Друзья. Том 9

                Том девятый:
                ЛЕТНЯЯ ВОЙНА


     Глава 1.
  ОТЪЕЗД ТОЛСТА ВЛАСКИ

   Лето красное. Лето-лето-лето! Отгремели последние майские дни, экзамены закончились, а вместе с ними и каникулы наступили.
   Что бы там ни нафантазировал себе читатель, но я ожидал лета, как избавление от той же учебы, во-первых. Про Козлова в этот момент вообще не думал. Пусть себе воюет, если так ему охота! В конце концов, он сам себе враг. А, во-вторых, лето дарит умиротворение, состояние покоя, если хотите... И пусть многие со мной не согласятся, это чисто мое мнение.
   В любом случае, нынешнее лето в корне отличалось от прошлого. Ведь на этот раз Серый будет с нами! Если тогда я волновался за него больше, нежели отдыхал, то теперь буду стремиться наверстать упущенное.
   Правда, отдохнуть хотя бы первые дни не удалось. Всю компанию всколыхнула новость, ставшая самой настоящей бомбой – уезжал Толста Власка!
   Я узнал об этом от Сереги, когда он позвонил мне накануне вечером. Может, оттого, что я не видел его лица, то и информацию воспринял как нечто обыденное. Ну, уезжает человек – и пусть! Каждому летом хочется отдохнуть, как ему удобно. И только потом, на свежую голову, пришло осознание, и я крепко задумался.
   Володя был нашим силовиком, от него во многом зависела победа в столкновениях с неприятелем. Да Толста Власка мог заменить половину команды! Мы ведь останемся без него, как без рук в самом прямом смысле!
   К сожалению, он сам никак не мог помешать этой поездке, поскольку такие дела всегда решают взрослые, в его случае – родители. Они заранее все обговорили, поставив нашего друга перед фактом. Я был так огорчен, что даже не удосужился узнать подробности, куда он едет и насколько. Судя по той физиономии, что скорчил Серега при встрече, поездка обещала быть «всерьез и надолго».
   Сам Серый, конечно, бодрился, настраивая всех нас на оптимистический лад. Даже без Толста Власки мы способны удерживать врага на той дистанции, какая у нас наблюдается еще с весны. Козлов может и воспрянет духом, но на большее его не хватит, что бы там ни затевал он, или его пособники – Орлова, «Женсовет», Хорина...
   Совсем не то настроение было у Толста Власки. Поездка в его планы никак не входила, и он всерьез волновался, что оставляет нас в трудном положении. Как же он будет существовать... без драки?!
   Здесь следует заметить, что все последнее время Володя начал учить Штангу новым приемам борьбы. Ванька и без того считался неплохим драчуном, хоть до главного силовика ему далековато. Толста Власка с удовольствием обучил его кое-каким приемам, что обещало всем нам помочь в «военном» деле. А поскольку Ларивошка всегда был в их среде, то теперь Штанга сблизится с Димкой и заменит Толста Власку в этом тандеме.
   День разлуки неумолимо приближался. Толста Власка хотел превратить его в грандиозный спектакль, чтобы запомниться. Но у него не получилось, поскольку квартира была не в состоянии выдержать такого количества друзей. Серый тут же предложил свои услуги. В общем, встреча состоялась...
   Володя расстроился, увидев наши угрюмые физиономии.
   - Да не бойтесь, ребята! Я ведь не навсегда уезжаю! Вот приеду, и мы устроим сюрприз Козлову и всем его прихлебателям! Такую войнушку закатим, мир перевернется!
   И он для большего эффекта стукнул кулаком по спинке дивана, на котором сидел. Диван крякнул, как живой, и основание его немного провисло...
   Тут, к сожалению для Шмонина, он оказался в радиусе действия Володи, и тот его заметил. Он подозвал бедного товарища и протянул ему руку. У Шмонина не оставалось выбора... Он протянул ладонь с самым кислым выражением лица, и главный виновник торжества с любовью пожал ему руку. От этой «любви» у Шмонина чуть глаза из орбит не вылезли, а ладонь потом пришлось долго держать под холодной водой.
   - Ну, чего только не выдержишь ради друзей! – ворчал Балбес, корча рожи и дуя на поврежденную длань.
   На самом деле он был доволен хотя бы тем, что ребята повеселели, и это несмотря на отъезд одного из своих.
   Как и всегда, Серый устроил скромную вечеринку. Стол, закуска, лимонад. Ларивошка, который сидел рядом со своим ближайшим другом, умолял Толста Власку привезти ему шампанское, ну, хотя бы контрабандой.
   Володя оскалился. Он пообещал и всем нам кучу сувениров. Но главный сувенир он преподнес нам в самом конце вечера, когда прощался.
   - Знаете, не думал, что когда-нибудь скажу такое, - начал он, переминаясь с ноги на ногу. - Но... я рассчитываю отдохнуть в поездке. Драться – это, конечно, хорошо. Это отлично!!! Но и драки утомляют. И, раз выдался такой случай...
   Володя осекся, когда увидел, как мы смотрим на него, и, главное, с каким выражением лица.
   - Да ладно! – махнул он рукой, - я ведь не всегда только дерусь.
   - А мы и не сомневались,- улыбнулся Серый. – В тебе масса других положительных достоинств.
   - В каждом из нас! – изрек маленький Медвежонок.
   Ну, после этого мы все со стульев упали от смеха.
   - Маленький философ! – проворчал Медведь, поглядывая с добродушной ухмылкой на брата. - Мою фразу украл. Теперь сам не знаю, что сказать.
   - Лучше молчи! – пошутил я.
   В самом деле, все слова были сказаны. Толста Власка простился с нами и уже хотел идти. Но на пороге остановился. Было видно, что ему не дает покоя одна мысль, причем – достаточно продолжительное время.
   - Мне не хотелось бы портить вечер, - неуверенно начал он, глядя больше на Серегу, чем на других ребят. - Но я не могу уехать, не узнав одну вещь.
   - Какую? – удивились все.
   - Это о Козлове. Точнее – о его покровителе.
   - Еще точнее – покровительнице, - уточнил Сергей.
   - Вот именно, - Володя покраснел. - Возможно, когда я вернусь, вы уже справитесь со всеми тайнами и загадками. Но меня удивляет, почему Серый так боится говорить об этом человеке. Тем более, если она – девчонка...
   Толста Власка замер, не решаясь продолжать дальше. Все перевели взгляды на Серегу. Он несколько смешался. Было видно, что тема, о которой вспомнил Володя, ему несколько неприятна. Но такова была последняя просьба уезжающего друга. И он прав насчет того, что могло измениться за время его отсутствия. Может, и войны уже не будет? В общем, Сережа должен был ответить.
   И он сказал немного погодя:
   - Я боюсь не столько саму девчонку, сколько непонятных загадок вокруг нее. Дело в том, что у нас нет никаких доказательств ее личности. И что она вообще существует! Да, есть догадки. Есть кто-то, подписывающийся фамилией «Хорина». И от нее действительно исходит опасность. А любой враг опасен, если о нем ничего не знаешь. Вот в этом и заключается тайна.
   - Говоря проще, вся загадка в том, что никакой загадки нет, - попытался объяснить я пространную речь Сереги.
   Толста Власка кивнул и... попрощался с нами. Больше этим летом мы его не увидим. А с его уходом мы как никогда почувствовали одиночество и... что с нами будет теперь, если Козлов нападет со своими парнями?
   Но вскоре мы получили сведения, которые позволили нам несколько пересмотреть тактику нашего поведения...

     Глава 2.
  ВОЙНА БЕЗ ВОЙСКА

   Серый заглянул ко мне под вечер. Это было на другой день после отъезда Толста Власки. Вид у него был весьма довольный, хоть он и пытался состроить физиономию сдержанного и строгого человека. Но чем больше он куксился, тем меньше у него получалось сделать это самое сосредоточенное лицо. Да и вид был подозрительно постный. Что-то случилось.
   - Свежие новости? – поинтересовался я.
   - Ага! – лаконично ответил он, не спеша, однако, выкладывать факты.
   Ладно, думаю, раз он в таком настроении, не будем его подгонять. Сам расскажет. В конце концов, никто его за галстук не тянул, да и у меня не тот настрой, чтобы допрос устраивать. Пусть сам разбирается. Я еще не отошел от потери Толста Власки.
   Сережа опытным чутьем угадал расположение моего духа, и когда убедился, что шутить я сегодня не намерен, пожал плечами и сказал:
   - Вот что значит искать приключений на свою голову. Этим я сегодня и занимался. В общем, если короче – мне повезло. Я сумел подслушать одну весьма занимательную беседу.
   - Какую беседу? – спросил я, начиная понимать, что речь пойдет о Козлове и Рютине.
   - Разговор Козлова и Рютина! – читая мои мысли, ответил Сережа.
   - Интересно, что он из себя представляет...
   - Охотно расскажу. Тем более, что речь там в основном идет о тебе.
   - Опять?! – вскричал я, дернувшись на диване. - Каждый раз, когда ты говоришь это подобным тоном, мне становится не по себе. Что еще ты там раскопал, идя на очередное «приключение»? Зачем я понадобился Козлову?
   - Об этом позже. Сперва послушай мою историю.
   Серый поменял положение, сидя на диване рядом со мной, потом продолжил свой рассказ:
   - Сегодня я вышел гулять один. Хотелось немного пройтись в одиночестве. Лето – отдых, солнце. Я еще не привык к подобной свободе. Ну, во дворе, понятно, никого. К тебе заходить не стал, подумалось, что и так надоел своими увлечениями! В общем, остался в одиночестве. Слазил в штаб на кочегарке, все там осмотрел.  Ничего нового! А потом вдруг увидел... алюминиевую бочку. Там я еще не был летом. Ну, как подумал, так и осуществил. Залез наверх. Как ты помнишь, часть двора Козлова оттуда видна. Мой маленький театральный бинокль всегда при мне. Я настроил линзы и начал всматриваться. Ты не поверишь, Саня, но оба наших героя, словно ожидая меня, тут же показались в поле зрения. Вероятно, они вышли из подъезда Кости и направились... под голубой дом – в свой штаб.
   Мне тут же прилетела шальная мысль – прокрасться туда за ними и подслушать, о чем они говорят. Я заметил, что во дворе, кроме них, никого нет. По всей видимости, у дружины выходные. Лето только началось, всем лень... Вот я и побежал во двор Козлова, благо, он не охранялся. Козлов и Рютин под домом. Кто меня может видеть?
   На этот раз я не стал бегать вокруг дома, чтобы заходить им в тыл. После разоблачения Штанги и его бегства Козлов постарался закрыть тот лаз на противоположной стороне. Пробоину внизу завалили хламом... В общем, теперь остался главный проход.
   Но Козлов не принял в расчет отсутствие своей бригады. Двор пуст! Потому я просто притаился рядом с проходом, спрятавшись за сваю с внешней стороны. Меня мог видеть любой прохожий, только вот людям не было никакого дела, зачем я там стою. Прохожие просто исчезли! Этого хватило, чтобы подслушать оставшийся разговор двух недотеп и понять суть дела.
   По всей видимости, начало разговора прошло под хныканье и визг Кости. Он жаловался на превратности судьбы, на то, что все его планы и мечты полетели куда подальше из-за лености и бахвальства своих собственных подчиненных. В общем, Саня, рано мы разволновались по поводу отсутствия Толста Власки. У Козлова сейчас те же проблемы, если не большие. Похоже, его парни начинают кое-что понимать, что он собой представляет. Кажется, там назревает бунт...  Впрочем, каждая неприятность такого рода в стане врага нам только на руку.
   Серый не мог удержаться от едкого смешка, и я понимал его, как никогда.
   - Поверь мне, Саня, стоило постоять там, у сваи, чтобы послушать, как Козлов канючит о своих затруднениях. Я едва сдержался, чтобы не расхохотаться от души. Пришлось собрать всю волю в кулак и слушать дальше.
   В общем, Козлов поведал Рютину «официальную» сторону отсутствия его войска. Это, понятно – лето. Всем хочется отдохнуть. На самом деле, как я уже говорил, парни просто им недовольны. Сейчас он будет из кожи вон лезть, чтобы придумать, как вернуть расположение «солдат». Попотеть ему придется от души, поскольку само мое присутствие у его логова свидетельствует о бедственном положении. Козлов глупец, он думает, раз у нас война, то мы не имеем возможности проникать в его двор. Да еще как можем! Вон, я даже подслушал его важный разговор! 
   Потом Козлов успокоился. И предложил Рютину новый грандиозный проект на целое лето. Его главная суть – войти в сношение с... Саней Ковалевым!
   - Совсем рехнулся, - подскочил я. - Чтобы я на это согласился после всех его выкрутасов и нападений?!
   Серый усмехнулся.
   - Ты дальше послушай, это еще интересней. Косте взбрело в голову, что ты, Саня, меньше всех жаждешь воевать и стоишь за мир. Вот этот самый мир Козлов и готов тебе предложить. В шутку, конечно. Отсутствие сейчас его парней ему же на руку (ну, так он хвастался перед глупцом Рютиным). Так Саня больше им поверит. Костя и Рютин с самым сокрушенным видом готовы снова вернуться под защиту нашего двора, быть добрыми соседями, не воевать с нами. Даже (ты не поверишь!) – помириться с Серегой!!! Ведь... мы же такие добренькие, готовы всех простить ради всеобщего мира.
   - А что потом? – съязвил я. - Чисто гипотетически? Мы соглашаемся с ними, ты и Костя снова друзья. А что потом случится?
   - А потом, усыпив нашу бдительность, они резко и навсегда нанесут нам удар в спину, когда мы меньше всего будем этого ожидать. Не забудь, что главное связующее звено между нами – это ты, Саня! А на тебя всегда можно положиться. Таким образом, Костя играет на руку той же Таньке Орловой. Может, и она участвует в этом заговоре?! Ведь у нее была навязчивая идея – поссорить нас. Вот он, удобный случай. По мнению всех наших друзей, это ТЫ загубишь все дело. Ты предложишь всеобщий мир, из-за Тебя Козлов войдет к нам в доверие. И по Твоей идее его друзья сольются с нами. В результате чего – хаос, новая война. И... главные друзья – Серый и Саня – становятся заклятыми врагами.
   У меня похолодело внутри. Серый торопливо замахал руками.
   - Это все, как ты выразился, лишь гипотетическая идея, как говорится, план на бумаге. К сожалению, здесь мне пришлось ретироваться, поскольку Рютину пришла в голову глупая идея выйти из-под дома. И я припустил к озеру, поскольку бежать напрямую во двор было бы ошибкой. Они могли меня заметить и понять, что весь их план провалился заранее.
   - И что мы предпримем? – поинтересовался я.
   Глаза Сереги блеснули.
   - Для начала подождем развития событий. И кто из них нанесет тебе визит первым. Они или... Орлова. Здесь ты сразу поймешь, была она в курсе планов Козлова заранее, или они сообщили ей позже. Потом будем исходить из ситуации.
   Я почесал голову. То, что говорил Серый, не лишено здравого смысла.
   - Я знаю только одно, - произнес в заключение Сережа: - в ближайшее время можно не опасаться сражений. У них отпуск. Какая война без войска? А думать и гадать они могут сколько угодно. На такие штучки мы не попадемся!
   И Серый, подмигнув мне, исчез за дверью.

     Глава 3.
  МЕДВЕДЬ И БРУСНИКИН

   Тем же вечером произошло еще одно событие. Кажется, там кто-то хотел отдохнуть? (Намек на меня). Сейчас, разбежался! Когда я полагал, что день благополучно завершается, пришлось принять еще посетителей.
   На этот раз ко мне буквально ввалились взбудораженные Медведь и Серега Брусникин. По их виду не сложно было догадаться, что произошло нечто из ряда вон выходящее. Ладно, Медведь там. К подобному виду я давно привык, он ведь в эмоциональном плане как никто схож с нашим приятелем Шмониным. Но... Арбуз?! Брусникин – гора спокойствия. А сейчас выглядел не лучше, если не хуже Медведя.
   Итак, оба, как по команде, ввалились ко мне, сбили с ног хозяина дома и, не давая опомниться, затараторили в голос:
   - Саня, только держись получше, не падай в обморок! Мы узнали страшную тайну!
   - Это я уже понял, - проворчал я, потирая ушибленную и отдавленную ногу.
   Можно было не тратить время приглашать друзей в мою комнату, поскольку парни сами себя пригласили. И я последовал за ними так, будто это я сам нахожусь в гостях у себя дома.
   - Вот только... почему вы пришли ко мне, а не к Сереге? Или это он вас послал?
   - Ничего подобного! – похоже, Брусникин, наконец, начал успокаиваться. - Просто у тебя нервы крепче. Серый начнет метаться по комнате, пинать стены, и...
   - ...вам перепадет, на ночь глядя! Понимаю. Повезло, что у меня родители на даче.
   Тут до них дошло, что для обычного визита порядочно поздно. И оба принялись извиняться. Я нетерпеливо махнул рукой. Ну, какие пустяки! Все равно они уже оба тут, да еще – со своей тайной. Теперь я сам поносом изойду, если не узнаю подробностей.   
   В общем, я заставил их успокоиться и почти насильно усадил на диван, поскольку Медведь был неуправляем и вскакивал с дивана наподобие того же Шмонина в период сильного стресса. Принес им воды. Ребята несколько поутихли и могли рассуждать здраво. Начал Брусникин:
   - Похоже, мы напали на след, Саня. Обнаружен штаб «Женсовета»!
   - Ну, штаб не штаб, только очень похоже, - перебил его Медведь.
   - Дальше! – нетерпеливо шикнул я.
   В общем, история следующая... Этим ранним вечером, пока Сережа докладывал мне о своем визите к штабу Козлова, наши два друга Арбуз и Медведь тоже не теряли даром времени. Они были в гостях у Шмонина. Пообщались, поржали. Под конец предложили Балбесу прогуляться до нашего двора и навестить... Саню Ковалева, к примеру. Но Шмонин отказался по естественным причинам начала лета. Жара, матушка-лень и прочее. Короче, ребята вышли вдвоем.
   И почти сразу случайно увидели... Катю Кондрашову. Она шла торопливым шагом в сторону одного из домов. Взволнованный вид девчонки приковал к себе внимание двух друзей, и они последовали за ней, стараясь при этом не попасться ей на глаза.  Благо, домов поблизости было множество, а еще те самые пресловутые гаражи, где зимой и весной мы уже воевали с парнями Козлова.
   Катя скрылась в одном из подъездов пятиэтажного дома (как раз напротив того, в котором жил Ларивошка). Серега Брусникин бросился следом, тогда как Медведь на всякий случай остался во дворе и держал ухо востро, мало ли.
   Тут я сразу перебил рассказ двух друзей.
   - А тебе, Серега, не показался знакомым двор, где вы очутились, и, собственно, сам дом? Не там ли зимой тебя обстреляли парни Козлова?
   Арбуз покраснел от гнева, и кивнул головой.
   - Помню... Но тогда мне не пришло это в голову. Мы просто заметили Кондрашову. Не будь она так встревожена, так бы и прошла в одиночестве. Но мы увязались за ней.
   Остальное можно поведать в двух словах и, к сожалению, ничего нового для читателя. Примерно то же самое было и зимой, когда вместо Кондрашовой в подъезд заходили Костя Козлов и Таня Орлова. Я почти не сомневался, что все это – нити одной цепи. И Брусникин с Медведем говорят о том же подъезде, что уже фигурировал у нас «на подозрении» еще с зимы.
   В общем, я вынужден был, к моему огорчению, разочаровать моих гостей тем, что они малость поспешили, утверждая о местонахождении «штаба. А, тем более – «Женсовета». И хорошо, что пришли сначала ко мне, а не сунулись к Сереге с такими скудными сведениями. Он бы точно лопнул. Правда, теперь именно мне предстоит пережить припадок бешенства моего друга, пересказывая ему подробности «расследования» друзей.
   Впрочем, кое-что Брусникину установить все-таки удалось. По его словам, квартира, в которой собираются подозрительные личности, находится на четвертом этаже. Поскольку он сам добежал до второго и там застыл, прислушиваясь к звукам.    Согласно данным, Катя задержалась на «совещании» не дольше десяти минут. Потом выскочила, причем – весьма быстро, так же, как и шла сюда. И тем же торопливым шагом, почти бегом, помчалась в обратном направлении. К сожалению, далее ее следы теряются, ибо Арбуз и Медведь, опасаясь разоблачения, не последовали за ней.
   - Надеюсь, она вас не видела? – проговорил я в раздумье.
   - Нет. - Брусникин покраснел. - Я успел спрятаться под лестницей. Ну – за решеткой, где зимой скрылся Ларивошка, чтобы его не заметили Орлова с Козловым. Катька пробежала мимо.
   - А ты где был? – задал я вопрос Медведю.
   - Во дворе. Спрятался... за ближайшим гаражом. Подъезд все время находился в поле зрения.
   - Не понимаю, при чем тут вообще «Женсовет»? – развел я руками. - Будь там несколько девчонок, еще туда-сюда. Но Кондрашова была одна!
   - Вообще, наверное, ты прав, - согласился Брусникин. - Нам следовало бы задержаться во дворе и понаблюдать за подъездом, кто из него еще выйдет? Если где-то на четвертом этаже была сходка девчонок, они не могли оставаться там все время! 
   - Мы действительно чуть задержались, - продолжил Медведь мысль Арбуза. – Но больше никто подозрительный из подъезда не выходил. И, главное – не было ни одной девчонки! И никого из бригады Козлова тоже. Только парочка взрослых вышли...
   - В любом случае, штаба там никакого нет, - твердым голосом проговорил я, ставя точку в этом спорном вопросе. – Тайны есть, безусловно, а штаба нет. Я даже без Серегиных рассуждений отвечу вам, почему. Что такое штаб? Это – главное логово, в нашем случае, недружественной нам организации. Согласны? А где он может находиться? Только не во дворе Ларивошки! Вспомните, против кого воюет «Женсовет». Против нас, включая главного персонажа – Серегу. Таким образом, их штаб, если таковой имеется, должен быть недалеко от нашего двора. Так удобнее собираться и держать двор в поле зрения. Ну, мы бы так поступили, во всяком случае. Что там в голове девчонок – нам не ясно. И, похоже, мы никогда этого не узнаем.
   - Но зачем-то Катька ходила туда! – настаивал на своем Медведь.
   - Это могло не касаться напрямую именно «Женсовета», - нахмурился я, ибо уже сам понимал нелепость такого заявления.
   Действительно, зачем-то она туда ходила. И я догадывался, к кому. Но... была она там сама по себе, или просто выполняла очередную просьбу Орловой? Похоже, без Сереги здесь не обойтись.
   Я поблагодарил ребят за «службу», несмотря на то, что их сообщение добавит нам с Серегой лишних преждевременных седых волос. Мне-то уж точно...

