Ночное кладбище

   Унылый школьный день подходил к концу. Максим Лужков медленно стянул свою осеннюю куртку с крюка, затем точно так же, медленно, скользя по полу, побрел прочь из раздевалки. «Ух, наконец-то!» – подумал он, с наслаждением ощутив свободу, особенно теперь, когда сгорбленный учитель географии Дмитрий Степанович едва не вляпал ему двойку. Повезло, что Вовка Сидоров, одноклассник Макса, стрельнул в «препода» из рогатки и камнем угодил прямо в переносицу. Старик был очень «обрадован» этим происшествием и побежал было к директору, однако в последний момент передумал. Бедный учитель… Он даже поорать не успел – его заткнул звонок.
   Лужков долго еще рассуждал о своем спасении, как вдруг его кто-то хлопнул по плечу сзади. Макс уже спускался по лестнице в школьный двор.
   - Домой идешь? – спросил Вовка Сидоров, его спаситель.
   - Да, – ответил Макс.
   - Тебе составить компанию? – полюбопытствовал спаситель.
   - Спрашиваешь? – Макс улыбнулся. – Я еще не успел тебе сказать спасибо.
   - Да, ладно! Какие пустяки! Подумаешь, в переносицу попал! Он сам виноват! Ему на пенсию пора, все равно в школе его не уважают. Был бы приличным преподом – парты школьные не летали бы через весь класс вместе со стульями, - Вовка захохотал. Лужков последовал его примеру.
   Сидоров был крупным парнем, что давало повод для насмешек среди некоторых личностей в школе. Однако он не был таким уж дураком, каким казался, и Макс его уважал. Он знал о привычках своего друга – вмешиваться в различные авантюры и приключения, а иной раз даже сам участвовал в них. Вовке в этих делах явно везло – приключений хватало. Даже если он не хотел куда-либо ввязываться, какие-нибудь запутанные истории валились ему на голову, как белый снег…
   Вот и сейчас Макс прекрасно понял, что у Сидорова есть что-то особенное, тут у него какая-то тайна, с которой он пока не может справиться. И сейчас, по дороге домой он обязательно заговорит о новом деле.
   Лужков сам не знал еще, как он был прав…

   По улице с шумом проносились машины. Пацаны шли по тротуару, весело переговариваясь. Точнее, болтал один Вовка – Макс предпочитал быть слушателем, и лишь время от времени из вежливости поддакивал ему.
   - Ладно, хватит выпендриваться и говорить ерунду, - сказал Сидоров, когда друзья подходили к дому Лужкова, - у меня новое дело.
   - Естественно, - улыбнулся Макс, - я бы посадил тебя в сумасшедший дом, если бы ты не сказал мне этих слов: «новое дело». Выкладывай, что случилось на этот раз?
   Вовка умолк на секунду, затем приблизил голову к лицу друга и прошептал:
   - Макс, что ты думаешь о кладбище?
   Лужков от неожиданности сплюнул.
   - Ничего хорошего, - пробормотал он, - да и рановато мне еще покидать наш суетный мир.
   - Да я не об этом! – Вовка дернул его за рукав, приводя в себя. – Мое дело связано именно с кладбищем.
   Макс навострил уши.
   - Продолжай. – сказал он.
   - Видишь ли, Макс, мимо этого кладбища я частенько прохожу летом и ранней осенью, когда мы с семьей ходим в лес за грибами. Это недалеко отсюда, за городом в деревне. Знаешь, там растут прекрасные грибы, поганки одни, правда, но это неважно! Вчера вечером я был там.
   - В лесу? – переспросил Лужков.
   - Именно. Меня ведь в школе не было, я болел, как ты знаешь.
   - Вижу, как ты болел, - рассмеялся Макс. – Прогульщик!
   - Да ладно! Ты слушай дальше…
   Ребята дошли до дома Макса и зашли в подъезд.
   Спустя минуту они сидели в комнате Лужкова, где к их услугам был превосходный ужин, и Вовка, весело поглощая картошку с мясом, продолжал свой рассказ:
   -    Ко мне приятель приезжал из деревни вчера утром. Мы довольно весело провели время: болтали о том, о сем. И он поведал мне о таинственных происшествиях на кладбище…
   Недавно в их деревне умер один страшный и странный старик. Люди боялись и ненавидели его. Говорили, что он занимался колдовством. Жил он бедно, был всегда один, и чем конкретно он занимался, на что существовал, никто не знал. Когда он умер, его, конечно, схоронили, кстати, даже неизвестно на какие шиши, а спустя неделю на кладбище стали происходить странные вещи…
Макс, который пил сок, чуть не поперхнулся.
