СХТ-40

Первая рота батальона спецназа возвращалась с полигона Чимган.
Дело было к ночи — темень хоть глаз выколи, бойцы на броне, ветер в ушах, АКС в руках, романтика. Шли ходко, фары БТРа №810 выхватывали из темноты дорожную разметку, за рулём - наш бессменный Женька Шадрин. Капитан устроился на броне за водителем, а на башне устроился Серёга Амплетов, пулемет КПВТ он по-хозяйски пристроил у себя между ног. Остальные бойцы рассредоточились по корпусу и внутри машины.

Уже проскочили славный город Чирчик и на всех парах приближались к Ташкенту. Впереди замаячил железнодорожный переезд и пост ГАИ за ним. Внезапно Серёгу накрыло непреодолимое желание устроить фейерверк.
- Кэп! - заговорщически обернулся он к Капитану. - У меня тут нычка есть. Давай салютану?
- В каком смысле?
Серёга с видом фокусника запустил руку в карман разгрузки и извлек оттуда ракетницу. Да непростую, не какой-нибудь мелкий калибр типа 26 мм, а суровую СХТ-40. Мощная штука, которая при запуске летит на пятьсот метров ввысь.
- Откуда добро? – интересуется Капитан.
- Да на учениях сэкономил, заныкал, - ухмыльнулся Серёга. - Ну что, бабахнем?

Понимая, что дело возможно "запахнет керосином", Капитан попытался включить голос разума:
- Серёга, она же дурная! У неё отдача дикая, с рук её запускать - не вариант. Попроси оператора в башне, пусть задерет ствол пулемета максимально вверх. Примотай ракетницу к стволу чем-нибудь покрепче, и тогда дергай. С рук не смей, пальцы оторвет, сколько раз такое уже бывало!
Но Серёга, обуреваемый спецназовским куражом и чувством неуязвимости бывшего морпеха, лишь отмахнулся:
- Да ладно, Кэп! Я же морпех! Что я, какую-то жестянку в руках не удержу?
Проигнорировав командирские наставления, Серёга легких путей искать не стал: он свинчивает колпачок, вытащил пусковой шнур… и зажав ракетницу в левой руке, от души, со всей пролетарской ненавистью, рванул его правой.

Капитан только успел сказать «япона»… а слова «мать» сказать не успел.
Раздался сильный хлопок, а затем яростное шипение улетающей ракеты. Судя по траектории яркого светящегося шара, капсула ушла куда-то вправо по ходу движения БТРа, в чьи-то придорожные огороды.

Едва Капитан проследил за улетающей капсулой СХТ, Серёга как-то странно застонал.
- Серёга, ты чего? - спросил Капитан, а в ответ Серёга ему показывает правую кисть, которой он только что дергал за шнур ракетницы.
Очередная картина маслом и кровью.
В момент выстрела, гильза ракетница выскользнула у Сергея из руки, и днищем со всего маху отработала по пальцам правой. Средний и безымянный пальцы его висели на лоскутах кожи, кости - раздроблены в труху, кровь хлещет фонтаном.
Серёга смотрит на это кровавое месиво, потом на Капитана и сдавленно говорит:
- Во, гляди, чё…

Капитан, честно говоря, от такой картины и Серёгиной невозмутимости даже растерялся:
- Ну… что я могу сказать? Молодец, блин! Я предупреждал...
Серёга уже поймав глубокий шок, выдает защитную реакцию: лицо бледное, но пытается улыбаться. Кое-как он закинул автомат за спину, левой рукой придерживает правую кисть с болтающимися пальцами, пытаясь зажать рану.
На броне уже кто-то сует бинт, кто-то носовой платок, пытаемся хоть как-то остановить этот фонтан. Жгута как всегда под рукой нет.
Водитель Женька, оборачивается, силясь разглядеть в темноте, что за суета на броне:
- Кэп, что там у вас стряслось?
- Тормози у поста! - перекрикивая звук мотора говорит Капитан.
Машина на полной скорости подлетает к милицейскому блокпосту. БТР резко останавливается, пацаны уже потрошат аптечку.

Серёга, вместо того чтобы лечь и покорно ждать медицинской помощи, спрыгивает с брони и заявляет:
- Езжайте, езжайте в часть! Я сам доберусь! Тут до больницы рукой подать. Я добегу!
- Серёга, какое на фиг «добегу»? – пытается остановить его Капитан.
- Кэп, всё нормально будет! Всё будет нормально! - кричит он, и прижимая окровавленную руку к груди, Серёга растворяется в темноте, убегая в сторону приемного покоя районной больницы, забор которой виден невдалеке.
Ну, спецназ есть спецназ: даже в госпиталь - тактическим бегом по пересеченной местности.

Чуть позже, приехав в расположение части, Капитан докладывает командиру части:
- Товарищ полковник, первая рота с полигона вернулась. Личный состав прибыл, техника цела. Но есть один нюанс.
Комбат удивленно:
- Что случилось?
- Да Серёга Амплетов в больничке.
- Ранен?
- И да и нет, товарищ полковник. Пару пальцев по дороге поломал. Ничего, заживет.
Наш командир батальона был привычен к кульбитам спецназа:
- Спецназ, блин! На ровном месте, возвращаясь с полигона, пальцы ломают!
- Ну, бывает, товарищ полковник, - деликатно умалчивая о деталях, рассказывает Капитан. - Ракетницу сигнальную запускал, не рассчитал траекторию. И вот.

На следующее утро рота стоит на плацу. И предстает пред наши ясны очи картина: идет Серёга! Живой, веселый, но правая кисть замотана так, будто у него там боксерская перчатка белого цвета. Народ, естественно, облепил его со всех сторон:
- Серёга! Ну как? Пальцы-то где? Отрезали к чертям или пришили?
Серёга с гордостью поднимает свой белоснежный кокон, из которого сиротливо торчат кончики фаланг, и заявляет:
- Нет, пацаны! Пришили! Всё нормально!

Ташкентские хирурги совершили чудо: несмотря на то, что кости были раздроблены, они ювелирно собрали Серёгины запчасти и прикрутили их обратно на законное место. Правда, с тех пор у него эти пальцы практически не гнутся, но зато комплект полный.

Капитан перед личным составом роты в очередной раз прочитал лекцию, что инструкции по технике безопасности написаны не для того, чтобы усложнить вам жизнь, а чтобы вы могли самостоятельно завязывать шнурки и держать ложку.

Сигнальная реактивная ракета - это не бенгальский огонь. И если Кэп говорит «примотай к стволу», значит, надо приматывать, даже если ты трижды морпех и у тебя ладони размером с тиски.
Иначе ваш следующий салют может стать последним.