     Глава 4.
  СЕРЫЙ ПРЕДАЕТСЯ ВОСПОМИНАНИЯМ

   Серый получил информацию утром следующего дня. К моему несказанному удивлению, он не стал впадать в ярость. Похоже, сейчас его куда больше интересовало нечто совершенно противоположное. Он под благовидным предлогом «избавился» от меня и пообещал позвонить к вечеру. Делать было нечего, я согласился подождать.
   День тянулся бесконечно и скучно. Во дворе никаких событий. Позвонил Медведю. Тот доложил, что сверху он обозревает двор Козлова, но и там полный штиль.
   Вымерли они все, что ли?! Да хоть бы сама Орлова попалась на узенькой дорожке! Все же любопытно посмотреть, насколько она изменилась. Несмотря на один подъезд, я ее почти не видел, а летом так особенно.
   Серый позвонил вечером, как и обещал, правда, уже достаточно поздно.
   - Приходи ночевать, Саня! – пригласил он. - Родители смылись, ну, по своим делам. Я один хозяйничаю... Заодно и поговорим.
   - Рассуждения вслух, - отозвался я, но перспектива провести ночь в разговорах меня вдохновила.
   Без труда уговорив родных, я направился к Сереге. Он встретил меня радушно, с теплотой препроводил в комнату. Мы уселись на диван и начали дискутировать.
   - День прошел впустую, - пожаловался Сергей. - Конечно, я попытался провести свое – независимое – расследование. Даже самолично допросил Медведя и Брусникина. По отдельности. Заходил к каждому. Но, похоже, все, что они знали, рассказали непосредственно тебе.
   - Но ты пришел к какому-то выводу, почему Кондрашова навещала знакомый нам подъезд? – спросил я.
   - К тому же, к какому пришел и ты вчера вечером. Несомненно, подъезд – главное связующее звено. Орлова, Козлов, Кондрашова... БЫЛИ У ОДНОГО И ТОГО ЖЕ ЧЕЛОВЕКА!
   - И этот человек – Хорина! – подсказал я.
   Серый помрачнел.
   - Доказательств нет и не предвидится, - устало покачал он головой. – Что мы вообще знаем о ней? Только то, что она где-то существует. Она – типичная тайная карта Козлова, и он скрывает ее от всех. А что происходит в нашем случае? Вместе с ним там появляется Орлова, вдруг – ни с того ни с сего. А теперь и Кондрашова за ней же! А они, как ты помнишь, ничего не должны знать об этой девчонке. На деле же получается все наоборот – они там прекрасно знают друг друга и вместе сотрудничают! Я даже предположил самое невероятное – Хорина вошла в альянс с девчонками ЗА СПИНОЙ У КОЗЛОВА! Кто знает, может, он надоел ей своими вечными поражениями в нашей войне?!
   - Ты сам себе противоречишь, - рассмеялся я. - Вспомни, что говорил Козлов еще весной. На лето у него грандиозный план. И получил он его именно у той самой девчонки! Зачем тогда Хориной пытаться разрушить сотрудничество с Костей, если все они там против нас?
   - В любом случае, - Серый взял себя в руки, - Брусникин связал концы с концами и почувствовал удачу. Теперь он от этого дома не отцепится. Рано или поздно, но он... выйдет на хозяйку таинственной квартиры, которую мы еще не знаем.
   - Зато нам известен этаж, - подсказал я.
   - Да, четвертый. Ну и что? Дом, Саня, самый ужасный из всех, мне известных. Это же КПД! Не «хрущевка», как наш с тобой. У нас все ясно – один этаж, три квартиры, две по бокам, одна – напротив. Стучи – не хочу! В КПД все по-другому. Там четыре квартиры, причем – не на одной стороне. У лестницы на каждом этаже есть свободный переход без ступенек. То есть, ты поднялся на этаж, и перед тобой – две квартиры напротив друг друга. Потом сбоку идет проход. И там – снова две квартиры на том же этаже, только уже рядом по соседству!!! Попробуй, угадай, в какой квартире находилась Кондрашова! Это надо постараться – проследить за ней, обнаружить место посещения, да еще сделать так, чтобы она нас не заметила. Для этого, самое легкое – наколдовать, лишь бы Катька ослепла!
   - Ладно, - я вздохнул, ибо Серега был прав, - здесь мы ничего не распутаем. Но объясни мне, почему за это сложное дело взялся именно Брусникин? Почему не Шмонин или Ларивошка? Они живут практически рядом, дом в дом. К тому же, Шмонин – известный ловелас, ты же знаешь. Ему подкатить и уломать девчонку – к гадалке не ходи. Тогда как Брусникин – парень осторожный и спокойный...
   - Это и делает его невидимым, - удовлетворенно проговорил Сережа, поглядывая на меня с легким таким смешком. Он всегда так делал, если я не сразу улавливал ход событий.
   Он улыбнулся и, дружески пожав мою руку, объяснил свои слова:
   - Шмонин – ловелас, это очевидно. И все девчонки знают его наперечет. Сейчас, когда образовался «Женсовет», ни одна из них не подпустит его и на пушечный выстрел. Здесь Шмонин откровенно обречен. Ему не позволят сделать ни одного шага.  Теперь – Ларивошка. Ты сам ответил на свой вопрос. Он живет в соседнем доме. Как ты думаешь, Хорина (или тот, кто скрывается в тайной квартире) не в курсе этого?  А Козлов? Он-то прекрасно осведомлен, где и кто живет, тем более – в месте, которое он держит в тайне. Вспомни зиму, когда обстреляли Брусникина и Киреева. За Ларивошкой будут наблюдать десятки глаз, и это вместо того, чтобы он сам следил за кем-то. Другое дело – Брусникин. Парень спокойный, хладнокровный. Конечно, и его прекрасно знают наши противники, но все же, он – малозаметная фигура. В курсе дела еще Медведь, но он не подходит на роль шпиона. Слишком горяч. Нет, Саня, лучше Брусникина никто не справится. Будем тайно наблюдать за таинственным домом и рано или поздно узнаем, кто посещает наш подъезд из девчонок там, парней Козлова... 
   Было уже откровенно поздно, когда мы с Серегой закончили точить лясы по данному делу. Но никто и не думал ложиться спать. Я и не заметил, как вместо Серегиной комнаты мы очутились на кухне, как шуршал чайник, и мы скромно ужинали.  Тихая мирная обстановка. Словно и не было этих ужасов войны между дворами...
   А между тем Серегу потянуло на воспоминания. Он рассказывал о своей жизни так, будто прожил ее заранее. Впрочем, не он один страдал от этой болезни. Чем младше философ, тем больше ему кажется, что он, уж извините за бедность речи, долго живет на свете.
   - Я уже пять лет в этом городе, - говорил Сережа, - многое видел. С вами познакомился. Мы дружили. Славная подобралась компания!
   - Жаль только, что кое-кто из них оказался самым настоящим предателем, - съязвил я.
   Серый замахал руками.
   - С чего ты взял, что Козлов и Рютин предали нас? Они изначально таились и шли будто отдельно, вровень с нами. Между нами была обычная конкуренция. Только у Козлова (как ему казалось) это получалось меньше. Вот он и разозлился. Где-то внутри себя я ищу ответы, копаюсь, словно шахтер, и ясно вижу истину! Только она настолько меня шокирует, что я сам себе боюсь вслух сказать, что я там вижу!
   - И что ты видишь? – полюбопытствовал я.
   Он не сразу ответил. Глаза его уставились в одну точку, рука с чашкой чая замерла в воздухе.
   - Я пытаюсь поставить себя на место Козлова и понять, как бы действовал в его шкуре, - сказал он наконец.
   - То есть, ты считаешь, что они по-своему правы? – буркнул я. – И что вся эта кутерьма с войной – обычное рядовое дело?
   - Кто говорит о войне! Здесь, конечно, Козлов перегнул палку, за что и платится. Но ведь каждый имеет право на свое мнение. А скольких людей мы с тобой ненавидим, Саня, по сути, не имея оснований? Меня лично передергивает, когда иду по школе и слышу разговоры девчонок, типа: «Мимо меня прошел один мальчишка. А я его ТАК НЕНАВИЖУ!!!». За что? Только потому, что он ей не понравился? А она – пуп земли, получается? Мисс Чистота и Оригинал! Здесь я бы поспорил... В общем, Саня, не знаю, как там ты, но я готов оправдать Козлова хотя бы с моральной стороны.
На это я ничего не ответил. Серый, видимо, понял, что к данному разговору я еще не готов, сгладил острые углы, заявив:
   - А войну пора заканчивать. Уж слишком она затянулась...
   Вот здесь я был полностью на его стороне. Только пока наши оппоненты нас не слышали. И готовы были продолжать до победы.
   Была глубокая ночь, когда мы с Серегой свалились на диван. Я не помню, как заснул...

     Глава 5.
  ПУТЕШЕСТВИЕ НА ДАЧУ

   Прошло несколько дней. События разворачивались медленно, точнее, их вообще не было. Друзья отдыхают, враги – тоже. Новостей нет. Сережа звонил только для очистки совести. Странно, как он со своей любовью к авантюрам еще не взорвался от бездействия!   
   Впрочем, однажды он появился у меня прямо с утра, и это посещение в корне поменяло весь расклад. Серегу посетила блестящая идея оторваться от городской суеты и провести денек на лоне природы. Точнее – на даче за городом.
   - Не знал, что у вас есть дача, - покачал я головой.
   Серега затряс головой.
   - Ну, собственной нет. Мы снимаем... уже года три. Правда, я там редко бываю. Видишь ли, для меня нет понятия как «временно моя». Или моя, или – нет! Третьего не дано. И я никогда не ощущал там себя СВОИМ!
   - Скажи лучше, родители не пускают тебя на участок, чтобы ты своими проделками не взорвал ее! – рассмеялся я, зная характер своего друга. - Ведь тогда платить придется дороже!
   Серый расхохотался вслед за мной. К сожалению, это была чистая правда. 
   В общем, он меня уговорил проехать за город. А что касается истинной причины поездки, то он сообщил ее уже в автобусе, когда у меня не оставалось выбора, как подчиниться обстоятельствам:
   - По злой иронии судьбы в том же районе находится пресловутая дача наших хороших знакомых. Ты еще не забыл тетушку любезного Козлова? Ну, которая способствовала твоему выдворению из класса любимого племянничка?
   - Да уж, - проворчал я.
   - Представь себе, что ее дача как раз находится рядом с нашей, практически на соседней улице. Ее дом отлично видно с участка моих родителей.
   - Вот невезуха! – нахмурился я. - Мало того, что город у нас маленький, так еще и дачи рядом. Уж не потому ли ты там не бываешь?
   - Ну, не только. Не забудь, что и Козлову там делать нечего. Он так занят войной с нами, что забыл о существовании жизни вне города.
   - Хорошо! А что мы будем делать сегодня?
   - Следить за участком тетушки!
   - ?!
   Серый наклонился ко мне поближе, чтобы другие пассажиры в автобусе не слышали его слов, и зашептал:
   - Вчера я был там... Ну, у себя на даче. И выяснил, что тетушка Козлова куда-то укатила на лето. Участок пустует. Но кто-то там ходит. Причем, делает это тайком. Вот я и хочу выяснить, что к чему. Так, для интереса!
   - А... твои родители?
   - Они сегодня в городе. Дача в нашем распоряжении...
   Больше вопросов я не задавал.
   Участок, что снимали на лето Серегины родители, находился недалеко от автобусной остановки, потому долго идти нам не пришлось. Я тут не был ни разу, и меня разбирало любопытство. Серый вполголоса рассказывал мне те подробности, что ему удалось добыть:
   - Здесь шикарный район, Саня! Раньше, лет двадцать назад, сюда селились люди, скажем так, знатного происхождения. «Элита»! Работники партбюро, начальники всякие... А сейчас обычный частный сектор. Ну, люди состоятельные, конечно же.
   - Еще бы, - проворчал я, принюхиваясь к свежему воздуху, любуясь березами, что торчали со всех сторон, а их молодая зеленая листва колыхалась от ветра. - Обычным людям зарплаты не хватит, чтобы тут жить...
   Серый ничего не ответил и продолжал лекцию:
   - Саня, я не просто так тебе все это рассказываю. Основная мысль – та, что и теперь сюда обычный человек без дела не войдет! Я не говорю, что дачи охраняются каким-нибудь спецназом, нет! Но, тем не менее, в отсутствие хозяйки на участке появляется некто...
   - Может, она сама кого впустила, пока в отъезде? – не понял я. - И потом, это ведь не ваш участок! Ладно бы, к вам кто-то забрался, я бы еще понял твой интерес. Но здесь...
   - А вдруг Козлов приложил к этому руку, кто знает! – заспорил Сергей. – Он ведь в курсе, что мои родители здесь живут неподалеку. Я должен охранять семейные интересы даже в таком, казалось бы, пустяковом деле...
   Тут мы кончили пикировку, так как дошли до Серегиного участка. Его дача стояла несколько на отшибе – благодаря дому, что построен не посреди участка, а гораздо дальше – почти у забора с дальней стороны. Потому казалось, что между ним и соседним участком есть еще одно местечко. Но там, кроме большого картофельного поля я ничего не заметил. Но вообще дача ничего себе. Можно отдыхать, да и озеро недалеко. А я удочки с собой не взял...Это Серый виноват. Не мог заранее позвать, а то пришел с утра и увел с собой. Вот все нужное и оставил дома. Впрочем, у него была своя причина так поступить, ведь мы сюда, по сути, работать приехали – следить за домиком тетушки Кости Козлова.
   Мы уютно устроились внутри дома Серегиных родителей. Подкрепились, отдохнули.  Потом вышли на крыльцо, и Серый показал мне тетушкин участок.
   - Вот он – справа наискосок, - произнес он, беря в руки свой незабвенный театральный бинокль. - Так... пока никого не видно...
   - А как туда попасть? – спросил я. - Я не понял, какая дорога ведет к участку...
   - В этом как раз главная загадка, Саня, для непосвященного человека. Я вчера сам сел в лужу. Поскольку все пространство занято дачными участками, дойти до дома тетки возможно лишь, обогнув нашу улицу полностью, дабы выйти на соседнюю с ней. Вот только... та дорога никуда не приведет. Там есть типа раздвоения тропинок, и нужно понять, какая из них ведет к нужному дому. В результате, Саня, ни одна из дорог к нужному дому не привела, и я напрасно шлялся по жаре, кормя собой комаров и мошек. К дому тетки ведет еще одна дорога, получается, не соседняя, а – через одну. Вот по ней и надо идти.
   - Странно даже, - я почесал затылок, - ведь дом-то – рядом!
   - Это так только кажется, - усмехнулся Серый. - Как говорится, висит груша...
   И он решительно увлек меня за собой. Я вздохнул, ибо уходить из уютного Серегиного домика не хотелось. Но долг превыше всего, и вот мы отправились на поиск новых для себя дорог, чтобы разведывать невесть чего. Конечно, вся эта экспедиция мне не нравилась, но где там устоять против Серегиных махинаций?
   - Вот что еще показалось мне странным, - тихим голосом объяснял Сергей, когда мы шли к интересующему нас дому: - У тетки есть собака. Там на ее калитке даже надпись имеется: «Осторожно: злая собака!». Я слышал, как она лаяла. Характер не хуже, чем у тетушки... Вот кого надо было на войну звать вместо подручных Козлова... Но сейчас, внимание, Саня – собака исчезла! Почему, спрашивается?
   - Потому что тетка уехала, - ответил я. - Собаку некому кормить. Вряд ли сердобольный племянник будет приезжать на дачу, которая его мало волнует, и заботиться о животном...
   - Молодец, Саня! Я тоже думаю так. Собаку поместили к другим родственникам Козлова, которые не могут позволить себе разъезжать по дачам. Дома за ней легче наблюдать. Но ведь это еще одно доказательство, что посторонних людей на участке быть не должно! Раз нет собаки, кормить некого. Охранник? На кой он тут нужен? Вокруг столько людей. Чужак не пройдет. Его вмиг заприметят. Но, тем не менее...
   Тут мы дошли до нужной нам дороги, и Серый прекратил демагогию.
   - Теперь осторожно, Саня. Я не уверен, что за нами уже не следят. Мало ли...
   - Лучше сразу скажи, кого ты подозреваешь, - сказал я ему. - Чтобы я знал, как реагировать...
   - Я и сам пока еще не знаю, - признался он.
   Ну, знал он или не знал, вот только, к моему несказанному удивлению, вытащил из кармана рогатку и приладил камень. Похоже, дело обостряется... А я безоружным приехал...
   Мы неторопливо шли по дороге. Вокруг дачные участки, огороженные заборами. Только заборы все разные, различной планировки и постройки, и цвета отличаются. У одних – зеленые, у других – желтые. У кого-то на участке есть деревья, а где-то просто дом и – пустота. Насколько я понял, глядя вдаль, дача тетки Козлова выделялась роскошеством и уютом. Видно, что там жили обеспеченные люди. Забор у нее был выкрашен в яркий красный цвет. Цвет крови или войны. Теперь понятно, в кого пошел Костя. То-то тетка его защищает даже в школе. Не поленилась пустить свое влияние, чтобы выставить меня из любимого класса. Ну, я ей еще отомщу. Эх, рогатку бы сюда, да пару камней. С удовольствием бы ей окна выбил... Докажи потом, чьих рук это дело!
   Похоже, Серый знал, что он делает, и был готов к сюрпризам. Видимо, он не все мне рассказал. Еще не дойдя до нужного дома, на калитке участка которого действительно имелась надпись насчет злой собаки, он неожиданно рванулся в сторону, увлекая меня за собой.
   Я не понял, но, повинуясь чужой воле, пригнулся и, как оказалось, вовремя. Камень, пущенный из рогатки, немедленно взвился над моей головой и царапнул забор дачи, где мы проходили.
   - Сюда! – Серый толкнул меня вперед, и я вжался лицом в забор напротив – рядом с нужным нам участком.
   Еще не осознав, откуда и как началась война, я замер у забора, в то время как Серый с рогаткой в руке тщательно пытался определить местонахождение стрелка. Теперь, скрытый забором, я был вне зоны выстрела, тогда как Серый все еще стоял прямо, как заправская мишень.
   Я услышал новый спуск резины, и камень засвистел в воздухе. Сережа покатился по земле, одновременно с этим стреляя из рогатки. Потом он присоединился ко мне, вытаскивая из кармана очередной камень.
   - Вот тебе и безобидный домик, - прошептал он.
   Тут совсем рядом с нами залаяла собака, к ней присоединился хор других сторожевых псов с соседних участков. Похоже, нам пора было уносить ноги от негостеприимного места. Что мы и сделали. Только не по той дороге. Сергей потащил меня вперед. Мы бежали, пригнувшись, вдоль заборов так, чтобы нам не попали в пятую точку. Тут как раз был небольшой перешеек – тропинка между дачами, не занятая заборами. На нее мы и свернули.
   - По этой тропке можно добраться прямо до остановки, - сказал Сергей. - Хорошо, что у нас вещей не было. Ведь на дачу мы уже не попадем...
   - Так ты выяснил, кто там стреляет у тетки Козлова? – спросил я недоумевающим тоном. - Уж не сам ли племянничек?
   - Нет, - губы Сереги скривила презрительная усмешка. - Он не так меток. Интересно только, отчего она промахнулась? Насколько я ее знаю, ОНА... НЕ МАЖЕТ!
   - Да кто «ОНА», наконец?! – рассердился я, догадываясь, что был прав изначально – Серый знал гораздо больше, чем мне сообщил.
   - НАТАШКА КИРЕЕВА!!!

     Глава 6.
   ИСЧЕЗНОВЕНИЕ

   Мы бежали до самой остановки, не останавливаясь. Там как раз конечная была, автобус находился на месте, готовый вот-вот тронуться в путь – до города. Ну, мы в него сели и поехали обратно. И только там, сидя на удобных сидениях сзади,  Серый позволил себе отдышаться, впрочем, как и я. У меня все еще ломило ноги от неожиданной беготни и приключений на свою голову.
   - А теперь рассказывай, - тоном, не допускающим возражений, велел я.
   Серый покраснел.
   - Ладно! Еще вчера я увидел, как на участке тетки кто-то ходит. Мне просто повезло – я оказался на чердаке нашего дома, оттуда все, как на ладони, видно далеко. В том числе – и теткин участок. Я сперва решил, что это Козлов приехал, его ведь долго не было возле нашего двора. Мало ли, парень отдохнуть решил. А я его тут подкараулю. Так я рассуждал. Но потом убедился, что неизвестный – вовсе не Костя. Отсутствие собаки, запертые ставни у дома, осторожные шаги – знак того, что здесь кто-то инкогнито. Козлов не стал бы прятаться в собственном доме.
   - А как ты выяснил, что неизвестной оказалась Наташка Киреева? – не понял я.
   - Этого я не знал... до сегодняшнего дня. Увидел ее мельком, когда она второй раз стреляла, уже по мне.
   Серый остановился, и с иронией посмотрел мне в глаза.
   - Благодари свою счастливую звезду, Саня, - изрек он, - Киреева ведь на тебя неровно дышит. Видимо, прошлое лето не оставило ее равнодушной. Чем-то ты ее зацепил. Помнишь, как ты хотел избавить ее от влияния Орловой, еще толком не зная, что она изначально стоит за девчонок, и всех их прекрасно знает? Сегодня она мгновенно нас узнала, в том числе и тебя. Только в момент выстрела рука у нее дрогнула, и камень пролетел мимо. Она НЕ ХОТЕЛА, чтобы выстрел достиг цели!
   - Откуда хоть стреляла-то? – спросил я, пытаясь осознать, что он мне говорил, но до меня не очень-то пока доходил смысл непонятной игры.
   - Откуда? Да она... на дереве сидела. Лазает, как обезьяна! Не мудрено, что и меня она вчера узнала с ее-то повадками... К сожалению, и я промахнулся. В любом случае, партия ее проиграна, и мы больше ее не увидим на участке тетушки Козлова.
   - А что она вообще тут делала? – недоумевая, спросил я. - Не думал, что они знакомы между собой...
   - А они и не знакомы! Это Козлов ее сюда устроил, уж не знаю, зачем. Участок ведь пустует. Ясно, что без «Женсовета» не обошлось. Может, они всегда знали, что наш дачный участок поблизости?.. Или, пока никого нет, решили отдохнуть на природе. Может, и другие девчонки где-то там? Чем не штаб-квартира в летнее время?
   - Ладно, - махнул я рукой. - Все к лучшему сверх ожидания...
   Хотя вопросов у меня, как обычно, осталось больше, нежели ответов. Надо будет хорошенько поломать голову. Или, что еще лучше, взять, наконец, Костю Козлова в плен и вытрясти из него кучу тайн и загадок, которыми он просто обложил нас с ног до головы.
   В город мы вернулись после обеда, голодные, но в целом довольные поездкой. Серый как обычно без всяких хлопот нашел себе нужное приключение. А с носом, по вполне понятной логике, остался его верный дружок (кто же еще!).
   Но это были не все приключения сегодняшнего дня. Не успели мы с ним сесть за стол, чтобы воздать должное аппетиту, как кто-то начал ломиться ко мне в дверь. Я с тихим проклятием пошел открывать.
   Припылил Башка с нахмуренным видом.
   - Серый, это к тебе! – гаркнул я, пропуская Макса.
   Тот сразу оживился, узнав, что Серега у меня.
   - Серый, Саня! Хорошо, что вы оба тут. У нас проблемы... Игорь пропал...
   - Андреев? – удивился я.
   Макс мотнул головой.
   - Куда он делся? – спросил Сережа.
   - Не знаю. Никто не знает. Просто исчез.
   - Так, погоди... – Серый усадил взъерошенного Башку на диван, сам примостился рядом. Я просто стоял в стороне, пытаясь осознать происходящее.
   Похоже, пока мы отсутствовали за городом, в самом городе произошли невероятные события.
   - Мы договаривались встретиться сегодня, - уже более спокойно докладывал Макс. - Решили в кино сходить на дневной сеанс. Все равно пока делать нечего. Чтобы сэкономить время, условились прийти в кинотеатр и ждать у окошка. Ну, я пришел, а он – нет. Полчаса прождал – все без толку. На кино не пошел, разумеется. Сразу сюда, во двор. Никого в квартире Андреевых.
   - А записки в дверях не было? – спросил я.
   - Нет...
   - Странно...
   - Ты считаешь, что его похитили? – задал я вопрос.
   Башка застыл, уставившись на меня. Сережа покачал головой.
   - Кто знает... Вообще, «Андрей» всегда предупреждает, если куда уезжает.
   Мы крепко задумались. Но ничего путного в голову не лезло. У меня самого в башке еще не разварилась утренняя каша, что «сварил» Серый своим путешествием на дачу.
   - Вот что, - наконец произнес Сережа, первым проявляя инициативу, - пока кто-то не придет домой к Игорю из его родных, нам ловить нечего. Вдруг он уехал куда-то неожиданно? Всякое бывает. Для очистки совести мы, конечно, поищем его во дворе, на кочегарке, на «базе» там... Может, и найдем ответ. Кстати, Башка, а ты звонил другим ребятам?
   - Только Ларивошке. Конечно, он ничего не знает. Сам испугался не меньше меня. Сидит дома у телефона, ждет известий.
   - Ладно. Я сам ему позвоню...
   ...Через двадцать минут Димка был у меня. Мы вчетвером вышли во двор и бросились искать Андреева в самых разных закоулках. Результат – «баранка».    Круглый жирный «ноль». Игорь будто испарился.
   - А во дворе Козлова оживление, - заметил Ларивошка, который, пока мы с Серегой рыскали по кочегарке, обследовал алюминиевую бочку и даже влезал на самый верх. - Ребята присутствуют.
   - Похоже, каникулы закончились. Наступили военные действия, - заключил Сережа, и мне совсем не понравился тембр его голоса.
   Подозрение насчет похищения Андреева снова нахлынули на меня. Я вдруг вспомнил прошлый год, когда вот так же неожиданно исчез Ларивошка. И, как оказалось, мы волновались не напрасно. Его похитил Костя Козлов еще в самом начале войны между дворами.
   Я решил проникнуть во двор Козлова, чтобы попытаться поискать там Игоря. Но Серый тут же отклонил мое предложение. Слишком опасно.
   - Не верю я в похищение, - проговорил он, наморщив лоб. - Слишком много неувязок. Почему, если ты прав, нет никаких сведений из чужого двора? Посуди сам: ты похищаешь человека, прекрасно зная, что его будут искать. Разумеется, ты ищешь выгоду. А как ее получить? Тогда ты должен отправить парламентера, чтобы выложить свои условия! Дескать, Игорь у нас, вы его получите, если сделаете то-то и то-то.
   - А из двора Козлова никаких сообщений, - поддержал Серегу Башка.
   - Если только они сами не решили выждать, чтобы убедиться, как мы тут волнуемся за «Андрея», - встал на мою сторону Ларивошка, прекрасно помнивший собственное похищение годичной давности.
   Н-да, мнения разделились. Но нам только и оставалось, что гадать на кофейной гуще.
   Башка и Димка покинули нас. Они разошлись в разные стороны, чтобы обойти места, где чаще всего любил бывать Игорь. Мы с Серегой остались во дворе.   
   - Пока не придет с работы его мать, мы ничего нового не узнаем, - сказал Серый. - Хотя... Постой-ка, Саня! Кто это?!
   Он увидел женщину, что выходила как раз из подъезда Игоря.
   - Их соседка. Я ее хорошо знаю. Попробуем что-нибудь выяснить...
   И он стартанул к ней. Я поплелся следом, не слишком уповая на успех предприятия. Однако Сергей думал иначе. Все равно ничего другого нам не оставалось в подобной ситуации. Добежав до женщины, Серый обходительно извинился и спросил насчет Игоря.
   Соседка узнала Серегу и добродушно улыбнулась.
   - А Игорь уехал, - сообщила она. - Утром еще. Подъехала машина, он вышел с рюкзаком, сел в салон, и они уехали... Я сама видела. Его еще мама провожала...
   - Спасибо...
   Серый повернулся ко мне, и издал вздох облегчения.
   - Слава богу! По крайней мере, никто его не похищал. Хоть здесь обошлось без неприятностей. Похоже, мы, Саня, зациклились на Козлове, и нам всюду мерещатся военные действия. А про лето мы и забыли. Игорь просто решил удрать и хорошенько отдохнуть где-нибудь на природе.
   - Чего не удалось сегодня сделать нам, - выпалил я, обрадованный тем, что у Игоря все хорошо. - Вот только почему он никого не предупредил о своем отъезде?
   - Ну, я уверен, у него не оставалось выбора, или он просто забыл. Наверное, это решилось внезапно. Бывают в жизни разные обстоятельства. Сам ведь слышал, мама Игоря провожала сына, значит, она в курсе дела. Теперь можно не ждать ее возвращения...
   Вечером я позвонил нашим и предупредил насчет Игоря, чтобы они не волновались. В общем, с носом остался только Башка, который не посмотрел кино.
   Ну, и вкупе с ним ваш покорный слуга, конечно! Вспомните утреннее посещение дачи, на которой не отдохнули, потом эта беготня в поисках Игоря, который вовсе не исчезал. Та еще комедия!