   «Сейчас он начнет повествование о летающих гробах», - подумал он.
   -   Гробы, конечно, не летают, - произнес Вовка, словно угадав, о чем думал Макс, - но происходит следующее – кто-то выкапывает гробы!
   Лужков вторично поперхнулся соком.
   - С чего ты взял?
   - Я знаю, что говорю. Мой приятель видел это собственными глазами. Вернее, он видел гроб!
   - Да вы оба рехнулись!
   - Серьезно, Макс! – Вовка даже вспотел от возбуждения. – Я ему и сам не поверил сначала, однако он посоветовал отправиться в лес вместе с ним и проверить, так ли это. И вчера под вечер мы с ним отправились…
   - И ты видел выкопанный гроб? – спросил Лужков, все еще не веря.
   - Нет! – подосадовал Сидоров, - но слышали какие-то непонятные звуки. Мой приятель перетрусил и смылся, оставив меня одного в лесу, в темноте, да еще возле кладбища, - Вовка содрогнулся.
   Некоторое время друзья молча глазели друг на друга.
   - Хорошо, я все понял, - произнес Макс, - упрашивать меня ни к чему. Я тебя давно знаю и уверен, что ты решил отправиться в лес, да и меня захватить в придачу с собой, верно?
   - Естественно, - заулыбался Вовка, - ну кто как не ты поможет мне разобраться с этой загадкой?
   - Допустим, я тебе поверил – там происходит черт знает что. Гробы мерещатся, старик-колдун встает из гроба… Все отлично, как положено. Только ты сообщи мне еще факты. Во-первых, мне ясно, что эта чертовщина происходит ночью. А как насчет дня?
   - В этом-то все затруднение, - сказал Сидоров, - никто ничего не замечает. Могилы на своих местах, гробов не видно. А ночью все изменяется…
   - А гроб этот видел только твой друг, и никто больше?
   - Он видел один, но еще два-три парня слышали о лесных ужасах, что, дескать, скрип раздается, смешанный с хриплым голосом старика…
   - Ладно, пока остановимся на этом, Вовка. Когда мы туда поедем?
   - Да хоть завтра. Будет суббота – выходной.
   - Прекрасно.
   Когда Сидоров ушел, Макс погрузился в раздумья. Да, то была невероятная история! Мистика какая-то, ей-богу! Но если отбросить все фантастическое, то вообще не останется ничего. Гробы могли и привидеться тому парню. Ведь кладбище же, да еще вечером! У людей с богатым воображением еще и не такое случается.
   «Откуда я знаю, может быть, они там с ума посходили, - подумал Лужков. – Старика боялись при жизни, а после смерти и подавно, раз считали колдуном…».
Однако Максим решил помочь Сидорову, хотя бы потому, что выбора у него не было – противный Вовка все равно поедет на кладбище, согласится Лужков или нет, а Макс никогда не оставит друга…

   Он брел по лесной дороге, которую уже не различал в темноте. Справа и слева от него ярким пламенем горели кресты. Макс содрогнулся от ужаса, он увидел темную, едва различимую точку, которая постепенно увеличивалась, приближаясь к нему. Только в последний момент ошалевший от страха Макс разглядел, что это гроб! И летит он прямо на него…
   Он бросился бежать не разбирая дороги, ежесекундно оборачиваясь – гроб по-прежнему летел за ним, пытаясь настигнуть.
   -   Эй, ты! – заорал из последних сил Лужков, задыхаясь от быстрого бега. – Приятель, смени-ка курс, а? Почему бы тебе не погнаться за кем-нибудь другим?
   Крышка гроба чуть приподнялась и оттуда прошелестел голос:
   -    ПРИДИ КО МНЕ… ВОЙДИ В МЕНЯ… У-У-У-У-У!!!
   Макс обернулся, чтобы посмотреть, на каком расстоянии от него находится чокнутый гроб, как тот на полной скорости врезался в беглеца…
«Как машина с пьяным водителем», - подумал Макс перед тем, как заорать…
   Он заорал и… проснулся. Солнце весело светило, посылая отряды лучей в окошко.
Лужков приподнялся, мокрый от пота. Сердце учащенно билось.
   «Это сон! – подумал он с облегчением. – Ну и кошмар!»
   Макс оделся и после завтрака позвонил Сидорову.
   - Ты как спал сегодня? – спросил он руга.
