Друзья. Том 10

                Том десятый:
                АВГУСТОВСКИЕ ДНИ



     Глава 1.
  БРУСНИКИН ВЕДЕТ РАССЛЕДОВАНИЕ

   Итак, Серый улетел. Из этого следовало, что август месяц мы будем жить без него. И уже от нас самих зависит расклад в нескончаемой войне против Кости Козлова – войне, которую он нам навязал еще год назад.
   Легко сказать – возьми оборону в свои руки! Как просто и банально! Но на деле вышло так, что к такому грузу ответственности я оказался не готов. И пусть на словах «вожаком» наших интересов встал Макс Башков, все ребята знали, кто на самом деле отвечает за сохранность потенциального «мира» во дворе. Но я не знал, как действовать правильно, к тому же, с соседнего двора приходили отнюдь не радостные новости.
   Здесь следует отметить, что Серый явно ошибся, посчитав, что мы в полной безопасности от действий «Женсовета». По крайней мере, складывать оружие девчонки не намерены.
   Они выступили немедленно, узнав, что Серый покинул город. И устроили шумную веселую вечеринку прямо во дворе Кости Козлова. Будь их воля, они бы граммофон притащили! Носились по двору в сопровождении парней Козлова и ликовали, кружась в дьявольских танцах. Сам Козлов и его верный помощник Рютин тоже присутствовали и возглавляли весь этот балаган. Шуму было на всю округу!
   - Вот дьявол... – прошептал Медведь.
   Мы сидели с ним на чердаке нашего дома, откуда все прекрасно видно, и наблюдали за врагами сквозь щели в шифере. Мы не боялись быть обнаруженными, поскольку там, в чужом дворе, где праздновали исчезновение Сереги, явно не до нас. Время от времени Яковцев передавал мне бинокль, и мы старались не упускать со стороны празднование наших противников.
   - Кажется, у Козлова новое пополнение, - с тревогой заметил я, отдавая Медведю бинокль.
   - Вряд ли. Ну, человека два-три, может, и есть, - согласился он. - Просто остальные вышли из «отпуска». И присоединились к Козлову. Кстати, ты знаешь, кого я там разглядел среди них? ФУТЛЯРА!!!
   - Кого? – подпрыгнул я. - Он же ушел от него еще весной. И ссора была большая...
   - Ну, Козлов его уговорил. После того, как они раскрыли Штангу, шпионов больше не опасаются.
   - Значит, Футляр вернулся. - Я покачал головой в мстительной ухмылке. - Тем хуже для него. Я ведь еще не натянул ему футляр на нос!
   Находившийся сзади меня маленький Медвежонок растянулся на земле, хохоча во все горло. И напрасно старший брат шикал на него, чтобы он заткнулся.
   - Меня больше интересуют девчонки, - сказал Медведь, вглядываясь в бинокль. - Вот где точно новые лица. Постараюсь помочь нашему другу Брусникину, который формально ими занимается, и ведет собственное расследование.
   - Странно, почему не Шмонин... Это ведь его стихия – девчонки.
   - Только не летом, - усмехнулся Медведь, видимо, хорошо осведомленный. - Ладно, в школе он может подкатить к «юбке», когда списать нужно. Там он действительно, словно рыба в воде. А вот летом ему нечем крыть, и вся его простодушная болтовня кажется идиотской. Здесь Балбес совершенно бесполезен. И он передал свои полномочия спокойному и умному Арбузу.
   - Ясно. Ну, удачи Брусникину!
   - Дел у него прибавится, - рассуждал Медведь. - Гляди только, сколько новых лиц! Замучаешься вычислять противниц.
   Мы продолжали следить за двором Козлова. И установили, что там не все так гладко, как казалось на первый взгляд. Нет-нет, воинственности и вражды по отношению к нам не уменьшилось, скорее, наоборот! Но расклад на шахматной доске, как любил выражаться наш Серый, несколько изменился. Фигуры поменялись.
   В одном Сережа оказался прав. Кажется, Таня Орлова уступила командирское место своей напарнице и «оппозиционерке» Ирке Ким. Поскольку именно она кокетничала с Козловым больше других, он даже пригласил ее на танец. Это он-то, и на танец! Ну, пусть развеется, развлекая коров. На большее он не способен. Под наш с Медведем хохот он отдавил Ким все башмаки. Яковцев чуть бинокль не уронил вниз от смеха.