     Глава 7.
  ТАИНСТВЕННАЯ НЕЗНАКОМКА

   Случай с Игорем подсказал нам, что не стоит относиться к жизненным ситуациям так серьезно. Но и расслабляться, пожалуй, не желательно. Это подтвердил следующий вечер, когда я принимал у себя Серегу Брусникина.
   Пока все мы, включая Серегу, пытались «найти себя» этим летом, гоняясь за призраками и несуществующими проблемами, Арбуз даром времени не терял. Он продолжал следить за интересующим нас домом во дворе Ларивошки. И, похоже, ему улыбнулась удача, поскольку вид у него был торжествующий.
   Здесь ему помогла своего рода случайность в виде нашего приятеля Ларивошки.    Лишившись на лето своего закадычного и могучего друга Толста Власки, Димка откровенно скучал. У него не хватало даже ловкости тырить у отца лишнюю бутылку шампанского, не говоря про такие простые вещи, как курево... Ну, здесь пусть каждый решает сам, осуждать или смеяться. Самому-то Ларивошке явно не до смеха. Он засыхал, как старое дерево с поврежденными корнями. И спасение пришло как раз в виде Брусникина. Он практически переселился в однокомнатную квартиру Ларивошки, и этим разом решил все проблемы украинской семьи. Мать сосредоточилась на важной работе, отец же официально, по словам Димки, потерял последние проблески совести, и теперь гулял где-то на стороне, дома появляясь лишь для очистки совести. Зачем ему штаны протирать, если у сына новый приятель появился? И он тупо кинул его на волю Брусникина. Ну, так Арбузу показалось. В общем, они вдвоем нашли общий язык.     Все это не мешало им вести особое наблюдение за соседним домом. Нужный нам подъезд как раз выделялся и был хорошо виден с балкона Ларивошки. Можно считать, что Брусникин снял у приятеля балкон на лето для своих целей.
   И вот что удалось выяснить...
   - Не знаю, как там Козлов, - рассказывал Арбуз, сидя у меня дома тем вечером. - Его я ни разу не видел. Даже Ларивошка, который иногда по ночам не спит, дежурит у окна, подтверждает мою точку зрения. Похоже, Козлов вообще никогда сюда не ходит. И тот раз зимой, когда Димка его случайно увидел, был единственным...
   - Что касается этого последнего факта, то он полностью меняет нашу точку зрения, - согласился я. - И Серегина версия летит ко всем чертям. Данную неизвестную нам квартиру посещают лишь... девчонки. Тогда как Серый по-прежнему водит всех за нос, доказывая, что у Хориной нет дел с «Женсоветом», она стоит за Козлова и прочее. А вот здесь я бы поспорил.
   - Я бы тоже, - нахмурился Брусникин. - И вообще – нет никакой уверенности, что мы следим за человеком-невидимкой. Даже кто он (или она?!) не знаем точно. Ведь его (ее) никто не видел. Как и Козлова. Если бы он (она – тьфу ты, черт!!!) являлся его главным Покровителем, все равно Костя нашел бы способ пробраться к нему (к ней...). А здесь – полная неосведомленность. По словам того же Сереги, он никому не доверяет, и вряд ли пользовался заместителем для передачи информации. Нет-нет, они должны встречаться сами и ОТКРЫТО! Значит, мы следим не за той квартирой. Ларивошка просто раскопал тайное убежище «Женсовета», вот и все. Потому там была Орлова, Кондрашова и... ЕЩЕ РАЗ КОНДРАШОВА!
   - Погоди! – остановил я Брусникина. - Так вот она – причина твоего посещения. Ты снова видел Кондрашову?!
   - Вот именно! Сегодня она заходила в нужный подъезд. Побыла там какое-то время, потом выбежала минут через десять.
   - В общем, встречи носят мимолетный характер, - кивнул я. - Здесь Серый, похоже, не соврал. Девчонки встречаются, перебрасываются информацией, потом разбегаются. Вот только... знать бы, кто их оппонент. Что еще вы выяснили с Ларивошкой?
   - Ну, в подъезде живет полным полно людей всех возрастов и мастей. Конечно, ну, и девчонки есть. Разного возраста. Любая из них может быть Леди Икс. Ну, пацаны бегают. Еще Ларивошка сообщил, что иногда у подъезда дежурит «Скорая помощь». В доме напротив, как раз в нужном нам подъезде, живет старушка, на вид лет сто. Димка ее ни разу не видел, но люди говорили, она инвалид, почти не ходит. Видимо, часто болеет, вот «Скорая» ее и караулит, чтобы, не дай бог, не померла.
   - Ну, это не наш клиент, - отмахнулся я. – А что Катька?
   - А ничего! Забежала в подъезд, потом выскочила. И... дала стрекача. Во дворе они вообще не задерживаются.
   - Естественно. Ведь там теперь эпицентр событий. Полагаю, они догадываются, что вы следите за ними.
   - Вероятно. Думаешь, Козлов поэтому не появляется у своей помощницы?
   Вот на этот вопрос ответа как раз и не было. В любом случае, следовало поставить в известность Серегу.
   Брусникин не стал дожидаться реакции Сереги на свое расследование, и поскорее покинул мою гостеприимную квартиру. Его поменял другой тезка, тот, который Серый. Глаза его сияли.
   - Думаю, Саня, пришла пора установить владельца квартиры, - произнес он, выслушав меня.
   - Да мы толком еще и квартиры-то не знаем, - усмехнулся я, лукаво глядя на него. - Даже этаж под вопросом. Третий там, или четвертый. Ты сам гадал на кофейной гуще в связи с благоустройством лестниц и переходов в подъезде.
   - Этаж четвертый, - сказал Сергей уверенным тоном.
   Что-то мне не понравился странный блеск его глаз! Кажется, на сегодня сюрпризы еще не закончились.
   Сережа кивком головы подтвердил мое опасение. И сразу взял быка за рога.
   - Прости, Саня, раньше я не мог ничего тебе сказать, пока Брусникин со своей стороны не принес свежие новости. Дело в том, что я, опасаясь провала одной разведки, обложил подъезд нужного нам дома со всех сторон! Брусникин и Ларивошка следили со своей стороны, тогда как... Серега Шмонин, живущий по другую сторону, наблюдал обратную. Здесь ему было сложнее, ведь, похоже, окна нашей «преступницы» выходят как раз на его сторону. В общем, Шмонин не может видеть подъезд, как это легко могли позволить себе Ларивошка и Брусникин со своего балкона. Но зато у парня крепкие ноги и задора, как у молодой собаки. Он регулярно делал рекогносцировку соседнего двора, правда, на таком расстоянии, чтобы Брусникин его не видел. Короче, Арбуз и Ларивошка увидели Катьку сверху, как она входила в подъезд, и как вышла из него. На этом их разведка и закончилась. Тогда как... у Балбеса возникла дополнительная функция. Он тоже рассмотрел Кондрашову, а когда она выбежала из подъезда, припустил следом за ней. На этот раз нам повезло, Саня! Катька его не заметила. Она привела Шмонина на какой-то пустырь, где ее ждали другие девчонки. Явно из «Женсовета». Орловой, правда, не было. Шмонин разглядел Иру Ким и Колосову. И Катя достаточно громко им крикнула:
   «Все в порядке! Завтра снова к НЕЙ!»
   - Странные у них там дела, - протянул я.
   Серый усмехнулся.
   - Шмонину не привыкать валяться на голой земле рожей в канаве. Зато он все это услышал! Девчонки сразу разбежались. Но я уяснил две вещи. Первое, что оппонент Кондрашовой в нужной нам квартире – ОНА. А второе – завтра у них новая встреча. И на ней... будем присутствовать МЫ!
   - Да, проторчим весь день в проклятом подъезде, - проворчал я, ибо эта идея мне почему-то отнюдь не понравилась.
   - Почему весь день? – Серый удивился. - Сходка около трех часов дня. Так Катька сказала. 
   - Надеюсь, она не специально заманивает нас в ловушку, чтобы потом поиздеваться? – бросил я, уже никому и ничему не доверяя. – А вдруг она успела заметить следившего за ней Шмонина и разыграла эту комедию перед своими подругами? А те и рады стараться. Потом ославят нас на весь город...
   - Не думаю, - успокоил меня Сергей. - Завтра будет видно...
   ...Около трех часов дня мы с Серегой торчали в нужном нам подъезде, где, похоже, кроме нас побывали все. Ну что можно сказать, подъезд обычный, характерный для всех домов подобной планировки. Лестницы, переходы, опять лестницы, и так – до пятого этажа. Серый обследовал низ подъезда, заглянул за решетку, где зимой прятался Ларивошка, выслеживая Козлова. 
   - Удобное место, - нашел он. - Но, к сожалению, бесполезное для нашей операции. Отсюда мы ни за что не догадаемся, в какую квартиру ходит Катька. Да, Саня! Нам пора наверх, не то... Впрочем, постой! Чего это я... Лезем сюда!
   И он потащил меня как раз «за решетку» под лестницей. Я ничего не понял, но повиновался. Мы замерли в узком проходе, прислушиваясь к любому шороху.
   - Сейчас она войдет, - прошептал Серый мне на ухо. - Самое время...
   - А где другие ребята? – тихо шепнул я в ответ. - Ты говорил, они тоже будут.
   - Брусникин и Ларивошка следят с балкона. Шмонин на своем месте позади дома. Подъезд обложен со всех сторон, Саня!
   Тут скрипнула дверь подъезда, и мы мгновенно напряглись, замерев на месте. Легкие шаги проскользнули по лестнице и направились наверх. Сережа приложил палец к губам и начал напряженно прислушиваться. потом сделал мне знак осторожно следовать за ним. А сам, стараясь не шуметь, тихим шагом последовал к лестнице.  Ведь та, что проследовала вперед, была уже где-то наверху, и не могла видеть нас.
   Мы, затаив дыхание, неслись вперед по лестнице, перебегая по переходам между этажами, все время ловя несущиеся наверху звуки. Вот раздался стук – явно условный, поскольку звуки были не характерны для обычного постукивания. Дверь отворилась и – закрылась. Ни одного звука, ни приветствия, ничего.
   - Четвертый этаж, дальняя дверь, - шепнул Серый мне на ухо. - Вперед, Саня! Теперь можно не скрываться.
   Мы понеслись до четвертого этажа. Там, наверху, Серый вновь сделал знак не шевелиться. А сам, осторожно ступая, направился к дальней квартире. Там их было две, одна слева – ближе к нам, другая – справа. Вот к той, правой двери, он и приложил ухо. При этом физиономия его расплылась в улыбке. Похоже, Серега уже пришел к каким-то выводам. Я с тревогой наблюдал за этим процессом слежки.
   - Ни звука, - шепнул он мне на ухо. - Похоже, Катька прошла внутрь дома. Значит, тут ее хорошо знают. Свой человек!
   - Что делать будем? – осторожно шепнул я в ответ. - Мы не можем стоять тут у них под носом. Хотя бы потому, что они поймут наши маневры, и здесь больше не будет тайных встреч. Ищи их потом...
   - Ты прав, - Серый быстро огляделся вокруг. - Идем на самый верх! Там спрячемся. Авось, что-нибудь разузнаем...
   И мы, крадучись, поднялись повыше. Теперь мы стояли как раз над интересующей нас квартирой, в которой скрылась Кондрашова (если только это действительно была она, а не какая-нибудь другая участница «Женсовета»!). Только не прямо над ней, а сбоку, скрытые перилами лестницы, дабы успеть увидеть то, что нас интересовало.
   Дверь внизу отворилась внезапно. Кто-то вышел наружу. Серый и я как по команде присели и, снедаемые любопытством, заглянули вниз.
   Да, Катьку Кондрашову сложно не узнать, ибо это действительно была она. Она вихрем пронеслась вниз мимо наших глаз, как говорится, не успев запечатлеть свой образ «в кадре» наших взоров. И чего так спешить? Гонятся за ней, что ли?!
   Дверь, из которой она выскочила, закрылась едва ли с не меньшей быстротой. Вообще, странные правила в этом доме. Привидения там живут, или боятся даже мимолетных взглядов посторонних? Так или иначе, но произошло то, что произошло.
   И все же – недостаточно быстро для того, чтобы мы не заметили... 
Край белого платья, белые босоножки на стройных девичьих ногах...
   Катя Кондрашова встречалась с девочкой!
   К сожалению, ни возраста, ни того, как она выглядела, заметить не успели. Ни цвета волос, ни глаз, ничего такого установить не удалось.
   - Странные дела, - произнес Сергей, когда мы уже сидели у него дома.
   - Ладно, хоть квартиру установили, - с облегчением протянул я.
   Серый пожал плечами. Он не стал напоминать мне, что и ОНА... в курсе, что мы там были. Ведь нам пришлось потом спускаться вниз и проходить мимо ее квартиры. И она наверняка слышала наши шаги. Это не могло не остаться незамеченным. В любом случае, сейчас уже не суть важно, знает она или нет. Расследование продолжалось...

     Глава 8.
  СТРАШНЫЙ КРИК

   А между тем лето неторопливо шло своим чередом. Двадцатые числа июня. Скоро наступит экватор... Не знаю, как там другие, я пытался внушить себе мысль, что у меня все хорошо, и я отдыхаю. Но задняя мысль о том, что где-то существует Козлов и готовит для всех нас очередные махинации, не давала покоя. И то, что он снова появился у себя во дворе, говорило о степени его решительности, наконец, выйти из тени.
   Это случилось во время обеденного перерыва. Ничего, как говорится, не предвещало, и вот... Да, крик был ужасен! Даже не столько оттого, что раздавался катастрофически громко. Нет! Просто тот, кто кричал, делал это с таким душераздирающим желанием, что просто рвал изнутри. Он раздался внезапно, и, казалось, где-то возле нас. Мы с Серегой как раз сидели на кухне, пили чай, но, услышав такое, оба чуть не грохнулись со стульев на пол. Серый даже поперхнулся, и потом долго не мог остановить кашель.
   - Кто это там меня вспомнил? – прохрипел он, поднимая правую руку вверх, наивно полагая, что это движение заставит его перестать кашлять. А бить себя по спине он категорически запретил.
   - Не трать на меня время! – дернулся он, восстанавливая дыхание. - Собирайся!
   Я не заставил себя просить. Торопливо сунул ноги в туфли, спустя мгновение Серый ко мне присоединился, и мы пулей выскочили на улицу, полагая, что страшный крик, наделавший столько шуму, заставит высыпать во двор весь дом.
   Но странно, как раз во дворе никого не было. Конечно, мы заметили пару-другую любопытных лиц, выглядывающих в окошко. Один мужик невозмутимо курил на балконе.    И, похоже, только нас с Серегой взволновал этот непонятный ор. Мне даже показалось, что в воздухе все еще слышно очертание этого крика.
   - Что это было? – Сергей скорчил физиономию. - И... откуда могли так кричать?
   - Похоже на микрофон, - сказал я, мотая головой в разные стороны.
   - Не знаю... Я бы голос сорвал, если бы осмелился так воззвать! – развел руками Серый.
   - И во дворе никого нет, - удивлялся я. - Что, все оглохли, что ли?!
   - Да им просто лень. Кто-то с работы заскочил на пять минут, чтобы успеть пообедать. Не обращать же внимания на каждого ненормального психа, который здесь орет благим матом.
   Сережа метнул взгляд в сторону кочегарки, и я заметил, как он напрягся.
   - Это... оттуда кричали, Саня, - произнес он решительным тоном.
   - Бежим туда! – решил я.
   И мы заторопились. Побежали вперед. На пути нам попался-таки один пожилой человек, который шел с коробкой в руках, по-видимому, направляясь на помойку. Он что-то прогнусавил, но мы, поглощенные происшедшим, не обратили на него внимания.
   - Да, Саня, это там! – показал Серый. - Вон даже рабочие высунулись.
   - Может, кто с трубы грохнулся? – предположил я.
   - Не знаю. Но в крике было столько ненависти и злобы, что, наверное, орал сам дьявол!
   Мы вошли через раскрытые ворота и очутились на кочегарке. Отсюда три шага – и вот мы стоим у входа в штаб.
   - Так, - протянул Серега, задрав голову и глядя на возвышающуюся перед нами кирпичную трубу котельной, - я один залезу в штаб, а ты, Саня, жди меня тут.   Посмотрим, что там такое приключилось...
   И он исчез в проеме шифера, растворившись под котельной. Я остался на улице и смотрел в сторону штаба, где он должен был появиться минуту спустя.
Почти сразу внизу раздался треск, по-видимому, Сережа за что-то зацепился, я даже услышал его короткий вскрик. Затем все стихло. Возня закончилась. А я продолжал стоять.
   Меня внезапно отвлек шум сбоку. Я обернулся и посмотрел на алюминиевую бочку на холме. Нет, померещилось. Никого там нет. Я снова посмотрел на трубу.
   Странно, прошло уже, наверно, минуты три, а Серега наверху так и не появился. Застрял он там, что ли?! Первой моей мыслью было броситься следом за ним, чтобы выяснить все обстоятельства, но меня остановил внутренний голос. Серый ведь приказал ждать его тут. И я заставил себя стоять на месте, пока совсем не потеряю голову от волнения.
   Я не слышал больше никаких звуков. Точно никого под котельной и не было, хотя я знал, что это не так. Ведь пришли-то мы вдвоем с Серегой. Не мог же он раствориться там в воздухе... И путь оттуда только один – наверх к трубе! Либо – назад к дыре в шифере, где с замиранием сердца стою я и жду неизвестно чего.
   В конце концов, мне это надоело, и я решительно полез следом за Серегой.  Добрался до решетки, где можно влезть к трубе, и поднялся. Так... У трубы Сереги не было. Я быстрым взглядом осмотрел все вокруг, потом заскочил наверх, и вот очутился у треугольной комнатки. Пока все шло так, как и должно было идти, за исключением одной непонятной ситуации – Сереги-то здесь не было!
   Похоже, на кочегарке сегодня совсем не действовали элементарные законы физики. Мой друг растворился в воздухе, или напялил на себя шапку-невидимку. Осознав, что его нет в штабе, у меня сам собою раскрылся рот, а челюсть отвисла настолько, что вывалился язык. В общем, было отчего...
   Потрясение настолько ошарашило меня, что я потерял нить с окружающим миром. Мне пришлось свалиться на стоявший в углу стул, чтобы осознать случившееся. Я напрочь забыл о том страшном крике, что мы слышали десять минут назад. Уже потом, немного придя в себя, связал это явление с исчезновением Сереги.
   А куда он, собственно, мог деться? Только провалиться сквозь землю, больше выбора у парня не оставалось. Допустим, он успел подняться сюда, потом что-то заставило его принять другое решение, и он спрыгнул вниз. Но тогда я неминуемо должен был его увидеть, или, во всяком случае, услышать. Ведь расстояние достаточно большое, и звук удара о землю должен был резануть мне слух. К тому же, внизу столько мусора, коробок и всякой другой мелочи, что приземлиться бесшумно просто невозможно.
   Нет, здесь нечто другое случилось. Нужно успокоиться и принять верное решение. Самое главное, что я сделал – это не подавал голоса, не звал друга. Сам не знаю, почему. Просто подумал, к чему напрасно сотрясать воздух, если не вижу Серегу собственными глазами? Если он в пределах досягаемости, то сам подаст голос. 
   Я посмотрел наверх. На трубе никого. Серый иной раз любил глупо шутить. Однажды он примерно так же исчез, а потом выяснилось, что пока я карабкался между стеной котельной и трубой, он залез наверх по этой самой трубе чуть ли не до половины, и висел там наподобие обезьяны, пока я таращил глаза, пытаясь угадать, куда он провалился. Еще тогда я предупредил его не наживать мне преждевременную кондрашку...
   И тут я начал кое-что понимать. Точнее, заметил... то, чего тут по идее не должно быть. Веревка! Она привязана к самой трубе, к одной из скоб, которая здесь выполняет роль ступеньки. Веревка оказалась длинной, второго конца обнаружить не удалось. И эта штука проходила через всю комнатку, и странно, что я не сразу обратил на нее внимание, хотя ведь сам находился в самом центре углубления, да еще падал на стул. Веревка как раз проходила у меня в районе горла, и как я не повесился на ней сослепу, сам не понял?!
   Веревка уходила вниз на противоположный край. Там, правда, ничего интересного не было, кроме большого количества разнообразного мусора, тех же коробок, бочек, или обрезков от них, а также гора битого кирпича. В общем, прыгать туда – костей не соберешь. Но именно туда-то веревка и «спускалась».
   Я обратил внимание, что она странно шевелится. До меня не сразу дошло, что сегодня погода безветренная, а веревка двигается. Точно... Да! На ней явно кто-то там висит! Уж не повешенный ли?! Вот что значит неожиданное исчезновение Сереги – всякая муть в голову лезет.
   - Что за ерунда! – воскликнул я громко.
   И тут как по команде веревка дала новое движение, словно ждала моего возгласа. Она сотряслась и... замерла. Тогда как почти тут же внизу раздался странный шум, будто кто-то спрыгнул вниз. Я услышал приглушенный крик, и тут же моментально все смолкло. 
   Похоже, треугольная комнатка временно превратилась в некое подобие Бермудского Треугольника, поскольку все здесь меняло очертания, а живые люди терялись в пространстве и растворялись в воздухе.
   Я бросился к противоположной стороне, чуть не свалившись туда же, вслед за невидимым «висельником». Ну, понятно, что ничего и никого не обнаружил, кроме конца веревки, что плавно раскачивалась. Я схватился за нее и выволок в комнату. Обыкновенная бельевая веревка. И кто тут на ней висел? Неужели Серега?! Что за шутки?!
   Больше ничего обнаружить не удалось. Постояв и подумав ни о чем, я спустился со штаба и пошел во двор собирать друзей. Может, кого и найду. Медведь должен быть дома. Звонить остальным пока возможности не было. Я был просто раздавлен неожиданным фактом исчезновения Сереги. И как быстро все произошло!
   Наверняка похищение. Четко спланированное и хорошо организованное. Тут-то я и вспомнил причину нашего появления на кочегарке. Тот крик. Он был неспроста. Нас заманили сюда!!!
   Значит, Козлов вернулся из небытия и приложил руку к происшествию. Оперативно сработал! Даже я не знал, что делать. Вспомнив о нем и о нашей войне, я вдруг передумал созывать ребят. Сперва надо самому разобраться. Потому вернулся домой, сел и задумался. А что еще оставалось делать? Искать Серегу? Бесполезно. Если я не обнаружил его в штабе, больше ему и быть-то негде. И все же, куда-то его унесли. Вот только по какой дороге? И... почему я не заметил его, стоя на улице? Я же не слепой!
   Не знаю, сколько прошло времени. Я очнулся на диване, тогда как в дверь громко кто-то стучался... Не помня себя, бросился к порогу...

