Эсзэчевэ...

    Когда человек говорит, что его не волнуют способы захвата чужого внимания, то он или не сочинитель, или он вас обманывает. Сочинителя литературно-художественных текстов не могут не волновать способы захвата читательского внимания. А читатели бывают не менее чем трёх видов.

      Одни читатели имеют внимание, которое не получается захватить даже простыми представлениями сложных вещей и сложных явлений, потому что этих читателей ничто сложное не интересует.

     Другие читатели очень любят разбираться в сложных вещах и сложных явлениях, но с помощью именно сложных представлений. Или описа'ний. Данные люди очень любят "ломать" свою голову. И чем сложнее у какого-то автора его представления о сложных вещах или о сложных явлениях, тем привлекательнее для таких читателей его тексты.


      Третий вид читателей - это те, которые не против знакомиться со сложными вещами и сложными явлениями, но с помощью их простых описа'ний. С помощью простых представлений о них, которые осуществили авторы литературно-художественных текстов.

     Те читатели, которые не любят обращать внимание на сложные вещи и сложные явления, терпеть не могут копаться в сложных авторских представлениях о них - это очень лёгкие люди.

     Любители захватов своего внимания сложными вещами и явлениями и собственных  копаний в сложных авторских представлениях о них - это очень тяжёлые люди. Поэтому многие авторы-сочинители, не имеющие в себе желания создавать сложные представления о сложных вещах и явлениях, очень заинтересованы в освоении способов захвата внимания тех читателей и читательниц, которые не против обращать своё внимание на сложные вещи и явления, если те в текстах авторов-сочинителей достаточно просто, для их, читателей,  понимания, представлены.

     Таким образом, авторам, которые хотят иметь дело с тяжёлыми людьми, нужно овладеть таким способом захвата чужого внимания, как создание сложных представлений о сложных вещах и о сложных явлениях.

     Авторы-сочинители, имеющие дело с лёгкими людьми, вынуждаются  жизнью осваивать и применять такой способ захвата чужого влияния, как привлекательный (привлекательная) герой (героиня), быстро меняющийся (меняющаяся) в быстро  сменяющих друг друга обстоятельствах или событиях.

     Те сочинители, которые хотят иметь дело с читательницами и читателями, которые готовы отдавать своё внимание сложным вещам и сложным явлениям, но только в том случае, если представления о них, предлагаемые авторами, являются довольно простыми для понимания, обращают своё авторское внимание на стихи.

      Многие авторы-сочинители готовы из прозаиков превращаться, если не в настоящих поэтов, то хотя бы в стихотворцев, потому что не знают о двух обязательных требованиях к стихам:  они, стихи, должны приносить слушателям и читателям удовольствие, а иногда и наслаждение, и быть запоминающимися.

      Да, к стихам, в отличие от прозы, предъявляются только два требования: должны приносить удовольствие (а великие стихи - наслаждение) и запоминаться, но часто прозаики, желающие превратиться в стихотворцев, не учитывают, что лёгкие стихи должны больше предоставлять удовольствие, чем запоминаться, а заставляющие задуматься, серьёзные стихи должны больше запоминаться, чем предоставлять удовольствие.

     И тут, парадоксальным образом, возникает побочный положительный итог:  лёгкие, предоставляющие слушателям-читателям удовольствие, стихи ещё и запоминаются хорошо.

     Но те серьёзные стихи, в которых запоминаются не строчки, а значения слов, всё равно остаются стихами. Те стихи, в которых хорошо запоминаются значения слов, а не строчки, часто называют гражданственнной лирикой или гражданственным романтизмом. И А.С. Пушкин является великим поэтом, потому что в его гражданственной лирике и его гражданственном романтизме запоминаются не только значения слов, но и поэтические строчки.

       Нужно ли тем стихотворцам, от чтения текстов которых слушатели и читатели получают удовольствие и значения слов которых они запоминают, долго и нудно изучать, например, стихотворные размеры? Нет, наверное. 

     Но тому прозаику, у которого никак не получается предоставлять своими стихами удовольствие слушателям и читателям, лучше вернуться в сочинительство прозы и постараться освоить такой способ захвата чужого внимания, как создание простых описа'ний, представлений сложных вещей и сложных явлений.

     P.S. Автор данного текста не может не сообщить читательницам и читателям то, что в нём, в тексте,  отражено мнение об Эсзэчевэ, о "Способах захвата чужого внимания", только жителей города Большереченска, а этот город, - вымышленный, поэтому автор ни на чём настаивать не может, но, если что-то в этом тексте захватит внимание хотя бы немногих читателей и читательниц, автор этому будет рад. Автор также надеется на то, что читательницам и читателям понятно, почему автор разместил данный текст именно в разделе литературоведения.