Счастливое знакомство

Пятничный рабочий день подошёл к концу, и Микки на своём автомобиле возвращался домой. Его привычный маршрут пролегал мимо того самого городского квартала, где в ожидании клиентов всегда собирались девушки лёгкого поведения. За долгие годы он, казалось, выучил все эти лица наизусть: порой кто-то исчезал, но на их месте неизменно появлялись новые. Вот и сейчас Микки равнодушно сбросил скорость, провожая взглядом призывные жесты у обочины. Лица оставались прежними, и он лишь снисходительно усмехнулся.
Однако чуть поодаль, в стороне от остальных, он вдруг заметил одинокую женскую фигуру и мысленно мог поклясться, что видит её здесь впервые. Девушка была поразительно хороша собой. «Лет двадцать пять, не больше», — подумал Микки, и в тот же миг его машина начала плавно замедлять ход. Он сам не заметил, как убрал ногу с педали газа и мягко нажал на тормоз.
Заметив остановившийся автомобиль, девушка неторопливо направилась к нему. Микки приоткрыл боковое окно. В салон заглянула очаровательная головка, а вместе с ней ворвался такой тонкий, приятный шлейф дорогих духов или хорошего шампуня, что мужчина на мгновение зажмурился, впитывая этот чистый аромат.
— Привет, — скромно и нерешительно поздоровалась она. — Что, те, кто стоял раньше, не в твоём вкусе?
— Новенькая? — вместо приветствия спросил Микки, не отрывая от неё взгляда.
— Да. Стою уже около получаса, но там, в начале улицы, всех разбирают быстрее. Я вышла в первый раз... Но ведь это не так уж плохо?
— Да уж, — мужчина приветливо улыбнулся. — Садись в машину, не стой на ветру, простудишься.
Девушка послушно забралась на переднее сиденье и устроилась рядом.
— Мила, — наконец представилась она и с любопытством посмотрела на водителя. — А тебя как звать?
— Просто Микки.
Мила чуть придвинулась и робко коснулась губами его щеки.
— Значит, ты у меня сегодня первый? Или всё-таки не заберёшь меня с собой?
— Раз уж ты села в салон, то куда я теперь денусь, — от души рассмеялся он. — Только давай сначала просто поговорим. Можешь мысленно включать свой счётчик: за душевную беседу я плачу по тому же тарифу.
— Я не знаю никаких счётчиков, — смутилась она, — но поговорить я всегда рада.
— Тогда позволь естественный вопрос: что подтолкнуло такую девушку оказаться в подобном месте? — Микки до сих пор не мог налюбоваться её тонкими, изящными чертами лица.
— Жизнь, — тихо вздохнула Мила и почему-то отвернулась к окну. — Тяжёлая штука — жизнь. Наверное, я не одна такая. Тех, кто стоит там, позади, судьба тоже крепко прижала к стене.
— И всё же? Извини за любопытство, но у тебя очень неординарная, благородная внешность. Неужели не нашлось места скромной секретарши или хотя бы продавщицы? Насколько я понимаю, университетского диплома у тебя нет.
— Откуда ему взяться? — Мила снова повернулась к нему, и в её глазах блеснула горькая обида. — Разве я похожа на дочь обеспеченных родителей? Собственно, ради семьи я и решилась на этот шаг. Мои родители уже совсем старые, живут в небольшом посёлке и оба тяжело болеют. А лечение сейчас, сам знаешь, стоит огромных денег. Что же касается работы секретаршей... где я только не пробовала обустроиться! И какой толк? Везде рано или поздно приходится уступать притязаниям пожилого шефа или его заместителя, а порой и обоих сразу. И всё это за самую скромную, нищенскую зарплату. Так какая разница? Здесь хотя бы можно заработать честным трудом на лекарства родителям, да и клиенты могут оказаться приятными людьми — вот как ты, например. А держаться за место в офисе и терпеть унижения ради центов мне просто надоело.
— Да уж, — задумчиво произнес Микки. — У молодых секретарей действительно непростая доля, я не первый раз слышу подобные истории. Хотя сам на работе никогда не позволял себе лишнего. Я занимаю высокую должность, и мне по штату положен личный помощник, но я долго не мог решиться на поиски. А вот тебя бы я, пожалуй, взял в свой отдел, — он тепло улыбнулся.
— Правда? — в ответ улыбнулась Мила, и её взгляд потеплел. — Поверь, я бы тебя не подвела.
— Только зря ты выбрала эту опасную тропинку, — серьёзно продолжил он. — Пройдёт несколько лет, на твоё место придут другие, и можно остаться ни с чем. Да и здоровье в таких условиях легко потерять. Ты ведь наверняка вынуждена отдавать часть заработка тем, кто обещал тебе покровительство?
— Мне объяснили, что таков порядок, — тихо вздохнула она. — Но добавили, что чаевые от клиентов остаются мне. Это мои чистые деньги на лекарства родителям.
— Скажи, а где мы могли бы уединиться? — деликатно поинтересовался Микки.
— Я думала, у тебя есть варианты, или мы снимем номер в мотеле, — растерялась Мила. — Ко мне, конечно, тоже можно. Я снимаю комнату у одной пожилой женщины, бабы Лизы. Если привезти ей какой-нибудь гостинец к столу, она охотно уступит нам место и даже оставит на ночь. Смотри сам, решать тебе.
— Ко мне точно нельзя, — качнул головой Микки. — Меня в подъезде каждая собака знает, помнят и бывшую жену. Сразу пойдут ненужные сплетни, тем более твой наряд слишком приметный и яркий.
— Тебе не нравится?
— Напротив, очень привлекает, особенно когда ты сидишь так близко. Ладно, давай заедем в магазин за гостинцами, — согласился он, и машина плавно тронулась с места.
Купив по дороге бутылку хорошего крепкого напитка для хозяйки дома и пару бутылок лёгкого вина для себя, они вскоре углубились в тихие улочки на окраине города, пока наконец не остановились у небольшого двора.
— С машиной здесь ничего не случится? — озабоченно спросил Микки, оглядываясь.
— Нет, не переживай. Район у нас бедный, но спокойный, никто её не тронет. Пойдём, хозяйка нас уже в окно приметила.
Они направились к скромному старенькому дому, у порога которого их встретила пожилая женщина в цветастом платке.
— Баба Лиза, — представилась она, с любопытством оглядывая гостя. — Милочка, кого это ты к нам привела?
Микки сразу понял, как расположить к себе хозяйку, и с вежливой улыбкой протянул ей привезённый гостинец.
— Ой, батюшки, спасибо! — просияла старушка. — Проходите в дом, чувствуйте себя как у себя дома. С ночёвкой, я так понимаю?
Они прошли по узкому коридору и оказались в небольшой, но удивительно чистой и уютной комнатке, где было всё необходимое для отдыха.
— Может, присоединюсь к вам, посидим вместе? — заглянула в дверь баба Лиза.
— Благодарим, но мы бы хотели побыть вдвоём, — мягко, но решительно ответил Микки.
Хозяйка понимающе кивнула и поспешила удалиться к себе. Мила на всякий случай повернула ключ в замке спальни. В комнате было по-летнему тепло. Чувствуя себя в безопасности, девушка грациозным, естественным движением сняла лёгкое верхнее платье, оставшись в изящном, красивом белье, которое выгодно подчёркивало её хрупкую и благородную фигуру.
— Не торопись, — мягко улыбнулся Микки, восхищённо разглядывая грациозную фигуру девушки. — Может, у нас найдётся какая-то закуска? Или хотя бы просто конфеты к вину? Ты всегда так дома ходишь?
