Кресло-качалка

  Радость, которая переполняла обычно спокойного и рассудительного Вовку, его немногословный и всегда угрюмый отец, наверняка назвал бы щенячей. Парень просто светился. Не сходящая с его лица улыбка, предназначенная буквально всем, а не только наглющему общедворовому коту Потапу, явственно говорила о том, что для подобного поведения у Вовки были весьма аргументированные, веские основания. Знающие его люди, не переставали удивляться беспричинной с виду эйфории и несомненным переменам, которые происходили с молодым, пребывавшим в состоянии вечной занятости человеком. Однако причина была. Она была!..., и скрывать её от окружающих у неожиданно похорошевшего, розовощёкого Володи, просто не было сил.
Ещё со школьной скамьи и одноклассники, и немногочисленные друзья, подсознательно ощущая его прямо таки безумную тягу попадать в неприглядные ситуации и в глаза, и за неширокой Вовкиной спиной, всегда отзывались о нём как о законченном неудачнике. Но теперь всё не только обещало быть иначе, но и наглядно показывало в каком направлении обязана была двигаться его не слишком интересная и расписанная на годы вперёд, далеко не героическая судьба. 
 После непродолжительной и бесспорно случайной женитьбы, к которой его склонила жившая по соседству пышногрудая продавщица Галка, старший лейтенант Военизированной пожарной охраны Владимир Дмитриевич Гречишкин, готовился связать себя узами брака вторично и вне всяких сомнений навсегда. Состоятельную невесту, оказавшуюся моложе Володи на шесть с небольшим лет и успешно продвигавшуюся по карьерной лестнице в сфере юриспруденции, и сослуживцы, и покладистые родители старлея, находили просто очаровательной. Несмотря на то, что предложение о замужестве было сделано, и даже получен положительный ответ, отражённый в общем заявлении лежащем в районном ЗАГСе, ни трепещущий от волнения жених, ни строгие родители будущей супруги, ещё так и не были представлены друг другу. Папа неотразимой избранницы, Михаил Аркадьевич Лобанов, занимал ведущий и очень ответственный пост на одном из градообразующих предприятий родного молодым мегаполиса. Мама же, хоть и была вечной домохозяйкой, всю ответственность за судьбу дочери бездумно возлагала на постоянно отсутствующего по работе или находящегося в загранкомандировках, главу семьи. Важное знакомство переносилось несколько раз и в каждом отдельном случае, которого так ждал жаждущий семейного благополучия Гречишкин, безапелляционно аннулировалось твёрдой рукой вечно занятого, высокопоставленного тестя. Именно поэтому неожиданно назначенная, торжественная аудиенция в доме будущей невесты, заставила счастливого избранника не только тщательнее готовиться к беспрецедентной по значению дате, но и заранее задуматься об уюте их совместного, обретённого буквально накануне, семейного гнёздышка. В однокомнатную, ведомственную квартиру, выделенную всемогущим начальником районного УВД, к которому собственно и относилось ведомство ВПО, ликующий от счастья Володя стащил всю мало-мальски подходящую и доступную по цене новенькую, необходимую в быту мебель. Все предметы пахнувшего лаком интерьера, были тщательно подобраны не только по цвету, но и по отливающим бликами оттенкам, которые в свою очередь гармонично вписывались в общий фон из свеженаклеенных, итальянских обоев. Абсолютно любое действие, так или иначе связанное с благоустройством квартиры, непременно согласовывалось с будущей хозяйкой семейных апартаментов, и лишь после полученного твёрдого «одобрямса» подлежало добросовестному выполнению. Нужно заметить, что пожить отдельно, пока не будет закончен ремонт их уютного гнёздышка и будущие родственники будут представлены друг другу, молодые решили совместно, и те короткие встречи, происходящие между ними, не были явлением слишком частым.
