Совет

В дверь постучали и тут же открыли, как поступают  свои, либо уверенные в праве. Эти вошли осторожно, полагая, по-видимому , что могут встретить не очень радушный приём.
По мере их продвижения, вместе с воздухом вечернего рынка, комната наполнилась запахом костра, дешёвого кабака и старой башмачной кожи.

Толя быстро вышел на шум и, узнав посетителей, привычно поприветствовал:
— Привет, Тютя. Привет, Резак. Что так поздно? Приходите завтра, как обычно, — и направился в их сторону, посчитав вопрос исчерпанным.

— Да мы не за этим, — громким низким голосом ответил ему мужик в старой шляпе. — Девка к тебе забежала. Новенькая. Посмотреть хотели...

— Она ко мне. — резко оборвал хозяин.

— Понятно, — миролюбиво протянул второй и сел-таки на скамью возле широкого деревянного стола.
Рядом с ним тут же приземлился попутчик: — Ну, угости хоть краюхой хлеба, раз уж зашли. Завтра отработаем...

Через некоторое время на столе появились кипяток, чугунок с картошкой и хлеб.
Нищие с явным удовольствием набросились на еду. Их вид из грозного, сулящего неприятности, превратился в обычный вид пожилых, усталых и голодных людей.

Толя сел с другой стороны стола, ожидая скорого завершения пиршества.
Когда картошка и хлеб были съедены, гости наполнили керамические кружки чаем из чабреца и зверобоя.
Аромат полевых трав странным образом, связав воедино палитру, наполнил атмосферу горшечной лавки новым запахом дорогого бальзама.

— Она хорошенькая... — хитро сощурив глаз то ли от пара кипятка, то ли желая подразнить хозяина, без всякого вступления, как бы между делом, обронил Резак, прозванный так за большой шрам на левой щеке, полученный много лет назад в справедливой драке на ножах с чужаками у городских ворот. — Никогда её здесь не видел...
— Кто она тебе? — включился в разговор Тютя.

Парень молчал. Было видно, что он не намерен отвечать.
Бродяги со свойственным им чутьём жителей улиц прекрасно это поняли. Некоторое время они сидели молча, громко сёрбая из кружек, не поднимая голов.

Когда церемония подошла к концу, Тютя неожиданно заговорил:
— Люди — это собаки, которые лают словами. Рыщут по помойкам, вяжутся с кем попало... Редко... Встречаются волки... Если — волк — ищи волчицу. Верность — волчье...
Он оборвал фразу и, обратившись к притихшему приятелю, произнёс:
— Уходим! Хороший день...

Они шумно встали из-за стола, поклонились и направились к выходу. У порога, одевая головной убор, Тютя остановился и, обернувшись, сказал:
— Толян, если что — пусть приходит на наш район. Вопросы будут — скажет, что с нами работает... Не ошибись... Бог в помощь.

Дверь закрылась.