— Для кого как, — лукаво ответила Мила. — Тебе я с первой минуты сделала исключение, ты мне действительно приглянулся ещё там, на улице. Сейчас загляну к бабе Лизе, она готовит отменно. Принесу что-нибудь к столу, она охотно поделится.
— В таком виде пойдёшь? — удивился Микки.
— Ну, она меня всякой видела, — рассмеялась девушка.
Минут через десять скромный прикроватный столик был накрыт. Микки откупорил бутылку вина. Они пригубили напиток, перекусили и, слово за слово, разговорились, чувствуя, как уходит начальное напряжение.
— Мне бы такого спутника жизни, — мечтательно произнесла Мила, глядя на него. — Да только все хорошие мужчины обычно уже заняты.
— А я как раз совершенно свободен, — улыбнулся Микки. — Давай допьём вино, мне очень хочется обнять тебя и просто побыть рядом.
— Мне тоже этого хочется, — тихо согласилась она.
Вскоре они перебрались на уютную кровать. Ночь пролетела незаметно, наполненная нежностью и первыми настоящими чувствами. Уснули они далеко за полночь, уставшие, но счастливые.
Утром Микки проснулся первым от негромкого сигнала будильника на часах. Он бережно разбудил Милу.
— Послушай, нам нужно поехать к твоему так называемому покровителю, чтобы ты сразу с ним рассчиталась и закрыла эту тему. Вот деньги, я обещал, что не обижу тебя. Кстати, у тебя есть с собой какая-нибудь более строгая одежда? Если да, оденься, пожалуйста, по-деловому, как для работы в офисе.
Час спустя оба были полностью готовы и сели в автомобиль. Сначала они направились к привычному кварталу. Мила ненадолго покинула салон, чтобы уладить дела, но вернулась заметно расстроенной и рассерженной.
— Забрал почти всё, подчистую! — с горечью выдохнула она, садясь в машину. — Как при таком грабеже вообще можно накопить на лекарства родителям? Просто негодяй...
— Не падай духом, — подбодрил её Микки и уверенно крутанул руль. — Сейчас мы поедем ко мне в офис. Я попробую устроить тебя на должность своей секретарши. Заранее ничего не обещаю, чтобы не сглазить, но сделаю всё, что в моих силах.
— Да ты что! — Мила прямо-таки просияла, и в её глазах зажглась безумная надежда. — Серьёзно? Если у тебя получится вытащить меня отсюда, я буду всю жизнь тебе благодарна!
— Посмотрим. Поживём — увидим, — улыбнулся он.
Вскоре они припарковались на охраняемой стоянке возле современного высотного здания, вышли из машины и вместе направились к центральному входу.
— Она со мной, — Микки предъявил на вахте своё служебное удостоверение, и бдительная охрана беспрепятственно пропустила Милу.
Он проводил девушку в свой рабочий кабинет, попросил её подождать и никуда не выходить, а сам направился прямиком к первому вице-президенту компании. Микки уверенно объяснил руководству, что по штатному расписанию ему уже давно положен личный секретарь, и он наконец нашёл идеальную кандидатуру, готовую немедленно приступить к обязанностям.
— Погоди, Микки, мы все знаем, что эта вакансия открыта, — вице-президент доброжелательно улыбнулся. — Но давай пригласим начальника отдела кадров и обсудим всё вместе. Ты ведь не против?
Он нажал кнопку селектора и попросил секретаря пригласить мистера Олдена, а затем повернулся к Микки: «Приводи сюда свою претендентку».
Микки поспешил в кабинет за Милой. Вскоре к ним присоединился и мистер Олден. Узнав, в чём дело, начальник отдела кадров принялся подробно расспрашивать девушку о её прежних местах работы и причинах увольнения. К удивлению Микки, Мила держалась очень уверенно и смело отвечала на все вопросы. Она без колебаний продиктовала телефоны компаний, в которых трудилась раньше, и пообещала завтра же предоставить полностью заполненную анкету.
— В таком случае пусть мисс пока займётся документами, а завтра мы примем окончательное решение, — подытожил мистер Олден. — Я тем временем лично перезвоню по оставленным номерам. Если рекомендации подтвердятся, с моей стороны возражений не будет. Микки действительно давно нуждается в надёжном помощнике.
На этом официальная часть завершилась. До полудня Микки помогал Миле грамотно составить резюме, после чего протянул ей ключи от своей квартиры и записал адрес на листке бумаги.
— Поезжай пока ко мне, — с тёплой улыбкой произнёс он. — Будет время, осмотрись там, можешь немного прибраться, а то у меня типичное жилище закоренелого холостяка. Только обещай мне, что ты больше никогда не вернёшься на ту улицу. Я очень за тебя переживаю.
— Разве я похожа на сумасшедшую? — искренне удивилась Мила, преданно глядя на него. — Передо мной открывается такой невероятный шанс...
— Вот и отлично. Поезжай, а вечером жди меня дома. Вот тебе деньги, купи по пути что-нибудь к ужину.
Они нежно поцеловались на прощание, и Мила ушла. Весь оставшийся рабочий день Микки провёл как на иголках, то и дело поглядывая на часы, а вечером на максимальной скорости мчался домой.
— Какое же это счастье, когда дома тебя кто-то ждёт! — с облегчением выдохнул он, едва Мила открыла ему входную дверь.
— А ты во мне сомневался? — с порога расцеловала его она.
Эмоции захлестнули обоих: радость от того, что они нашли друг друга в этом огромном городе, переросла в бурный порыв нежности. Забыв обо всём на свете, они утонули в объятиях друг друга на уютном гостином диване. Чуть позже последовал скромный домашний ужин, после которого влюблённые сразу же переместились в спальню. Но перед тем как уснуть, Микки ещё раз внимательно перепроверил анкету Милы, исправил мелкие недочёты и распечатал чистый экземпляр для отдела кадров.
— Завтра утром, пожалуй, в отдел кадров со мной не ходи, — рассудительно заметил Микки. — Руководство будет официально рассматривать твою кандидатуру, а я сделаю всё возможное, чтобы тебя утвердили именно моим секретарём. Ты ведь не против?
— Я об этом только и мечтаю! — Мила нежно обняла его за шею.
Эта ночь укрепила их безмолвный союз, став ярким и незабываемым продолжением их зарождающихся чувств.
Утром Микки постарался не шуметь, чтобы не разбудить её. Забрав готовую анкету, он уехал на работу. Весь день он провёл в томительном ожидании, не зная, сколько времени займёт проверка рекомендаций, и, конечно же, сильно нервничал. Однако ближе к вечеру его наконец вызвал к себе первый вице-президент.
— Что ж, Микки, кандидатура твоей помощницы полностью согласована, — с понимающей усмешкой сообщил он. — Должен признать, ты нашёл очень эффектную и способную девушку. Мне бы такого секретаря.
— У вас штат укомплектован ничуть не хуже, — тактично и осторожно парировал Микки.
Окрылённый хорошими новостями, вечером он буквально летел домой. Мила, как обычно, с порога бросилась ему на шею.
— Всё! — торжественно объявил он, крепко прижимая её к себе. — С завтрашнего дня ты официально зачислена в штат как моя личная секретарша. Начальный оклад, конечно, скромный, но на мою зарплату мы прекрасно проживём, да и твоим родителям сможем ощутимо помогать.
Эмоции захлестнули обоих: они опустились на диван, празднуя эту маленькую, но такую важную победу. Спустя какое-то время Мила вдруг задумчиво спросила:
— А как мне быть с бабой Лизой? Она ведь ждёт меня, переживает.
— Давай в субботу вместе съездим к ней, привезём хороший гостинец, соберём твои оставшиеся вещи и тепло распрощаемся, — предложил Микки. — Неужели тебе у меня плохо?
