Слониха Бамка и жираф Петя

Жила была в Индии слониха по имени Бамка, а в далёкой Африке — жираф Петя. О своих именах они узнали уже в СССР, когда их купили и распределили по разным городам. Петя попал на постоянное место жительства в Киевский зоопарк, а Бамка — в знаменитый аттракцион Корнилова «Слоны и танцовщицы».
Пете жилось спокойно: дети кормили его листьями, он чинно позировал для фотографий. А вот Бамке судьба досталась куда сложнее. Она была добрая, умная, прекрасно понимала дрессировку и могла бы стать звездой манежа. Но у неё обнаружился один недостаток, который перечёркивал все таланты: Бамка панически боялась мышей и злобно не переносила запах алкоголя от служащих. А мышей и «ароматов» в цирковых закулисьях хватало. Избавиться от них было невозможно — поэтому избавились от Бамки.
Её передали в передвижной зоопарк. Когда тот гастролировал в моём родном Днепропетровске, в старом здании цирка, Бамку фактически бросили — вдвоём с алкоголиком служащим. В городе как раз построили новый современный цирк, где я служил заместителем директора.
В те годы украинские тяжелоатлеты занимали призовые места, а Султан Рахманов под руководством Эдуарда Бровко стал чемпионом мира. Первый секретарь горкома Владимир Петрович Ошко, большой поклонник спорта, решил отдать старый цирк под тренировочную базу сборной. Он был талантливый руководитель, особенно когда дело касалось строителей. Собрал в здании цирка оперативку — десяток солидных мужиков в пышных пыжиковых шапках. Меня вызвали как номинального представителя Союзгосцирка: здание ведь числилось на нашем балансе. Я примчался в своей заячьей шапке.
Стоит Бамка, пристёгнутая цепью за ногу к железному кольцу, вмурованному в стену. Вокруг — пыжики, а секретарь горкома раздаёт указания. И тут Бамка, будто узнав во мне «своего», демонстративно показывает, что кольцо вовсе не вмуровано: берёт его хоботом и вытаскивает из стены.
Я спокойно прерываю Владимира Петровича: — Уходите. Слон не прикован.
Пыжики исчезли в зале с такой скоростью, будто репетировали это заранее. Я велю служащему закрепить кольцо и ухожу следом. Ошко, отдышавшись, даёт мне короткий приказ: — Чтобы завтра слона здесь не было.
Возвращаюсь в новый цирк и ломаю голову: куда девать Бамку? В это время у нас гастролировал аттракцион «Слоны», руководил им представитель старейшей цирковой династии Ю.Д. Иду к нему: — Помоги перевести слона к нам, а дальше разберёмся. Ю. отвечает: — Чужими слонами не занимаюсь. Тем более Корниловскими.
На следующий день — воскресенье, солнечный весенний день. Выезжаем из цирка на ГАЗ 51 и тракторе «Беларусь». Старый цирк стоял на людной базарной площади. Заходим к Бамке — служащего уже нет, смылся.
Привязываем переднюю ногу к ГАЗону, заднюю — к трактору. Откидываем задний борт, я сажусь, свесив ноги, рядом корзина с морковкой. Периодически протягиваю Бамке — она благодарно берёт и неспешно топает.
Странная колонна, во главе с гаишной машиной, движется по набережной имени Владимира Ильича Ленина со скоростью слона. Народ гуляет, думает, что это парад Алле. Бурно аплодирует. Бамка, как настоящая артистка, оживилась, прибавила шаг. Я тоже был доволен — казалось, что часть аплодисментов достаётся и нам, слоноводам. Бамка была счастлива, чувствовала- идёт домой.
Когда гастроли закончились и коллектив Ю. отправился на станцию, Бамка сильно загрустила. На следующий день в цирке остались только она и два дежурных. У меня был план погулять с семьёй после тяжёлых погрузочных работ — но не тут то было.
Рано утром звонит дежурная Любовь Николаевна: — Приходите, Бамка разгромила слоновник.
Примчался, Бамка отцепилась, выбила дубовые ворота, и единственное, что отделяло её от выхода в город, — лёгкие двери. Сажусь на электрокар, пытаюсь загнать её обратно. Бамка хватает хоботом огромную доску с гвоздями и начинает размахивать. Я оставляю затею, посылаю дежурную за пряниками. Взял кулёк с пряниками ,она бросила доску и потянула хобот к кульку ,поела и  успокоилась. Я тем временем выточил длинный острый крюк и, хватая её попеременно за ухо и за задницу, вывел из разрушенного слоновника и приковал между колоннами выхода на манеж.
Пишу срочную телетайп грамму в Союзгосцирк: работать мы не можем, слониха перекрыла выход, девать её некуда.
Ответ пришёл быстро: срочно отправить Бамку в Киевский зоопарк в обмен на жирафа Пашку и передайте его артисту Ю.
Так я и сделал.
Как потом рассказывали артисты, жена Ю. начала репетировать новый номер с Пашкой — и жираф прекрасно с ней ладил. Но когда сам Ю. решил вмешаться, Паша своей нежной длинной ножкой ударил его в одно место.
Отлились ему наши с Бамкой слёзы.