     Глава 9.
      КЛОУН

   За дверью меня ожидало Нечто... Для сегодняшнего дня это было уже слишком! Или у меня вдруг разыгрались галлюцинации, и я стал плохо видеть.
   В общем, на пороге стоял... клоун. Самый настоящий клоун. Он был в гриме, красный нос картошкой, парик на башке. Что-то вроде Олега Попова с попугаем Хазанова, если позволите. Костюм тоже яркий, как у этого самого попугая. Может, дурак, или просто сумасшедший?
   Я рассмеялся, хотя это и был истерический смех. В общем, кто скрывался под маской образины, можно было легко догадаться. Но ведь... он же вырядился в этот маскарад! Значит, решил разыграть классическую сценку встречи. Придется ему подыграть, раз другого способа поздороваться нет.
   И я раскрыл дверь пошире.
   - Вы ко мне, гражданин Клоун? – спрашиваю. 
   - К тебе! – каркающим голосом провозгласил «клоун», кланяясь, будто на арене.    - Я – Коля... Коля Фунтиков. Смешно, не правда ли?
   - Ну, заходи, - сказал я.
   А что мне еще оставалось? «Клоун» прошествовал мимо меня (он даже стал выше ростом, как мне показалось!) и направился в мою комнату так, будто делал это сотню раз. Расположение знал превосходно! Волшебник, наверное...
   - А у тебя хорошо! – заметил Фунтиков, оглядываясь.
   - Тебя кто подослал-то? – как бы между прочим спросил я, стараясь спрятать ехидную улыбку.
   Незнакомец не ответил.
   - Судя по всему, квартирой ты не ошибся, - продолжал я эту бессмысленную комедию. - Хотя клоуна мы не звали. У нас тут развлекать некого. И без клоуна развлечений по горло!
   Клоун рассмеялся. Собственно, может, мне это просто снится? Мало ли, я заснул после напряженного дня, проведенного на кочегарке. А тут и клоун пожаловал...
   Я твердо помню, что не произносил этих слов вслух. Но клоун повел себя так, будто сразу понял, о чем я думаю. И согласно кивнул головой, соглашаясь с тем, что он – всего лишь сон. Даже смешнее. В нем действительно было что-то нереальное.
   - Ладно, - не стал я спорить с ним, все равно, сон не сон, а только руководит всей этой ахинеей именно он, а не я. - Говори толком, зачем появился. Или сделай так, чтобы я поскорее проснулся и не видел весь этот балаган вместе с тобой...
   - Ты прав! – заговорил клоун быстрым скрипучим голосом, словно и впрямь испугался, что я проснусь, и он исчезнет, не успев сказать главного. – Меня к тебе подослали. Я, если честно, всего лишь призрак. Подрабатываю привидением на полставки. И ты, Саня, не под моей юрисдикцией, потому в кошмарных снах к тебе я не являюсь. Чисто случайно оказался – никого больше не было. А прислал меня к тебе один старый знакомый. Ты помнишь... Ваньку Неустроева?
   Я кивнул. Имя прозвучало неожиданно, но моментально перед глазами возникла больница, тот самый знакомый длинный коридор, и как мы ходили по нему втроем, я, Серый и Ванька, держась под руки. Ведь больше там нечего было делать.
   - Значит, ты от Ваньки? – ехидно переспросил я.
   - Ага!
   - И как он поживает?
   - Прекрасно! Передает тебе привет.
   Странно, что он вспомнил нашего знакомого по больнице. Просто так, или с умыслом? И как теперь будет выпутываться? Я ведь видел, что «клоун» врет без тени смущения. Но тем интереснее было ждать конца дешевого фарса. Посмотрим, как он выйдет из положения.
   - А почему ты такой раскрашенный? – спросил я его. - Глупо шататься по городу клоуном, да еще – с противоположного конца района, где Ванька живет. Тебя случайно не выпустили из сумасшедшего дома?
   - Нет, - клоун улыбнулся. – Меня зовут Коля Фунтиков.
   - Это ты уже говорил. Только, если ты Фунтиков, то я – папа Римский.
   Губы клоуна расплылись в улыбке.
   - А ты приятный собеседник, Саня. Ванька мне говорил. Но... мы ведь договорились, что я только снюсь тебе. Потому не принимай близко к сердцу. А меня, кстати, совсем забыл представиться, Колькой Фунтиковым зовут... 
   «Да он совсем тронулся умом! – решил я, полагая, что сегодняшнее приключение на кочегарке даром не прошло. Или это я нафантазировал себе этого ненормального клоуна, и он действительно пришел в моих кошмарах посреди дня. – Зациклился на непонятном имени, от которого так и разит чепухой!».
   Ладно, пусть тараторит, жалко, что ли. Только мне вдруг страстно захотелось проснуться, чтобы этот кошмар закончился поскорее. Право слово, я и так устал за день!
   Клоун терпеливо ждал, пока я закончу размышлять. Потом вежливо кивнул мне. И, сказав еще пару предложений, снова подсел на своего коронного конька:
   - Все это хорошо, Саня. Но я, поскольку ты этого еще не знаешь – Коля Фунтиков...
   - Я прекрасно об этом знаю, - уже не скрывая раздражения, прогрохотал я. - Ты столько раз назвал свое имя, что оно мне успело осточертеть. Так чего тебе нужно, Васька Крылов?
   - Да не Крылов я, - обиделся клоун. - Я Ко...
   - Молчи! – крикнул я, едва не хватив его кулаком между глаз. И хватил бы, достаточно с меня подобных шуток, только я боялся измазаться в краске.
   Клоун несколько изменился в лице (или в чем он там, уже не так важно).
   - А если я замолчу, как же я тогда смогу отвечать на твои вопросы? – развел он руками.
   - Твои проблемы, - огорошил я его. - Ты сам явился. Лично я привидение не звал. В общем, давай заканчивать этот бессмысленный разговор. Во сне ты там, или наяву. Показывай свою истинную рожу. Чего там...
   - А ты хочешь меня увидеть? – поинтересовался незнакомец.
   - Да, хочу. И, желательно, без грима.
   - Тогда проводи меня в ванную комнату и запри там, - посоветовал клоун.
   - Это еще с чего? – теперь настал мой черед разводить руки в сторону. - Ты же во сне! Значит, без меня найдешь дорогу. Давай-давай, шевелись, клоун!
   Тот что-то пробурчал насчет невежливого и негостеприимного учреждения, в каком ему теперь приходится работать, и, хромая, поковылял в ванную, дорогу к которой он действительно прекрасно знал.
   Я закрыл за ним дверь ванной. Это на случай, как он сказал, что он не сможет удрать от меня, а я, даже если и «проснусь», то клоун никуда от меня не денется. Я не стал с ним спорить, просто захлопнул дверь перед его носом. Спустя минуту потекла вода. А пока клоун менял свою личность, я на всякий случай ущипнул себя за локоть, мало ли, может, правда уснул?
   А потом меня пробрал смех, самый настоящий хохот. А чтобы клоун не услышал эти раскаты, я пошел к себе и грохнулся на диван, продолжая ржать. Жаль, не было никого дома, кто смог бы оценить эту игру двух клоунов, поскольку и я, принявший правила игры, ничем не отличался от клоуна реального, который пришел ко мне в гости. Вот пройдоха! И это ведь, несмотря на то, что он пережил во время своего исчезновения на кочегарке. А меня все еще преследовало любопытство, что с ним там случилось. К чему эта веревка, привязанная к трубе, человек, висевший на ней.       Наконец, где он был все это время?!
   Задохнувшись от хохота, я с надорванным животом поспешил к ванной. Вода там уже не текла. Распахнув дверь, я увидел картину...
   На ванной, рискуя свалиться внутрь, сидел Серый. Он ухмыльнулся мне прямо в лицо.
   - Здравствуй, Саня! – сказал он своим обычным голосом. - Как говорится, не ждали!
   Я покрутил пальцем у виска. Серый улыбнулся еще шире. В руках он все еще держал свой оранжевый парик...

      Глава 10.
  СЕРЫЙ РАССКАЗЫВАЕТ

   Мы вернулись в комнату и сели на диван.
   - Надо было сразу ребят позвать, - проговорил я. - Тогда не только я, а все они стали бы свидетелями твоего маскарада.
   - Но мы ведь договорились, - быстро ушел от скользкой темы Сережа, насмешливо глядя на меня. - Это был сон... А сейчас я расскажу тебе обо всем, что произошло наяву...
   Как ты помнишь, тот крик, что раздался на кочегарке, привлек наше внимание и совершенно сбил меня с толку. По ходу, на это они и рассчитывали. Уж не знаю, Козлову, видимо, подфартило, что именно я попался в его сети. Собственно, ему безразлично было, кто полезет в штаб, я, ты, или мы оба вместе. Полагаю, нас схватили бы обоих, предприми мы этот шаг.
   Но получилось так, что полез я один, а ты остался на улице. Мы договорились, что я долезу до штаба. В общем, ты, Саня, уже догадался, что туда как раз я и не успел залезть. Не успел я поставить ногу на решетку, чтобы лезть к трубе, как неожиданно сзади меня схватило множество рук, словно специально ждали моего появления. И ты никак не мог видеть меня, поскольку находился в стороне от дыры в шифере, и я, получается, был сбоку от тебя.
   Первым делом мне, естественно, заткнули рот, но не рукой, а какой-то тряпкой. Вот еще новости! Меня едва не стошнило. Я находился в ступоре и не сразу понял, что происходит, и чьих рук это дело. Потом только до меня дошло, что Костя Козлов активизировался. Грандиозный план! Даже я купился и попался на удочку. Первым делом попытался выхаркнуть тряпку, ведь ее препротивнейший аромат пропитал все мои внутренности! Но мне это не удалось, ведь меня держали со всех сторон. Да еще потом и связали ноги веревкой. И все – без какого-либо шума! Тонкая работа. Даже ты, находясь, по сути, в трех метрах от нас, ничего не слышал!.. И высматривал, когда же я появлюсь наверху.
   - Но где же ты был? – спросил я, внутренне трепеща. - Ведь там негде спрятаться? Тем более, если их много было... Я ведь, пусть не сразу, но тоже полез под самый низ, чтобы забраться в штаб...
   - Никакого волшебства, Саня! Козлов хорошо подготовился. Как ты понимаешь, только его люди могли проделать всю эту операцию. И они действительно чисто сработали на этот раз. Ты помнишь, под котельной места относительно немного. Залезть туда можно, но стоять – нет. Слишком низкий потолок. Можно только лежать и вообще ползком передвигаться. А уж грязи там сколько, ты сам видел. Пожалуй, в тех местах могут обитать только наши малыши – Медвежонок и Киреев.
   Но вся разгадка оказалась намного проще. Ты не знал, Саня, о существовании потайной двери? Там, внизу, под котельной, есть небольшая дверь. Только она была вечно завалена мусором снизу, и кирпичи там, и бочки с обрезанными краями. Ступить негде, и капканов не надо. Так вот, люди Козлова все это подчистили. И «откопали» дверь. Там у рабочих нечто вроде инвентаря спрятано. Вот в этот «закуток» меня и бросили. В двери, правда, была щель, и я все видел. Но, связанный и лишенный дара речи, ничего не мог предпринять. Видел только, что схватили меня парни Козлова. Самого Кости, правда, не было, а вот Рютин присутствовал. И он же руководил всей шайкой.
   Покончив на время со мной, своим главным врагом, Рютин решил подкараулить и тебя. Вот здесь я испугался по-настоящему. И начал пробовать высвободиться. Но веревки крепко держали меня связанным, да и тряпка во рту мешала даже дышать. Я мог только наблюдать. Ты, сам того не подозревая, находился в страшной опасности, ибо еще не понял, что конкретно случилось. Я мог видеть только самый угол нашей треугольной комнатки снизу, даже труба была скрыта от моих глаз.
   Враги переговаривались шепотом, чтобы ты не услышал. Как я понял, схватить тебя решили, как только ты повторишь мой маневр. Ведь внутри, под котельной, никто ничего не увидит и не услышит. И ты разделишь мою судьбу. Вот славная добыча для злорадного Козлова! Я проклинал свое положение, да еще тот факт, что тебя за собой потащил, и теперь твое пленение будет на моей совести. И никто не узнает, что здесь случилось.
   К счастью, вторая попытка иногда проваливается. Это я давно знал. Говорят, по какому-то закону Везения. Со мной у Рютина получилось. Оставался ты, но тут у ребят возникли первые трудности. Во-первых, ты не торопился лезть в капкан, о котором ничего не знал. И я поздравляю тебя, Саня, что ты так точно слушался моих указаний. Именно это помешало врагам сконцентрироваться и даже на время позабыть обо мне. А, во-вторых, здесь в дело как раз вступил я. Мне удалось, несмотря на связанные ноги, хорошенько приложиться к дверям. То есть, я пнул ее изо всех сил. Вот что значит заниматься гимнастикой! А ведь этот шум мог привлечь твое внимание и помешать Рютину заполучить второго пленника.
   В общем, трое его кретинов бросились ко мне, чтобы я там не двигался, тогда как Рютин полез в штаб. Я не видел, что он делал, но потом вдруг заметил, как он выбросился из комнатки сверху вниз. Я даже зажмурился, мне показался странным этот его суицидальный прыжок. Но потом я увидел, что он зачем-то обвязался веревкой. Судя по всему, другой ее конец был где-то там привязан. В общем, он висел теперь между небом и мусором внизу, раскачиваясь, как деревяшка.
   Я догадался, что ты начал проявлять беспокойство по поводу моего отсутствия, и тоже полез в штаб. А ведь Рютина ты не должен был видеть ни под каким видом. Спрыгнуть вниз он не мог, ведь там все еще куча мусора и кирпичи. Враги расчистили только внутреннюю часть свалки. Прыгать в другую сторону к выходу тоже не имело смысла. Там его видно со всех сторон, и ты бы услышал стук и понял опасность. В общем, веревку Рютин применил не по назначению. Ты догадался, Саня? Ею он должен был связать и тебя, а в результате обмотался ею сам.
   Это его и погубило. Судя по всему, ты уже был наверху, хоть я тебя еще не видел. Меня держали со всех сторон, чтобы я не шевелился. Только теперь хватать-то тебя было некому! А Рютин болтался там. Он предпринимал попытку подтянуться, чтобы как-то помочь самому себе залезть поближе к тебе. Но силы были не на его стороне. Этот слабак только еще больше раскачался. А веревка была тонкая, бельевая. Она еще за что-то там зацепилась и начала тереться о камень.
   Ты заметил, что веревка ведет себя неестественно. Я слышал, что ты уже наверху проводишь предварительное расследование. Но, не видя меня, не можешь взять в толк, куда я исчез.
   Тут как раз и Рютин, прости за каламбур, самым естественным образом... сыграл в ящик!
   - Куда?! – вскричал я, прерывая повествование Сереги, который начал трястись от смеха.
   - Ой, не могу! – ржал он, содрогаясь в конвульсиях. - Все так и было, как я сказал. Веревка, естественно, перетерлась в самый неподходящий момент, и Рютин вместе с ней сорвался вниз и полетел. А под ним какой-то ящик стоял. Ну, туда-то он и «сыграл»! И расшибся сильно, коленом, кажется. А чтобы он не заорал, все его дружки кинулись к нему, чтобы спасти положение. И успели заткнуть ему рот, прежде чем он завыл от боли. Однако этим они облегчили мое положение. Пока они держали меня, я не терял даром времени. Веревка несколько ослабла, и я смог освободить руку. В кармане у меня лежал нож, я его вытащил и быстро перерезал веревку. Эти дураки так спешили, что даже обыскать меня забыли. Пока они копошились возле Рютина и волокли его подальше от места падения (под котельную, почти рядом со мной), я развязался окончательно, и юркнул в сторону, каким-то нелепым чудом не попавшись тебе на глаза. Я успел тебя заметить, как ты высматривал сверху, что там упало. И веревку к себе тащил, ну, то, что от нее осталось. А я уже несся во двор, только не в наш, а в соседний, в сторону магазина. Поэтому ты меня и не заметил. Я знал, что враги, лишившись Рютина, не будут тебя хватать. К тому же, ты сам уже торопился выскочить с кочегарки. Рютин боялся, что я, высвободившись, немедленно объединюсь с тобой, и тогда им придется не сладко. Вот они и удрали сами, едва ли не быстрее тебя.
   - Странно, а я ведь действительно почти ничего не слышал, - признался я. - Да, был какой-то шорох внизу, но я уже был в штабе и осматривал как раз веревку, не понимая, с чего она так болтается, будто там на ней удавился кто. Я подозревал, что там ты висишь...
   - Ну, до этого не дошло, - Серый облегченно вздохнул. – Дальше – все просто.   Поскольку приключение началось неожиданно, я решил, что и конец должен быть таким же. Вот и вырядился клоуном. Уже давно у меня этот костюм, но я как-то не решался примерить его. Вот случай представился. Как тебе мой... Коля Фунтиков?
- Лучше дело иметь с оригиналом, - пошутил я, покрутив пальцем у виска. - Теперь этот самый Фунтиков будет сниться до Страшного суда.
   - А вообще, ты посчитал, что я, попав в переделку, лишился ума, - подтвердил Сережа мое предположение, ибо я действительно так думал.
   - Не стоит говорить об этом, - нахмурился я. - Но ты опять... спас мне жизнь! И уже – в который раз!
   - И об этом говорить не надо! – ушел от ответа Серега, пожимая мне руку.
   Мы успокоились, потом Сережа проговорил:
   - Ясно одно. Крик, что мы слышали, для нас и предназначался.
   - Да, но – кто орал? – спросил я.
   - Не знаю. Может, сам Козлов? И обрати внимание на время крика. Обеденный перерыв. В этот момент во дворе как раз никого. И так оно и случилось. Ни Медведя, ни Андреева. Куда все подевались? Игорь уехал, правда, а Медведя где носит?! Ощущение, что враги прекрасно об этом знали.
   - Точно подметили, - согласился я.
   - В любом случае, - заключил Сергей, усмехаясь, - воевать станет интереснее. Ведь Козлов, как ни крути, еще малость соображает!

      Глава 11.
   БРУСНИКИН СЛЕДИТ ЗА КВАРТИРОЙ

   Прошло несколько дней. Наконец-то Сереге удалось собрать всю нашу команду на очередную «конференцию». Ну, не всю, а тех, кто остался.
   На встрече с ребятами мы рассказали обо всем, что приключилось накануне, включая загадочное и неудачное похищение. В целом, друзья остались довольны, что Козлов снова опростоволосился. А Рютин, как обычно, получит за это по чайнику.
   Я заметил, что Сереже не просто было каяться в своих глупостях перед ребятами, ну, в меру своего характера. Вообще, он старался не допускать ошибок даже в мелочах, тогда как сам иногда доказывал, что он – обычный человек, а не робот. И произошедшее с ним недавно явное тому доказательство. Хотя весной – на том же самом месте – уже было нечто подобное. Помните, с Игорем Андреевым? Тогда его вечером завлек свет фонаря, и он пошел на опасность, забыв про осторожность. Нас с Серегой «заманил» ужасный разъяренный крик.
   Все это говорило о том, что нам следует быть начеку. Если уж сам Серый ошибся! А вдруг еще кого-то из нас ждут подобного рода сюрпризы?
   Друзья пообещали держать ухо востро. На этом встречу можно было закончить, но Серега вовремя заметил, что Сергей Брусникин, который обычно был хладнокровней и спокойней остальных, сегодня встревожен не в меру. И явно желает что-то сказать. И он дал ему такую возможность. А сам уселся вместе с ребятами и приготовился слушать.
   - Я вот чего... – пробурчал Брусникин, который явно засмущался, ибо особо не привык речь толкать, даже находясь в кругу друзей. - Хотел поднять вопрос о той квартире, за которой мы регулярно следим...
   Ларивошка и Шмонин, которые тоже находились вместе с нами, горячо одобрили начало речи Брусникина. Ведь всю данную операцию они как бы осуществляли вместе.
   - Говори, Арбуз, - попросил Серега, показывая тому, чтобы он сбросил оцепенение и не стеснялся.
   - С тех пор, как вы с Саней установили, что в квартире находится девчонка, - начал Брусникин, - я решил понаблюдать за подъездом. Меня интересовало не только, кто входит в него, - но и кто выходит. Раз она там живет, должна же появиться! В магазин за продуктами, или просто выйти подышать воздухом. Не принцесса же она в замурованном замке!
   В общем, все свободное время (а у меня его много!) я проводил во дворе Ларивошки, изучая странный подъезд. Часто заходил туда и прогуливался до квартиры, но не подходя к ней вплотную. Там ведь смотровой глазок наготове. Один раз я был близок к раскрытию истины, когда мне показалось, что дверь вот-вот готова была открыться. Я спрятался этажом ниже и начал прислушиваться.
К сожалению, первый блин оказался комом. Это была соседняя дверь. Там-то и проживает та старушка, к которой регулярно приезжает «Скорая помощь». Я даже слышал ее голос, когда на пороге возникли люди в белых халатах. Они-то меня и спугнули. Пришлось сделать вид, будто я вышел из квартиры на третьем этаже и поспешил к выходу.
   - Не понимаю, что ты вообще хотел обнаружить, - со смешком полюбопытствовал Медведь.
   - Я полагал, соседка старухи могла приоткрыть дверь, чтобы полюбопытствовать, что происходит в подъезде, - возразил Брусникин.
   Серый одобрительно кивнул.
   - Шмонин! Ларивошка! Присоединяйтесь к разговору, - пригласил он двух друзей, сидевших рядом. - Меня интересует, кого вы больше всего заметили, выходившим из интересующего нас подъезда. Кто вам запомнился особо? Ну, клоун какой-нибудь с большой шляпой на голове. Или некая таинственная особа с кривым носом и широкополой панаме. Любая мелочь, даже самая невероятная может нам пригодиться.
   - Ты имеешь в виду, что таинственная незнакомка может менять свой образ? – догадался я.
   - Вот именно. - Серый повернулся ко мне без тени улыбки на лице. - Мы ведь не знаем ее и никогда не видели. Только край платья. Я бы мог, пожалуй, угадать приблизительный ее рост, но она мелькнула на одно мгновенье. И не сама она, а только платье... Что касается выхода, то... – он посмотрел на Брусникина, - она выходит. Причем, делает это регулярно. Ну, должен же Козлов встречаться с ней где-нибудь, если только моя версия вообще правильная!
   - Кого-кого, а Козлова мы и близко там не видели, у подъезда, - вставил слово Шмонин.
   - Правильно! Об этом мы никогда вслух не говорили, но я знаю, что Саня вечно старается подвести меня к данной мысли. Спасибо, Саня, можешь не трудиться. Я все помню. Кроме того случая зимой, когда за подъездом следил Ларивошка, больше там Козлова никто не видел.
   - Зато девчонок хоть отбавляй, - заверил Ларивошка. - Одна Кондрашова чего стоит.
   - И не забудьте, - вспомнил я важное обстоятельство, - зимой Ларивошка увидел одного Козлова, спешащего в подъезд. А выходил он оттуда... ВМЕСТЕ С ОРЛОВОЙ! Почему-то мы все забыли об этом эпизоде, а ведь Танька явно уже была в квартире незнакомки. А вышли они оттуда ВДВОЕМ! Значит, где-то ты ошибся, Сергей. Неизвестная девочка давно знакома со всеми участницами «Женсовета».
- И Козлов, как показывают факты, в картину не вписывается, - разочарованно прогудел Башка.
   Серый задумался. Он даже вспотел, что с ним не так уж часто бывало. Кажется, загадка обросла новыми язвами, и лечить их предстояло ему.
   - Я знаю, что факты красноречиво указывают на это, - произнес он минуту спустя. - Еще раз спасибо за напоминание, Саня. Но... я не верю сам себе! Конечно, я не могу вечно быть правым, черт возьми! Но не может эта девчонка быть... за «Женсовет», кто бы там к ней ни ходил! Ведь Козлов изначально не верил в контакт с девочками на таком «высшем» уровне. Их связывает что-то другое – девчонку и... других девчонок. А Козлов не может не быть в курсе событий, хотя бы по последнему эпизоду – мое похищение. Не верю я в подобные совпадения. Смотрите, друзья, что у нас получается. Летом мы устанавливаем тотальную слежку за квартирой. Это, безусловно, не нравится хозяйке дома. Теперь мы практически знаем всех, кто туда приходит. И вот, мы видим мелькнувшую тень девчонки! Конечно, скрылась она молниеносно, надо отдать ей справедливость. Но... ей-то откуда известно, видели мы ее или нет?
   А уже через день мы с Саней слышим тот яростный, полный злобы возглас на кочегарке. Совпадение, скажете?! Или орал тот, кто поговорил с девчонкой и понял, что мы у него на хвосте. И что вот-вот готовы разоблачить преступницу, которая при данных обстоятельствах может быть только ХОРИНОЙ!!! Иначе, почему Козлов распсиховался? Что ему до этой девчонки, если он весь «Женсовет» в грош не ставит? Вот почему я утверждаю, несмотря на факты, что девочка и остальной «Женсовет» – разные группировки. И Козлов тесно с ней связан! Оберегает ее. Я не удивлюсь, если теперь подъезд будет охранять взвод солдат. 
  Серый остановился, переводя дух. Мы все молчали. Конечно, не факт, что писавшая странные записки Хорина и незнакомка в квартире – одно и то же лицо. Точно так же не доказано, что Хорина и странный загадочный Покровитель Козлова – та самая дама. Но... логика Сереги казалась железной. Он привел нам самые убедительные аргументы, какие только мог назвать. И было видно, что он это не просто так выдумал за минуту. Он думал об этом все последние месяцы...
   Тема о незнакомке настолько поразила наше воображение, что мы задержались у Сереги дольше обычного. Каждый хотел внести свой вклад в расследование.
   - За квартирой следить, - приказал Сережа, когда настала пора прощаться, обращаясь к Брусникину. - И вы, ребята, Шмонин, Ларивошка, обращайте внимание, кто входит и выходит из подъезда. Даже, если это будет... парень. Особенно – в головном уборе, что важно. В конце концов, у нее могут быть короткие волосы. Ведь примет ее мы не знаем!
   - Она может переодеться взрослой женщиной, - высказал предположение Брусникин.
   - Запросто! – Серый нахмурился. - Девочки вообще очень изобретательны как раз в этом амплуа. Что им стоит переодеться в женщину? Просто поменять... свои белые носочки на мамины колготки в сеточку. Губы подкрасить, подвести ресницы, очки темные на глаза – и вот перед вами взрослая Дама! И наоборот – если девочка невысокая, худенькая, нескладная даже – вот вам очередной пример: волосы завязать в бантики, приделать веснушки на нос, платье в горошек, залезть в гольфы – вот вам девочка младшего возраста. Поди, узнай, сколько ей лет на самом деле. И в горшочке с лопаткой для ковыряния в песке у нее не лежит рогатка с огромным камнем! Наша незнакомка может оказаться кем угодно! Поэтому, прошу, максимум внимания, парни. Я верю, что успех где-то поблизости...
   На этом мы распрощались с Серегой и отправились по домам. Я до последнего крутился возле Брусникина, настолько привлекли меня его рассуждения о незнакомке.
   - Интересно, красивая она или нет? – мечтательно выговорил Арбуз, глупо улыбаясь.
   - Эй, ты, смотри, не влюбись в нее! – предостерег я. - Иначе провалим всю операцию.
   - Не беспокойся. Я так, мечтаю только, - проворчал довольный Брусникин и пошел в сторону своего дома.