— Что ты, конечно нет! У тебя замечательно, — поспешила заверить его она. — Правда... нам нужно поговорить ещё об одном важном деле. Может, оставим этот разговор до выходных?
— Нет уж, давай начистоту прямо сейчас, ты меня не на шутку заинтриговал, — Микки почувствовал укол внезапной тревоги. — Выкладывай всё как есть. У тебя там, в родных краях, остался ребёнок?
— Слава богу, нет, — Мила грустно покачала головой и придвинулась ближе. — Но в посёлке у меня остался жених. Мы даже успели обручиться, прежде чем я уехала в город. Ты только не подумай ничего дурного... Он простой, честный парень, работает агрономом. Когда-то мы искренне любили друг друга, и из нас могла бы выйти прекрасная пара, если бы не обстоятельства. Но мне ведь время от времени необходимо навещать больных родителей. А он, едва узнав о моём приезде, точно не даст мне прохода. Если же он увидит меня рядом с тобой, от него можно ожидать любых безумств — он невероятно, до слез ревнив.
Она замолчала, низко опустив голову.
— Ну и дела... — Микки растерянно усмехнулся, пытаясь осознать услышанное. — Мы живём вместе, завтра начинаем работать в одном кабинете, и вдруг выясняется, что ты фактически обручена. Скажи мне честно, о чём же ты думала, совершая тот отчаянный шаг на городской окраине? Как бы ты посмотрела ему в глаза после всего?
— Скрыла бы правду, и всё, — тихо, со слезами на глазах ответила Мила. — Разве у меня был выбор, когда родителям требовались лекарства? Да я и сама в глубине души понимала, что нашей свадьбе не бывать. Я бы никогда не смогла вернуться жить в посёлок после того, как вдохнула городскую жизнь. Наши пути разошлись задолго до этого, просто обстоятельства окончательно отрезали дорогу назад...
Она окончательно умолкла, пряча лицо у него на груди.
— И когда тебе нужно навестить родителей? — грустно спросил Микки. — Одну я тебя теперь никуда не отпущу, поедем вместе на моей машине. Надеюсь, твой ревнивец не станет устраивать безумных сцен? Просто спокойно объяснишь ему, что твоё сердце теперь занято, и всё.
— Если бы всё было так просто... — вздохнула Мила. — Нет, здесь нужно найти какой-то другой, более разумный выход.
— Ну а сама ты чего хочешь? — не сдержался Микки, заглядывая ей в глаза. — Его или меня?
— Глупый, я ведь в тебя уже по-настоящему влюбилась, — нежно ответила она. — Просто не знаю, как правильно оборвать эти прошлые связи. И ты тут ничем не сможешь помочь. Это мой долг, мне с этим и разбираться.
— Ладно, не будем торопить события, утро вечера мудренее, — обнял её Микки, увлекая в спальню. В её объятиях все сложные узлы грядущих проблем казались легко разрешимыми, и вскоре они оба уснули, оставив мысли о деревенском женихе за порогом.
На следующее утро они отправились на работу вместе. Мила надела свой лучший деловой костюм и выглядела безупречно. Она быстро и успешно прошла официальное собеседование в отделе кадров, а затем поднялась к первому вице-президенту. Тот, по всей видимости, просто хотел лично оценить новую сотрудницу и ограничился парой деликатных профессиональных комплиментов. После этого Мила спустилась в приёмную Микки и заняла своё рабочее место. Он вынес ей несколько папок с документами и попросил внимательно их изучить.
— Здесь подробный регламент на каждый день, график совещаний, структура отделов и списки контактов, — пояснил он. — Твоя главная задача — координировать мой день и вовремя обо всём напоминать. Ну и, разумеется, текущие звонки и работа с корреспонденцией.
День прошёл на удивление спокойно. Мила периодически заходила с вопросами, и Микки терпеливо и детально вводил её в курс дела. Однако ближе к вечеру он заметил, что его новая секретарша сидит за столом грустная и глубоко задумчивая. Позвав её в кабинет, он мягко спросил, что случилось.
Мила долго колебалась, но затем, опустив взгляд, тихо произнесла:
— Мне необходимо срочно навестить родителей и отвезти им деньги на лекарства. А ехать фактически не на что, ведь первую зарплату я ещё не заработала... — она совсем пала духом.
Микки принял решение без долгих раздумий.
— Я выдам тебе аванс в счёт будущего оклада, и к родителям мы поедем вместе. Не думаю, что твой бывший жених сможет доставить нам какие-то серьёзные неприятности. В конце концов, я смогу постоять за нас двоих.
Мила стремительно поднялась со стула и с благодарностью прижалась к его груди.
— Какой же ты великодушный и надёжный! — прошептала она.
В пятницу вечером они перевезли последние вещи Милы от бабы Лизы в квартиру Микки, окончательно устроив её быт. Наступила суббота. С самого утра Микки тщательно проверил автомобиль перед долгой дорогой, и около десяти часов они выехали за черту города. Микки вёл машину аккуратно и уверенно, строго соблюдая правила, поэтому в пункт назначения они прибыли лишь к шести часам вечера. Автомобиль остановился на самой окраине посёлка, возле скромного, заметно покосившегося от времени деревянного дома.
— Приехали, — тихо произнесла Мила, глядя на родные окна. — Давай я сначала зайду одна, подготовлю их, а потом уже позову тебя?
— Как скажешь, — вздохнул Микки.
На душе у него стало неспокойно, когда он внимательнее разглядел старый дом. Мила быстро скрылась за дверью, и ему пришлось прождать в машине добрых полчаса. Наконец её тонкая фигурка показалась на пороге, и она приветливо махнула ему рукой.
Внутри строения всё дышало затянувшейся болезнью: даже в воздухе отчётливо чувствовался слабый запах лекарств. Микки пришлось пройти в комнаты родителей. Сначала они заглянули к матери. Несмотря на тяжёлый недуг, женщина оставалась в полном рассудке. Она слабо улыбнулась и жестом пригласила гостя присесть на стул возле кровати. Их беседа продлилась недолго. Микки вежливо представился руководителем Милы и как бы между прочим упомянул, что до сих пор не женат. Лишних вопросов хозяйка задавать не стала. С отцом всё прошло ещё проще — пожилой мужчина уже сидел на постели. Узнав, кем именно является гость, он лишь понимающе кивнул, и на этом расспросы иссякли. Мила тем временем суетилась у плиты, спешно готовя ужин.
Вскоре скромный, но сытный стол был накрыт. Родители нашли в себе силы присоединиться к молодым людям. Было заметно, что в этом доме давно не видели такого изобилия. Отец Милы даже достал бутылочку домашней настойки и предложил Микки пригубить за знакомство. Общий разговор продвигался с трудом, и, едва закончив трапезу, все молча поднялись из-за стола.
В этот момент входная дверь внезапно и резко скрипнула. На пороге появился крепкий мужчина примерно того же возраста, что и Микки. Было очевидно, что он успел выпить для храбрости, едва до него дошли слухи из посёлка.
— Джек, — не на шутку разволновавшись, представила его Мила. — А это мой начальник из города, Микки.
— Что ж, приметный гость, ничего не скажешь. Да и автомобиль у ворот почти новый, — Джек смерил Микки тяжёлым взглядом. — А я вот — простой местный агроном, личным транспортом пока не обзавёлся, уж извините. Она успела тебе рассказать, что я её законный жених? — с упрямой гордостью в голосе спросил он.
— Да, разумеется, — спокойно ответил Микки. — Поздравляю вас. Мила — очаровательная девушка и очень способная сотрудница.
— И кем же она у тебя числится? — прищурился Джек, делая шаг вперёд.
