Белые Цветы 6 Ионовы Сказки

19 апреля 2389-го года
Альмарак
Рубид
Хларау
Клесвицы - Речной

Аэр был чёрный, как ночь. С белой эмблемой спецслужб Империи - кошачьей мордой - на борту. Юрген сидел на месте пилота в тесной кабине. Машина Рокотова была не флайвингом, а переделкой штурмовика-спарки. Вместо ракетного отсека оборудовали герметичную пассажирскую капсулу. Из-за сильно вынесенной вперёд кабины, где лётчик и стрелок сидели друг за другом, изогнутых крыльев и вытянутого назад киля аэр походил на гуся.

Взлетел он, впрочем, не по-гусиному, резко. Юрген задрал хищный нос со стержнем скоростемера и набрал четыре мили за каких-то сорок секунд. Гусь выровнялся и пошёл к северо-западу.

- Уфф. Ты из меня чуть ужин вчерашний не вышиб, - выдохнул Влад. - На кой тебе такой аппарат?

- От изменников бегать, - Серж растянулся в кресле по левую руку от него. - Из Рамидии вырвался на байке, а ближе к Дианограду меня подобрал Юри.

- Байк не жаль?

- Это железка, - лениво бросил Серж.

- Почему всё-таки Игоря поставили вицем, если знали о его интригах и связях?

- Честно, Влад, для меня это загадка. Какие-то подковёрные игры при дворе. Я вот и тебя не понимаю. Вы же с Женей невероятно разные люди, Влад! Он - избалованный южанин, ты - деловой северянин. Он из террианских дворян, ты - из покупных. Он за свой титул горло перегрызёт, а ты так, с иронией к баронству. Я купец, типа. У тебя совести - вагон. Ты невероятно честен, если вникнуть. А Евгений? Шкодливый щен, вот ей-богу.

Влад шмыгнул носом.

- Ну... он меня из дерьма вытащил и всё же выслушал. И совесть - заметь - у него всё-таки проснулась.

- Ага.  Проснулась. Будто он раньше не видел всего того ****ства.

- В том и дело, что и я в упор не видел, пока самого не макнули.

Серёжа щёлкнул элретой:

- Кстати, а кто она - твоя тётка?

- Служит в инженерном. Звать - Вера Лианозова. Унтер, крановщица.
 
- Как ты с ней сошёлся?

- На похоронах после боя. Приехал с бодунища, Серёг. Еле отстоял службу. Хотел вернуться и лечь, а она меня - цап! И повела похмеляться на поминках.

Рокотов рассмеялся:

- Путь к сердечку лежит через стаканчик. Слушай, а как бы нам ареал глянуть?

- Ну, вели пройти над восточным побережьем, посмотрим как восьмая устроилась. Сейчас, погоди, дам координаты, - Стахов вытянул руку и развернул карту в наруче.

Получив новые указания, Юрген заложил крутой правый вираж.
 
- Юри - классный пилот, - заметил Сергей. - Кстати, слышал? Ольгерд ликвидировали. Всех под зад коленом на дембель. Шеленский сказал, что содержать бордель ему накладно.

- Андро в печали, - фыркнул Влад.

- Это Ишутов-то? Путеец? Да и хрен с ним. Откуда ты его знаешь, кстати?

- Он и вызвал моралпол на виллу в ту ночь, - угрюмо отозвался Стахов.

- Господи, как он ещё жив?

- Серый, я не идиот. Помнишь, что Ион сказал по поводу Мокроуса?

- Не хватало из-за вши грех на душу брать?

- Угу. Напугал до ужаса, велел валить из Хларау, узнал правду - и уехал. а, Сергей, ещё просьба: держи своих подальше от ротмистров Шаца и Дарина, плис. Они заносчивые, Шац уставник, а Дарин гордый. Как бы перестрелки не вышло.

- Шаца знаю, старый педофил и ворюга. А Дарин?

- Молодой, из мотострелков перевёлся. Сын старпома лайнера. "Сюркуфа".

Сергей заржал:

- Отменно! Сынок старпома флай-борделя - и праведник?

- Там же не только бордель, Серж.

- В первую голову именно он! Ой, чудны дела твои, господи!

Пол стал прозрачным, превратился в два полуэллипсоидных иллюминатора, разделённых хребтовой балкой. Аэр снизил скорость, шёл довольно низко над белыми галечными пляжами, сине-зелёными холмами с буйными жёлтыми, белыми, лилово-красными пятнами то ли кустов, то ли цветов.