  Единственное, где умеющий подчиняться Гречишкин проявил собственную инициативу, была покупка сногсшибательной и удобнейшей на вид велюровой, чешской кресло-качалки, замеченной им в витрине антикварного магазина и привлекающей своим видом пусть мимолётные, но откровенно завистливые взгляды спешащих мимо прохожих. Подобный незаменимый атрибут, по мнению умилённого приобретением Володи, делал небольшую малогабаритную квартиру не только местом сбывающихся желаний, но и тихой, семейной пристанью, необходимой молодой паре для снятия усталости и имеющего свойство накапливаться городского, разрушающего стресса.
  Глядя на раскачивающееся от малейшего прикосновения кресло, мечтательный Вовка представлял себя спокойным, раздобревшим от жениных ватрушек джентльменом, утопающим в мягкой, создающей благоприятную атмосферу мебели, и позволяющей ему беспрепятственно думать над глобальными проблемами скоротечно видоизменяющейся, необъятной Вселенной.
  К переезду влюблённых всё было готово и те несколько недостающих штрихов, которые позволили бы назвать квартиру абсолютно жилой, обещала внести мама невесты, Ульяна Юрьевна, посулив к весомому приданному дочери импортные комплекты белья, дорогие портьеры и уникальный гобелен, привезённый недавно её супругом из Португалии.
  Отсчитывая невыносимые по своей медлительности и бесконечно тянущиеся до назначенной встречи дни, усталый от неблагодарной службы, скучающий Гречишкин, угрюмо тащился каждый вечер в пустую, заставленную красивой мебелью, но неуютную без его нареченной квартиру, что бы просто выспаться, предаться сбывающимся мечтам, или что случалось чаще всего, отдаться на милость возникающим когда им вздумается, курьёзным воспоминаниям.
  За трёхлетний период вынужденной, холостяцкой жизни, следовавшей за скоротечным разводом с грудастой Галкой, к одинокому, но приветливому берегу Гречишкина, неуёмные волны мужского желания прибивали так много мусора в виде охотниц за женихами и просто «синих чулков», что появившаяся невдруг красавица Алиса представлялась благоразумному Володе не иначе как наградой свыше, посланной небом для того, чтобы все казусы и патовые моменты испытанные им до их встречи, исчезли неизвестно куда. Или по меньшей мере, стали бы казаться весьма незначительными. Справедливости ради стоит отметить, что эпизоды, о которых иногда поневоле вспоминал мнительный Володя, никоим образом не касались ни пришедшей к нему любви, ни предстоящей женитьбы...
  - Алло, Володя — послышался в трубке домашнего телефона звонкий голос Алисы.
  - Да Алисочка, я тебя слушаю!
  - Ты не забыл, завтра у нас обед у родителей.
  - Ну, что ты дорогая, конечно нет!... Готовлюсь и буду во всеоружии.
  - Не волнуйся, всё будет хорошо. Папка у меня добряк и юморист...
  - Да-да, а... мне как Алисочка?... Лучше надеть форму или проще в костюме?
  - Господи, ты весь на нервах! Прекрати!..., всё будет хорошо, положись на меня.
  Вытерев вспотевший лоб ладошкой Гречишкин бесцельно прошёл по комнате, постоял успокаиваясь у окна и наконец расслабившись рухнул в призывно стоявшую поодаль, мягкую кресло качалку. Однако коварная мебель, привыкшая двигаться при малейшем на неё нажатии, отреагировала таким предательским образом, что жёсткий подлокотник вожделенного раритета, мимо которого проскользнула рука Гречишкина, пребольно угодил ему прямо под правый глаз. Даже огромный, прохладный половник, быстро приложенный к больному месту, оказался абсолютно бесполезным в борьбе со всё разрастающейся, синеющей  гематомой. Увидев в зеркале своё отражение с полуприкрытым глазом, под которым красовался огромный фингал, Володя застонал и готов был попросту разрыдаться...