   - Великолепно, Макс! – откликнулся Вовка. – А ты?
   - За мной гнался гроб…
   - Ха-ха-ха! – рассмеялся Сидоров. – А мне снилось, будто я объелся мороженым, а потом оказалось, что глотал яичную скорлупу вместо сладкого…
   - Это дело не выходит у меня из головы, - признался Макс.
   - Сегодня же вечером мы поедем туда. Ты уже подумал, что скажешь матери, Макс? Не забывай о возможности ночевки в лесу…
   Макс брезгливо поморщился: об этом он не думал. Не очень-то приятная перспектива ночевать на кладбище…
   - Я поговорю с ней, - ответил он, - а как у тебя?
   - О, мой батя сказал, что это первая добрая мысль за все время моего существования! – самодовольно произнес Вовка Сидоров. – Тренировка нервов, и все такое. После обеда я приду к тебе.
   Макс повесил трубку.

   Был уже вечер, когда два друга, а вместе с ними и приятель Сидорова, которого звали Костей, достигли границ леса…  
   Макс поразился, увидев громадную гору, которую в городе наблюдал лишь издали. Голая вершина этой горы манила его взлететь и опуститься именно туда – на самый верх.
   В быстро наступивших сумерках Костя и Вовка пошли по рыжевато-красной тропинке, что вела в лес, тянувшийся вдоль этой самой горы. Лужков отправился вслед за ними.
   - Живописное место – лес, - разглагольствовал Костя. – Хорошие достопримечательности. Особенно осенью, когда с берез облетает листва. Очень красиво. Но вы, городские ребята, сейчас не сможете оценить эту красоту, ибо наступил вечер, короче, темно, как в печке. Но вот днем тут очень красиво, поверьте мне…
   - Вполне естественно, - прервал его Вовка. – Особенно если забыть, что метров через сто мы увидим первые кресты…
   - Это правда, - согласился местный житель.
   - А то место, где вы слышали звуки, близко? – с тревогой спросил Макс, беспокойно оглядываясь.
   - Да, через километр, справа от дороги, - сказал Костя.
   Всем троим на мгновение стало жутко. Максу, который прислушивался к рассказам местного парня, красота леса стала рисоваться совсем по-другому. Сейчас почти темно, и они подходят к кладбищу… Ужас! Максу вспомнился сон, как он шел по лесной дороге, вот так же, как и теперь, а с двух сторон от него пылали костры. Ведьмы устроили премилый шабаш, а прямо на Лужкова летел грозный зловещий гроб, чтобы сожрать его с потрохами и не подавиться при этом.
Максим сплюнул от омерзения и постарался найти во всем этом хоть капельку здравого смысла. Но в голову ничего не приходило.
«Все это бредятина! – подумал он, вспомнив деревенские легенды о духах, мертвецах. – Ну какая глупость!»
   - Мы подходим к кладбищу, - известил Костя.
   - Вот спасибо! – сыронизировал Сидоров.
   И действительно, на возвышении во мраке темно-синего неба блеснул торжественно-зловещий крест первой могилы… За ним последовали другие…
   - Может, сойдем с дороги, - предложил Вовка, обращаясь к ребятам. – вдруг за нами следят?
   - И что, ты предлагаешь ползти, натыкаясь на белые оградки? – спросил Костя.
   Максу не нужно было напрягаться, чтобы уловить страх в голосах своих друзей.
   - Послушайте, - произнес он, оглядываясь вокруг, - пока ничего не произошло, мы пойдем по дороге. Если, не дай бог, услышим какие-нибудь странные неземные звуки, например, как открывается крышка гроба, или…
   - Макс, заткнись! – крикнул Костя, наложив кресты на свое тело.
   - Или же смерть с косой подлезет к нам, - продолжал Лужков, - тогда убегаем в противоположную сторону. А пока пройдемся еще немного вперед. Если ничего не обнаружим, вернемся в деревню.
   Друзья согласились с предложением Максима и пошли вперед по дороге, пытаясь сохранять бодрость.
   Уже спустя минуту все трое подскочили от страха, наткнувшись на лежащее что-то поперек дороги. Вернее, «наткнулся» один Вовка и, подскочив, заорал, Макс и Костя последовали его примеру.
   - Что это? – спросил Костя сдавленным голосом после короткой паузы.
   Сидоров нагнулся и поднял с земли что-то железное.
   - Это вилы, - произнес он, - старые вилы. Интересно, почему их выкинули? Подумаешь, палка переломилась…
   Макс зажег фонарь, яркий свет осветил вилы в Вовкиной руке. Костя вытаращил глаза, потом застонал.