   Как я заметил, Таня Орлова тоже присутствовала на вечеринке, только держалась несколько особняком. Ее верная подруга Катька Кондрашова по-прежнему находилась возле нее. Остальные девчонки гуляли с парнями Козлова.
   - Так, - протянул Медведь, следя за ними, - Орлову... вижу. Кондрашова, Колосова. Тут ничего нового. Ирка Ким... под ручку с Рютиным. Только что с Козловым была! Кокетка чертова!.. Ага! Вот она! Ой, нет, не та...
   - Кого ты там высматриваешь? – полюбопытствовал Медвежонок, подходя к нам.
   - Ищу кое-кого...
   Медведь обернулся ко мне и покачал головой.
   - Ее нет, Саня...
   - Кого?
   - Ну, той девчонки с фотографии. Ну, кого вы тогда сфотографировали с Брусникиным, летом еще.
   - Ты имеешь в виду... «Хорину»?
   - Ну да! Я подумал, раз у Козлова грандиозная вечеринка с девчонками, то и она должна присутствовать. Но что-то не видно. Хотя, там еще старый дом мешает видеть весь двор, но, похоже, ее нет. 
   «Было бы странно, появись она среди них, - подумал я про себя, поскольку тема Хориной у нас с Серегой на особом положении, и об этом не принято говорить громко. - Серый, безусловно, прав, что Хорина не в ладах с «Женсоветом». Козлов прячет ее от других, как принцессу».
   На этом наше расследование подошло к логическому концу. Мы спустились с чердака и разошлись по домам.
   На другой день после этих событий я собрал у себя друзей, кто был под рукой, и мы поделились нашими наблюдениями. И здесь выяснилось, что наш новый «следователь» по делам девчонок Сережа Брусникин не терял даром времени. Он тоже тайно присутствовал возле двора Кости и вел свое расследование, прячась как раз в районе старого деревянного дома. Потому мы никак сверху не могли его видеть.
   - До сих пор их ор в ушах звенит, - пожаловался он, тряся головой. - Но благодаря шуму за ними было легко наблюдать. Я хотел удостовериться, что взаимоотношения Козлова и «Женсовета» ничуть не изменились с приходом нового командующего состава у девчонок.
   - По всей видимости, от былой ненависти Козлова к Орловой не осталось и следа, - заметил Медведь. - А ведь он обвинил ее в предательстве. Серый постарался!
   - Только малость переиграл, - произнес Башка, поджав губы. - Единственное, чего он добился – скинул Таньку с алтаря. А общая ненависть к нам у Козлова и остальных девчонок никуда не делась. Да и Орлову никто не снимал с поста. Она сама ушла. Пусть, говорит, Ирка Ким, которая так хотела командовать, побудет на ее месте. И я надеюсь, мы успеем показать ей, что пост командира не из приятных!
   - К сожалению, здесь нет хороших новостей, - сказал Брусникин, вынимая свой паспорт, куда он заносил свежие данные. - Как вы все знаете, новая метла по-новому и метет. Формально состав участниц «Женсовета» остался тот же. Но ведь появились и другие девчонки, кого мы совсем не знаем.
   - Здесь как раз ничего нового не случилось, - проговорил молчавший до сих пор Шмонин. - Ведь все это мы уже проходили, когда командиром была Орлова. Мы хорошо знали «костяк» «Женсовета» – так называемую «верхушку». Но других тайных агентов было не меньше. 
   - Так давайте сравним! – предложил Медведь. - Арбуз! Прочитай состав первого «Женсовета»...
   Брусникин перелистал странички своего паспорта, и зачитал:
   - В «Женсовете» весеннего созыва принимали участие: главарь – Таня Орлова; ее сестра Юлька – малявка небольшого ума; затем агенты и союзницы: Ирка Ким, Наташка Киреева, Ирина Тимофеева, Катя Кондрашова (самая таинственная из них, пожалуй), Надя Колосова, Юлька Шамолина. И были еще две, которых я не знаю даже по имени...
   - А я на что?! – обиделся Шмонин – наш эксперт по девчонкам. - Блондинка – Катя Якушенко. В «Женсовет» пришла от нечего делать по совету Кондрашовой. Настоящая суперзвезда по обзыванию. Обматерит не хуже сантехника, хотя по виду – сама невинность. А брюнетка – Ольга Каменская. Эту сам не знаю, просто слышал. Она из подруг Шамолиной...
   Сергей Брусникин немедленно внес все это в свой паспорт, так, для верности. 