— Моим личным секретарём. И, должен заметить, великолепно справляется со своими обязанностями.
— Надо же, как благородно, — ехидно ухмыльнулся Джек. — Я человек неглупый и прекрасно знаю, как в городе складываются отношения с секретаршами. Вы ведь наверняка делите одну постель?
— К чему такие выводы? — Микки сохранял абсолютное внешнее хладнокровие. — Между нами исключительно профессиональные, деловые отношения.
— Так я и поверил, — Джек резко отвернулся от него и в упор посмотрел на побледневшую девушку. — Ну что, Мила, когда мы наконец сыграем свадьбу? Сколько можно испытывать моё терпение? Над моим ожиданием уже весь посёлок посмеивается. Соседи сразу доложили, что ты вернулась домой с городским ухажёром, вот я и пришёл расставить точки. Не пытайся оправдываться, нашу помолвку никто не отменял. Давай свой паспорт, я завтра же всё устрою в местном совете. Ты ведь останешься до завтра? Вот увидишь, я решу вопрос за один день. Пусть наше торжество будет скромным, главное ведь — мир да любовь в семье. Я прав, Микки?
— Ничего я тебе не дам! — вспыхнула Мила, преграждая ему путь. — Я уже устроила свою жизнь в городе. По-твоему, мы так и будем всю жизнь мыкаться по разным углам? К слову, агрономы в городе не нужны. Ты хочешь сесть мне на шею? Мне и без тебя едва хватает сил, чтобы помогать больным родителям!
— Я не понял, — Джек угрожающе шагнул к ней, его лицо перекосилось от злости. — Значит, ты хочешь сказать, что свадьбы не будет? И всё из-за этого твоего городского начальника? Ну, я ему сейчас убавлю спеси!..
Не успел Микки и глазом моргнуть, как Джек яростно схватил стоявшую на плите тяжёлую чугунную сковороду. В следующую секунду Микки ощутил резкую, ослепляющую боль в затылке и мгновенно потерял сознание.
Очнулся он в полумраке старого деревянного сарая, густо пахнущего сухим сеном. Голова раскалывалась от невыносимой, пульсирующей боли. Наощупь Микки определил, что его рана туго и вполне профессионально перебинтована, но как именно он здесь оказался, вспомнить не мог. Он осторожно пошевелил руками и ногами — к счастью, переломов не было. Минут через пять тяжёлая деревянная дверь со скрипом отворилась, и внутрь пробился яркий сноп солнечного света. На пороге стоял ухмыляющийся Джек.
— Что, доигрался, городской пижон? — ехидно хмыкнул он. — Против силы не поспоришь. Советую сидеть тихо, если не хочешь получить добавки. Сейчас моя невеста принесёт тебе воды и чего-нибудь перекусить, но предупреждаю сразу: держи руки при себе. Кстати, её паспорт я уже забрал — пришлось, конечно, применить силу, но сегодня к вечеру мы официально станем мужем и женой. Так что привыкай к местным порядкам. Здесь тебе не город, тут закон на моей стороне. А вот, собственно, и она. Проходи, будущая жена.
В сарай робко вошла Мила. На ней был простой домашний халатик, а в руках она бережно держала бутылку с водой и глиняный горшочек с едой.
— Прости меня, Микки... — она опустилась перед ним на колени, и из её глаз хлынули горькие слёзы. — Не нужно было мне соглашаться на эту поездку, не нужно было тебе ехать со мной...
— Эй, полегче, нечего тут сырость разводить! Быстро накорми гостя, и пошли собираться, — приказным тоном оборвал её Джек.
— Мила, скажи... кто так аккуратно перевязал мне голову? — не обращая внимания на Джека, тихо спросил Микки.
— Я сама, — утирая слёзы, прошептала она. — Я ведь когда-то мечтала стать медсестрой, даже посещала бесплатные медицинские курсы в районе.
— Спасибо тебе... Но неужели у вас действительно сегодня регистрация?
— Врёт он всё! — с неожиданной решимостью в голосе ответила Мила. — Думает, если отобрал документы, то всё решено? Да я скорее сквозь землю провалюсь, чем отвечу «да» в совете! Не бывать этой свадьбе!
— Слышь, ты, потише там! — недовольно буркнул Джек, делая шаг в их сторону. — О чём вы там шепчетесь? Заканчивай с ним, и пошли в дом. Твои родители уже праздничные наряды из сундуков достают. Отмечать у вас будем.
Только в этот момент, когда Джек шагнул в полосу света, Микки разглядел на бледном лице Милы свежий, наливавшийся синевой синяк. Волна праведного мужского гнева мгновенно заглушила сильную боль в затылке. Собрав все оставшиеся силы, Микки резко подался вперёд и сделал Джеку точную, сокрушительную подсечку.
Тот совершенно не ожидал отпора, потерял равновесие и с глухим сильным стуком повалился на земляной пол, ударившись копчиком. Заорав от неожиданности и острой боли, Джек скрючился и остался лежать, тяжело стоная.
— Бежим! — Микки мгновенно вскочил на ноги и крепко схватил Милу за руку. — Деньги родителям передать успела?
— Да, всё отдала! Бежим скорее! — выдохнула она.
К счастью, старый сарай располагался как раз за домом её родителей, и оттуда отлично просматривался автомобиль Микки. Быстро вбежав в сени, Мила подхватила свои вещи, и они оба устремились к выходу. Уже через пять минут их машина на большой скорости покидала пределы посёлка.
— Микки, ты совершил настоящее чудо, ты спас меня! — взволнованно произнесла девушка, прижимаясь к его плечу. — Остановись, пожалуйста, где-нибудь у обочины, мне нужно поскорее переодеться в свою привычную городскую одежду.
Они припарковались у кромки густого леса. Мила быстро сменила простой деревенский халатик на строгий деловой костюм.
— Мне так хочется отблагодарить тебя за твоё мужество, — тихо и нежно сказала она, глядя на него с безграничной признательностью. — Прямо здесь, среди этой тишины...
— Давай не будем терять времени, родная, — мягко ответил Микки, заводя мотор. — Нам нужно как можно скорее добраться до города. Впереди вся ночь за рулём, а завтра утром — важный рабочий день. Мы ведь даже не выспимся.
Они действительно вернулись в город лишь к пяти часам утра. Едва переступив порог квартиры, влюблённые отчаянно уставшие, но бесконечно счастливые, без сил опустились на постель. Их нежные объятия были полны безмолвной благодарности за спасение. Поспать им удалось совсем немного: вскоре безжалостно зазвенел будильник. С трудом открыв сонные глаза, они быстро собрались и вовремя прибыли в офис, немедленно включившись в привычный рабочий ритм.
Во время обеденного перерыва Микки заметил, что его помощница вновь сидит за столом глубоко задумчивая и тревожная.
— Что тебя беспокоит, Мила? — мягко поинтересовался он.
— Джек ведь отобрал мой паспорт, — угрюмо отозвалась она, не поднимая глаз. — А внутри лежала твоя визитная карточка. Я очень боюсь, как бы он не решился на какую-нибудь безумную выходку.
— Не переживай, — попытался успокоить её Микки. — Выберем время, поедем вместе в посёлок и заберём твои документы. Всё будет хорошо.
— Мне подсказывает сердце, что он объявится здесь гораздо раньше, — покачала она головой. — Я слишком хорошо его знаю.
— Думаешь, нам стоит ждать его в гости прямо в городе?
— Именно. И очень хорошо, что на той визитке указан только офисный адрес компании, а не твоя домашняя квартира. Значит, искать меня он станет именно здесь, в здании, — подытожила она.
— Поживём — увидим, не загадывай заранее, — спокойно закрыл тему Микки, возвращаясь к бумагам.