   - О, боже… Святая дева, помоги мне-е-е…
   - Ты чего? – удивился Вовка и стал медленно отодвигать вилы. – Рехнулся?
   - У-у-убери их! – испуганно хрипел тот. – Это его ви-илы! Его – старика! Это вилы колдуна!
   Вовка вскрикнул и выбросил свою находку далеко в сторону, насколько позволяли силы. Он осмотрел ладонь, словно желая удостовериться, что не подхватил вместе с вилами какую-нибудь заразу.
   Максим, оправившись от страха, сохранял спокойствие.
   - С чего ты решил, что это вилы колдуна? – спросил он Костю, который все еще трясся.
   - По п-палке. Там рисунок… Женщина держит в руках чашу…                н-наполненную огнем. Вы что, не видели?
   - Нет, - признался Вовка.
   - У н-него даже на молотке был такой рисунок, - говорил Костя, утирая пот со лба.
   - Пойдем дальше? – предложил Лужков.
   - Нет, постойте… - прошептал Сидоров, - ребята, на землю!
   Перепуганные насмерть пацаны бросились ничком на дорогу; Вовка при падении отбил живот, однако даже не вскрикнул – настолько был ошарашен. Все замерли. Да, где-то справа слышались странные звуки…
   - Тихо! – прошипел Вовка, когда Костя решил было подползти поближе и попал своей увесистой ногой в задницу Сидорова. – Ветка хрустнула или что-то… Нас не пускают дальше!
   - Откуда тебе это известно? – с раздражением спросил Лужков, ему надоела вся эта галиматья. Кроме того, новые штаны порвались при падении, так что он имел право позлиться.
   - Говорю вам, я слышал! – убеждал Вовка, поднимаясь на ноги.
   - Пора уходить, братцы, - прошептал Костя, единственный из трех, кто еще оставался на земле, глотая пыль и марая одежду.
   Макс прислушался, но услышал только стук собственного сердца. Не обращая внимания на Костю, который все еще корячился на земле, словно дурак, Лужков твердым шагом направился в сторону, где как уверял Сидоров, он услышал хруст ветки.
   У Вовки выпучились глаза от удивления, а в голову влетела бредовая мысль – не помешался ли его приятель.
   - Макс, ты куда? – залепетал он, едва ворочая языком. – Макс!!!
   - Отстань! – отмахнулся Лужков, даже не оборачиваясь. – Пора положить конец. Если там прячется мертвец, в чем я не уверен, то мы заставим его выйти оттуда.
   - Господи, спаси и сохрани меня! – ныл Костя, поднимаясь на колени.
Лужков повернулся лицом к друзьям, и в то же самое мгновение что-то пролетело мимо его головы.
   Никто не успел даже вскрикнуть. В метре от Макса разбилась бутылка, случайно встретившая на своем пути дерево.
   Костя и Вовка завопили одновременно, Макс отскочил в сторону и покатился по земле, обдирая об кусты кожу на руках и на куртке.
   - О, боже! Там действительно кто-то есть! – запричитал Костя.
   - Да заткнешься ты, наконец! – прошипел Макс, приподнимая голову, не вставая с земли и не спуская глаз с того места, откуда прилетела бутылка. Макс подобрал брошенную ему Сидоровым увесистую палку и приготовился к защите.
Ни звука, ни шелеста… Однако Макс не сомневался, что в пяти метрах от него кто-то был. Казалось, он слышал чье-то прерывистое дыхание – дыхание живого существа…
   - Нет, - прошептал он, выставив вперед палку, держа ее обеими руками, - я не верю в сверхъестественные силы. Там живой человек, ребята!
   Сидоров поднялся с земли и встал рядом. Костя тоже встал, но чуть подальше, на всякий случай.
   - Ты прав, клянусь могилой Колдуна! – произнес Вовка, размахивая палкой перед собой. – Эй ты, мертвец! Говорят, вы способны на все! И в темноте за девицами подглядывать! И бабу Ягу сбить, которая по ночам шастает по воздуху в своей ступе, так как же ты не попал в Макса бутылкой? Косой, что ли?
   - Замолчи! – шикнул на него Лужков, который вдруг вспомнил, с чего началась эта экспедиция. – Костя, где находится могила Колдуна?
   - Здесь, - дрожа от страха, прошептал Костя, - метрах в шести отсюда.
   - Так чего же ты молчал, остолоп! – прокричал Лужков и смело бросился вперед.