   - Вот только сравнивать пока не с чем, - сокрушенно проговорил он, явно волнуясь, что не может похвастаться чем-то более важным. - «Женсовет-2» мало чем отличается от первого состава. Верхушка та же. Только там, похоже, Ирка Ким захватила лидерство, точнее, Танька сама его отдала. Пусть теперь она потеет. И, кстати, я что-то не видел среди «приглашенных» Наташку Кирееву...
   - Мы ее тоже не заметили, - признался Медведь.
   На этом тема девчонок была исчерпана, хотя я и заметил, что Арбузу было что сказать в дополнение. И отметил про себя этот факт.
   - Итак, - заключил Башка, - будем сохранять спокойствие и наблюдать за теми девчонками из «верхушки», которые нам известны. Вы хорошо поработали, ребята. Теперь же надо сконцентрировать все свое внимание на Козлове. Его парни снова собрались вместе, и это не к добру. Серый нас предупреждал. Будем готовиться к битве...
   На этом собрание закончилось. Друзья разошлись. Я остановил Брусникина.
   - Говори, что хотел сказать насчет девчонок...
   Арбуз покраснел и явно поразился моей проницательности.
   - Это насчет Киреевой. При ребятах я не все рассказал, точнее, не всю правду. Я ее... видел, Саня! Вот только... лучше бы... не видел...
   - В каком смысле? – не понял я.
   - Сам в шоке. Понимаешь, Киреевой не было среди других участниц сборища. Все гуляли, пели, плясали. Но только не она! Киреева вела свое наблюдение. Я случайно ее заметил. Она находилась на одном из балконов «голубого» дома, под которым собираются Костя и его люди. Видимо, там у нее знакомые живут. Вот оттуда она и наблюдала за событиями.
   - Наверное, следила за нами, - решил я, - чтобы мы не напали внезапно и не помешали праздновать отъезд Сереги.
   - Я тоже так думал сначала! – Брусникин сверкнул глазами. - Пока не убедился, что это заблуждение. Киреева следила... ЗА НИМИ!!! При этом она явно пряталась, чтобы ее никто не видел, включая и девчонок. Весь вид ее был странный, как говорится, в боевой раскраске. Рогатка под рукой, бинокль. Я видел, как солнце блестело на стеклах. Но это была она, Саня! КИРЕЕВА!
   - Ясно одно – здесь какая-то тайна, - заключил я. - Молодец, что промолчал. Пока не будем ворошить это дело. Надо выяснить до конца, что там у них происходит. Не к добру это, ты правильно говоришь...
   Брусникин попрощался и ушел. А я погрузился в размышление. То, что сообщил Арбуз, было важным. Правда, Серый еще тогда подозревал, что у Наташи Киреевой есть и своя дополнительная мотивация в борьбе с нами. Она не просто так присоединилась к «Женсовету». И пока я подумал, что она слишком близко к сердцу восприняла «отставку» Тани Орловой, которая вчера, как я видел сам, держалась несколько особняком от других девчонок. И на лице ее не было радости. А что, если Киреева осталась ей верной до конца? Потому и пряталась, следя за тем, чтобы никто не обидел ее подругу. Если это случится, мало тому не покажется, это я знаю по опыту...

     Глава 2.
  ПРОНИКНОВЕНИЕ

   Этим же вечером меня снова навестил Шмонин и уговорил провести время на кочегарке в штабе. Ведь после отъезда Сереги мы там еще не были.
   Я согласился на эту прогулку, поскольку дома оставаться больше не мог. Те сведения, которые мы получили днем насчет девчонок, не выходили из головы, и с каждым часом я все более и более приходил в отчаяние. Ведь ничего толкового больше в голову не лезло. Вот я и подумал, что эта вылазка на кочегарку под непрестанное бормотание и болтовню добряка Шмонина помогут мне хотя бы расслабиться. А там и до нужной мысли недалеко.
   Здесь следует отметить, что подумать как раз было над чем. То, что мы с Медведем увидели тогда с чердака, стало легким шоком. Ведь во дворе Козлова все в порядке! У него опять куча парней, еще и Футляр вернулся – этот пройдоха и подлец. Но ведь он еще и главный «поставщик» новых людей! Во всяком случае, так было зимой. Помимо этого новую жизнь обрели и девчонки из «Женсовета». Здесь тактика нашего стратега Сереги не сработала. И «уход» Орловой, что еще официально не подтверждено, ничего не поменял. Как говорится: «Царь-то новый, а порядки старые».