     Глава 12.
      УДАЧА

   Я не видел Серегу несколько дней. По его словам, он усиленно думал и гадал на кофейной гуще, как разработать план по раскрытию загадки «таинственной квартиры». Разумеется, хозяйка этой самой квартиры интересовала его куда больше.
   На этот раз меня он не ввел в курс дела, по-видимому, боялся сглазить. Как оказалось, наш приятель Медведь вдруг оказался информирован лучше меня. Когда я случайно его встретил во дворе у подъезда, на вопрос о Сереге он выпучил от удивления глаза и проговорил:
   - Как? Ты не знаешь?! Он же уехал на свою дачу. Как он говорил, на пару дней.
Я задумался. Да, о поездке он ничего не говорил. По всей вероятности, решил снова проверить, как там идут дела на участке тетушки Кости Козлова. А вдруг Киреева с рогаткой все еще там?!
   Амир Киреев, кстати, находился в городе, и его никуда не увозили на лето. От него я узнал новые подробности касательно сестрицы. Нет, ее он не видит. Вроде родственники со стороны взрослых друг с другом повздорили и – разошлись, как в море корабли. В общем, брат и сестра разлучены, и это обоим как бальзам на душу. Наташке не надо все время следить за младшим «поросенком», чтобы он не набедокурил, за что все шишки валятся как раз на старшую. А Амирке не нужно отчитываться за каждый шаг в сторону перед выскочкой-сестрой, которая и так позволяет себе командовать сверх меры. 
   Между тем наступил июль – самый жаркий месяц лета. Люди пропадали на пляжах, купались, загорали. Дворы практически опустели. И только мы, как неприкаянные, шатались из одной стороны в другую, проверяя все закоулки, не спрятался ли где враг. Как отметил вернувшийся из поездки Игорь Андреев, следивший все свободное время из окна своей комнаты, люди Козлова занимались тем же. Берегли свои границы, не дай бог, кто-нибудь из наших туда забредет.
   Эта видимость войны между дворами как нельзя помогала нам хоть немного убить время. Особенно если не хватало новостей. Некоторых наших ребят, Медведя того же, буквально развезло от жары, и ему было не просто лень и начхать на все, даже вообще – лень лениться! А вот наш двоечник и лодырь по школе Сергей Шмонин, наоборот, вкалывал, словно папа Карло. Он носился по своему двору, помогая Ларивошке и Брусникину следить за интересующей нас квартирой.
   Он часто посещал меня и докладывал новости. От жары мы прятались на кочегарке в треугольной комнатке, где иной раз большая кирпичная труба спасала нас от солнечных лучей.
   Серый так и не появился, похоже, дачные дела задержали его на неопределенное время. Зато пришел возбужденный Брусникин. Глаза его горели.
   - Есть, Саня! Дело с квартирой продвинулось. У нас возник план, как добиться нужного результата!
   - Ты – автор плана? – полюбопытствовал я.
   - Нет. Его придумал Серый.
   - Вы что, виделись? Я не знал, что он вернулся...
   - Вчера еще. Только ему лень после дачи выходить на улицу, он «перегорел» на солнце, отдыхая на даче. Завтра он ждет нас после того, как мы с тобой вернемся с «дела».
   Что такое «дело», я догадывался, и не видел в этом ничего хорошего. Но любопытство пересилило мой скептицизм, и я выслушал предложение Брусникина.
   - С нами пойдут Шмонин и Медведь. Ларивошка останется дома и будет вести наблюдение с балкона. Что касается Сереги, то, как он ни хотел появиться среди нас, придется оставить его дома. Он – наш главарь, и его знает каждая вражеская собака. Только это его и останавливает, иначе он бы лично возглавил операцию.
   - Что вы задумали?
   Вместо ответа Брусникин вытащил из пакета, что принес с собой, фотоаппарат «Зенит» и покрутил им у меня перед носом.
   - Вот это, - протянул он.
   - Ясно... – я покачал головой. - Но как...
   - Сереге надоело гадать на кофейной гуще, - рассказывал Арбуз. - Ему, похоже, уже плевать, Хорина она или агент «Женсовета». Главное – иметь ее наружность. И мы решили разыграть сценку с фотографированием. Авось, получится.
   - Для этого ее надо выманить из квартиры хотя бы, - произнес я, не уверенный в словах Брусникина. – Или поймать Кондрашову в качестве заложника. Вот тогда...
   - Я выдам себя за Катьку, - кивнул тот.
   Я посмотрел на него, как на сумасшедшего.
   - Чего?! Ты что, переоденешься девчонкой?
   Брусникин сплюнул.
   - Делать мне больше нечего! Достаточно заговорить голосом Катьки. А что? Сколько раз мы с ней вместе выступали со сцены? Понимаешь, Саня, школьные правила никто не отменял. Если ты думаешь, что отличником быть легко, то сильно ошибаешься. За всеми нами пристально следят. Администрация, разные важные люди. Приедет какой-нибудь «шишка», те сразу к нам – выступать, показывать лучшие результаты. А Кондрашова тоже неплохо учится. Вот нас загоняют в кучу: олимпиады там, конкурсы, танцы и так далее. Мы неоднократно сталкивались с Катей на подобных мероприятиях, и я знаю ее голос. Он у нее гортанный, сдавленный такой. Короче, я попробовал изобразить перед Серегой, тот весь уржался. Но сказал, вроде, похож. Главное, чтобы она не успела в глазок подсмотреть, что это не Катька, тогда, может, сработает.
   Я пожал плечами. Но теперь план уже не казался мне таким уж невыполнимым. Стоило попробовать.
   - Теперь насчет стука, - продолжал Брусникин. - Здесь мы вступаем в область догадок, но придется рискнуть. Если помнишь, Кондрашова использовала сигнал. Стучала не просто так, а через определенную паузу. Быстро, медленно, еще раз медленно, и быстро-быстро-быстро. Это Серый запомнил. Но есть тут один момент: когда наблюдение вел Ларивошка, он не помнит, чтобы стучали необычно.
   - А он и не мог этого помнить, - проговорил я, нахмурившись. - Ведь он шел за Козловым зимой, и не слышал, ни куда тот заходил, ни как стучал. Он видел только, что они с Орловой спускались.
   - Вот это Серегу и тревожит. Он боится, что специальный сигнал Катьки неспроста. Она и так в курсе, что та придет. Сигнал мог означать, что это именно Катя, а не другая девица из «Женсовета». Или же – случилось нечто важное. Либо, и это, пожалуй, самое правильное – стук означает, что приход Кондрашовой заранее не планировался, и произошли такие важные события, что дальше медлить нельзя. Здесь у Сереги не сложилось общего мнения. Потому я не знаю, как мне стучать – странно, или обычно.
   - У нас есть время до завтра, - решил я. - Подумаем...
   Но мы так ничего и не придумали. В назначенное время пошли на «дело». Брусникин шел с фотоаппаратом, который пока прятал в сумке.
   - Медведь и Шмонин уже там. Ждут нашего появления, - рассказывал Арбуз.
   - А зачем они нам вообще? – не понял я. - Лишние свидетели, больше шума.
   - Успокойся. Дальше подъезда они не пойдут. Будут охранять наши спины от неожиданного нападения.
   Я все понял и перестал задавать лишние вопросы. Охрана ведь очень кстати! Кто знает, что предпримет Козлов, дабы защитить свою союзницу? Если, конечно, Серегины гипотезы по этому поводу правильные...
   Медведь и Шмонин действительно ждали нас недалеко от подъезда. Увидев их, Брусникин перекрестился, хотя до этого не был замечен в церковных обрядах. Он волновался, и было отчего. Вообще, все это дело, в которое он влез, не для него. К таким выкрутасам в стиле нашего Сереги Арбуз не привык. Тем более, коверкать языком, чтобы речь сошла за девчоночий говор. Что он тут же при нас и решил прорепетировать.
   Получилось сдавленное такое кудахтанье. Я попытался сдержаться, но Медведь и особенно Шмонин упали на землю от смеха. Я погрозил им кулаком, чтобы они заткнулись и не пугали Брусникина раньше времени. Ему сейчас сосредоточиться надо. Но Арбуз устало махнул рукой и встряхнул сумкой с фотоаппаратом внутри.
   - Сам знаю, что квакаю не хуже лягушки, - вынес он приговор сам себе. - Так что можете не ржать. Сторожите лучше подъезд, чтобы на нас не напали из-за угла. 
   Шмонин, хохоча во все горло, валялся на земле и собрал всю пыль с крыльца подъезда, был похож сейчас на отъявленного бичару. Медведь же сохранил какой-никакой цивилизованный вид. Сейчас, глядя на них, уже мы с Брусникиным закусили губы, чтобы не расхохотаться. В общем, для разрядки все вышло неплохо. Арбуз сосредоточился и решительно зашел внутрь подъезда. Я последовал за ним. Мне следовало сопровождать друга, держать сумку, чтобы она не мешала. И, самое главное – внимательно смотреть в проем двери, где должна показаться девчонка. На случай, если Брусникин вдруг «промахнется», или не сработает фотоаппарат (мало ли, что бывает на свете!), главная моя задача – запомнить ее. Ту, кто появится! И так запомнить, чтобы вовек потом не забыть.
   Сам не знаю, кого я ожидал сегодня увидеть, перед лицом стояла форменная баба Яга с крючковатым носом и распущенными седыми лохмами. Тьфу! Этого только не хватало!
   Вот он, четвертый этаж... Теперь все зависело от действий Брусникина. И вообще, откроют ли нам?! Даже если Арбуз воспользуется таинственным стуком в дверь... Ведь формально Катю Кондрашову никто не ждет... Откуда нам знать, каким образом девчонки договариваются о встрече?! 
   Но отступать было уже поздно. Брусникин стоял напротив дверей с готовым фотоаппаратом в руках. А стучать... должен был я, чтобы Арбуз не перепутал, куда нажимать. Ведь в запасе у него будет секунда-другая, не больше...
   Вспомнив «код» сигнала, я постучал. Стук, пауза, еще одна пауза. Потом три раза подряд частый стук. «Отгрузив» эту какофонию, я напрягся и... застыл. Мне показалось, что за дверью вообще никого нет. Никаких звуков! Ни музыки, ни однообразного тембра телевизора – ни звука. Умерли они все, что ли?! Мы с Брусникиным тоже затаились.
   «Может, она там мои сигналы расшифровывает?» - успел подумать я, когда за дверью вдруг раздались торопливые шаги (что и спасло нас от беды, как потом выяснилось!).
   - КАТЯ! – каркнул Брусникин, не дожидаясь, когда там спросят, кто пришел.
   - Ой! – пискнул веселый голос за дверью, и послышался звук, который ни с чем не спутаешь – когда снимается цепочка. – Я тебя сегодня не ждала. Сейчас...
   Что происходило дальше, помню с трудом. Дверь открылась внезапно. В проеме мы увидели ее...
   Знаю, что Брусникин нажал гашетку фотоаппарата спонтанно, как говорят в таких случаях – не целясь. Я же просто застыл. И тот образ бабы Яги, что маячил перед моим носом, мгновенно растворился.
   Она была божественно красива! Просто нереальная красота, можете мне поверить, а я насмотрелся на девчонок, особенно тех, кто входил в пресловутый «Женсовет». Невысокая, стройная, воздушные локоны светлых волос непослушно вились по плечам. Платье белое с узорами на подоле. И загадочная улыбка Джоконды, ну, куда уж без этого!
   Все это длилось одно мгновение и – целую вечность... Мне казалось, что стоп-кадр Брусникина выскочил на волю из фотоаппарата и так и застыл, уже наяву, помимо съемки. Вид девочки и – ее улыбка.
   Но все заканчивается, и навязчивый сон тоже сразу подошел к логическому концу.    Увидев и, по-видимому, узнав нас, незнакомка вскрикнула и тут же захлопнула дверь. Я уловил внутри квартиры сдавленный вздох или стон. Затем все смолкло.
   Тут Арбуз схватил меня за локоть, и мы понеслись вниз к нашим друзьям.

      Глава 13.
  СЛИШКОМ МНОГО ТАЙН

   - Неплохо сработано! – проговорил Серый утром следующего дня, когда мы втроем собрались у него дома: он, Брусникин и я. 
   Арбуз не спал всю ночь. Он возился с пленкой. И кое-как, с грехом пополам, напечатал фотографии, несколько штук.
   Собственно, я был сыт по горло этими приключениями, и мне даже не хотелось видеть изображение, полученное ими благодаря нашей махинации. Сам не знаю, отчего, но на душе скребли кошки. Мне казалось подлостью то, что мы сделали. Мало того, что цинично нарушили покой незнакомой, заметьте, нам девочки, так еще нагло заимели ее изображение.
   В конце концов, официально она ничего плохого нам не сделала. А встречается с «Женсоветом» – так это ее дела, не наши! Дружит с Козловым? А кто ей запрещает?!
Всю ночь она мне снилась. Эта ее улыбка в стиле Джоконды. Так и назвал ее про себя «Моной Лизой...». 
   - Вот она! – с торжествующим видом изрек Сережа, разглядывая одну из фотографий, что подсунул ему усталый и удовлетворенный Арбуз. - Что скажешь, Саня?
   - Суди сам, - ответил я не слишком радостно.
   Похоже, он заметил мое состояние и больше не настаивал. Но любопытство пересилило досаду. И я взял черно-белый снимок. Здесь нужно заметить, что самый лучший в стране фотоаппарат «Зенит» сработал на все сто. Снимок удался, хоть Брусникин фотографировал спонтанно. Она ясно запечатлелась в кадре. Стоит в проеме двери, видна до половины. Но хорошо различимы черты ее лица, выражение, улыбка. Хоть она и не нам предназначалась.
   Серый и тот был несколько шокирован и даже тронут такой красотой. Он сжал кулаки, что говорило о возбуждении и некоей тайной досаде. Уж я-то знал это его состояние, и отметил про себя, что настроение моего друга не самое лучшее. Нет, он не сомневался в правильности своего плана, и будь у него еще один шанс, он ни за что не упустил бы его. И в любом случае фотоаппарат возник бы из небытия снова и снова! Но разочарован он был... именно красотой нашей оппонентки. С такой-то внешностью – и на поле сражения! Ведь придется «воевать» против нее! Хотя бы потому, что она тесным образом связана с Костей Козловым...
   - Симпатичная, - пробормотал я.
   - Какова улыбка, - Серый покачал головой, пытаясь за насмешкой скрыть свои истинные чувства. - Не поймешь сразу, как реагировать. Так улыбаться могут не только ангелы, но и демоны. И к какой категории прикажете ее отнести? Заулыбалась, смотри-ка! Ишь, ты, какая... И КТО ТЫ ТОЛЬКО?! А красивая...
   - Кондрашовой теперь влетит капитально, - покраснев, предположил Брусникин, - я ведь воспользовался ее голосом.
   - Лучше сам берегись, - нахмурившись, произнес я, осененный догадкой. - Если Серый прав, Козлов нам этого не спустит. Теперь мы его рассердили, это точно.
   Арбуз нахмурил брови. К сожалению, в моих словах была самая настоящая правда.  Не знаю, вследствие ли этого, или у Брусникина вдруг появились неотложные дела, только пять минут спустя он покинул нас не в самом радужном настроении.
   - Да нет, Арбуз просто спать пошел, - отметил Серый, угадывая мое подозрение.
   Но и у него самого настроение упало. Тем более что я нашел в нем источник «вдохновения», и выложил все, что накипело изнутри. Включая и последний план, который вообще граничил чуть ли не с подлостью.
   - И чем мы теперь лучше того же Козлова?! – прогремел я, впрочем, не повышая голоса.
   Серый, к моему удивлению, достойно встретил поток критики в свой адрес. Пожал плечами и... ничего не ответил. Он просто ждал, когда я «схлыну» и начну рассуждать здраво. Ну, он знал меня лучше, чем я сам себя, потому никогда с ним не спорил.
   Вскоре у меня иссяк «запас вдохновения», и я замолчал. Тут и он взял слово.
   - Если тебя это успокоит, - начал он, - фотография девчонки мало нам помогла. А если быть совсем точным – только подлила масла в огонь. Ну, появилось у нас изображение девчонки. И что?! Мы можем установить ее личность? Нет! А ее связь с тем же Козловым? Нет!! А ответ на вопрос, почему мы вообще к ней привязались?! Нет!!!
   - Я тебе только что об этом талдычил! – вмешался я. – Мы лишь расстроили девчонку, вмешавшись в ее личное пространство. Она бы хоть рогаткой нам угрожала, а так – болтает с девчонками из «Женсовета», и больше ничего. Да и то сомнительно...
   - В тебе сейчас говорят эмоции, а не здравый смысл, - пожал плечами Сергей. - Я вижу, что ее красота привлекла твое внимание. И можешь не отрицать. Я, честно говоря, в том же положении. Она красива, правда! И это еще сильнее притягивает, хочется знать больше.
   В конце концов, мы оба успокоились, сели на диван. Сережа помолчал какое-то время, потом вздохнул и заговорил:
   - В последнее время мы мало общались. Да, я уезжал на несколько дней. Был на даче – той самой, возле тетушки Козлова. Нет-нет, там все в ажуре. Тетка вернулась. Побуйствовала какое-то время. Кто-то (ну, мы знаем, кто) на ее участке у березы ветку сломал. Видимо, Киреева малость перестаралась, прыгая тогда с дерева. Или это я удачно выстрелил из рогатки, не знаю. Попало, поди, Козлову по чайнику! Жди, Саня, они еще с Киреевой передерутся по этому поводу. Костя такой скряга! Особенно, если получает на орехи за грехи других... 
   - А зачем ты уезжал? – задал я вопрос.
   Серый вздохнул.
   - Отдохнуть хотел. Точнее – разобраться. И в себе и – в наших общих делах. Понимаешь, несмотря на кажущееся спокойствие, лето проходит в напряжении. У нас накопилось множество неразгаданных тайн. И, как ты догадываешься, фотография незнакомки – еще одна из них. А когда тайн становится много, голова начинает кружиться и лопаться, как мыльный пузырь. Особенно если все эти тайны наступают все вместе, а не только одна за другой. Суди сам, Саня, что мы имеем: девчонка, встречающаяся зачем-то с Катькой Кондрашовой; то «Женсовет» с запутанными интригами; Козлов со своими «козлами». Прибавь к этому страшный крик на кочегарке, похищение, тетушкина дача с Киреевой на дереве и с рогаткой у носа... Не многовато ли тайн? А ведь каждую нужно разгадать. Ведь, если их накапливать, они просто превратятся в нарост гноя, и их будет еще больше. Возможно, наши враги этого и добиваются.
   - Насколько я тебя знаю, наедине с самим собой ты разложил все тайны по полкам, выделив из них самую важную. И от этого пустился в пляс со всеми остальными, - проговорил я.
   - Именно, Саня! Причем, тайну с незнакомкой, фото которой мы держим в руках, я поставил на первое место. Она – самая важная! Даже Козлов у меня вообще на третьем месте. На втором – «Женсовет».
   Главная трудность, как отмечалось выше – мы совсем не знаем, кто с нами воюет (и воюет ли вообще!). Я не забыл твою критику, Саня. Но давай отбросим чувства, оставим факты. Все началось весной. Я расшифровал фамилию, из которой стало ясно, что с нами ведет игру некая Хорина. Появляется одновременно с этим таинственная девчонка из не менее загадочной квартиры. У нее нечто вроде штаба для переговоров. Однажды там видели Козлова, неоднократно – Кондрашову, Орлову и еще бог знает кого. Ясно, что каким-то образом она замешана в нашу общую борьбу за независимость. Сегодня ты, Саня, громил меня по всем статьям, почему мы к ней цепляемся и не оставим в покое? Могу успокоить, что с этого дня за квартирой слежки больше не будет. Нет смысла. Изображение ее мы имеем и теперь узнаем где угодно. Да и она, понимая всю чепуху, перестанет скрываться. Насчет же всего остального, уверяю тебя, ты ошибаешься. Девчонка в игре! Знаешь, почему еще? Да вспомни, как ходит к ней Кондрашова. Почему она таится и оборачивается каждый раз, появляясь на месте действия? Она словно опасается слежки. А чего бояться человеку с чистыми намерениями? Тут явно заговор!
   Вернемся к «Женсовету». Ну, дела девчонок процветают. Они встречаются, веселятся, отдыхают. И не забывают про свои махинации. Орлова в городе. Я видел ее вчера во дворе. Настроение самое безоблачное. В отличие от Козлова, который подозрительно исчез. Он еще не отошел от шока после весенних неудач. Сейчас пытается собрать свое войско воедино, чтобы ударить решительно и насмерть. Если мы правы, и та девчонка с фотографии с ним заодно, он придет в бешенство, как ты и предсказывал. Надо быть готовым к сражению.
   Вот так неторопливо Серый разложил по полочкам все тайны, какие появились этим летом. Но ничего существенного из этого мы не извлекли. Еще больше вопросов накопилось.
   А под конец, как обычно, он преподнес очередную сенсацию. Ну, без этого он вообще жить не мог. Надо же хоть раз за день посадить Саню Ковалева в лужу!
   - Квартира, за которой мы так безуспешно следили, не имеет отношения к нашему делу, - сказал Сергей.
   Я уставился на него с перекошенным ртом и глазами, вылезшими из орбит. Серый усмехнулся и, довольный моей реакцией, бросился объяснять:
   - Думаешь, я просто так просил Ларивошку и других внимательно следить за подъездом, кто входит в него и кто выходит? Ничего подобного! Сначала я просто подозревал, Саня. Сейчас же, увидев фотографию, понял, что не ошибся. Девчонка, что бывает там, НИКОГДА НЕ ЖИЛА В ЭТОЙ КВАРТИРЕ! Шмонин – наш великий «юбочник», он НЕ ПРОПУСТИЛ БЫ ТАКОЙ КРАСОТЫ! Посмотри на нее, Саня, и ты убедишься, что такое очарование невозможно забыть. Но... никто ее не видел! Конечно, она меняет внешность, но невозможно делать это каждый день. И я говорю тебе, что она НЕ ИЗ ЭТОГО ДОМА! Пока не знаю, в чем дело. Может, она приходит в гости к кому-нибудь из знакомых, и здесь встречается с девчонками. Собственно, вот почему тут почти никогда не появлялся Костя Козлов. Что ему здесь делать? С девчонкой они встречаются на ее квартире, там, где она в действительности живет. И живет, Саня, совсем в другом месте!!!
   - Значит, теперь все придется начинать заново, - вздохнул я.
   - Вот именно. Теперь ты понял все. За квартирой смысла нет следить. Я подозреваю, что там мы девчонку больше не увидим. 
   - Тогда вообще отбрось пока эту тайну, хоть она и самая важная, - дал я совет.    - Будем решать загадки по мере их появления. А сейчас сконцентрируйся на Козлове. Если он пойдет в бой, самое время готовиться...

     Глава 14.
 «ЖЕНСОВЕТ» ПРОДОЛЖАЕТ ДЕЙСТВОВАТЬ

   Козлов не спешил впадать в бешенство и отвечать на наши действия с рассекречиванием тайного его человека. Пожалуй, впервые со дня начала войны между дворами мы были крайне взволнованы и удивлены таким поведением противника. Серый едва ли не рвал на себе волосы от досады.
   - Я думал, что хорошо знаю этого человека, - заявил он мне однажды. - Но его поведение поистине странно. Затаился. Вообще сгинул!
   - Или выжидает какую-нибудь нашу ошибку, - предположил я.
   Глаза Сереги сверкнули.
   - Это не Козлов! Ну, не его идея! Если все так, как ты говоришь, за него взялся кто-то другой, и руководит всеми его действиями. Мы еще увидим!..
   Не знаю, о чем он там думал, но я вдруг, глядя на Серегу, неожиданно увидел... загадочный образ светлой девчонки в проеме двери, что смотрела на нас с Брусникиным чарующей улыбкой. Конечно, она не нас тогда ждала, но все же... Вспомнив ее сейчас, я представил себе, как этот ангел с такой улыбкой повелевает Козловым и вертит им во все стороны, и мне стало страшно. Если это правда, то мир в будущем ждут большие перемены!
   Лето между тем медленно пересекло свой экватор. Вот и середина июля промчалась. Жара стояла неимоверная, все с нетерпением и тоской ждали дождя. Но грозы что-то не обещали. Здесь природа целиком и полностью встала на сторону Козлова. Ни грозы, ни угроз...
   Впрочем, в один из дней произошла такая история... Меня вдруг потянуло на улицу, хотя во дворе никого не было. Ладно, подумал я, там сообразим. Обулся и вышел из квартиры. Спускаясь по лестнице, обратил внимание, что из нашего почтового ящика что-то торчит. Похоже на письмо. В мозгу сразу сверкнула идея. И, как оказалось, я не ошибся. Как раз подумалось на досуге, что от девчонок «Женсовета» давно не слышно никаких известий.
   Доставая из ящика конверт, который, естественно, сам по себе появился там, минуя почту официальную, мне подумалось, что Серый все же прав – у меня не только язык поганый, но и мысли тоже. Как подумаю о чем-нибудь гадком и неприятном, вот, пожалуйста!
   Я не стал возвращаться домой. Беглым шагом направился к Сереге. Письма вообще по его части. Пусть сам думает, хоть оно и адресовано мне. Конверт, кстати, был без подписи. Похоже, отправителю без разницы, кому из нас посылать. Просто мой ящик ближе оказался. Из этого можно предположить, что дело рук самой Орловой, она ведь надо мной живет!
   Серый принял меня радушно. Он как раз сам собирался выйти на улицу. Но мой визит поменял его планы. Узнав о цели прихода, настроение у него переменилось, улыбка медленно сползла с физиономии. Он схватил конверт, чуть не порвав по дороге.
   И вот что мы там прочли:

   «Вам неизвестно, где скрываемся мы. А вот нам известен каждый ваш шаг. Так что берегитесь! Передай Сережке, что он дурак... ОРЛОВА!»