- Юри, возьми левее, - бросил в переговорник Рокотов. - Что-то не заметно разумной деятельности.

Машина накренилась, отходя от берега вглубь материка.

- И тут никого, - недоумённо произнёс Стахов. Внизу как раз проплывали рыжие полоски - каркас какого-то древнего сооружения. - Где же они базируются?

- Хм, слушай, очень похоже, кто-то выдал желаемое за действительное. Следов даже нет. Должны же были "кроки" наездить!

- Да не говори, у меня всё перекопали любо-дорого. 

- Может, ещё поглубже взять? - спросил Анжей.

- Нет, - Стахов выпрямился. - Мэйби, тут кто-то и высаживался, но потом отошёл. Не торопятся пацаны. Давайте на вторую точку, плис.

Аэр увеличил ход, направляясь к тому городку, где Влад казнил артефов. В лесу заметили несколько дымков, а на древнем шоссе спугнули группу из двух пикапов и самодельного квадроцикла с большим кузовом.

- Артефы! Совсем охамели, сволочи! - бесился Стахов.

- Что они тут копают?

- Воинские могилы, Серж. Значки, погоны.

- Так это уже гробозоры.

- Ну. Они и есть. Начали ещё зимой. Вон, видишь городишко? Мы там на марше двоих таких казнили. Один, правда, выжил, тварь.

- Кто брякнул?

- Радисты. Перехват.

Рокотов покрутил головой:

- Сейчас Шеленскому мессану. Пусть пендель этим тюленям из восьмой выпишет. Это сюда ты хотел загнать своего титулованного кореша?

Аэр кружил над развалинами.

- Сюда. Всё, Серж, поехали на Речной. Только пусть повыше берет, там горы. Вот эти самые.

Пилот подчинился. Чёрный гусь снова набрал высоту.





- Очешуеть, - Ион стоял посреди штабного зальчика, скрестив руки на груди. - Я вот всё думал - из-под какой гнилой корки эту заразу выдрать? А он взял и сам пришёл.

- Ионушка, - Владислав положил руку на плечо Сергея. - Не замай. Всё не так-то просто. 

Операторы за мониторами изображали усердное внимание. Эскадрон постоянно гонял беспилотники вдобавок к стандартным патрулям.

- Что - не просто? - глаза Иона метали молнии.

- Ион, Серебрянский - предатель. Он хотел отсепарить Рубид, - спокойно ответил Стахов. - Евгений был с ним в спарке. Это если вкратце.
 
Террианец нахмурился, подобрался.

- Где же сейчас благородные господа?

- Игорь в карцере у Шеленского, Женьку я отпросил. Он уже сполна наелся от собственной дури, поверь.

- Да ни черта он не наелся! - фыркнул Рокотов. - Лёгким испугом обделался с твоей подачи, Влад. Ну, ничего, здесь, под нашим присмотром, сепарить не посмеет.

- Зачем вы прибыли, господин штаб-бригадир? - угрюмо спросил ротмистр Аташев. - Присматривать?

- Разве мы не на "ты", Ион?

- Уже нет. Куда нам до таких высот!

- Мне жаль, что ты так воспринимаешь меня, Ион. Я вам не враг. Владислав уже понял это. А вот князья с ним играли.

- Головы бы вам всем оторвать, - зло произнёс Ион. - Вы же Стахова чуть до психушки не довели!

- Это не я, - членораздельно произнёс Рокотов. - Я сделал всё, чтобы уберечь командира. Большего - не мог. Клянусь.

- Ты пытался убрать Игоря  тогда, в Рамидии, после ужина? - Владислав снял руку с плеча Сергея, тот дёрнулся.

- Прикинь - нет. Бомбу и правда бросила младшая Адашьян. Она была либрадкой. Их ячейку разнесла полиция, переиграла студентиков. Но было поздно, боевая группа пошла на дело.

- Она целила в Игоря или в Костю?

- Трудно сказать. Её уже не спросишь. Лопухнулся я тогда с этим делом. Недооценил ни девочку, ни князиньку.

- Стреляла, по словам Женьки, Ирина, - заметил Стахов.

- Ну тётку недооценил, велика разница? - пожал плечами Рокотов и зевнул. - Если уж вам, Ион Васильевич, охота наказать обидчиков Ворона, можете начать с Градского. К маю он будет здесь во главе целого корпуса.

- А Серебрянский?

