Бункер. Стол Окончание

Апофеозом истории стола явилась добыча двух тумбового канцелярского стола. Именно добыча, поскольку тогда в армии мы к такому относились легко, даже как-то весело. Эти истории потом всплывали, про них узнавали не только солдаты, но и офицеры, и все это вызывало как минимум улыбку, а максимум - бурные обсуждения. А любом случае, получалось, что мы герои, даже если кто-то за что-то получит и по зубам. Даже если сами авторы. В моем случае такого не случилось. В конце концов, из воинской части это не выносилось, налево не продавалось, а шло на благо военнослужащих.

Итак, стол. Медицинский пункт находился в одном важном здании, суть которого был длинный коридор, упиравшийся непосредственно в мою дверь (дверь медпункта), а по левую и правую стороны от него были двери в канцелярии каждой роты. Всего их у нас было 4. И вот в одной из канцелярий случился ремонт. Кто-то из старослужащих выполнял дембельский аккорд. А это значит, что вся мебель была вынесена в коридор, а среди прочего и двух тумбовый канцелярский стол, на который я поглядывал уже несколько дней и все это время искренне предупреждал лейтенанта Ларкина, что:

- Упрут же!

На что лейтенант Ларкин лихо усмехался в усы и ржал, мол:

- Куда он денется из воинской части!

Мат, которым он сопровождал свои высказывания, не поддается никакому описанию. Вообще этот персонаж заслуживает несколько строк. Был он роста ниже среднего, носил ворошиловские усы и фуражку на затылке. Был лих, молодцеват, сыпал матом-перематом и был всегда какой-то щеголевато небрежным. Вот если к нему еще саблю прицепить, то получился бы вылитый поручик Ржевский из народного анекдотического творчества. Но вместо ножен у него бывала кобура, висевшая на нем самым непостижимым образом. Бывало выпадало ему случиться старшим машины – тентованного ЗИЛа, в котором солдат на полигон возят. И вот едет ЗИЛ посреди Свердловска, а тут какая-то зазевавшаяся барышня не очень шустро переходит дорогу. Высунется он чуть ли не по пояс из кабины и кричит, заглушая мотор и придерживая одной рукой фуражку:

- Куда ты прешь? Она не трех-тарарах, она давит!

И все это под дружный хохот сидящих под тентом.

Первым делом я убедился, что этот стол нам нужен. Предварительные замеры показали, что он аккуратно войдет в люк подпола. На следующем этапе я выяснял, как его можно разобрать. Ведь понятно, что целиком его вниз никак не спустить. Убедился, что там все просто, заодно подобрал и отвертки под каждый из шурупов. А потом в один вечер лихо затащил его в медпункт, так же лихо разобрал на три части - две тумбы и столешница, а потом быстро спустил в  подпол.

Утром ужасный стук в дверь и крик:

- Медик!!

Открываю. На пороге разъяренный лейтенант Ларкин.

- Где? - орет он, - Где?

Я пропускаю его внутрь, всем своим видом показывая, что я вообще не в курсе, о чем он. Лейтенант залетает внутрь, как вихрь проносится по обеим комнатам, неистово шевелит своими огромными усами и ни слова не говоря убегает прочь. Я пожимаю плечами и тихо закрываю за ним дверь. А за тем столом мы с зёмами провели немало чудесных вечеров.

2026