   - Абсолютно дурацкое и никуда не годное письмо, - заявил Сергей, пылая от гнева. - Ничего конкретного, одна болтовня, что свойственно девчонкам! Собственно, Саня, не хочешь ли ты поработать почтальоном? Отнеси, благо, недалеко, конверт в ящик Орловым, и положи мое послание. Оно в том же духе написано:

   «Где вы скрываетесь, мне совершенно наплевать! Передай всем остальным девчонкам, что они – полные дуры! СЕРЫЙ!».

   С этими словами он передал мне конверт с письмом, не обращая внимания на мою вытянутую физиономию. Но у меня было, отчего прийти в ужас.
   - Постой! - Я не успевал мыслить. - Как ты догадался?! ТЫ НАПИСАЛ ПИСЬМО РАНЬШЕ, ЧЕМ Я К ТЕБЕ ПРИШЕЛ!!!
   Тут Серый не выдержал и расхохотался мне в лицо.
   - Ты что, Орлову не знаешь, что ли? Она – это ходячий станок по написанию анонимок. Я получил точно такое же письмо, как под копирку снятое с твоего. Только там, разумеется, было написано, что ты – дурак. Вот я и ответил. А потом ты пришел...
   Я помотал головой от гнева. Впрочем, можно было догадаться, потому не особо обиделся за обидный Серегин смех. Оставалось лишь обсудить, что делать далее.
   - «Женсовет» начал действовать, пока Козлов пребывает в безвестности, - сказал Сережа, собираясь на улицу.
   - Ты решил, они специально выманивают нас, чтобы мы оставили его в покое? – пришло мне в голову.
   - Все может быть. Вполне возможно. Орлова ведь союзница Козлова. И, выполняя союзнические обязательства, готовит девчонок к махинации, пока Костя зализывает раны. Мы ведь близко подошли к нему в самое сердце, разоблачив фактически девчонку. Я все еще верю, что она и есть Хорина!
   - Все-таки странно, что у нас лето, а еще ни одной драки...
   - Переплюнь! – Серый перекрестился. - Это и есть хорошо в нашем деле. Не забудь, что Толста Власки с нами нет. Как ни крути, но отсутствие военных событий только нам на руку.
   Мы вышли на улицу, где в прямом смысле плавился асфальт. Сергей поморщился, получив первый заряд солнца прямо в лицо. После чего мы, раздосадованные, отправились в сторону кочегарки.
   В штабе за трубой была тень. Серега успокоился и сел внутри треугольной комнатки на стул. Я уселся напротив него. Стало даже прохладно. Мы успокоились,    Серый повеселел. Кажется, он пришел в себя, даже голос у него изменился. Если сперва он бубнил что-то под нос, теперь же весело разговаривал, ни мало не заботясь о том, что его могут услышать.
   - Что будем делать? – задал я вопрос. - Насчет записок.
   - Мы уже сделали, - сказал Серый, и глаза его засверкали. - Ты ведь положил конверт в ее почтовый ящик по дороге сюда. Вот и прекрасно. Подождем их следующий шаг.
   - Ты так говоришь, будто затеял собственную махинацию, - развел я руками.
   Серега не ответил, но напрягся.
   - Тихо, Саня! – зашептал он. - Слышишь?
   Я прислушался. Но ничего не услышал. Но где-то слева от нас действительно что-то зазвенело.
   - Это сетка, - шепнул Сергей. - Кто-то лезет по ней. Это они! Девчонки! Они думали, мы не знаем, где они теперь встречаются. НА БАЗЕ ОНИ СОБИРАЮТСЯ!!!
   И он, не теряя времени на спуск, просто и легко выскочил из комнатки и сиганул вниз, рискуя свернуть себе шею. Впрочем, это был не первый и не последний раз, когда он так прыгал. Я последовал за ним, по привычке отбив себе ноги о твердую землю.
   Как помнит читатель, «база» находилась в стороне от кочегарки и являлась ее «продолжением». Там, за бочкой водохранилища и была расположена сетка рабица, за которой шли владения «базы». Собственно, место как раз глухое. Но мы как-то не любили там собираться. Если только устраивать бои с бригадой Козлова. Больше ни на что она не годилась. Даже присесть негде – сплошное поле, да здание вокруг. И под ногами свалка, бутылки, осколки, палки. Настоящее минное поле, упадешь, мало не покажется. Неужели именно там девчонки собрания устраивают?
   Мы подбежали к решетке. Серый угадал – это были они, «Женсовет». Я узнал голову Кондрашовой, которая на мгновение высунулась в поле нашего зрения и сейчас же исчезла снова. И раздался чей-то приглушенный визг.
   - Если бы я только захотел, то мог бы прямо теперь захватить их всех в плен, поскольку тут один выход, - сказал мне Серега, намеренно повышая голос, чтобы все, кто находился там, по другую сторону от нас, слышал каждое его слово. - Представь, Саня, на минуту, что это мы с тобой стоим там, спрятавшись, на базе, а девчонки здесь. Стерегут выход. Что, ты думаешь, они будут делать?
   Я не колебался ни мгновения.
   - Одни останутся сторожить проход, издеваясь над нами. Другие немедленно отправятся во двор Козлова, чтобы привести ораву его ребят, дабы нас окончательно схватить. Вот позору-то будет!
   - Молодец! А что мешает сейчас нам сделать то же самое?! Я останусь тут, а ты побежишь за Медведем там, Андреевым, Шмониным, да мало ли за кем! Мы окружим кочегарку и – прощай, «Женсовет»!
   Серый сделал паузу, прислушиваясь к тому, что происходит там, в отдалении, поскольку девочки спрятались, и мы их не видели. Но слышали, как они шепчутся там, не осмеливаясь подать голос. Он улыбнулся и продолжил лекцию:
   - В любом случае, Саня, так распорядилась природа, что мы с тобой обречены заранее. Смотри сам: мы сделаем так, как я только что сказал. Что будет дальше? Мы с тобой все равно останемся дураками в их глазах. А если плюнем на них и просто уйдем подальше, не мешая их заговорам и интригам – ровным счетом ничего не изменится. Все равно мы с тобой виноваты во всем, мы – дураки, как же без этого! Нет, чтобы сказать спасибо, что не обращаем на них внимания и никого не трогаем. Сами ведь лезут.
   Он повернулся в сторону девчонок и повысил голос:
   - Не так ли, «Женсовет»? САМИ ВЕДЬ ЛЕЗЕТЕ!!!
   В ответ ни шороха. Не заметь я Кондрашову минуту назад, поверил бы, что там никого нет. Серый махнул рукой.
   - Идем, Саня! Пусть делают, что хотят. Мы не дикари, как Козлов.
   И он решительно отошел от сетки. Я последовал за ним. Правда, Серега все же не доверял девчонкам, ибо я заметил, как он вытащил рогатку и сжал ее в руках.   Кажется, я понял причину его беспокойства. Он посмотрел мне в глаза и кивнул.
   - Да, Саня. Возможно, Киреева с ними. Потому...
   Можно дальше не продолжать. Наташку Кирееву я запомнил хорошо, и как она стреляет, тоже.
   Мы возвращались во двор, но при этом прислушивались к тому, что делается за нашими спинами. Да, решетка снова скрипела. Девчонки выползали из ловушки, в которую сами себя посадили. Теперь мы точно знали место их дислокации. Странно, но нам не попалась ни одна из них. Все предпочли уйти с кочегарки в другую сторону.
   Но Серега вдруг забеспокоился. И, подождав какое-то время, ринулся назад, крикнув:
   - За мной, Саня!
   Я понесся следом, не понимая, что происходит.

      Глава 15.
      ПОХИЩЕНИЕ

   Серый вернулся в штаб у трубы. Присел на стул и торопливым взглядом обследовал комнатку.
   - Так, Саня, - произнес он, тяжело дыша от быстрого бега, - мы их упустили. Но они... БЫЛИ ЗДЕСЬ!!! Да-да! Они залезали сюда перед тем, как скрыться на базе. Обследовали нашу территорию в надежде отыскать следы каких-нибудь улик против нас.
   - …которых мы здесь не держим, - с облегчением проговорил я. - Вот тупицы!
Сережа, однако, думал иначе.
   - Это мы сейчас проверим, - сказал он.
   И, к моему несказанному удивлению, вдруг выворотил кирпич из основания стены и торопливо заглянул внутрь.
   В проеме ничего не было. Я разинул рот от удивления. Серый усмехнулся.
   - Залезли все-таки! – покачал он головой. - Пройдохи!
   При этом он торопливо огляделся вокруг, проверяя, все ли девчонки покинули пределы кочегарки. И словно в подтверждение его слов с ближайшей «бочки» водохранилища раздался подозрительный шорох.
   - Привет, Киреева! – крикнул Сережа, вытаскивая рогатку.
   - Здорово! – раздался голос Наташки.
   Кажется, игра пошла в открытую. Выстрел из рогатки прижал нас с Серегой к самому низу треугольной комнатки. Здесь отмечу преимущество Киреевой, поскольку бочка была на порядок выше нашего штаба возле трубы.
   - Она одна, - шепнул Серый, стараясь прижаться ближе к краю углубления. - Девчонки намеренно оставили ее здесь, чтобы задержать нас. Ты уже понимаешь, что они задумали?
   - Ничего не знаю и знать не хочу! – отрезал я, раздражаясь из-за непонятной мне ситуации, в которой мы оказались. - Мне ясно одно – вы все что-то от меня скрываете. За каким чертом ты оставляешь важные документы в штабе, если никогда прежде этого не делал? А «Женсовет»? Чего им надо и... почему опять эта стрельба?!
   Второй выстрел едва не оборвал меня, ударившись в сантиметре от черепа. Надо сказать, что Наташка была первоклассным стрелком, и лишний раз это доказала.   Впрочем, она сама могла бы быть для нас хорошей мишенью. Рогатка у меня за поясом, Серый тоже вооружен. Кроме того, у него и здесь в штабе кое-что приготовлено.
   Так и получилось. Он вытащил из-под стула палку, как оказалось, самострел. Камней тут достаточно для пуль. Здесь стоит отметить, что в отличие от рогатки самострел – оружие более серьезное, поскольку резинка рогатки по длине больше, нежели у самострела. Соответственно, рогатка стреляет на небольшое расстояние. На самостреле камень удерживается благодаря обыкновенной бельевой прищепке, которая одновременно является курком и дулом. У того самострела, что держал в руках Серый, прищепок было две, и он мог пустить оба камня одновременно. Здесь все зависело от крепости самой прищепки. Таким образом, самострел чем-то напоминал мушкет XVIII века эпохи «Острова сокровищ». И был грозным оружием в умелых руках.
   Функцию стрелка Серый передоверил мне, кинув самострел в руки.
   - Саня, лезь на трубу! – скомандовал он.
   Я мгновенно понял, что он имел в виду. Вдвоем нам не удержаться в штабе, поскольку мы просто не помещались в пространство угла, и Киреевой сверху не составляло сложности попасть в каждого из нас, тогда как в одиночестве Сергею проще скрыться. И я, оказавшись на трубе, стану недосягаем для выстрела. Кроме того, поднявшись несколько вверх, я окажусь фактически напротив девчонки, и смогу послать ей ответный камень с большим преимуществом, нежели стрелять вслепую снизу.
   Я выскочил из штаба, кинув Сереге свою рогатку, ставшую ненужной, и бросился к трубе. Обхватив ее двумя руками, тогда как самострел свисал у меня за поясом, я поставил ногу на первую скобу сбоку. И полез наверх. А Серый негромким голосом, чтобы Наташка не услышала, объяснял внезапно начавшуюся войну:
   - Ты прав, Саня. Весь сегодняшний день мы ведем войну с «Женсоветом». Извини, что сразу не предупредил тебя. Насчет послания в почтовом ящике ты уже знал. А мне доложили, что сегодня у «Женсовета» сходка здесь, на кочегарке. Так что наш визит сюда был запланирован заранее. Я не просто так орал в штабе в первое наше посещение. Мне хотелось, чтобы девчонки, застрявшие на базе, слышали каждое мое слово. И я не сомневался, что, когда мы покинем пределы кочегарки, они полезут сюда. Документ, который они похитили, я положил еще вчера вечером. Написанное там – пустышка, ничего не значащие каракули. Ты правильно заметил, что мы никогда не оставляем здесь ничего важного. Но девчонки-то этого не знают?! Им везде мерещится, что они напали на наш след.
   - Так ты устроил им ловушку? – наконец догадался я. - А почему не сказал сразу?
   - Я хотел, чтобы ты до конца не знал о ловушке, и сохранил свой обычный вид. Это на случай, если они станут следить за нами.
   Между тем я долез до крыши котельной, находясь уже конкретно наверху, обнявшись с кирпичной трубой. Ветер трепал мою рубашку, как флаг. Мне даже захотелось скакануть в сторону – прямо на крышу. Только там будет сложнее увернуться от снарядов Киреевой, если она захочет поупражняться в своем стрелковом мастерстве. А становиться для нее мишенью у меня что-то не возникало желания, буду к ней справедлив!
   - Саня! – произнес снизу Серегин голос (его я тоже прекрасно видел). - Как там наша оппонентка? Все еще на бочке? С моей стороны не видна лестница, по которой она может слезть в любую минуту.
   - Там она, - ответил я, приглядываясь, - и, похоже, засела всерьез и надолго. И у нее нет причин слазить, пока она нас тут не задержит.
   - Это в их духе, - сказал Сергей. - Я даже знаю, почему.
   - Так почему бы тебе, ради разнообразия, не поделиться всеми фактами, которые ты утаил от меня, - ехидно проговорил я, вцепившись рукой в очередную скобу надо мной, тогда как вторая рука держала «мушкет» самострела дулом в «бочку». Я в любую секунду был готов ответить выстрелом на выстрел.
   - Ладно, слушай, - Серый снова перешел на приглушенный шепот. - Обо всем, что здесь творится, я узнал от маленького Амирки. Вчера Киреева ночевала у них, разумеется, потеряла осторожность и проговорилась по телефону Орловой насчет свидания на кочегарке. Они хотели проверить наш штаб, пока нас там нет. Вот этим я и воспользовался. Быстро придумал легенду, нарисовал каракули и отнес записку сюда. Спрятал ее так, чтобы они побыстрее нашли, даже кирпич чуть вытащил для сужения поисков. 
   - Но зачем тебе это понадобилось? – не понял я. – В чем суть ловушки?
   - В Козлове. Мы только что это обсуждали. Он залег на дно, но Орловой прекрасно известно, где его искать. Представь, что она поверит в мою ахинею на найденном документе. Решит, что это документ грандиозной важности. Что ей делать? Немедленно предупредить своего сообщника! Этим она, наконец, заслужит полное его доверие, и девчонки почувствуют мощь и силу своей начальницы. Ведь и там, внутри коллектива, назревает бунт. Вспомни Ирку Ким! Вот кто пытается сместить Таньку всеми силами. Везде одно и то же – борьба за власть. Теперь ты понял всю суть происходящего? «Улики» против нас обнаружены! Девчонки покидают кочегарку. Орлова тут же придумывает план передать послание Козлову в собственные руки. Для этого им нужно встретиться. Она должна либо сама пойти к нему, либо послать верную девчонку из своей группы. Что, видимо, сейчас и происходит. Сами девчонки ждут в условленном месте. А Наташка Киреева сторожит двух «кретинов» – Саню и Серегу – на кочегарке. Ведь мы с тобой под обстрелом. Она задержит нас, пока там, в стороне, не встретятся две акулы – Орлова и Козлов. Она передаст ему «план», а там будет финиш истории.
   - Но тогда почему мы сидим тут в бездействии? – не понял я. – Подумаешь, Киреева сторожит. Увернемся как-нибудь от ее рогатки.
   - Зачем? – удивился Серега, задрав голову, чтобы посмотреть на меня. - Пусть «Женсовет» поиграет в свои игры... напоследок.
   Здесь он оскалился, и я понял, что всю ситуацию он держит под контролем.
   - Как ты думаешь, где сейчас остальные наши приятели?
   К сожалению, я не мог пожать плечами, чтобы, не дай бог, не оторвать пальцы правой руки от скобы и не улететь на кирпичи и бетон вниз, раскроив себе голову. Да там костей не соберешь! Мне оставалось только разинуть рот от удивления.
   - Все предусмотрено, Саня, - не без самодовольства поделился Серый этой веселой новостью. - Парни с обеда сторожат двор и его окрестности. Все, кто в городе, на страже. Они проследят за посланницами «Женсовета» и, таким образом, выйдут на Костю. Он – наша главная цель. Как я уже говорил – любой враг опасен, если о нем нет сведений. Пусть Орлова встретится с Козловым, но мы сразу придем. И этим заставим не только Костю, но и девчонок поверить в нашу прозорливость. Что мы никогда не спим и всегда, ты слышишь, Саня, ВСЕГДА – у врагов за спиной! Днем и ночью!
   Теперь мне все стало понятно. Серый как всегда, благодаря своей гениальной интуиции, разработал быстрый и коварный план. И все бы хорошо, только в очередной раз он не забыл сделать из Сани Ковалева круглого простофилю... Не мог сразу сказать. Впрочем, и здесь он оказался прав. Знай я заранее, кто бы состроил удивленную физиономию? Ведь за нами и правда следили! Все сходится.
   - Осторожно, Серега, - подсказал я, сжимая самострел, - Наташка на линии...

     Глава 16.
    НАПАДЕНИЕ

   Киреева в самом деле показалась на краю «бочки». Ей было сложнее, нежели нам, ведь солнце как раз стояло над нею и «поливало» лучами. И стоять на самом верху, без крыши над головой, было проблематично. Ей там откровенно жарко.
   - Держи ее на мушке, Саня! – попросил Серый.
   Я сжал свободной рукой самострел, держась по-прежнему за скобу, торчащую из трубы. Киреева, безусловно, видела все это. И не знала, кто из нас двоих решится на первый выстрел.
   Серега думал как раз обратное. Я не сразу разгадал его маневр. Потом только до меня дошло, что он задумал. Выпрямившись во весь рост, Серый, не обращая на снайпершу ни малейшего внимания, резким движением выскочил из треугольной комнатки, бросившись прямо вниз. Он удачно приземлился на землю, и в то же время держал рогатку наготове, мало ли чего.
   Киреева не спешила с выстрелом, прекрасно зная, что сама стоит на линии огня. Хотя рогатка ее была готова, учитывая, что красавица любит пулять, не целясь, и мы об этом прекрасно знали. Глазомер у нее дай бог каждому!
   - Саня! – позвал меня Сергей. - Слезай...
   А вот мне повезло меньше. Давнишний недруг Наташки не мог слезть спокойно, не получив хотя бы «пулю». Миг – и выстрел всколыхнул резину, а возле меня камень чиркнул прямо по кирпичу трубы. Я едва не выпустил скобу из рук.
   Но и Киреева тут же взвизгнула от боли в руке, ибо Серый, видимо, предугадав ее поведение, держал стрелка в поле зрения. Его выстрел оказался более точен.    Наташка загремела наверху бочки, распластавшись всем телом. Это поспособствовало тому, что я быстро слез с трубы и очутился рядом с треугольной комнаткой. Серега взглядом показал мне прыгать, и я послушался. Сиганул вниз, при этом слегка отбив пятки, и очутился рядом с другом.
   - Отлично. - Серый вложил еще один камень в резину рогатки, на случай, если дуэль повторится. - Держи ее в поле зрения, Саня. А я сейчас...
   Он отошел на пару шагов и свистнул. И тут же услышал ответный свист. А еще минуту спустя возле нас очутился Шмонин.
   - Серега, останешься здесь, - приказал Серый, не сводя глаз сверху. - Стреляй во все, что там движется. А мы на перехват девчонок...
   Шмонин кивнул, вытащил рогатку и приготовился нести службу. Сережа медлил. Вновь поднял голову и обратился к сидевшей на бочке пленнице:
   - Киреева! Ты летать умеешь?
   Наташка высунула край лица и погрозила рогаткой.
   - Будьте вы прокляты! – послышался ее голос.
   И тут Шмонин послал ей первый «пробный» камень. Промахнулся, конечно, зато заставил замолчать. Киреева снова заметалась там, наверху. Она поставила себя в крайне незавидное положение, ибо с бочки прыгнуть она не могла, а лестница у нее только одна. И та – под прицелом Шмонина.
   Больше мы ею не интересовались. Серега пошел во двор, рассуждая на ходу:
   - Так, Саня! Все идет по плану. Киреева может только голосом предупредить подруг о готовящейся ловушке, и сверху ей все будет видно. Теперь посмотри внимательно на другую бочку, которая алюминиевая. Видишь человека? Это Ларивошка. Фактически кочегарка окружена. Даже если случится непредвиденное, и парни Козлова окажутся рядом, нас успеют об этом оповестить.
   - Что ты задумал? – спросил я.
   - Сейчас надо подождать сообщения от наших. А-а, вот они!
   Серый указал под дом примерно в районе подъезда Игоря Андреева. Собственно, он-то там и прятался! Увидев его, мы поспешили к сетке рабице и пролезли сквозь отверстие сбоку, очутившись прямо под нашим домом.
   - Что, Игорь? – тревожным срывающимся голосом произнес Серый.
   - Как ты и предвидел, Орлова сразу решила связаться с двором Козлова. Пара девчонок с ней, остальные разошлись. Снайперши нет.
   - Снайперша застряла на месте сражения, - усмехнулся я.
   «Андрей» вздохнул с облегчением.
   - В общем, новости такие: Орлова отправила одну из девчонок (Ирку Тимофееву) во двор Козлова, за ней ускакал Башка. А вторую барышню (Кондрашову) – в противоположный конец города. За нею увязался Медведь. Сама же главарь скрылась в Санином подъезде.
   - Домой побежала звонить Косте, - кивнул Серый, быстро соображая. - Значит, бедняге Медведю придется хорошенько побегать. Вы ведь не сомневаетесь, что произошло? Танька не так проста. Одну девицу отправляет курьером, другую – порожняком. Так оно и произойдет. Вечерком ей радостно сообщат, как обдурили нашего несчастного Медведя. Только мы все предусмотрели. Рано или поздно, но Козлов сам явится.
   - А почему, ты думаешь, курьер сама не передаст ему послание, да еще – тобою написанное? – не понял я.
   Глаза Сереги ярко блеснули под домом. Он усмехнулся.
   - Потому что я слишком хорошо знаю Орлову, Саня! Такие документы передаются не через посредников, а лично – из рук в руки. Да она сама всегда мечтала об этом. Вот он, ее шанс – завоевать, наконец, доверие Козлова, и тем самым заткнуть рот зарвавшейся Ирке Ким.
   И тут к нам со стороны двора присоединился Штанга.
   - Ребята, – зашептал он, - быстро уходите отсюда! Сейчас Козлов придет.
   - Куда? – нетерпеливо осведомился Серега.
   - Да сюда же!!! На ваше место. Здесь, под домом! Орлова ему назначила тут сходку, чтобы передать документ.
   - Быстро! – Серый увлек нас за собой, и мы спустя мгновение очутились снова во дворе.
   Нужно было торопиться. В любую минуту Орлова могла появиться во дворе. А еще раньше – выследить нас из окна, хотя ей, видимо, сейчас не до шпионажа.
   Серый мгновенно принял решение. Он указал Игорю на здание сбоку от нашего дома, и «Андрей», кивнув, бросился туда, увлекая за собой появившегося неизвестно откуда Медведя, который по моим скромным соображениям должен был выслеживать Кондрашову. Но сейчас нет времени выяснять, где он шатался. Серый, Штанга и я кинулись под соседний дом, минуя детскую площадку, и залегли там, глядя через щели в заборе. Нам хорошо был виден подъезд Игоря Андреева, и мой собственный, откуда должна появиться Орлова.
   - Так, прекрасно, - шептал Серый, всматриваясь и ерзая по песку. - Отсюда кочегарки не видно, соответственно, Киреева тоже ее не увидит. И не сможет подать голос. Надеюсь, она не пристрелила там бедного Шмонина. Впрочем, у них еще по прошлым годам свои счеты, вряд ли Балбес ее выпустит так просто. Боюсь, она изрядно поджарится на солнце, лежа на горячей железной бочке!
   У нас водворилось недолгое молчание. Потом, поскольку пока делать было нечего, Серега попросил Штангу рассказать последние новости. И как узнали про встречу под домом.
   - Впрочем, - тут же нашелся он, - это и так было ясно. Времени у Таньки нет, потому идея лезть под дом напрашивалась сама собой.
   - Ты был прав, - заговорил Штанга. - Медведя быстро вычислили. Кондрашова поводила его по ближайшим дворам, потом исчезла. Он, впрочем, тоже догадался, что и как, потому прекратил преследование, понимая, что у Катьки на руках ничего нет. Он вернулся поближе к нашему двору. Что касается Башки, то он догнал нас в районе двора Козлова, заявив, что Тимофеева не нашла Костю под голубым домом. Не было там так же и никого из его окружения. При этом красавица Макса не заметила! Потому, когда под голубой дом, наконец, влез кто-то из бригады Козлова, она, не таясь, велела ему скакать к Козлову и передать, что Таня ждет его под... вашим домом! В самом его центре, то есть – за подъездом Андреева... Башка все это запомнил и поспешил ретироваться. Он тоже где-то тут, возможно, по соседству с нами, следит за двором...
   - Ладно, - протянул Серый, усмехаясь, поглядывая на меня. - А ты волновался, Саня.
   Я молча показал ему кулак. Улыбка у Сереги стала еще шире.
   И тут Орлова выскочила из подъезда. Она торопливо оглянулась, проверяя, нет ли кого поблизости из подозрительных Серегиных друзей. Затем, облегченно вздохнув, скрылась под домом у пятого подъезда, рядом с крыльцом Игоря. Значит, встреча назначена официально. Сейчас туда же прибудет Костя... 
   - Надеюсь, Ларивошка послушался моего совета и слез с бочки, - прошептал Серега себе под нос. - Иначе Козлов его приметит. Димка должен присоединиться к Шмонину, и вдвоем продолжать удерживать Кирееву.
   Как только Орлова исчезла под домом, Сережа приказал осторожно выползать на свет, но пока скрываться за забором детской площадки. Мы крадучись пошли вдоль забора. По дороге нам попался Башка, который как раз вылезал из-под дома. Серега приложил палец к губам и знаком показал Максу взять Штангу и вместе с ним бежать на противоположный конец забора, чтобы потом одновременно переметнуться поближе к дому и зайти с двух сторон, окружая, таким образом, подошедшего Козлова. Если он... появится вообще...
   Козлов ПОЯВИЛСЯ! Слишком жирной оказалась Танькина новость и, как Серый предвидел, не могла не заинтересовать главаря наших противников. Едва заметив, как под домом что-то движется, мы быстрее молнии понеслись в разных направлениях вдоль забора. А там – и к моему подъезду. Правда, как помнит читатель, в том месте как раз сетка рабица была натянута по всей линии, и протиснуться там под сам дом не имелось возможности. Но рядом дырка была. Туда-то мы и направились, тогда как Башка и Штанга уже успели добежать до противоположного конца дома, и заходили Козлову и Орловой в тыл.
   Сережа подождал несколько секунд, и затем по его сигналу мы проникли под дом и застыли за подъездом. Тень Орловой хорошо выделялась на фоне большой трубы посредине. Рядом с ней расположился Костя.
   - Ну, союзник, новости хорошие! – успела воскликнуть Орлова, а заинтересованный Козлов прокаркал какое-то приветствие.
   Но, впрочем, недолго музыка играла, поскольку Костя резко повернулся и посмотрел в сторону. И увидел, как к нему бегут Штанга и Башка. Он побелел и инстинктивно хотел броситься в обратную сторону. Но, как оказалось, там его уже поджидали Игорь Андреев и Медведь, да сбоку еще и мы с Серегой подскочили. Костя оказался окружен со всех сторон!
   Орлова беспомощно глазела то на меня, то на Серегу, и ничего не могла понять.  А тут его величество Серый сыграл первоклассную пантомиму:
   - Здравствуй, Костя! Рад тебя видеть!
   Затем он повернулся к дрожащей от ярости Таньке, и неожиданно для Козлова обратился к ней:
   - Спасибо, Таня, за помощь! Я слово держу – ты свободна!
   И он широким жестом руки показал ей, что для нее путь действительно открыт. Такой наглости она никак не ожидала.
   Но тут, естественно, завизжал Козлов, который понял все именно так, как нам и хотелось:
   - Ах, так!!! Танька?! ЭТО ПРЕДАТЕЛЬСТВО!!! Ты заманила меня в ловушку!!! Продалась Сереге!!! Я тебя убью-ю-ю!!!
   Орлова, не менее бешеная, рванулась прочь, чтобы исчезнуть, пропасть, провалиться сквозь землю, выйти из того кошмара, в котором оказалась по нашей милости. Мысли ее наверняка путались, и она еще не могла ничего сообразить, и как поменялся расклад на шахматной доске событий. Тогда как Костя продолжал взвизгивать, и тоже был не в состоянии уразуметь, что теперь он – наш пленник.
   Чтобы он заткнулся, Сереге оставалось сделать только одно, чем он и воспользовался. Навел на него рогатку и выстрелил в лоб. Костя сразу присмирел, откинулся назад, и в знак покорности растянулся на земле. Он был деморализован и уничтожен.
   Шмонин рассмеялся. Но тут за ним мелькнула чья-то тень. Я не успел среагировать, как Рютин (а это был он) выстрелил подлым образом Балбесу из рогатки в спину. Шмонин, вскрикнув, зашатался и упал лицом вниз на сетку рабицу.   Но тут я уже навел на Женьку самострел, который все время оставался у меня в руках. Выстрел из двух прищепок сразу угодил Рютину прямо в физиономию, и выбил из него желание стрелять из-за угла надолго. Он так и остался лежать на земле, даже не в силах застонать.
   Мы же, не обращая внимания ни на Таньку, ни на лежащего в обмороке Козлова, повернулись и вышли из-под дома. Серый помогал раненому Шмонину.
   - Как ты тут очутился? – спрашивал он поврежденного товарища. - Ты же на кочегарке был! Не говори только, что Киреевой удалось пройти...
   - Ну, она уже прошла... – бубнил Шмонин, дергаясь и пытаясь прийти в себя. - Когда мы увидели вас, то поняли, что Козлов под домом. Смысла не было держать Наташку на бочке. Она хорошо там подгорела на солнце. Мы с Ларивошкой не давали ей высунуться, стреляя по лестнице и по ней. Она тоже отстреливалась до последнего. Ларивошка «убит» наповал. Валяется где-то в районе котельной. Она умудрилась подстрелить его, когда прыгала с лестницы, абсолютно не целясь! Вися в воздухе! Грандиозно! Она саму себя превзошла!..
   Шмонин кричал, а я не мог понять, чему он так радуется. Ведь Димке-то несладко пришлось!
   Но все-таки благодаря грандиозному по масштабам плану Сереги «Женсовет», похоже, капитально рассорился с Костей Козловым. Теперь девчонки на грани краха, и явно пойдут к цели разными дорогами...