- Его будут судить. Скорее всего - на Терре. Саттарова и Илгасова - тоже. Это основные фигуры заговора сепаратистов. Есть помельче - выловим. Главное - мы их переиграли, хотя в какой-то момент всё висело на волоске.

- А спейсеры? - напомнил Влад. - Дакуорт, Гарц?

- Гарц - союзник. Они новые рубидеры. Скоро будут. Цесаревна Софья очень прогрессивная дама. Встречайте новую эпоху, господа!

Ион переступил с ноги на ногу.

- Влад, что скажешь?

- Подтверждаю, Ион. Ну, улыбнись! Старые мошенники снова вместе!

- Ладно, - ротмистр махнул рукой. - Разместитесь здесь или в Уликово?

- А кто там стоит? - спросил Рокотов.

- Шац и Симонов.

Контрразведчик поморщился.

- Можно здесь? А то от старого ворюги меня стошнит, чего доброго.

- Можно, - кивнул Аташев. - Влад, проводишь наших гостей на пятый ярус или вестового вызвать?

- Да конечно провожу. Пошли, Серёж.

Ион проводил их очень внимательным взглядом.


19 апреля 2389-го года
Альмарак
Рубид
Сорокаречье
Форт "Речной"

Проводив Сергея и его парней в пустые блоки в самом низу, практически у подножья горы, Влад вернулся к Иону.

- Что нового?

- Да ничего, - подуспокоившийся ротмистр крутанулся в кресле. - Зачем ты эту заразу приволок?

Влад пожал плечами. Он стоял в низковатом обширном полукруглом зале, откуда работали  дронеры. Посередине находилась крестообразная длинная стойка с БПЛА, а над ней - открывавшиеся вручную люк для подъёма и спуска аппаратов. Трое техников дежурной смены по команде операторов ставили  БПЛА на катапульту, поднимали и закрывали люк, подключали аппараты к разъёмам для зарядки и скачивания инфы. На стенде справа распластался наблюдатель, с которым возились ещё два техника. Потроха аппарата были разложены на деревянном - немагнитном - верстаке.

- Видишь ли, Ион. Рубид важает.

- Оп-па. Синтрид?

- Угу, - кивнул Стахов и опёрся локтями на спинку соседнего кресла. - Серёгу, в общем, спихнули. Он теперь всего лишь особист в Хларау, а рубидским КР будет аксаить начсектора "Ольгия-Рубид".

Террианец фыркнул:

- Да они просто сектор перевели на Рубид, а Сержа сюда. Накосячил, что ли?

- Не без того, Ион. Подставился  Серебрянскому, заигравшись со спейсами.

- Маладэс, билад, как Ованес выражается, - Аташев потёр руки. - Ну, теперь его легче будет утопить.

Влад с удивлением взглянул на ротмистра:

- Ты в своём уме?

- Мне пригляд не нужен - спина чешется. Друже, Серёга интриган. Чего ради он вообще потащился в ареал?

- Обстановку оценитьь.

- Пф-ф-ф... Побренчи кому другому, мне же мозги не лепи. Куда ты катал, кстати?

- Серебрянский вызывал. Последний раз душевно надул в уши. Что-де метрополия нас сдала, давайте сами. Я король, Саттаров - министр промышленности, Илгасов - военный и так далее.

- А потом?

- А потом мы рванули с ним в Клесвицы, он хотел перетереть с нашим ящером. Вот в штабе нас и свинтили.

- Мудохали? - Ион чуть наклонился вперёд, разглядывая сенса.

- Меня нет. Игоря я больше не зырял, а вот Женьке точно досталось пару раз.

- На кой хрен ты его выпросил? - поморщился Ион. - Он замешан же был.

- Да, он был в заговоре вица. От дури.

- Ну и поделом бы ему! - рявкнул Аташев. - Надо было рыцарски влезть, да?

- Ион, я это сделал из респехта Рудольфу Захаровичу. Он пытался меня спасти.

Ротмистр покрутил головой.

- Я ему всё равно либо морду начищу, либо на дуэль вызову, - Он отвернулся к монику, пожевал губами и добавил. - Паршивый избалованный мальчишка!

- Во время военных действий дуэли воспрещены, - напомнил Влад.


Один из техников  начал вращать торчащую из потолка кривую рукоять. Полукруглые створки люка поднялись. Двое других водрузили квадрокоптер на катапульту, откинули её назад. Глухо хлопнула пружина, машина вылетела вверх. Оператор за пятым справа деском  резко качнул джойстик вперёд, мазнул большим пальцем по сенсору, добавляя оборотов движкам. Стрела катапульты с грохотом упала  на стопор. Рукоять вращали обратно и световое пятно под люком таяло на глазах.