   Сидоров попытался последовать за ним, однако что-то встало на его пути и больно ударило по голове. Вовка поднял глаза – то было дерево, в которое он врезался, как упрямый баран. Косте повезло еще меньше. Он отлетел в сторону и запнулся об заброшенную могилу без оградки. К тому же он не считал святым делом целовать надгробный крест.
   Макс пробежал пять или шесть метров. Могильные оградки были теперь справа от него, дорога слева. Он понял только одно – ЭТО ПРИВИДЕНИЕ ЖИВЕТ ЗДЕСЬ! И сейчас он с ним встретится.
   Что-то шевельнулось там, справа. Макс повернул голову и успел увидеть чью-то тень, мелькнувшую у дерева.
   - Ну вот, наконец, и ты, мой милый! – сказал Лужков, приближаясь к дереву.
   Убедившись, что его обнаружили, Привидение нашло в себе мужество показаться из-за дерева…

   Из-за туч выглянула луна и осветила страшное место.
   Привидение оказалось невысоким существом в человеческом обличии. Единственное, что Макс смог различить, огромных размеров бороду, словно перед ним стоял сам старик Хоттабыч.
   - Доброй вам ночи, - Лужков решил быть вежливым даже в такой ситуации. - Вы не скажете, с какой стати вам понадобилось швырять в нас бутылкой? И кто вы, собственно говоря, такой?
   Неизвестное не отвечало.
   Тем временем из-за кустов показались Сидоров и Костя. Последний чиркнул спичкой, пытаясь осветить всю картину, ибо луна снова нырнула в тучи, но расстояние было слишком большим, и он ничего не добился, только обжег себе пальцы. Однако бороду он увидел и не смог не закричать. Затем пошатнулся и грохнулся в обморок.
   - Что тут происходит? – поинтересовался Сидоров, не сводя глаз с темной фигуры, что стояла перед ними, не подавая признаков жизни, играя в молчанку.
   Костя приподнялся было, но, увидев привидение, снова свалился без сознания. Макс взмахнул палкой – привидение пригнулось, готовясь к защите. Сидоров остановился рядом с Лужковым.
   - Убирайся в царство мертвых! – крикнул Вовка, обращаясь к старику, ибо не сомневался, что этот бородач старше его не менее чем на пятьдесят лет.
   - Кстати, я не вижу открытого пустого гроба, - заметил Макс, - значит, этот старикашка еще и не отправлялся на тот свет, как думал наш друг Костя.
   - Да, наш друг валяет дурака, лежа на земле, - загоготал Сидоров.
   От его истерического смеха в темном лесу, да еще на кладбище, у Лужкова встали дыбом волосы.
   Тем временем привидение повернулось спиной к нашим героям и сделало попытку уйти.
   - Черт побери! – Вовка бросился следом, выставив палку вперед. – Окружай его, Макс!
   Лужков бросился вперед, обогнав старика и отрезав ему путь. Сидоров стоял сзади. Оказавшись между двух огней, привидение изменило тактику. Оно внезапно заговорило тихим замогильным голосом:
   - Хватит дурить, мальчишки! Отпустите меня…
   - Отпустить вас? – иронически проговорил Вовка. - Но кто вы на самом деле? Разве вас не похоронили?
   Макс бросил палку на землю.
   - Вовка, доставай фонарь, - сказал он.
   - Давно пора, - пробубнил старик.
   Сидоров вытащил фонарь, и мгновение спустя огонь осветил привидение. Тот закрыл рукой глаза от внезапной вспышки.
   - Кто вы? – спросил его Макс. – И почему здесь прячетесь?
   - И почему, наконец, вы еще живы? – Вовке так и хотелось узнать разгадку этой истории.
   Старик подошел к дереву и сел на высохшую траву. Ребята примостились рядом. На всякий случай Сидоров еще какое-то время не выпускал палку из рук. Что касается Кости, то он, очнувшись, с воем и криком помчался назад в деревню, а вслед за ним в его воображении несся огромных размеров старик-колдун, размахивая вилами…
   Старик покряхтел, посопел и начал свой рассказ. Было видно, что умирать он пока и не думал.
   - Мне шестьдесят два года, - с гордостью произнес он, лукаво глядя на Сидорова, - а я бегаю как козел.
   Вовка расхохотался, старик продолжал:
   - Кажется, ваш дружок, который убежал, спутал меня с колдуном. Что ж, - вздохнул он, - такое часто случается… Этот колдун – мой брат.