Дни текли своим чередом. Микки и Мила стали практически неразлучны, существуя как единое целое. Им хватало времени и для рабочих вопросов в офисе, и для тёплых, уютных семейных вечеров дома. Удивительно, но их чувства не угасали ни на миг, словно они познакомились только вчера, а пережитое опасное приключение лишь крепче связало их судьбы.
Но однажды привычный покой был нарушен. На внутреннем телефоне в приёмной Милы раздался резкий, тревожный звонок от дежурного офицера с центральной вахты.
— Мисс, извините за беспокойство, — доложил охранник. — Но здесь, на входе, в холле рвётся к вам какой-то агрессивный мужчина. Он утверждает, что является вашим законным супругом. Назвался Джеком, фамилию я не расслышал. Как нам поступить? Выписать ему пропуск?
— Нет, ни в коем случае, — ответила Мила дрожащим от волнения голосом. — Я сейчас сама спущусь вниз.
Положив трубку, она немедленно вошла в кабинет к Микки и коротко обрисовала ситуацию.
— Пожалуйста, очень тебя прошу: не вмешивайся, — твёрдо и решительно заявила она. — Это моё прошлое, мои старые долги, и я обязана разобраться с ними сама. Пожелай мне удачи.
— Ладно, — после недолгого колебания согласился он. — Но если ситуация выйдет из-под контроля — немедленно звони мне. И пожалуйста, успокойся, на тебя же больно смотреть.
Мила благодарно кивнула, развернулась и поспешила к лифту. Сам Микки подошёл к окну, из которого открывался отличный вид на площадь перед центральным входом и гостевую парковку. Вскоре он заметил двоих. Джек, бурно жестикулируя, что-то кричал Миле, то внезапно опускался на колени, словно умоляя о прощении, то вновь вскакивал. Мила же старалась держаться хладнокровно и настойчиво уводила его подальше от офисного здания, по всей видимости, в сторону тихого сквера неподалёку.
Её не было больше часа. Когда дверь приёмной наконец открылась, Микки мгновенно заметил свежую припухлость на её левой щеке — след от подлого удара.
Внутри у него всё закипело от праведного гнева. «Негодяй... — процедил он сквозь зубы. — Страшно даже представить, какая судьба ждала бы тебя рядом с этим человеком. Ну что, Мила, удалось поговорить?»
— Всё гораздо хуже, чем мы думали, — ответила она, едва сдерживая слёзы. — Ты даже не представляешь, на что он пошёл. Воспользовавшись моим паспортом и старой дружбой с руководителем местной администрации, он умудрился как-то оформить фиктивные документы. Теперь по бумагам я значусь его законной женой.
— Но это же прямое нарушение закона, чистой воды уголовное дело! — твёрдо произнёс Микки, на мгновение задумавшись. — Нам нужно немедленно составить заявление и обратиться в правоохранительные органы. Пойдём, я во всём тебе помогу.
— Думаешь, полиция — это лучший выход? — с сомнением посмотрела на него Мила. — Может, стоит сначала съездить туда и поговорить с главой администрации напрямую? Пригрозить ему оглаской. Он ведь человек неглупый, поймёт, чем рискует, и быстро аннулирует эти фальшивые записи, а заодно заберёт у Джека мой паспорт и вернёт его мне.
— А ещё лучше, — Майклу в голову пришла более разумная мысль, — давай сначала просто найдём контакты этого чиновника в интернете и предварительно свяжемся с ним по телефону. Объясним, что если он немедленно не даст делу обратный ход, мы дадим ход официальному расследованию. Посмотрим, что он ответит.
— А ведь это действительно дельное предложение! — Мила мгновенно бросилась к компьютеру.
Уже через четверть часа Микки набирал найденный номер. В трубке раздался солидный, умудрённый опытом голос пожилого мужчины. Микки вежливо представился и спокойно объяснил, что представляет интересы мисс Милы. Он детально описал утренний визит Джека в офис компании, упомянул о незаконно оформленных документах, синяке на щеке девушки и удерживаемом паспорте. На том конце провода воцарилась тяжёлая тишина, прерываемая лишь виноватыми вздохами. В завершение Микки твёрдо спросил: либо они немедленно подают заявление о подлоге, либо принимающая сторона решает этот вопрос своими силами.
— Послушайте меня, молодой человек, — с заметным волнением в голосе произнёс чиновник. — Очень вас прошу, не нужно привлекать полицию и раздувать скандал. Я даю вам слово, что лично исправлю эту досадную ситуацию, пусть только этот безумец вернётся в посёлок. Я немедленно поставлю в известность нашего шерифа. Как только Джек переступит порог своего дома, его задержат до выяснения обстоятельств. Всё остальное я беру под свой строгий контроль. Огромное спасибо, что позвонили мне напрямую. Главное — не спешите с официальным заявлением, я всё улажу.
Микки положил трубку и на мгновение глубоко задумался.
— Ну что там? — с нетерпением спросила Мила, заглядывая ему в лицо.
— Теперь самое главное — чтобы Джек вернулся в посёлок, — со вздохом ответил он. — Глава местной администрации напуган не на шутку. Он твёрдо пообещал лично заняться этим делом, забрать документы и аннулировать все фальшивые записи.
— И всё же мне кажется, что в посёлке он объявится ещё не скоро, — на глазах Милы снова блеснули слёзы. — Мы слишком сильно уязвили его самолюбие. Я ведь говорила тебе, он безумно, патологически ревнив. Джек запросто мог нанять такси, выследить нашу машину после работы и узнать, где мы живём. А оттуда и до нового визита недалеко... Как же я от него устала!
— Спокойно, не расстраивайся, — Микки ласково обнял её за плечи. — Здесь большой город, а не глухой посёлок. Если начнётся погром, мы просто вызовем полицию, и его быстро призовут к порядку. Хотя ты права, выследить нас не так уж сложно. Придётся быть предельно бдительными даже дома. Представляю, в какую ярость он придёт, когда окончательно поймёт, что мы вместе...
— Может быть, мне стоит на время съехать, чтобы не подвергать тебя опасности? — тихо спросила она.
— Исключено. Так ты всю жизнь будешь от него бегать? Да и у меня в квартире, к счастью, нет тяжёлых чугунных сковородок, так что на этот раз застать себя врасплох я не позволю. Но приглядывать за дверью действительно стоит — человек явно не в себе.
После окончания рабочего дня они, внимательно оглядываясь по сторонам, не спеша дошли до парковки. Никаких подозрительных машин поблизости не оказалось, и вскоре они благополучно добрались до дома. Тревога всё же давала о себе знать, поэтому Микки решил не усложнять вечер готовкой: заказал пиццу из ближайшего кафе и откупорил бутылку сухого вина, чтобы немного снять накопившееся за день напряжение. Поужинали они быстро. Но даже в постели привычного уюта не случилось — каждый лежал в темноте, погружённый в свои непростые мысли.
На следующий день, к их огромному облегчению, в офисе всё прошло спокойно. Джек у центрального входа так и не появился.
— Может быть, он всё-таки уехал обратно? — с робкой надеждой спросил Микки во время перерыва.
— Вряд ли, — покачала головой Мила. — Скорее всего, затаился и караулит где-то поблизости. От его навязчивых идей так просто не избавишься. Быстрее бы всё это закончилось...
Вечером они вернулись домой прежним маршрутом. Однако на лестничной площадке, прямо у двери квартиры Микки, их ждал тот самый неизбежный сюрприз. Джек стоял, небрежно прислонившись спиной к косяку.
— Что, хозяева, гостям не рады? — с едкой издевкой прищурился он. — Ну же, открывайте замок, нам давно пора поговорить по-хорошему.