- Вень, оставь чутка! Душно, - крикнул оператор за одним из пультов.

Техник оставил небольшую щель. Потянуло сырым сквознячком.



- А мне плевать, друже, - выдохнул Аташев. - Хоть на гауптвахту сажай потом. Убить не убью, но зарубину поставлю.

Влад пожал плечами. Упрямство Аташева он знал. Оставалось надеяться, что к маю экс-кавалергард уймётся.

- Так, Ион, нам надо раскурожить город, - перевёл разговор на текущие дела Влад.

- Шац уже начал, - усмехнулся террианец. - Развалил небольшой домик на окраине, выстроил себе что-то вроде вала с покрытием из плит.

Стахов почесал ухо:

- Кто-нибудь делал план города?

- Симонов начал.

- Отлично. Обживаетесь, а?

- Дарин плачется.

- Побольше поплачет - поменьше поссыт, - Влад поднёс руку к тангенте в плече. - Стар - Ворону!

- Стар, - провыл сонный голос. - Ушаю, Ворон.

- С ночи, Стар?

- Точно так.

- Снов. Вечером мессуй, плис.

- Мерсую.

- Спит он после ночи, - Влад перевёл рацию на приём. - Да не горит в общем.

Ион хмыкнул:

- Корж вчера вывесил трёх артефов, тётя Оля на этот счёт мурчит.

- Что же их - пирогами потчевать? Правильно сделал.

- Ты будешь рассказывать народу о смене власти или подождёшь официала? Кто, кстати, вместо Серебрянского?

- Беллергаузен.

- О-хре-неть! - Ион сцапал ручки кресла.

- Виват второй дивизии, - иронически ухмыльнулся Стахов.

- Он же был третья.

- Третья всё, конец, финита ля комедия. Оттуда пойдёт пополнение в наши части.

"А ведь теперь конец моему плану", - с горькой ясностью осознал Влад. - "Никто не станет наносить удар под дых сибам с подачи как бы сепаратиста".

- Чего закислился? - Ион крутанулся в кресле. - Йоху-у-у! Вторая - форева!

На них начали оборачиваться.

- Ну, молодец, буркнул Стахов. -  Теперь без меня разнесут.

Террианец пружинисто взлетел из глубин кресла и вытянулся во весь свой рост - на голову выше Стахова, заметим.

- Др-р-рагуны! - рявкнул он. - Новым наместником Рубида стал бывший командующий нашей дивизии граф фон Беллергаузен! Князь Серебрянский хотел нас отсепарить и сдать сибам! Но его обломала контрразведка и наш комбат Владислав Георгиевич! - громко объявил Аташев, хитро поглядывая на командира.

- Ага! - завопил кто-то из операторов. - Нашего сенса не проведёшь!

- Да здравствует Славяния, Великая Держава! - один из техников пропел первую строчку гимна.

- Ах ты сука южанская! - воскликнул его напарник.

- Когда его казнят?

- Погодь, ещё суд должен быть. Что же мы, флибуста какая?!

- Чё тут судить-рядить? К стенке и всех делов!

- Сектор сто три-шестнадцать - движение. Олени! Нюрка, к тебе идут!

Женщина лет тридцати с нашивкой инженера прижала тангенту и начала вызывать один из патрулей.

- Ну на хрена ты это сарбил? - прошипел Влад, чувствуя жар на щеках похлеще того, что у космолёта на дюзах бывает.

- Радист! Сообщить всем эскадронам! - продолжал витийствовать Ион.

- Слушаюсь, ваше благородие! - крикнул из угла связист и вытянул пальцы, вызывая гол-клаву.

- Да ёб, Ион...

- Балда, - шепнул ему Ион. - Теперь тебя на руках носить будут. И не одна Верочка.

"Ой, блин, знал бы ты, как меня обернул Игорёша. Прямо, как девочку".

- Уф, пойду-ка я чё-нить грызану Ион. Дни выдались... прямо скажу - круговерть.

- Папир разбери, там тебе штаб накидал всякой мути! - крикнул вслед сказочник.




Империя просыпалась, как пёс после долгой спячки на июльской жаре. Чуть шевельнулся нос, дрогнули и вытянулись лапы с когтями, пробежала волна по густой шерсти.