     Глава 17.
  КОГДА ПРОФЕССИЯ ПОЧТАЛЬОНА БЫВАЕТ НЕ НУЖНА

   Но день на этом не закончился. Сережа, довольный событиями, увел всю компанию к себе домой. Правда, мы несколько задержались, поскольку каждому хотелось самолично заглянуть под дом, чтобы насладиться приятным зрелищем – поражением Кости Козлова. Тот, валяясь на грязном бетоне в обществе трубы, действительно напоминал экземпляр редкого животного в зоопарке. И билет покупать не надо!
   Некоторые ребята, среди прочих и Шмонин, советовали Сереге взять Козлова в плен и хорошенько помучить его. Все-таки, у него есть яма во дворе, чем мы хуже?    Но Серый решительно отверг эти гестаповские методы, обронив только:
   - А что я с ним буду делать?! Прикажете с собой в гости взять?
   В общем, убедил друзей, что мы не такие, как Костя, пленных не берем. Они нам без надобности. Главное – свое он получил, проиграв в очередной раз.
   Мы неплохо провели время дома у Сергея, радуясь и вспоминая события сегодняшнего дня. Последним спустя какое-то время пришел усталый и разочарованный жизнью Ларивошка. На лбу у него красовался смачный и заметный шишак – результат стрельбы нашей подруги Киреевой. Димка бубнил, что теперь лучшим утешением ему будет только бутылка шампанского, не меньше.
   - Не кипятись! – веселым тоном заверил его Сергей. - Доживи только до завтрашнего дня, а там будет тебе и шампанское.
   - А что, завтра чей-то день рождения? – с надеждой переспросил Ларивошка, у него даже поврежденный лоб вспотел.
   - Нет. - Серый уклончиво отвел взгляд. - Просто завтра у меня... большой праздничный обед. Ну, считай, –  в знак благодарности за все, что есть в нашей жизни. И я хочу это отпраздновать, вот и все.
   - Праздник на пустом месте? – задал вопрос Медведь.
   - Если хочешь, называй так. Я хочу праздника, и он состоится. Так что берегите аппетит, ребята. Если вы не придете, я лопну.
   - От злости? – расхохотался Ларивошка.
   - От обжорства... – Серый скорчил физиономию. - Надо же куда-то еду девать!
   Теперь заржали все. В общем, он нас убедил. Мы ответили согласием, чем очень обрадовали хозяина дома. На этом, собственно, все и разошлись.
   Ну, все не все, я остался, как это водилось. Скажу более, сегодня Сережа не был рад меня видеть одного, без компании друзей. Он ведь знал, что я изначально его подозревал в небольшой... неискренности. Что будет завтра за день, я догадывался, а беспокойно бегающий Серегин взгляд не оставлял сомнений, что он скрывает нечто тайное. И он понимал, что я его просто так в покое не оставлю.
   Я открыл было рот, чтобы высказать свои сомнения на сей счет, но тут, к облегчению нас обоих, зазвонил телефон. Серега бросился к аппарату.
   - Да! Это ты, Андреев?! Что еще? Опя-ать!!! Большое спасибо, как раз вовремя... Нет-нет! Я просто оговорился (так я ему и поверю!). Выхожу!!!
   Он швырнул трубку и уставился на меня.
   - Идем, Саня! Кажется, настало время окончательно вколотить последний гвоздь в крышку «Женсовета». Раз они сами так этого хотят...
   - А что еще произошло? – спросил я.
   - Да Игорь, возвращаясь домой, шел, как ты понимаешь, мимо вашего подъезда, а внутри увидел Орлову. Ну, сейчас лето, жара, двери распахнуты настежь, потому все видно. Он и заметил, как Танька, облокотившись на перила, что-то пишет на бумаге. Ясно, что это будет. Очередная анонимка. Сама же автор, сама же – почтальон. Значит, сегодня ты получишь послание, следом – я. Я не сомневаюсь, что и мне она сейчас подбросит очередную гадость. В общем, бежим вниз, Саня, встретим ее. Видимо, сегодняшних неприятностей ей показалось мало. Значит, получит по полной программе!
   Мы выбежали из квартиры, при этом Серый, понизив голос, зашептал мне на ухо, что действовать нужно следующим образом...
   Мы остановились в районе второго этажа. Теперь нам был слышан каждый шорох снизу. И действительно, не успели мы перевести дух, как там кто-то вошел. Еще мгновение спустя раздался шорох в районе почтовых ящиков. Кто-то усердно рылся, слышались лязг и открываемые дверцы. Серый усмехнулся, глядя на меня. И еще раз приложил палец к губам. Я кивнул и затаился.
   Наконец, звуки под лестницей прекратились. Это и было сигналом для нас. Сережа молниеносно бросился вниз, перепрыгивая разом через четыре ступени. Я последовал за ним, правда, не так быстро, ибо мой первый этаж не давал мне такой возможности репетировать подобные лошадиные бега и барьеры в виде ступеней.
   В тамбуре было темно, но за счет раскрытых дверей подъезда мы отчетливо увидели Таню Орлову, которая как раз собиралась выйти на улицу, сделав очередное важное для себя дело. Но, к счастью, не зная о нашем маневре, она упустила свой шанс на спасение. А когда осознала происходящее, мы уже заняли всю проходную линию, лишая ее возможности улизнуть. Увидев и узнав нас, а, главное, безусловно, извечного врага Серегу, Орлова покраснела и скривила губы. И покосилась осторожно так на почтовый ящик, где она оставила следы своего «преступления».
   Но что-то пошло не по ее сценарию с самого начала. По крайней мере, всю сцену, что разыгрывалась перед ней, она не ожидала увидеть. Серега до странности даже ничего ей не сказал! Он вел себя обычно, словно никого тут под лестницей и не было! Просто два друга остановились поболтать, держась за перила лестницы.
   - Знаешь, Саня, - начал Серега, намеренно игнорируя испуганно застывшую Таньку, - я тут подумал, что профессия почтальона в наше время не слишком востребована. То ли люди мало читают, или наши ящики столь легко открыть, что газеты сами собой вываливаются.
   - Может, просто сейчас лето, все уехали в отпуска, и газеты их интересуют в самую последнюю очередь, - высказал я предположение, сам не понимая, куда он клонит, так как насчет сценария разговора он предупредить не успел. 
   - Я примерно об этом и толкую, - поддержал меня Серый, одновременно не замечая и тут же провоцируя нашу пленницу, которая вынуждена была оставаться возле ящиков и слушать весь этот треп. - Хотя лично ничего против почтальонов не имею. Они просто выполняют свою работу. Вот смотри, Саня, что получается: придумали какую-нибудь новую рекламу. Зубная паста там, или фирменные сапоги. А то и новая химчистка открылась! Что делать? Летом телевизор смотрят мало, тут ты правильно сказал, у людей отпуск, все разъехались. Что остается делать? Печатать на бумажках все эти прокламации и носить в ящики – людей дурачить. Представь настроение бедных почтальонов, которым по роду деятельности приходиться носить подобную чушь и заполнять ею наши ящики. И слушать жалобы, а то и проклятия обычных квартиросъемщиков. А в порыве гнева чего не скажешь? Будто почтальон виноват... Хоть увольняйся за не рентабельностью.
   Так мы трепались, стоя рядом с несчастной Танькой, при этом намеренно держась вполоборота к ней, чтобы все время видеть ее и наблюдать за реакцией. Сначала она терпеливо стояла, думая, когда нам надоест ваньку валять. Но время шло, а мы, как говорится, ни сном, ни духом. И терпение ее подошло к концу. На нее-то мы и внимания ноль! И она топнула ногой.
   - Эй! Послушайте, вы, два дурака...
   Но ее красноречие пропало даром. Серый не дал ей даже рта открыть.
   - Почтальон не виноват, Саня! Все дело в той информации, которую он носит.
   - Ты попал в точку! – воскликнул я, поддавшись на провокацию моего друга, и разыгрывая роль недалекого обывателя, мирно беседующего с соседом по квартире. - Но каков же будет конечный результат?
   - Здесь я вижу два выхода. - Сережа впервые посмотрел на Таню, что, кипя от злости, стояла и дрожала, с ненавистью глядя на нас обоих, но с места сдвинуться по-прежнему не могла. Но продолжал кривляться, делая вид, будто тут никого, кроме нас, нет: – Прежде всего, необходимо опустошить свой почтовый ящик, чтобы там не лежало ничего лишнего. Я не имею в виду газеты. Но ведь бывают такие несознательные почтальоны, которые, не видя, тащат в ящик любую гадость. Анонимки разные там... пасквили. Можно, конечно, взять все это и... кинуть почтальону в физиономию, чтобы поразмыслил на досуге, что он кладет добрым людям. 
   Тут Серый протянул руку к своему ящику, и я увидел, как перепугалась Орлова, полагая, что час расплаты пришел. Она даже отшатнулась от нас, прислонившись к трубам, изрядно при этом измарав парадное платье. Лучше бы осталась в той одежде, в какой была днем – ковбойские джинсы и футболка. Сейчас они ей как никогда шли!
   Но Сергей тут же одернул себя, сделав вид, что передумал. И продолжал ломать комедию:
   - Есть и второй выход, как поступить. Взять накопившийся мусор из ящика и... тут же все это сжечь! У меня, кстати, как раз зажигалка есть. Забыл отдать ее Ларивошке.
   С этими словами он действительно подошел к ящику, а Таня в шоке шарахнулась от него в сторону, полностью отдав себя на милость труб (я уже упоминал, что в Серегином подъезде находился бойлер, и труб было множество!), и вытащил конверт. Поднес к нему зажигалку. Раздался щелчок, и – бумагу охватил огонь. Серый держал конверт в руке, пока он не превратился в пепел. Потом кинул все это под ноги и принялся топтать ботинками. На лице его я прочитал такое омерзение, что самому сделалось страшно. Не говоря про Орлову. Урок наглядности действовал на все сто.
   Но лекция еще не закончилась. Исполнив черное дело, Серега вновь повернулся ко мне.
   - Я знаю один действенный способ, как заставить уйти на пенсию несознательного почтальона. Обрати внимание на пепел, Саня, тут, у меня под ногами. Хороша картина? Да, бедная уборщица! Ей теперь больше работы. Но что я могу поделать? Ведь не я же засоряю собственный почтовый ящик! Давай выразимся еще определеннее! Я ЗНАЮ почтальона! Того, кто носит гадости по моему адресу. А что может быть написано в анонимках? Разная чушь, которую даже читать не стоит. Куча оскорбительных надписей, хвастовство, напыщенность и глупость. А в конце, конечно, главная мысль, что мы с тобой – дураки! Вот здесь, в послании, которое я сжег, главный дурак – я, разумеется! А в том, которое ты сегодня найдешь у себя в ящике, дурак – это ты. Тут к гадалке не ходи...
   - А ведь верно! – кивнул я, даже не обидевшись.
   - В любом случае, наш с тобой почтальон нам известен. Какой же выход напрашивается сам собой?
   Серый предварительно сделал паузу. Напряглась и Орлова, понимая, что сейчас как никогда речь пойдет о ее судьбе. Он не заставил себя ждать.
   - В общем, Саня, ничего личного. Я просто беру анонимку, иду в подъезд почтальона и... СЖИГАЮ МЕРЗОСТЬ У НЕГО ПОД ДВЕРЬЮ!!! И весь этот черный пепел будет там, на его половике! И мне плевать, кто и что скажет. Любая, даже самая незначительная пакость БУДЕТ СОЖЖЕНА, НЕПРОЧИТАННАЯ!!!
   И тут Серый в самом искреннем, не наигранном гневе уставился на Орлову. Но, не обращаясь к ней напрямую, продолжал:
   - Все анонимки сгорят у квартиры почтальона... И чем их больше, тем... сильнее будет огонь и, соответственно, черный пепел. Ах, да! Я забыл, что почтальонов у нас несколько. Но, вот какая досада... других-то я не знаю. Есть, конечно, Костя Козлов. Есть... ХОРИНА!!! (Тут я заметил, как вздрогнула Орлова, видимо, не сознавая, сколько еще «запретных» имен нам известно). Есть еще кто-то, Таня Орлова, к примеру. В любом случае, крайний – ПОЧТАЛЬОН! И я сожгу всю мерзость у его дверей. И, думаю, сейчас он меня слышит. Повторяю! Мне без разницы, чья будет анонимка и от кого. Результат один – пламя у квартиры! Это не обсуждается. Второй раз повторять не стану!..
   Серега зыркнул на Орлову. Бледная, как поганка, она судорожно кивнула. Я тут подумал, что Сереге следовало бы пойти работать в детский сад воспитателем. И, хоть методы его педагогики несколько дикарские, однако, действуют! Кажется, этот урок Орлова запомнит надолго.
   Сережа отвернулся и... сделал шаг в сторону лестницы, как бы показывая Таньке, что проход свободен. Она робко так сделала шаг по направлению к выходу. Но здесь ее вновь остановил палач Серый. И внезапно обратился ко мне:
   - У тебя остались карманные деньги, Саня?
   - Ну, есть немного, - пробубнил я, не понимая, куда он клонит.
   - Давай, сложимся и купим вскладчину букет цветов!
   - Зачем?
   - Хочу преподнести их Ирине Ким! Думаю, нам следует ее поздравить. Она – новый командир женского коллектива «Женсовет»! Желаю ей удачи!
   Этого для бедной Таньки оказалось достаточно. Она резко выбежала из подъезда, не в силах сказать ни слова. Серый беспощадно поглядел ей вслед и только усмехнулся. Сегодняшний день она запомнит на всю жизнь!
   - Вот она, долгожданная расплата за все оскорбления и насмешки. За посещения ее отца. За интриги и нагромождение лжи! Как говорится, долг уплачен!
   Я хотел последовать за Орловой. Серега остановил меня.
   - Погоди, Саня. Дай ей возможность... исправить ошибку. Когда войдешь в подъезд, можешь ящик не проверять. Голову даю на отсечение, что анонимки там не будет!
   - Ты считаешь? – я не мог не улыбнуться, хоть мне и не смешно было.
   Сережа развел руки в стороны.
   - Ну, кому охота дышать дымом у порога собственного дома, Саня? Я ведь серьезно говорил...
   Тут я понял все. Попрощался с другом до завтра и пошел домой. В подъезде я все-таки проверил собственный ящик. Но там, кроме спортивной газеты, ничего не было. Зато... над моей головой протопали женские каблучки в район четвертого этажа. Думаю, вряд ли она просто так меня ждала. Скорее всего, вытаскивала пасквиль из почтового ящика...

     Глава 18.
     СООБЩЕНИЕ

   Назавтра, как условлено, вся наша компания встретилась у Сереги дома. Богато сервированный стол ожидал нас в его комнате. Сам Серега скромно встречал гостей. Вид у него был самый естественный и, если хотите, хладнокровно спокойный. Он напоминал именинника, только вот день рождения у него в ноябре.
   Тем не менее, мы все включились в эту игру, и с самым обыденным видом уселись за стол. Сережа произнес короткую речь, лукаво поглядывая на каждого из нас, и особенно – на Ларивошку, у которого от жадности аж язык высунулся. Потом он щелкнул пальцами и, отбросив вычурную светскую манеру, уже в своем стиле проорал на весь дом:
   - Налетай, друзья!
   Мы не заставили себя ждать. Серега тут же из-под стола вытащил бутылку шампанского и показал ее Ларивошке. Тот крякнул, и в нетерпении протянул руку.
   - Думал, ты просто так говорил...
   В общем, мы поспешили отдать ему бутылку, тем более он единственный, кто умел с ней обращаться, как следует. И пробка вскоре полетела куда ей положено – в потолок, а не в лоб соседу. Правда, один курьезный случай все же произошел, который больше рассмешил всех нас, нежели опечалил. Дело в том, что пришли абсолютно все ребята: помимо меня был Башка, Ларивошка, Игорь Андреев, Медведь, Медвежонок, Шмонин, Сергей Брусникин, Амир Киреев, Ванька Иванчук. И Серый – наш хозяин. Бокалов, конечно, хватило на всех, а вот шампанского оказалось мало для такого наплыва гостей. Здесь еще следует отметить, что разливал пойло сам Ларивошка, кто бы сомневался! Естественно, себя любимого он никак не обидел, дождался, пока испарится пена, и подлил еще. Короче, бокал Шмонина оказался последним, соответственно, он практически ничего не получил, разве что только пену. Подняв свой бокал, он скорчил такую уморительную мину, что мы за столом чуть не умерли со смеху. Балбес погрозил счастливому Димке бокалом и пообещал, что никогда не будет пить. А Ларивошке он припомнит сегодняшнее событие и отплатит с процентами.
   - Чтоб тебе всегда пустые бутылки снились! – огрызнулся он в конце.
   Но мы быстро их помирили. Потом, после обильной трапезы переключились на разговоры. Тема Козлова особо не поднималась. Ведь новостей не было, кроме вчерашней неудачи командира наших противников. Зато девчонок обсудили со всеми косточками.
   - Наташку Кирееву жалко, - протянул Игорь Андреев.
   Сидевший рядом с ним Ларивошка поперхнулся лимонадом. Он еще не забыл вчерашний камень, который «выбил» из него дух. И решил, что его приятель свихнулся.
   - Нет, правда, жалко! – стоял на своем Андреев. - Не с теми подругами она связалась.
   Сережа кивком головы согласился с ним и переключил свое внимание на меня. Я слегка покраснел и, отвечая на этот красноречивый взгляд, проговорил:
   - Соглашусь. Она – единственная из всех девчонок, которая... ну, которой бы я... ЦВЕТЫ ПОДАРИЛ!
   Ларивошка издал булькающий звук. Кажется, по его мнению, еще одним сумасшедшим за этим столом стало больше. Парни с удивлением посмотрели на меня. Я продолжил мысль:
   - Во всяком случае, Киреева никогда не притворялась. Она – сама по себе. Вольная птица. Я убежден, вчера она по доброй воле согласилась задержать нас, стоя на бочке под лучами солнца. Наташка – своего рода «топор» «Женсовета» – его могучая карающая десница. Таньке и остальным просто повезло, что в их компании есть такая девочка. А они это не ценят. Также, как... Козлов не умеет ценить своих дружков. 
   - Ты в нее не влюбился часом? – ехидно поинтересовался Медведь.
   - Нет.  Но с удовольствием подружился бы с ней. И даже – пострелял из рогатки. Только по бутылкам, а не друг в друга...
   Вот примерно такие речи шли у нас за столом. Сережа со своей стороны поддерживал любую беседу, при этом будто ненамеренно уводя ее в сторону всякий раз, если речь заходила непосредственно о нем самом. Ну, это у него вообще старый трюк. Только меня не проведешь! И, зная это, он старался не встречаться со мной взглядами – до поры до времени. И мы оба знали, что главное останется позади.   Когда... все друзья разойдутся.
   А это неминуемо произошло ближе к вечеру. Невозможно ведь три часа кряду сидеть за столом и закусывать. Мне показалось, наш приятель Штанга увеличился в размерах раза в полтора. А когда он поднимался, ножки у стула подозрительно вклеились в пол. Как не сломались, бог ведает. Будь на его месте наш другой друг Толста Власка, финал очевиден...
   В общем, настал торжественный миг, когда за последним другом закрылась дверь. И мы остались с Серегой один на один. О, как долго я ждал этого момента, который Серый беззастенчиво откладывал!
   Он еще пытался разыграть классическую комедию, продолжая начатый разговор с друзьями, но я безжалостно оборвал его с самого начала:
   - Хватит, Серега! Отбегался...
   Серый скорчил мину, и с самым сокрушенным видом посмотрел на меня. И притворно вздохнул. Я указал ему на стол, точнее, что от него осталось в смысле еды.
   - Как вечеринка? Удалась? Благо, они не поняли, что праздновали... твой очередной отъезд!!!
   Сережа вскинул брови.
   - Каждый год у тебя одно и то же. Я уже привык, потому... – я шутливо погрозил ему пальцем, - …ты и придумал всю эту канитель... 
   - А что мне оставалось делать?! – Серый развел руки в стороны. - Я не люблю потерь, ты это знаешь. Но всегда так получается, что в очередной раз... «потеряться» приходится мне. Да, все верно! Снова август – у родителей отпуск. Билеты куплены. Курорт ждет всех нас! Я уж и не знаю, где. Снова Анапа, или теперь Ялта, Крым, или Симферополь. Мало ли куда судьба занесет!
   Он нахмурился, сел на диван, усадил меня рядом и порывисто заговорил:
   - Саня, прошу тебя, не выдавай меня на этот раз. Я намеренно позвал ребят сегодня, чтобы не прощаться... завтра. У меня сердце кровью обливается. Ты ведь помнишь, что было год назад? Я все лето проторчал в больнице!!! И свято верил в то, что хоть один раз проведу дома полностью стопроцентное лето! Ты не представляешь, как я умолял родителей позволить мне в этот раз остаться тут, с вами. Я бы смог один прожить месяц, мне ведь почти четырнадцать лет! Ведь я знаю, что ждет вас всех. Получается, это я предаю вас, улетая в момент серьезных баталий и схваток. Будет война! Настоящая! Мы все лето только тем и занимаемся, что следим друг за другом, воюя с тенями. Но в августе все тени раскроются, и атаки посыплются, как из рога изобилия, я тебя уверяю! У Козлова просто нет другого выхода. Только наступать, чтобы вновь заработать престиж у своих наемников. Особенно сейчас, когда у него война на двух направлениях.
   - Почему на двух? – не понял я.
   - А девчонки?! Думаешь, Орлова простит ему вчерашнюю неудачу? Их обоюдная вражда ко мне не сработала, и за полгода они так и не смогли наладить отношения и действовать заодно. «Женсовет» практически рассыпался, каюсь, не без моего участия. Собственно, я потому и спешил с ними разделаться, чтобы без меня в августе у вас был только один враг – Козлов. У девчонок сейчас свои внутренние проблемы, как я уже говорил. Там борьба за власть, лишение Орловой командирского звания. Насчет Киреевой ты хорошо сказал, Саня, и я подписываюсь под каждым словом. Не удивлюсь, если она досрочно покинет расположение «Женсовета» и найдет себе другую, подходящую ей компанию. Ей у нас бы хорошо было! С ее бойцовскими качествами и любви к рогатке. К тому же, маленький брат ее, Амирка, с нами ходит. Вот только к нам она ни за что не пойдет. Из-за других девчонок, что воюют с нами. Ведь она дала слово Орловой. А Наташка верна своему слову, в отличие от того же Козлова, который предает всех и каждого. Танька действует в том же русле. Потому я не удивляюсь, отчего внутри их коллектива большие раздоры, что нам только на пользу.
   В общем, Саня, с девчонками проблем возникнуть не должно. Ваша первоочередная цель – Козлов. Вот тот пойдет в атаку. Потому будьте к этому готовы. За двором его не следить ни в коем случае! Туда теперь мышь не проскользнет.
   - А девчонка? – спросил я. - Ну, та, которая... Хорина, или как ее зовут в действительности? Чью квартиру мы заприметили, а потом ее саму сфотографировали?
   - А-а, Хорина! Сейчас она залегла на дно, думаю, надолго там и останется. Если, конечно, это она и есть, в чем мы еще не уверены. Если честно, Саня, изображение на фото совсем не подходит к так называемому Шпиону с большой буквы. Уж больно проста. Тем не менее, ее оберегают с двух сторон. С одной – Козлов, а Катя Кондрашова – с другой. Я даже допускаю, что весь остальной «Женсовет» не имеет отношения к Хориной. Так я думал весной, так считаю и теперь. Но ты видел вчера, как реагировала Орлова на ее имя? Она так и затряслась. Она не думала, что мы знаем о ней и как ее зовут. Значит, Хорина – ее настоящая фамилия! И вычислить ее – дело времени. Но... не теперь. Оставьте ее в покое. За квартирой тоже не стоит следить. Не тратьте время. У вас сейчас – Костя Козлов.
   Сережа говорил долго, оставляя мне комплекс советов на благо нашей борьбы с внешними врагами. А я внимательно слушал, сознавая, насколько это важно, особенно     – без нашего мыслителя и вожака.
   - Разумеется, Саня, ты и только ты – теперь главный в нашем стане. На словах, конечно. У нас ведь нет командиров, все на равном положении. Но ребята потянуться к тебе. Конечно, враги будут об этом знать и предпримут шаги для того, чтобы мешать вам устраивать сходки, возможны провокации. Поэтому тебе стоит применить испытанную тактику, Саня. Просто из хитрости. Объяви на весь двор, что главный теперь – Башка! Пусть он, якобы, будет вами руководить. И все главные собрания устраивайте у него дома. Будет «хвост» за вами, и все сойдет за правду.
Когда тема борьбы с Козловым была исчерпана, мы попрощались. Серый предупредил, что летит он завтра ночью, потому сутки у нас еще будут. И мы обязательно встретимся.
   При этом он снова и снова взял с меня клятву – не говорить друзьям о его отъезде до самого... отъезда. Я кивнул, и мы расстались.