— Сделай шаг назад, — твёрдо и сухо оборвал его Микки.
Он повернул ключ и открыл дверь, но Джек бесцеремонно ввалился в прихожую первым и без приглашения прошагал прямо в гостиную.
— А у вас тут уютно! — он беспардонно огляделся по сторонам, заглянул в спальню и с циничной ухмылкой вернулся назад. — Живёте, значит, как настоящая семья? Всё ясно. Неплохо ты устроилась, Мила. И в офисе при месте, и дома в тепле. Короче говоря, слушать я вас больше не намерен. Вот мои законные условия: немедленно собирай свои вещи, — он резко повернулся к побледневшей девушке, — и мы едем домой. Будешь жить со своим законным мужем, а уж на месте я научу тебя уважать семейные узы.
— Поосторожнее с угрозами, — решительно шагнул вперёд Микки, заслоняя собой девушку. — Никуда она с тобой не поедет. И если ты немедленно не покинешь этот дом, я вызову полицию. Поверь, городские власти быстро призовут тебя к порядку.
— А тебя никто не спрашивает, ты ей никто и звать тебя никак! — огрызнулся Джек, сжимая кулаки.
В этот момент Мила незаметно коснулась руки Микки и умоляющим взглядом указала в сторону кухни. Он послушно последовал за ней.
— Послушай, давай я поеду с ним, — горячо зашептала она, преданно заглядывая ему в глаза. — Нам сейчас самое главное — чтобы он вернулся в посёлок. Сам по себе он туда ни за что не уедет. А на месте его уже встретят, аннулируют эти фальшивые документы и вернут мой паспорт. Подумай хорошенько, у этой истории должен быть финал, иначе он просто не даст нам спокойно жить.
— Но он же невменяем, он снова поднимет на тебя руку! — с тревогой возразил Микки. — Я безумно боюсь за тебя. Он ведь в ярости способен на всё.
— Не бойся, на крайние меры он не решится, — постаралась успокоить его Мила. — Всё будет хорошо, милый. Оформи мне на работе отпуск на неделю. Вот увидишь, я со всем справлюсь и скоро вернусь к тебе.
— Эй, вы там, долго мне ещё ждать?! — донёсся из гостиной яростный окрик Джека. — Давайте решать вопрос быстрее, пока я тут не разнёс всю вашу обстановку!
Они поспешно вернулись в комнату. Мила прошла в спальню, чтобы собрать самые необходимые вещи. Микки, чувствуя гнетущую тяжесть на сердце, решил довериться её плану. Минут через двадцать девушка вышла в прихожую с небольшим дорожным чемоданом.
— Вот и отлично! — довольно ухмыльнулся Джек, поднимаясь с дивана. — Как раз успеваем на последний пригородный автобус. Приятно иметь дело с разумными людьми. Ну, прощай, хозяин, — бросил он Микки. — Искренне надеюсь, что наши пути больше никогда не пересекутся.
Ещё через минуту входная дверь захлопнулась, и в квартире воцарилась зловещая пустота. Микки в отчаянии ходил по комнате, не находя себе места и мучительно размышляя, правильно ли он поступил, отпустив её. Но логика в словах Милы действительно была: без этого шага Джек преследовал бы их бесконечно. Наспех перекусив, Микки лёг в постель, но уснуть от гнетущих мыслей сумел лишь далеко за полночь.
На следующее утро он первым делом набрал уже знакомый номер руководителя поселковой администрации. Микки твёрдо напомнил чиновнику об их уговоре и предупредил, что Мила и Джек выехали ночным рейсом. Он подчеркнул: чем быстрее на месте аннулируют фальшивый брак и вернут девушке паспорт, тем меньше шансов, что этим делом вплотную займётся городская прокуратура.
— Не волнуйтесь, мы их встретим прямо у автобуса, — заверил его солидный голос на том конце провода. — Всё решим.
Шли дни, но телефон Милы по-прежнему оставался недоступен, и она не возвращалась. К концу недели Микки охватила настоящая паника. В субботу на рассвете он завёл машину и на максимальной скорости помчался в посёлок.
Ему удалось добраться до места ещё до наступления сумерек. Припарковав автомобиль, Микки поспешил к знакомому деревянному дому. На его стук никто не отозвался, и он без приглашения решительно переступил порог. Пожилой отец Милы спал в своей комнате, а тяжелобольная мать лежала на диване перед старым, тихо работающим телевизором.
— Ой, Микки! — всплеснула руками женщина, едва заметив гостя. — Твоё ведь имя, сынок? Я не перепутала?
— Да, всё верно, это я, — взволнованно ответил он, присаживаясь рядом. — Что произошло? Где Мила? Она так и не приехала в город, я места себе не нахожу.
— Ох, беда у нас, сердце в клочья... — пожилая женщина закрыла лицо руками и горько, беззвучно заплакала. — В районной больнице наша девочка лежит. Джек её на прощание ножом ударил...
У Микки внутри всё похолодело от ужаса, а дыхание перехватило.
— Как — ножом?! — едва сумел выдавить он из себя, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
— Вот так и случилось, — утирая слёзы, продолжила мать. — Вымолил у неё последнюю встречу на автобусной станции, якобы для прощального разговора, а сам исподтишка ударил ножом в живот. Теперь его ждёт суд. Очень надеюсь, что этого безумца изолируют от общества навсегда. Наша девочка, слава богу, идёт на поправку, на следующей неделе её уже обещают выписать домой, как только снимут медицинские швы.
— Скажите, где именно находится районная больница? И возьмите, пожалуйста, это вам на текущие расходы, — Микки бережно вложил в руки женщины плотную пачку купюр.
Мать подробно объяснила, как добраться до больницы, и Микки немедленно помчался туда. Местная больница оказалась невысоким, одноэтажным, но очень просторным зданием. Персонал, выслушав взволнованного гостя, быстро проводил его к палате Милы и деликатно оставил их наедине. При виде друг друга влюблённые сразу же потянулись навстречу и слились в долгом, нежном поцелуе, хотя девушке вставать с постели пока строго запрещалось.
— Какое же это чудовище... — тихо, но с глубоким возмущением произнёс Микки, нежно гладя её по волосам. — От него действительно можно было ожидать любой низости. Самое главное, что этот кошмар наконец остался позади. Мне сказали, что на днях тебя выпишут.
— Да, это правда, — слабо улыбнулась Мила. — Всё самое страшное позади, только вот шрам на память останется. Ты надолго приехал?
— Ты же знаешь, родная, только на выходные, в понедельник нужно быть в офисе. К слову, твоё рабочее место тебя очень ждёт.
— Только ли рабочее место? — лукаво и тепло прищурилась она.
— Я безумно по тебе скучал, места себе не находил. Почему ты не передала мне хотя бы короткую весточку?
— Честно говоря, было совсем не до этого, — вздохнула Мила. — Я долго лежала в беспамятстве. Думала, что то свидание на станции станет последним мгновением в моей жизни. Он уверял, что хочет просто извиниться, а на деле решил: раз ты не достанешься мне, то не достанешься никому. Ну ничего, теперь закон воздаст ему по заслугам.
Они проболтали до самого вечера. Микки увлечённо рассказывал о делах в компании и о том, как уныло и одиноко ему жилось в пустой квартире. Наконец строгая медицинская сестра вежливо попросила гостя покинуть палату. Микки вернулся в дом её родителей, где мать заботливо уступила ему комнату дочери.
Спал Микки беспокойно, тревожные мысли не отпускали его. На следующее утро он вновь сидел у постели Милы.
— Я очень скоро вернусь к тебе в город, — клятвенно пообещала она перед расставанием. — Езжай со спокойным сердцем. Фиктивные документы о браке полностью аннулированы, записи уничтожены, а мой паспорт мне уже вернули. Так что, можно сказать, я отделалась лишь испугом и шрамом.
