Старость - не радость Главы -11, 12

ГЛАВА-11

На следующий день Лейла, наконец, вошла ко мне в палату. Она поставила необходимые медикаменты на прикроватной тумбочке и присела на край моей койки.

— Как вы себя чувствуете? — спросила она, нежно положив руку на мою грудь. — Вы меня напугали, дядя Омар. Нельзя так обращаться с близкими людьми. Нужно было незамедлительно обратиться за помощью!..

Она продолжила разговор с замечаниями и сообщила о телефонном разговоре с моей семьёй..

— Они вас любят, а вы не цените это. Нехорошо получается, как-то, дядя Омар.
 
Я не обратил внимания на её слова, пропустил мимо своих ушей из-за того, что не только не хотел её видеть, но и моё состояние было далеко от нормального человека. Но за всё это время, наблюдая за ней, я думал, что я вижу её во сне, пока не рассеялся туман и не засветился взгляд её передо мной. Я очнулся тогда, когда она заметила, что со мной что-то не так. И она озабоченно спросила:

— Что вы молчите, дядя Омар? У вас всё хорошо?
— Всё нормально, мой друг, только голова всё ещё в бреду, и чувствую отвращение к себе. Стыдно.
— А как вы ещё ожидали? Прямо как ребёнок, — она улыбнулась.
—Как хорошо, что ты пришла. Я счастлив!
—Ну вот. Я тоже очень рада, что у вас все хорошо, а то я боялась. Что принести вам?
—Ничего не надо. Теперь ты можешь уйти, а то все тут на нас смотрят странно.
—Нет! Мы тоже рады за вас, честно,  – хором пояснили посетители больных по койке. – Это хорошо, что за вами есть такая поддержка.
— Спасибо за понимание, – сказал я  и обратился к Лейле: «Ну, иди теперь, у тебя дела, только не забывай своего друга. Хорошо?»
— Ну что вы говорите? Как я могу вас забыть в вашем положении?  Я  завтра приду, а вы выздоравливайте, — сказала она и, поцеловав меня в щеки, ушла.

Как только она покинула палату, мгновенно я уснул, погрузившись в глубокий сон. Во сне продолжил свои приключения: Лейла всё ещё парила в воздухе надо мной — летая то тут, то там, как птичка над облаками. Иногда, направляясь к солнцу, возвращалась оттуда горячей, как оно само, и подлетала ко мне осторожно, чтобы не обжечь.Огромное небесное пространство вокруг нас напоминало картину Микеланджело «Сотворение Адама».«Есть кто нибудь живой?» — спрашиваю я. Внезапно  услышал чьи-то каблучки, словно  стучали прямо у меня в ушах. Затем раздался голос: «Пациент, пожалуйста, приподнимите штаны немного!» Я открыл глаза и увидел улыбающуюся медсестру со шприцем в руке. Она сделала мне укол и ушла.

После такого сна я чувствовал себя умиротворённым и почему-то перестал отвечать на вопросы окружающих, на их удивление. А во время обхода врачей, когда профессор проявил интерес к моему состоянию, я с удовольствием ответил  на его вопрос: «Как вы чувствуете себя?» Но конечно пошутил:

— Спасибо, профессор! Но хочется еще раз лечь под скальпель и увидеть такой же сон, как сегодня, и умереть.

Он отметил, что я ещё не полностью отошёл от наркоза, и подозвал медсестру, чтобы сделать немедленный укол. Медсестра сообщила, что недавно проводила эту процедуру, но профессор настоял на её повторении. Он добавил, что потратил он много усилий, чтобы вернуть его к жизни, а он ведёт себя как семилетний ребёнок.

— Вы ошибаетесь, уважаемый профессор, — я улыбнулся. — Я чувствую себя как сорокалетний мужчина в расцвете сил. Желаю вам долгих лет жизни за удачную операцию с вашей профессиональной рукой!

Профессор посмотрел на меня без слов, затем отменил укол и ушёл. Однако его взгляд, полный сомнений относительно моего состояния, остался во мне.

++++++++++++++

Я почувствовал, что теперь всё позади, и нужно настроиться на позитив, чтобы снова не попасть в расшатанное состояние. Но я не мог предположить, что безобидная простая правда может обернуться против меня и сильно осложнить ситуацию. Ну, продолжим дальше…

ГЛАВА-12

Когда вновь появилась Лейла, в тот день в палате я оставался один, который ещё не выписался. Во время общений с ней я всячески воздержался от излишних разговоров, подобия сна и прочих, чтобы нечаянно не принести ей огорчение. Лучше я рассказал ей коротко о том, как дома сам справился с солением капусты. Она слушала и смеялась от души, но о том, как глупо и долго простоял в холоде и ждал её у открытого окна, об этом промолчал.

- Вы меня просто удивляете, дядя Омар: я узнаю о вас многое. А когда-то я рядом с вами тоже часто удивлялась – особенно тогда, как вы написали по памяти мой портрет и подарили мне. Я была счастлива!
- Это было в день твоего рождения.
- Да-да, мне исполнялось двадцать лет. Надо же, вы помните, а я запамятовала.
- А как же не помнить? Ты всегда светилась, как солнце!
- Да, теперь оно погасло...
- Что ты говоришь, солнышко?! Запрети себе это говорить!

