейвон выглядел растерянным.

  — Благодарю, святой отец. Вы мне очень помогли. — Герцог порывисто встал и поклонился. На губах его появилась загадочная улыбка.

  Пора ехать в Дарк-Хаус, чтобы поговорить с Ричардом Вейном.

  #ТайнаДома