Они пробыли вместе до обеда, после чего Микки пришло время отправляться в обратный путь — дорога до мегаполиса была долгой. После долгих, полных нежности прощаний Микки сел в автомобиль и направился прямиком на скоростное шоссе.
В город он въехал на рассвете, успел поспать пару часов и вовремя прибыл в офис. Первым делом он заглянул в кадровую службу, чтобы уладить формальности и предупредить, что его помощница временно находится на больничном, но непременно появится в течение недели.
Так оно и вышло. В четверг вечером сияющая Мила уже переступила порог его квартиры. Их воссоединение было наполнено неописуемой радостью и глубокой нежностью: они долго не могли разомкнуть объятий, празднуя победу над прошлым. Напоминанием о беде оставался лишь аккуратный, тонкий медицинский след. А уже в пятницу утром они, как и прежде, рука об руку ехали на работу.
Жизнь вернулась в привычное, счастливое русло, но ровно до одного знаменательного дня. В тот день после обеда в их отдел неожиданно нанёс визит сам президент корпорации, мистер Николас Торн. Он лично прибыл, чтобы вручить Микки почётную премию за выдающиеся заслуги перед компанией. Подобного знака внимания руководство раньше никогда не оказывало. Однако прежде чем войти в кабинет к Микки, мистер Торн задержился в приёмной и рассыпался в весьма красноречивых комплиментах Миле — его бархатный, уверенный голос был отчётливо слышен через полуоткрытую дверь. Президент был мужчиной в самом расцвете сил — ему исполнилось пятьдесят пять лет, он отличался безупречной атлетической фигурой, безукоризненными манерами и одевался у лучших столичных портных.
Поздравив Микки, Николас Торн неторопливо присел в глубокое кресло и сразу же принялся расспрашивать о Миле. Эти расспросы поставили Микки в крайне неловкое положение, поэтому отвечал он скупо, монотонно и исключительно в профессиональном ключе.
— Что-то ты совсем не ценишь свою очаровательную помощницу, — снисходительно рассмеялся Торн. — Небось, между вами не только деловые отношения? Да ладно, брось, это всего лишь наши мужские разговоры, можешь не отвечать. К слову, а тебе как моя Линда? — он хитро прищурился, заставив Микки окончательно смутиться. — Можем ведь и поменяться.
— Мисс Линда, безусловно, очень привлекательна, — отведя взгляд в сторону, сдержанно ответил Микки. — Но с Милой мы уже сработались, я успел к ней очень привыкнуть.
— К секретарям нельзя привыкать, — вновь рассмеялся Торн, поднимаясь с кресла. — Сколько их ещё будет в твоей карьере! Короче говоря, давай устроим этот обмен хотя бы для пробы, скажем, на недельку, а там видно будет. Вот увидишь, ты не пожалеешь. Линда работает со мной уже два года, знает все тонкости и ни разу меня не подвела. Ну, ты ведь понимаешь, о чём я? — в его глазах снова блеснул циничный огонёк. — В общем, вопрос решён: с понедельника Линда спускается в твою приёмную, а Мила поднимается ко мне. Надеюсь, возражений не последует? — его тон внезапно стал стальным и сухим. — В конце концов, последнее слово в этой фирме пока ещё остаётся за президентом.
Микки лишь безмолвно и автоматически кивнул головой. Попрощавшись, мистер Торн ещё долго о чём-то любезно беседовал с Милой в приёмной и наконец покинул этаж. Девушка сразу же вошла в кабинет, и Микки с тревогой заметил, как на её глазах блестят слезинки.
— Микки, дорогой... неужели ты действительно без боя отдал меня этому человеку? — она расстроенно опустилась на стул напротив его стола.
— Пойми, родная, это не просто самовлюблённый пижон, а президент нашей корпорации, — с горечью выдохнул он. — Ты явно запала ему в душу, раз он с порога начал расспрашивать о тебе, а затем фактически приказал оформить этот перевод. Что я мог сделать? Я защищал тебя, как мог, ссылался на рабочий процесс, но спорить с прямым приказом первого лица компании на его же территории невозможно. Пожалуйста, не плачь, впереди выходные, и мы обязательно что-нибудь придумаем.
Выходные прошли в гнетущей атмосфере. Они много говорили, пытались искать выходы, но грядущий понедельник, когда Мила должна была занять место в приёмной президента, казался им неизбежным тупиком. В какой-то момент Мила даже грустно пошутила, не увлечётся ли Микки своей новой эффектной помощницей, на что он лишь уверенно рассмеялся, обнимая её.
— Кроме тебя, мне в этой жизни никто не нужен, — твёрдо подытожил он.
Ночь на понедельник оказалась наполнена такой щемящей нежностью и страстью, словно они прощались перед долгой разлукой, и уснуть им удалось лишь под утро.
В понедельник, когда Микки прибыл в офис, за секретарским столом уже сидела Линда. Она ослепительно улыбнулась и без стука, по-хозяйски вошла в его кабинет. Подойдя почти вплотную к его креслу, Линда попыталась нарушить профессиональную дистанцию, позволив себе излишне вольный, недвусмысленный жест. Микки резко перехватил её руку и достаточно грубо попросил немедленно покинуть кабинет. Секретарша недовольно нахмурилась, но спорить не стала и удалилась.
До самого обеда Микки не выходил из кабинета и демонстративно не вызывал новую сотрудницу. Однако во время перерыва в корпоративном кафе Линда без приглашения подсела за его столик. Очаровательно улыбаясь коллегам, она под прикрытием скатерти снова попыталась позволить себе недопустимую двусмысленную вольность.
— Послушай меня внимательно, Линда, — не выдержал Микки, его голос зазвучал тихо, но угрожающе. — Ещё один подобный жест с твоей стороны, и я добьюсь твоего немедленного увольнения за нарушение служебной этики. Ты меня поняла?!
Линда заметно притихла, и оставшаяся часть дня прошла в полном рабочем спокойствии. Она больше не переступала порог кабинета Микки, по всей видимости, дожидаясь окончания рабочего дня. Едва пробило пять часов, Микки вежливо попрощался, спустился к машине и вскоре был дома. Мила приехала в квартиру чуть позже него — на её лице горел яркий румянец гнева и смущения.
— Негодяй! — взволнованно произнесла она с порога, едва сдерживая слёзы. — Этот человек совершенно не знает границ приличия. После работы он запер дверь кабинета и попытался настоять на неформальном общении. К счастью, мне удалось проявить твёрдость: я увернулась от его рук, быстро повернула ключ в замке, подхватила сумочку и буквально выскользнула из приёмной. Микки, дорогой, что же нам теперь делать? Сердцем чувствую, что эта история обернётся для нас большими неприятностями...
— Успокойся, родная, — Микки ласково обнял её, стараясь согреть своим теплом. — Самое главное, что ты в безопасности. Давай просто отдохнём. Моя новая помощница сегодня тоже пыталась вести себя излишне вольно, но я сразу и очень жёстко поставил её на место.
— Но как мне защитить себя, если речь идёт о самом президенте компании? — тихо спросила Мила.
— С таким руководителем спорить сложно, — признал Микки. — Скорее всего, он не потерпит отказа. В лучшем случае нас ждёт постоянное давление, в худшем — он просто решит избавиться от нас как от неугодных сотрудников.
— Микки, если дойдёт до крайностей, пусть он увольняет меня, — решительно посмотрела на него девушка. — Ты должен держаться за свою должность до последнего. Мы не можем позволить себе остаться на улице вдвоём без средств к существованию.