25-го апреля цесаревна Софья Николаевна выступила по видео, затянутая в комбинезон с погонами капитана лейб-гвардии авиаполка.

"Долг каждого Славянина, независимо от расы и гендера, встать на защиту Родины от безумного царя сибов и его варварских орд!"

Трансляция разошлась по всей Империи. Пёс сел, широко раскрыл пасть с белыми клыками, зевнул и потянулся вперёд, чтобы сделать несколько шагов, перед потягушками.

Полетели срочные отзывы из отпусков дам и господ офицеров, интендантское управление рассылало на заранее выбранные фирмы заказы. Министр финансов тяжко крякнул, прикинув итоговые суммы.

Славяния не скрывала подготовку к войне. Части споро собирали имущество, грузились в эшелоны и отбывали в лагеря к южной границе.

Обнародовали ультиматум, дополнив его издевательскими комментариями с отсылкой к зуду в заднице царя Сибиро-Волги и его умственных способностях.

Мобилизационное Управление спешно сверяло личные дела  резервистов с их медкартами.

Австралийский Союз заявил о недопустимости военных действий и предложил себя посредником на переговорах.

Александр Пятый отверг предложение, объявив происходящее "внутренним делом евразийской расы".

26-го апреля Славянская Империя объявила общую мобилизацию, высылку всех сибов, подданых Хана Татарского, граждан Волго-Волховской и Донской Республик - давних союзников СВ.

Пёс потянулся, отряхнулся и, мягко ступая, пошёл к хозяину.

Война стала делом времени.

Рубидские шоссе наполнились гулом тяжёлых машин. Отдельные батальоны и бригады расформированной 3-й Драгунской шли в новые места дислокации, чтобы составить основу вновь формируемых частей Колониальной Армии Рубида.

Военные марши угодили в топ джем-листов. И первые места заняли древние, но всё ещё популярные "Прощание Славянки", "Мы не увидим рая, господа", "Огненное пламя залило горизонт".

- Набьём наглую морду Сашке-царику?

- Набьём!

- Мы славяне?

- Да!!!

- Мы рубидеры?

- Отож!

- Дети вольной земли под лучами Альмара...

Стольников умел слушать и действовать. Он передал предложения Влада законной власти, за сутки нашёл бывшую ресторанную певицу и нажал на владельца столичной студии. "Дети Рубида" уверенно вошла в топ-лист.

Ректор Духовной Академии архиерей Александр Шалый обратился с проповедью о всепрощении и молитвой об убережении жития всех воинов православных к рубидерам.

Девятая эскадра ВКФ, полыхнув дюзами, исчезла с орбиты в ночь на 1-е мая. Куда она пошла, на Рубиде знали лишь три человека.



Но не спала и Сибволга. Она тоже действовала - напористо и решительно. Александр Пятый объявил "священный поход за освобождение братьев, томящихся в тентаклях славнацизма". Гремели марши - в этом империи были удивительно похожи - в топ-листы пошло всё то же "Прощание Славянки" и "Мы не дрогнем в бою".

Мы не дрогнем в бою за Сибволгу свою,
Нам родная земля дорога!
Нерушимой стеной, обороной стальной,
Разгромим, уничтожим врага!

Ревели динамики над проходящими по древним площадям Е-бурга рядами профессионал-пехоты в боевых скафах. Стальные ботинки вышибали искры из мостовых с коротким чётким лязгом.

Историк Алексей Чарский запостил в своём блоге короткую заметку об истории этого марша, указав на то, что изначально вместо Сибволги была "Столица", а вместо "земли" - "Москва".

Через час после публикации к дому историка подлетел фургон, и в парадное ввалились жандармы. Вечером вышла пространная статья академика Перверзева, осуждающего "немыслимое бесстыдство" коллеги, посмевшего в такой час поднять руку на святое упоминанием давно проклятого, разрушенного и выжженного три века назад оплота либероцистов и предателей родины.

Мобуправление готовило чипараторы для приёма первой волны пехотинцев - из так называемого "физически годного контингента".

Служба Социоконтроля проводила бессчётные совещания по вопросу поднятия уровня Гражданского Патриотизма.

Министр промышленности совещался с предпринимателями, переводя экономику в вар-режим.

Части реагирования первой очереди начали передислокацию на север.

Славянское посольство в Екатеринбурге жгло мебель и документы.

Все были при деле, а прочий мир заготовил попкорн и глубокую озабоченность сложившимся положением.