   - Так вы близнецы? – наконец дошло до Вовки. – И он действительно мертв? То есть, я хочу сказать, он похоронен и никогда не выкапывался оттуда?
   - Нет, конечно, - подтвердил старик. – Что за странная мысль?
   Макс вытер пот со лба. Он только сейчас понял, что они, придя сюда, не только сами страху натерпелись, но и до смерти напугали старого человека!
   - Извините нас, - произнес он, - но мы не знали о вашем существовании, мы пришли сюда для того, чтобы разгадать тайну о том, кто выкапывает гробы и…
   - Теперь вы поняли, что это не так, – закончил старик и уставился на Сидорова. – Сходи, дружок, к вон той могиле, - он указал пальцем в темноту, - и принеси рюкзак.
   Вовка с фонарем отправился туда, куда ему указал дед и вскоре вернулся, неся с собой рюкзак. Старик вынул оттуда банки со всякой всячиной и принялся за еду.
   - Можете присоединяться, - разрешил он милостиво, - ведь ваши животы, наверное, возмущаются, что вы их не наполнили перед ночной прогулкой…
Ребята не заставили себя долго просить. Пока шла полным ходом трапеза, старик начал рассказывать свою историю.
   - Меня зовут Авдей Матвеевич. Я живу недалеко отсюда, за этой горой, там деревенька есть у трех озер… Когда-то давно мы с братом моим были очень дружны. Однажды он встретил девушку и полюбил ее…
   Вовка разинул рот от удивления.
   - Это давно было, сорок лет назад. Он полюбил ее, не зная, что она и я – жених и невеста. Когда же все открылось, ему стало не по себе оттого, что соперник – его брат-близнец. Катерина любила меня, но когда познакомилась с моим братом, Кузьмой, узнала его поближе и решила быть с ним.
   Старик опустил голову. Ребята слушали его молча, боясь даже шевельнуться. Теперь даже темнота не пугала их.
   - Я горевал… и злился. И зачем только я тогда это сделал? Такой грех на душу принял. Теперь не вернешь ничего…
   - А что вы сделали? – прошептал Вовка.
   - Обманул я Катерину. Пришел к ней, представился Кузьмой, мы были похожи, как пара сапог. Никто, кроме матери, не мог нас различить. Катерина не узнала меня, а когда пришел Кузьма… - старик опустил голову, - она все поняла…
   Он замолчал. Тишина была такой гнетущей, что, казалось, ночные совы и даже ветер замолкли, слушая печальную исповедь.
   - История эта наделала много шума, - продолжал старик, - мы с братом поссорились. Катерина ушла, оставила Кузьму… Я погубил себя и погубил Кузьму, от этого еще больнее. Он был одинок, люди боялись его. Когда человек из этой деревни пришел к нам сообщить о смерти брата, то, увидев меня, чуть не упал от удивления. И я все понял… Брожу вот теперь тут, хочу прощения испросить у брата… Да уж теперь уйду утром, навсегда, пожалуй, пугаться никто не будет…

   Когда Макс открыл глаза, было уже утро. Он растормошил Сидорова и тот удивленно тараща глаза ничего не мог понять.
   - Где я?.. Макс, я видел странный сон.
   - Я тоже, - ответил Лужков. - Вставай, дружище.
   Старика не было и только рюкзак, подложенный Вовке под голову, свидетельствовал о том, что вся история происходила в реальности.
   Друзья шли по лесной дороге, Вовка тарахтел о покойниках, о деревенских предрассудках, о Косте, который поверил бредням о летающих гробах. Макс не отвечал. Он думал о несчастном старике, который всю жизнь прожил под бременем вины, а теперь пытался вымолить прощения у своего брата, ночуя возле его могилы…
На дороге лежали брошенные Вовкой вилы. Макс поднял их с земли и уставился на Сидорова.
   - Зачем они тебе? – спросил тот.
   - Это не мне, это тебе…
   - Мне?! – удивился Вовка. – Зачем?!
   - Слушай меня внимательно, - произнес Макс, - ты заманил меня в этот лес. Я перепачкался в пыли! Затем едва не получил бутылкой по голове! Твой дружок ретировался, оставив нас наедине с привидением! Кроме всего прочего, я порвал совершенно новые штаны, а теперь ты спрашиваешь, на кой черт я взял вилы!
   - Стой! – крикнул Сидоров, улепетывая со всех ног от взбесившегося друга, что гнался за ним, размахивая вилами. – Я все понял! Поня-а-а-л!..