— Посмотрим, — вздохнул он, бережно погладив её по плечу. — Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы защитить нас.
Вечер прошёл в долгих, тревожных разговорах. Ночь выдалась беспокойной: оба долго ворочались в темноте, переживая о завтрашнем дне, пока наконец усталость не взяла верх.
На следующее утро, придя в офис, Микки к своему удивлению не обнаружил Линды на рабочем месте. А уже через четверть часа в его кабинет буквально ворвался разгневанный Николас Торн.
— Что же ты сразу не предупредил меня, что твоя бывшая помощница абсолютно не умеет находить общий язык с руководством? — с порога напустился президент на Микки. — В общем, я аннулировал её контракт за несоответствие корпоративной культуре. И сейчас серьёзно размышляю, как поступить с тобой.
— Простите, сэр, но при чём здесь я? — Микки сохранял внешнее спокойствие, хотя внутри всё сжалось. — Я не могу отвечать за личные решения мисс Милы и совершенно не в курсе ваших внутренних разногласий.
— Вот именно, что между нами нет и не может быть никакого понимания, — раздражённо бросил Торн. — Ладно, твоей прямой вины в этом нет, оставайся на своём месте. Но немедленно займись поиском нового секретаря. И выбери кого-нибудь более покладистого и профессионального.
— Я вас понял, мистер Торн. Распоряжение будет выполнено, — ответил Микки.
Президент стремительно покинул кабинет. Микки перевёл дух и устало опустился в кресло. На душе было серо и пусто — работать без Милы не хотелось, а искать другого человека на её место казалось бессмысленным занятием. «Куда же мне теперь её устроить?» — мучительно размышлял он.
В этот момент ему в голову пришла спасительная мысль. Он вспомнил, как умело и ловко Мила оказала ему первую помощь в посёлке, когда наложила повязку на рану. Она ведь упоминала, что оканчивала специальные медицинские курсы. «Нужно будет обязательно обсудить это вечером дома», — твёрдо решил Микки.
Рабочий день тянулся бесконечно долго. Наконец, дождавшись вечера, Микки поспешил домой. Мила сама открыла ему дверь. Они встретились взглядами и молча слились в долгом, нежном поцелуе.
— Можешь меня «поздравить», — грустно улыбнулась она, когда они устроились на диване в гостиной. — Я снова оказалась в роли соискательницы. А как прошли твои дела в офисе?
— Президент был в ярости, но мою должность оставил за мной. Нам просто повезло, — ответил Микки, крепко сжимая её ладонь.
— Это самое главное, — с облегчением выдохнула Мила. — Что ж, значит, я просто начну искать другое место работы.
— Мила, ты как-то упоминала, что в своё время оканчивала курсы медицинских сестёр? — спросил Микки, когда они устроились за столом.
— Да, всё верно, — кивнула она. — У меня даже диплом имеется.
— А почему ты никогда не пробовала работать по этой профессии?
— В нашем посёлке все места в амбулатории были давно заняты, а в городе меня никто не принимал без опыта работы по специальности. Да и сам знаешь, какие скромные оклады у рядового медицинского персонала в государственных клиниках. На лекарства родителям точно бы не хватило.
— Догадываюсь, — задумался Микки. — Но у меня за годы работы завязалось много полезных контактов в самых разных сферах. Попробую поговорить со знакомыми и подыскать для тебя достойный вариант. Пойдёшь, если получится?
— Конечно! — искренне обрадовалась Мила. — На любые условия соглашусь, лишь бы приносить пользу и не быть для тебя обузой.
— Вот и отлично, завтра же займусь этим вопросом, — улыбнулся он. — А сейчас давай ужинать, всё так аппетитно пахнет.
Все последующие дни Микки активно обзванивал давних университетских приятелей и коллег, с многими из которых не общался несколько лет. Наконец удача улыбнулась ему. Один из его бывших сокурсников, Роберт, теперь владел крупным современным оздоровительным центром. Как выяснилось, у него как раз оставалась открытой вакансия медицинской сестры.
Они встретились вечером в уютном городском кафе, долго вспоминали студенческие годы и делились новостями. Сдесь же Микки упоминул и про Милу. Под конец беседы Роберт уважительно произнёс:
— Моя клиника с каждым годом приобретает всё большую известность. Поэтому персонал должен быть безупречен во всём, ведь сотрудники — это лицо нашего центра.
— Можешь быть спокоен, — заверил его Микки. — Очаровательнее и ответственнее сотрудницы как мое протеже ты точно не найдёшь. Смотри только, сам не влюбись.
— Кто, я? — добродушно рассмеялся Роберт. — Более верного семьянина тебе не сыскать. Вот тебе моя визитка, здесь прямой телефон и адрес. Пусть твоя девушка приходит завтра на собеседование и скажет, что она от тебя. Приму по старой дружбе. Но предупреждаю: в делах я строг и требую идеальной дисциплины. Зато и оклад у неё будет значительно выше, чем в любом городском госпитале.
— Не сомневайся, она тебя не подведёт, раз я лично за неё ручаюсь, — поблагодарил друга Микки.
Дома радости Милы не было предела. Она окружила Микки такой нежностью и благодарностью, которой он не чувствовал уже очень давно. Вечер прошёл в приятных хлопотах: они вместе подобрали для завтрашнего визита строгий, элегантный деловой костюм, который идеально подчёркивал её благородную внешность.
На следующее утро они выехали из дома чуть раньше обычного. Микки привёз Милу к зданию оздоровительного центра, который выглядел очень солидно и респектабельно. Нежно поцеловав её на прощание у центрального входа, он со спокойной душой отправился на свою работу.
Прошло три месяца. Мила удивительно легко освоилась на новом месте. Работа приносила ей искреннее удовольствие, обязанности были необременительными, а атмосфера в клинике царила исключительно доброжелательная.
Микки, приезжая за ней по вечерам, порой не мог сдержать лёгкого укола ревности. Мужской коллектив центра, особенно среди спортивных тренеров, состоял исключительно из подтянутых, обаятельных молодых людей. Иногда Мила выходила из дверей в компании какого-нибудь привлекательного коллеги, увлечённо обсуждая рабочие моменты, но стоило ей заметить знакомый автомобиль, как она приветливо прощалась и спешила к Микки, не оставляя соперникам ни единого шанса на лишний комплимент.
В один из пятничных вечеров Мила вернулась домой, держа в руках роскошный букет цветов. Её глаза сияли лукавым огоньком.
— Представляешь, дорогой, один из наших ведущих тренеров сегодня сделал мне предложение, — с порога заявила она, пряча улыбку. — Пожалуйста, только не хмурься, между нами никогда ничего не было, мы общаемся исключительно по делу. Но, кажется, бедняга действительно потерял от меня голову.
— А как же я? — озадаченно спросил Микки, застыв посреди гостиной.
— Вот и мне интересно, — Мила бережно поставила цветы в вазу и повернулась к нему. — Я уже очень давно жду от тебя решительного шага. Но, похоже, ты до сих пор видишь во мне лишь свою бывшую помощницу, а не будущую спутницу жизни.
Микки на мгновение замолчал, сделав вид, что глубоко задумался. В его душе за эти три месяца всё окончательно встало на свои места. Он понял, что эта хрупкая, преданная девушка, сумевшая выстоять под ударами судьбы и сохранить чистоту сердца, — лучшее, что случалось с ним в жизни.
Спустя пятнадцать минут он подошёл к Миле, опустился перед ней на колено, бережно взял её за руки и тихо, но бесконечно уверенно попросил её стать его законной женой. В её счастливых глазах вместо прежних слёз обиды теперь светилась подлинная радость.
Пышную и счастливую свадьбу влюблённые сыграли ровно через месяц.