Она сразу погрустнела и рассказала о том, что ей не везёт с мужчинами и всегда наступает на одни и те же грабли. Она с горечью вспомнила и то, что её последний муж как часто руки поднимал на неё, а теперь живёт он с молоденькой женщиной. Она сидела, еле удерживая слезы, наперекор к моим убеждениям о её счастливой семейной жизни.

Пока я подумал, как разрядить обстановку, вовремя прозвучала на эфире песня Аллы Пугачевой «Миллион роз» из соседней палаты. Я встал с постели, поправил бинтом завязанное горло, как галстук, выпрямил свою осанку и с хриплым голосом спросил:

- Мадам, когда вас приглашали мужчины на вальс в последний раз?
- Не помню, — она широко раскрыла глаза, и чуть было не расхохоталась.
- Мадам!.. Это вы мне позволите?

Сначала она резко возмутилась, но потом подала свою нежненькую ручку. И мы кружились в пустой палате вдвоём, будто снова в раю. Меня охватило полное безрассудство: «Нет, я отказываюсь ложиться снова под скальпель и умереть», — ударила мне в голову мысль.

-Вы решили мою голову закрутить?

Сбрасывая голову назад, она кружилась легкомысленно на моих руках, как на балу со своим сверстником, даже не интересуясь ответом на свой вопрос, просто она тоже потеряла контроль над собой.

Вскоре закончилась песня. Мы присели растерянно на койку, как два голубка, и мило обменялись нежными взглядами. А затем, взяв себя в руки, дружно мы расхохотались, вполне осознавая, что наш поступок, так или иначе, совершился по обоюдному благоразумию…

После небольшой паузы она оставила минуту счастья назад, выпрямилась, как я, а заодно продемонстрировала очаровательную свою особую улыбку: её наполненное сердце билось всё чаще и чаще.

- А вы разве больной? – с добродушной улыбкой спросила она.
- Вроде бы да, а вроде бы и нет, - хитро я улыбнулся.
- Про такого хулигана никогда от подруги я не слышала. Я прямо в шоке!
- Это ещё ягодки, дорогая! А вот когда я вылечусь…
-Ой, не надо меня пугать, дядя Омар! Я боюсь мужчин…
-И меня?! Я тебе никогда не дам в обиду…
-Поэтому и говорю – а вдруг и вас потеряю? Ладно, не будем. Лучше скажите мне, пожалуйста, а какая причина стала вашей болезни?
- Причина?.. Интересно… Причина… Да-да, это капуста… Нет, конечно же, это ты…
- Я??!
- Нет-нет, капуста. Будь она проклята!
- Однако вы…

Она даже не спросила: «Почему виновата я?», но в молчаливом её взгляде содержался достаточно объёмный ответ на ожидаемый мною вопрос.

Это было читать легко:

«Ну что же, дядя Омар, если уж так, то я не буду больше причиной ещё какой-нибудь вашей болезни. И всё же интересно: в чём же я провинилась перед вами? … А может быть... Нет-нет, да вы старый человек, чтоб влюбляться, к тому же у вас замечательная семья: любимая жена, дети, внуки — давно состоявшаяся счастливая жизнь. Или я ошибаюсь? Ах да, какая же я глупая! Вы меня выбрали для временного развлечения и каким-то образом сами от этого пострадали? Ведь я к вам оказывала всего лишь знак уважения как подруга вашей жены, а вы надумали воспользоваться этим моментом? Нехорошо, дядя Омар. Мама оказалась права: вы как все!..»

- Я пойду? – едва прозвучал её неуверенный голос.
- Лейлочка, я тебе сейчас всё объясню... Ты не всё поняла, только подожди... У меня ужасно болит голова...
- Вы ложитесь, я пойду сама!
- Нет-нет... Не надо... Подожди... Подожди, пожалуйста!..

Крепко прижимая иголкой колющий свой затылок, я шёл вместе с ней по коридору больницы, не замечая, о чём сам собой говорю. Через секунды она спустилась с лестницы и неожиданно, молча, ушла несвойственно ей манере. Я только хотел бежать за ней, она шла обратно по лестнице: поцеловав меня в щёки, снова пошла, но со странной мимикой в лице.

Я поспешил быстрее попасть в палату, чтобы хоть как-то поговорить с ней через окно, но в коридоре закружилась голова с жуткой болью. На миг я остановился: в тумане она со мной кружилась под музыку вальса, музыка громче и громче, я не удержался и упал. Следом тяжело встал и увидел кровь под собой. Вошёл в палату и бросился к окну: она вышла из подъезда и с быстрым шагом ушла.

-Не уходи, пожалуйста, не уходи, друг мой! – вдруг душа порыдала сама по себе.

Окровавленное лицо мое прижалось об стекло под огульным смехом шайтан. Из коридора шли звуки: топот каблучков быстрым шагом идущих медсестер ко мне в палату. А вдалеке за окном постепенно исчезал стройный её силуэт…

Конец первой части

Продолжение следует…