   Но ведь и это не самое страшное в наших затруднениях. Как на грех, нас самих стало меньше, и здесь речь не идет только о  Сереге! Вспомните, что и Толста Власки не видно с начала лета, он все еще в отъезде. И когда вернется, неизвестно. Таким образом, кроме себя самого я мог рассчитывать только на Башку, Брусникина, Шмонина, Медведя и Ларивошку. Конечно, был еще Амир Киреев, но ведь он совсем еще малыш! Только вот-вот в первый класс пойдет.
   Остальные, к сожалению, разъехались кто куда. Игорь Андреев снова исчез, едва успев поставить меня перед фактом своего отъезда. Медвежонок тем вечером на чердаке проводил свою последнюю прогулку. Утром следующего дня он торжественно отбыл в какой-то детский лагерь. Хорошо, хоть Медведя удалось отстоять! Точнее, он сам заартачился и каким-то чудом остался в городе. За ним будет тетка присматривать (через пень колоду. как вы понимаете!).
   Что касается Штанги, то он настолько редко появлялся в наших кругах, что мы о нем практически забыли. И даже Шмонин, его сосед по подъезду, не имел сведений точного местонахождения приятеля. В конце концов, его родители приехали к нам на заработки. Возможно, он тоже где-то устроился, пусть даже несовершеннолетним. В наше время это было легко. Например, мести пол в каком-нибудь открытом летнем кафе, коих было множество в городе. Честно говоря, и меня это интересовало в плане карманных денег, они ведь никогда лишними не бывают. Но где уж тут работать, когда у нас эта чертова война на носу, точнее – перед носом?
   Все эти проблемы снова промелькнули у меня перед глазами, когда мы со Шмониным устраивались в штабе наверху.
   - Идеальное место – треугольная комнатка, - произнес Балбес, усаживаясь на Серегин стул напротив меня. - Никто тебя не видит, никто не слышит.
   - Это как сказать, - усмехнулся я подобной наивности приятеля. - Сразу видно, что ты тут не часто бываешь. Никто не видит, говоришь? А ведь балкон Рютина как раз сбоку. Он со своего третьего этажа вычислит тебя, как пить воду.
   - Ну, балкон у него вечно завален рухлядью даже летом, - возразил Шмонин.
   - Насчет «прослушки» ты тоже ошибаешься. Кочегарка велика, мы, находясь здесь у трубы, не можем контролировать весь участок. Особенно – со стороны водохранилища. Ну – «бочки»! Оттуда легко проскочить вниз к нам под ноги, где мы залезаем сюда, и слушай – не хочу!
   Шмонин закусил губу. Кажется, громко разговаривать ему расхотелось.
   - А есть ведь еще и «база», - напомнил я ему. - Вспомни, что было в прошлый раз. Мы с Серегой сидели тут, тогда как там собрались девочки. А мы ни сном, ни духом. Правда, Серый догадывался, что они там.
    - Хорошо, что сама труба стоит как бы посредине кочегарки, - выдохнул Шмонин, оглядываясь вокруг. - При желании мы можем с точностью наблюдать, если враг сделает вылазку. Ведь вход сюда у нас перед глазами.
   - Зато алюминиевая бочка не видна, - поддел я с горечью, - и Козлов об этом прекрасно знает. В общем, дай бог, чтобы сегодня пронесло, и он не заявился к нам со своим отрядом. Тогда нам крышка. Похоже, сейчас у него вновь выросли крылья, и это незамедлительно скажется на характере. Он вновь почувствует себя властителем мира, и ему захочется завоевать наш двор.
   Шмонин согласился с моими доводами. В общем, мы учли с ним все плюсы и минусы нахождения в штабе на случай появления неприятеля. Тут я вспомнил про низ. Самое уязвимое место. Сколько там лазеек, столбов, свай, за которыми легко спрятаться. Правда, и грязи хватает, не каждый может с легкостью испачкать одежду. Я знаю только двух дикарей, кому это под силу. Один сейчас как раз сидит напротив меня.
Но есть и преимущество, о котором Балбес не подумал. Сколько там битого кирпича, стекляшек разных, камней и разорванного пенопласта! Насчет последнего Серый постарался на славу. Специально для того, чтобы он скрипел и хрустел под ногами.    Таким образом, мы сверху могли услышать даже мышь! Все было предусмотрено...