  - Здравствуйте, здравствуйте гости дорогие. Проходите, не разувайтесь, - хлопотала одетая в кухонный фартук, хлебосольная Ульяна Юрьевна вокруг пришедших. В ярко освещённый коридор большой крупногабаритной квартиры первой впорхнула улыбающаяся Алиса, за которой с кислой улыбкой, в огромных тёмных очках и пучком пунцовых роз следовал надушенный Гречишкин. Запах чего-то деликатесного, жареного и печёного доходил из далёкой кухни даже до коридора.
  - Папка привет, вот и мы! — расцеловалась Алиса со стоящим в проходе в гостинную тучным Михаилом Аркадьевичем.   
  - Здорово доча, здорово. Ну..., знакомь с избранником. Он что, всегда у тебя ходит в  камуфляже?... - пробасил будущий тесть указывая на солнцезащитные очки Гречишкина подавая ему руку.         
  - Да нет, это папка просто... курьёзный инцидент... Вообщем, ударился щекой об подлокотник кресла качалки, - проинформировала родителей бойкая невеста беря под руку покрасневшего от стыда жениха. 
  - Угу, угу..., бывает, — сдвинул брови недоверчиво хозяин семьи. Ну, проходите. Всё уже на столе. Надеюсь для приёма пищи ему очки не понадобятся...
  Обед, которого с таким нетерпением ждал Володя прошёл в странной и несколько напряжённой атмосфере. Всякий раз когда поднимался тост или разговор затрагивал его службу, Гречишкин старался показать будущему тестю поразительную общительность и неприкрытую любовь к его красавице дочери. Но умудрённый жизнью, многоопытный хозяин дома слушал его плохо, и часто хмурясь поглядывал на Вовкин, играющий всеми цветами радуги фингал.
  - Поосторожней, м-м..., следует быть с алкоголем и знакомствами...
  - Нет, это я!..., - пытался объяснить Володя, но тесть только махнул рукой.
  - Да, кстати, - вспомнил Михаил Аркадьевич - как там ваше новое гнёздышко? Обустроились?...
  - Всё отлично папка!... Вова изумительный хозяин и неплохой дизайнер домашнего интерьера! - с энтузиазмом ответила Алиса глядя на криво улыбнувшегося от похвалы жениха.
  - М-да?... Хотелось бы взглянуть. А вообще-то, у нас места хоть отбавляй и уж что-что, а комнату вам выделили бы какую пожелаете. Ну, а со временем..., когда подарите нам внука или внучку, купим вам что-нибудь более просторное.
  - Нет папка, спасибо, вы и так сделали для нас достаточно. Будем набираться семейного опыта как говорится, личным примером!
  - Ну, что ж, удачи... У меня небольшой отпуск на пару дней, так что приглашайте в гости, буду рад засвидетельствовать своё почтение в ваших аппартаментах.
  На следующий день чета Лобановых, как и условились накануне, прибыла в небольшую, но уютно обставленную комнатку молодых влюблённых. Осмотрев неплохо сделанный ремонт и комфортную мебель Михаил Аркадьевич довольно хмыкнув плюхнулся в стоявшую посреди комнаты велюровую кресло качалку.
  - Осторжно, Михаил Аркадьевич!..., - вскричал испуганный Гречишкин, наблюдая как правая рука тестя промахивается мимо подлокотника неустойчивого кресла. Но было уже поздно. Поднимая всем миром с пола грузного потерпевшего, у которого под правым глазом образовался огромный синячище, Ульяна Юрьевна запричитала в голос, а побледневший Володя схватился за голову. Через минуту в комнате воцарилась гнетущая тишина... Две женщины, одна со слезами, а другая прикрыв рот рукой, смотрели на обоих мужчин отсвечивающих абсолютно одинаковыми фингалами под правыми глазами.
     Через два дня Михаил Аркадьевич принимал у себя в кабинете делегацию иностранцев, которые переглядывались и исподволь кивали на его огромные, чёрные очки...