      Глава 19.
  НАПАДЕНИЕ НА ШМОНИНА

   День выдался пасмурный. Было облачно, капал мелкий противный дождик. На улицу выходить не хотелось. К тому же, я мысленно ждал известий от Сереги. Он ведь обещал, что мы обязательно с ним увидимся. 
   По всей вероятности, только во второй половине дня. Он ведь сказал, что уезжает в аэропорт ночью. Значит, сейчас он спит. Ладно, пусть отдыхает. Ему силы понадобятся. А я просто посижу дома и приму предложение погулять от первого, кто ко мне дозвонится.
   Этим первым оказался Серега Шмонин. После обеда он в очень оживленном виде (по обыкновению) посетил меня и предложил прогуляться. Я согласился, так как делать все равно нечего.
   - Чем ты сегодня занимался? – спросил я Балбеса, тщетно пытаясь выбросить из головы улетающего Серегу.
   - Я? Так, отдыхал. Погулял малость. Ну, слегка пошалил. Впрочем, - здесь Шмонин встряхнулся и заговорщически посмотрел на меня, - об этом я уж расскажу как-нибудь в другой раз, когда мы все соберемся у Сереги. Чтобы доставить удовольствие окружающим.
   «Долго же тебе придется ждать!» - подумал я, с сомнением глядя на него. Но он ведь не знает насчет отъезда Сереги. Хотелось сказать ему, но – Серый запретил.
   Мы шли по направлению ко двору Шмонина. Он всячески пытался уговорить меня посетить его дом, чтобы показать нечто интересное. Ладно, поглядим.
   До дома оставались считанные метры. Вон и подъезд его рядом. Только судьбе было угодно нам помешать. Не успели мы опомниться, как вдруг сзади раздались чьи-то резкие торопливые шаги. Я не успел даже оглянуться.
   На нас накатили сзади, человека четыре, не меньше. Не успев толком понять, что происходит, я мгновенно получил удар в грудь и вылетел из живого клубка, что обвился змеей вокруг нас и покрыл под собой бедолагу Шмонина.
   Очнувшись на земле, я узнал среди напавших Женьку Рютина, который с перекошенной от ярости физиономией скакал вокруг клубка, пытаясь достать кулаком сопротивляющегося Шмонина, и крича во все горло:
   - Взять его! Взять его!!!
   Я вскочил на ноги, не обращая внимания на одежду, которой изрядно досталось, и поспешил на помощь товарищу. Однако сделать это мне не удалось. Из клубка тут же показался чей-то мощный кулак, и я снова оказался не у дел. Правда, меня никто не бил, чему я искренне удивился. Было такое ощущение, что меня просто отталкивали в сторону, дабы я им не мешал. Главной целью был все-таки Шмонин. И Рютин.
   Тут сзади меня что-то просвистело. Я уклонился, и тут же узнал пятого нападавшего. Это был «Предостережение» собственной персоной. Ну сейчас он меня запинает!
   Что они все, белены объелись сегодня?! Не успел я скакануть поближе к Шмонину, как Колька обхватил меня своими мощными руками и... опять оттащил от кучи малы!  И, заметьте, ни одного удара в мою сторону!!! А когда я пытался преодолеть эту гору туши и мышц, он хладнокровно сдерживал меня, не давая приблизиться к толпе дерущихся.
   Между тем Рютин все пытался добраться до Шмонина и орал во всю глотку:
   - Дайте мне его!!! Волоките сюда. Я его сейчас придушу!!!
   - Что там происходит? – окончательно без понятия крикнул я, все еще в ступоре от того, что меня никто и не собирается бить.
   - Ничего особенного, - как бы нехотя отозвался «Предостережение», который даже и не пытался что-то мне сделать. - Сегодня его очередь. Тебя трогать не велено... Вообще, отойди, Саня, мы тут сами справимся...
   И он сделал шаг по направлению к группе захватчиков, которые сумели-таки повалить одного Шмонина, хоть он, как я заметил, успел парочку типов увлечь за собой на землю и даже умудрился дать кому-то ботинком по роже.
   Но тут веское слово сказал я. Оставшись без охранника, поскольку Страховский сам полез в драку, я быстро огляделся по сторонам в поисках подходящего оружия, ибо у меня только рогатка болталась за спиной в штанах. Но сейчас она бесполезна.  И мне повезло – я увидел палку, валяющуюся у подъезда. Схватив ее, я обернулся и увидел, что Шмонина, скрутив руки, пытаются отвести в сторону, туда, где поменьше свидетелей. При этом Рютин продолжает что-то кричать ему в самое ухо и угрожающе сотрясать кулаками.
   Мне ничего другого не оставалось, как мысленно перекреститься и... помчаться на всю эту ораву. Так я и поступил. Закричав что-то несуразное, бросился вперед, размахивая палкой. И врезался в самую середину группы.
   Послышались крики, и от моего толчка почти все участники своры оказались на асфальте. Благо, «Предостережение» возглавлял группу, и почти все человеческое стадо (а иначе я не могу их обозвать, уж простите!) навалилось на него и чуть не раздавило. А сам Шмонин, изрядно поколоченный, но не потерявший и здесь чувство юмора, как раз находился на самом верху. В общем, мне удалось мигом освободить его, после чего мы бросились наутек от негостеприимного собственного двора Балбеса.
   Шмонин успел дать пинка подвернувшемуся Женьке, который волею судьбы стоял на четвереньках в соответственной как раз для этого момента позе, потом я уже ничего не замечал, поскольку мы неслись, как бешеные курицы.
Очнулись только около нашего дома.
- Бежим ко мне! – предложил я, задыхаясь от усталости.
   Шмонин был не в силах протестовать, хотя я видел, что он пытался прошмыгнуть в Серегин подъезд. Ну уж нет! Сейчас Сереге только этого не хватало, чтобы напоследок его мучили сообщениями о внезапном нападении Рютина. И я перехватил его намерение, и почти силком увел к себе.
   - А теперь рассказывай! – бросил я, кидая бедолагу на диван. - Что у вас там произошло? И почему Рютин так орал, наскакивая на тебя, будто ты у него деньги занял, и год не отдаешь!
   Шмонин отряхнулся. Я принес ему по обыкновению стакан воды, чтобы потом не тратить на это время. После чего Балбес начал говорить:
   - Ну, я ведь уже признался тебе, что утром малость пошалил...
   - А-а, - вспомнил я, - так это имеет отношение к Рютину?
   - Самое прямое! Скажу честно, у него есть основание... напасть на меня. Ну, в отместку за то, что я с ним сделал утром.
   - А что ты ему сделал? – полюбопытствовал я.
   - Я же говорю – пошалил немного! Он, правда, обиделся и... Не думал, что ему понадобится так мало времени для организации покушения. Спасибо, что был рядом, Саня!
   - Ты не отвлекайся, а рассказывай! – поторопил я его, сгорая от любопытства.
   - Утром мне делать было нечего, - начал Шмонин. - Проснулся ни свет, ни заря, стал ходить по комнате. Перевернул этажерку, ну... Короче, перебудил весь дом! А чтобы я им не мешал, меня отправили... прогуляться. И я ушел на улицу. Во дворе никого, рано ведь! Пойду, думаю, окунусь с утра в речку! Голова свежее будет, ведь такая жара стоит! Даже дождь ей не помеха! Пошел к протоке, ну, к тому месту, где Ларивошка рыбу удить любит. Ты прекрасно знаешь, где это, поскольку именно там Козлов сманивал Башку год назад.
   Дошел я до обрыва и хотел уже прыгнуть, как вдруг увидел Рютина и... застыл чуть ли не в воздухе. Как не скатился с обрыва вниз им под ноги, не знаю! Женька был не один. Возле него расположился кто-то из их сообщников по бригаде Козлова, он с удочкой стоял. А Рютин дурачился, потягиваясь, на том возвышении, что торчит около воды. Мне показалось, что они вдвоем провели возле реки всю ночь. Костер горел у них, рыба плавала в ведре. В общем, настоящий пикник! Вот только я нарушил их уединение. Сам не знаю, почему, но я просто сгорал от нетерпения чем-то им насолить! Нет, чтобы отойти подальше и выбрать другое место для купания!
   - В общем, о купании больше речь не шла, - улыбнулся я, кивая мыслям Шмонина, полагая, что любой на его месте сделал бы то же самое. - Ну, продолжай. Становится интересно!
   - Еще бы! Глядя на беззаботного, ни о чем не подозревающего Рютина, я вдруг вспомнил, сколько раз они вот так запросто нападали на нас! А сколько издевательств было послано с гадкими записками. Эти камни, летящие в спину из-за угла, рожи, что они корчат нам вслед. Я не мог так просто пройти мимо, не устроив каверзы! Раз уж я случайно оказался на месте действия...
   Мне попалась на глаза широкая доска. Очевидно, ее положили недалеко от воды с целью будущего пополнения запасов «горючего» для костра. Но я нашел ей другое применение. Взял ее и, держа на весу, побежал в сторону Рютина, тогда как его напарник усердно вылавливал что-то из воды. Песок под ногами заглушал шаги, и Женька до самого конца не видел надвигающуюся опасность. В последний момент только он повернул голову, но я уже был рядом. Представь только, какой ужас он пережил, когда его внезапно и резко толкнули в грудь доской и снесли в воду! –    Шмонин захохотал.
   - Понятно теперь, почему Рютин тебя искал, - промямлил я, трясясь со смеху. - Значит, он искупался вместо тебя? И как это выглядело?
   - Замечательно! Ты бы видел! Он свалился в воду, как старый мешок, набитый гнилой картошкой. Жалко только, что второго я не успел зацепить, он чуть в стороне стоял. Зато его рыбу я вернул в родные пенаты, пнув ведро от души следом за Рютиным, ха-ха-ха! Он так и застыл со своей удочкой и челюсть у него отвисла. И не сделал ни малейшего движения, чтобы погнаться за мной, не то, что помешать.
   - К счастью для тебя. Слишком неожиданной выглядела атака, - кивнул я.
   Шмонин снова затрясся от смеха.
   - Само собой разумеется, Рютин узнал меня. И, кувыркаясь вниз, орал:
   «Я найду тебя, Шмонин! Найду!!!»
   - Кроме того, он не умеет плавать, - вспомнил я.
   И напрасно я это сказал. У бедного Шмонина еще не прошли спазмы в животе от предыдущего смеха, и он снова расхохотался, в отчаянии тряся головой, ибо остановиться не мог. И едва не лопнул от смеха! Я последовал его примеру. Надо признаться, эта история как никогда смогла заставить меня позабыть про Серегин отлет.
   - Так он действительно чуть не утонул! – захлебываясь от нехватки воздуха, прокричал Балбес.
   И снова стены сотряслись от могучего ржанья.

      Глава 20.
    ОТЪЕЗД ДРУГА

   Вечером Сережа позвонил. Предупредил, чтобы я ждал его на балконе около полуночи. Машина за ним с семьей приедет в районе часа ночи. И он легко увидит ее с моего балкона. Там мы и попрощаемся, и проведем час вместе. В общем, в легкой такой романтической обстановке. Попросил накрыть столик прямо на балконе среди ночного воздуха. Насчет лимонада он позаботится сам.
   - Старый ты негодяй! – поддел я его дружески, и мы распрощались до ночи.
   В тот день и вечер меня никто из друзей не беспокоил. История, рассказанная Шмониным, наделала много шума. Он рассказал ее еще раз, теперь уже Медведю, а маленький Ромка горячо обрадовался победе Балбеса. И раструбил по всему двору. Он так при этом орал, что я сам слышал его пронзительный свистящий голос. Не удивлюсь, если и Серый прекрасно знает эту историю не хуже ее автора.
   Вечером я приготовил «пикник» на балконе. Постелил старый толстый матрас, чтобы не продуло спину, ибо даже летом ночью бывает прохладно. Тем более, после утреннего дождя было влажно. Кое-что из закуски я положил на табурет. На балконе была еще скамейка, так что посидеть будет где. Сам завел будильник на половину двенадцатого, и завалился спать у себя в комнате. Летом я практически жил один, потому не боялся никого разбудить. Родители отдыхали в деревне. А я, получается, сторожил квартиру. 
   Я не заметил, как уснул. Разбудил меня тревожный возглас будильника. Я вскочил, испугавшись, что прошляпил своего друга. Ринулся на балкон, огляделся. Во дворе никого не было. Ни звука. Все погрузилось в сон, хотя полночь еще не наступила.
   Я прилег на матрас, положив в рот пряник. А неплохо провести ночь на балконе! Воздух не такой горячий, как днем, уже во всю темно! В Якутске почти нет белых ночей, они только первый месяц радуют глаз, к середине июля становится темно. Я засмотрелся на темное небо, и опять не заметил, как погрузился в легкую такую дрему. Это был не глубокий сон, а именно дрема, поскольку я слышал каждый шорох, раздававшийся подо мной. Что-то даже угрожающе заскрипело, словно кто-то... лезет ко мне на балкон!
   Я вскочил на ноги. Так и есть! Некто поставил лестницу снизу и теперь лезет наверх. Интересно, вор это, или...
   Я сбросил с себя остаток сна и тихонько рассмеялся. Вот прохвост! Приключение ему подавай напоследок! Ведь знает прекрасно, что дома никого нет, а все-таки лезет по лестнице. Вот показалась его рука, зацепившаяся за стойку. Затем и весь он, подтянувшись, ибо лестница не доставала до нужного уровня, появился предо мной.
   - Отойди в сторону, Саня! – попросил он. - Я к тебе лезу!
   Послышалась возня, и он действительно перелетел буквально через ограждение и очутился у меня под ногами.
   - А я так надеялся, что ты упадешь, свернешь шею и – останешься с нами! – пошутил я, помогая ему встать.
   - Тихо! – прошептал он, приложив палец к губам. - Вокруг люди спят, что ты орешь?
   Я пожал плечами. Сережа сел на скамейку и вытащил из пакета, что висел у него на руке, бутылку лимонада.
   - Попируем напоследок, - сказал он, с чувством пожимая мне руку. - Воздух-то какой! Не скажешь даже, что мы сидим на балконе, а не на лоне природы. Бедный Рютин...
   - А-а, так ты уже все знаешь? – вырвалось у меня.
   - Конечно. Медвежонок раззвонил эту историю на всю округу. Даже я слышал, когда собирал чемодан.
   - Кстати, а где твои вещи?
   - Уже там, в аэропорту. В камере хранения. За нами только машина приедет. Родители выйдут, и я спущусь к ним.
   - Кстати, - вспомнил я, - где ты достал лестницу? И вообще, зачем она тебе? Мог зайти и обычным способом.
   - Так смешнее, - Сережа озорно усмехнулся. - А лестницу я... позаимствовал на кочегарке, где же еще? Я еще вчера видел, где она там валяется. А завтра, ну, то есть, уже сегодня, ты отнесешь ее обратно. Я ее уроню под твоим балконом...
   - Спасибо! Только этого мне не хватало. Еще какой-нибудь вор залезет ко мне на балкон во вторую половину ночи, - проворчал я. - Знаешь, дурной пример заразителен... 
   Серый посмотрел на часы. Они у него с подсветкой, так что можно было обойтись без фонаря. Я, кстати, освещение с собой не взял. Впрочем, нам уютно и в темноте.
   - У нас меньше часа, - напомнил он, протягивая мне бутылку крем-соды, крышку которой он легко за секунду отодрал о балконные перила. - Времени больше, чем достаточно. Обсудим напоследок все дела, связанные с обороной двора. А потом распрощаемся, сказав друг другу «до свидания. Даст бог, встретимся»
   - А что, можем не встретиться? – едко пошутил я.
   Серый вдруг дернулся и застыл. Казалось, передо мной робот, у которого внезапно отключилась программа. Но быстро встряхнулся и улыбнулся своей дьявольской улыбкой.
   - Всякое в жизни случается, Саня! – проговорил он.
   Потом зачем-то мрачно так пошутил:
   - В конце концов, меня может и автомобиль переехать!
   - Пожалуй, тебя он просто объедет, - улыбнулся я, чтобы положить конец начатой теме. - Ты ведь всегда сухим выходишь из воды.
   Но здесь, кажется, я снова перегнул палку, и ляпнул что-то совсем не то, что хотел сказать. Сережа, который начал было хихикать, услышал мои последние слова. И недоумевающим взглядом посмотрел на меня. Даже в темноте я увидел, как блеснули его глаза.
   - Объясни свои слова, Саня, - попросил он. - Как это я... сухим из воды выхожу?
   - Не обижайся, - примирительным тоном произнес я, кладя руку ему на плечо.    Действительно, не хватало нам дуться друг на друга перед самым отъездом. - Я не имел в виду ничего худого. Просто... просто тебе иногда здорово везет! Не знаю, отчего так происходит. Или ты профессионал в плане приключений, как говоришь нам, они тебя находят сами, независимо от твоего желания. Или же у тебя есть ангел-хранитель, что оберегает тебя... от тебя же самого. Вот мне бы такого!
   - Ну, у каждого есть свой ангел-хранитель, - ободрил меня Серый.
   - Ну, я бы не возражал, чтобы он малость подучился у твоего... хотя бы везению! – чистосердечно воскликнул я.
   Серый внимательно посмотрел на меня, и не сразу нашелся, что сказать.
   - В том, что ты сейчас говорил, есть доля истины, - признал он, - но я сам не понимаю, как такое происходит. Я действую так же, как вы все, и не договариваюсь со своим ангелом-хранителем у вас за спиной.
   - И все же происходят порой странные вещи, - наседал я. - Возьми наши схватки с Козловым. Да, я знаю, ты не щадишь себя, порой и у тебя появляются синяки на руках. Но внешне это совсем не видно! Тогда как все мы, я, Медведь, Ларивошка там, то и дело получаем по башке, нам калечат руки-ноги, челюсть отпадает в сторону. Почему с тобой такого не происходит?!
   - Ну, здесь я не могу ответить, - признался Сережа, и глаза его снова счастливо заблестели. - Но есть один способ проверить. Ты вот что, Саня, пока оставь эти мысли до моего возвращения. Я уверен, что к осени у нас еще будут бои и сражения с Козловым. И когда схватка дойдет до своего апогея, то ты, Саня, подкрадись ко мне сзади так, чтобы я этого не заметил. И... огрей со всей мочи палкой по голове! Посмотрим тогда, что на это скажет мой ангел-хранитель!.. 
   И он рассмеялся. Я ответил тем же. Кажется, наш спор по столь ничтожному поводу несколько затянулся, а ведь время катастрофически быстро уходило. Мы и не заметили за разговорами, как пролетел час.
   И вот внезапно послышался гул мотора. Подошла машина и остановилась у подъезда Сереги.
   - Это за мной, - сказал он, поднимаясь с места. - Все, Саня. Встретимся через месяц.
   Он резко, стараясь сохранить хладнокровие, перелез через перила балкона и очутился на лестнице. Я едва успел пожать ему руку. Но ничего не сказал, поскольку он сделал знак, чтобы я молчал. И я понимал его, как никогда. Серый... не любил прощаться. Особенно теперь, когда он чувствовал, что уезжает не по своей воле. Ему хотелось остаться, чтобы продолжить увлекательную борьбу с Козловым. И даже не ради победы, ведь она ему совсем не нужна! Он шел на это только из любви к приключениям! И как не хотелось ему огорчать всех нас своим внезапным отъездом. И сейчас, спускаясь по лестнице, он сильно боялся этой минуты расставания, потому только сжал мою руку напоследок. Спустился вниз, убрал лестницу, положил ее, как и обещал, у меня под балконом. Его родители уже стояли на крыльце подъезда, я слышал их тихий разговор. Они ждали Серегу.
   Но просто так уйти он не мог. Сделав шаг, он вдруг повернулся ко мне. И я, несмотря на темноту, увидел (или мне только показалось!) эту его вечно озорную, приятную улыбку.
   - Пока... – сказал он, приложив палец к губам.
   И я тоже ответил ему тихим голосом:
   - Пока...
   Через минуту машина отъехала, а вместе с ней – и наш друг. Август месяц мы проведем без него и без его советов. И – без того везения, о котором я так поверхностно судил еще десять минут назад. 
   Я не сразу вернулся в дом. Постоял еще какое-то время под легким летним ночным ветерком. Думал уже не о Сереге, а о проблемах насущных. Например, о том, чтобы не забыть вернуть лестницу обратно на кочегарку.
   Утром следующего дня я, не теряя времени, собрал у себя дома «военный совет». И когда все подошли, рассказал им последние новости, не упуская ни одной подробности.
   Единственным человеком, который изначально рассекретил Серегу, был Башка. Он не хуже меня знал его характер и чудачества, потому не особо удивился. А вот все остальные ничего не подозревающие ребята в полном молчании глазели на меня...


                конец 9-го тома