   Я не случайно вспомнил эти подробности. Как раз сейчас, беседуя со Шмониным, мне показалось, что этот самый скрип под котельной очень уж характерно и явственно слышится. Сперва я решил, что во всем виноват поднявшийся ветер. Пенопласт легкий, его легко сдуть с места. Я сказал об этом Шмонину, но тот заметил, что звука шагов не слышно. И бояться нечего. Никого под нами нет. Я пожал плечами, а Шмонин беспечно откинул голову назад, погрузившись в благостное оцепенение. Вот только мне стало не до отдыха. Хорошо, пенопласт легко сдуть, но... Гравий-то никто не отменял! А по нему явно скользнула чья-то нога. И кто-то стоит там, под нами!
   Наверное, у меня от напряжения мыслей помутился ум. Уже мерещится всякая ерунда. Боясь прослыть в глазах Шмонина чокнутым, я не стал его тревожить. Пусть отдохнет человек! Я тоже попробовал расслабиться, вдыхая легкий теплый августовский ветер. Но мне все-таки не давал покоя этот скользящий шум снизу. Там явно кто-то был.
   Из оцепенения меня вывел Шмонин. На этот раз он согласился с моими доводами, хоть тут же позабыл, о чем говорил пять минут назад, противореча сам себе:
   - Знаешь, Саня, мне показалось, под нами... кто-то есть!
   Я приложил палец к губам и кивнул. Если уж ему так показалось, значит... и я не ошибся!
   Мы притихли и с напряжением стали вслушиваться. Да! Гравий под ногами скрипел и подавал характерные предупреждающие знаки. А потом... и вовсе кто-то взялся рукой за сетку рабицу там, возле входа к трубе. Помедлив мгновение, он решительно полез к нам наверх.
   Шмонин аж вспотел от напряжения. Я был настолько деморализован этим событием, что совершенно позабыл об осторожности. В очередной раз не взял с собой рогатку, выйдя на улицу, о чем всегда предупреждал Серый. Единственным оружием в штабе был самострел, но он лежал как раз под ногами у Шмонина, под его стулом.
   Мы приняли решение, что к нам лезет друг, а не враг. Ведь кто осмелится вот так в одиночку идти сюда? Я почему-то подумал, что это Медведь. Он как раз обещал вечером выйти на улицу. 
   Шмонин облегченно вздохнул и поспешил вылезти из треугольной комнатки, чтобы встретить товарища. Я остался на месте. Но опять (проклятая опрометчивость!) не подумал взять в руки оружие! Тогда как Сергей Шмонин уже выпрямился во весь рост, стоя у самой трубы и глядя вниз на фигуру, которая, спиной к нам, поспешно влезала к нам.
   Вот он залез, встал на ноги и... повернулся к нам. Мы так и ахнули.
   Костя Козлов собственной персоной стоял перед нами. В руке у него была рогатка, как говорится, курок взведен, и камень нацелен. Собственно, мы давно его не видели. И я тут же обратил внимание на перемену, произошедшую в нем. Костя был подтянут, решителен и действительно – всемогущ. Рот его был искривлен яростью, глаза пылали и метали молнии. Я еще успел осознать, что, скорее всего, именно глаза выстрелят раньше, нежели рогатка в его руках! Но как... он так легко проник сюда, да еще в полном одиночестве? И... в одиночестве ли?! 
   - Козлов!!! – заорал Шмонин, бросаясь на противника.
   К сожалению, между нами было небольшое расстояние, и я не мог выбраться из комнатки, поскольку Балбес перегораживал мне проход. Сам же Шмонин оказался на линии огня, и был бессилен помешать Козлову выстрелить. Что Костя с удовольствием продемонстрировал, пальнув ему из рогатки прямо в лицо. Камень, по всей вероятности, угодил бедняге в лоб, вызвав у Шмонина потемнение в глазах и потерю координации. Шмонин беспомощно откинулся назад, мешая мне вовремя выскочить ему на подмогу. Я хотел кинуться за самострелом и даже успел коснуться до него руками, как вдруг... увидел, что он разряжен!
   Вот это неприятности первого класса! Все случилось слишком быстро, и я не успевал следить за событиями. Помню только, что Козлов подскочил к Шмонину, потрясая разряженной рогаткой, и пнул его в живот, в результате чего бедный Балбес укатился вниз под трубу и каким-то чудом не свалился вниз к сваям котельной, благо, зацепился штанами за что-то. Он сильно расшибся, потому уже никак не мог помешать. Теперь Костя очутился лицом ко мне.
   - Ну, иди сюда, скотина! – крикнул я, полагаясь на удачу и свою силу, не раз доказанную, в том числе и в схватках против Козлова.
   Я недооценил его на этот раз. Мало того, что пришел в штаб безоружным, хотя Серый всегда предупреждал об этом, так еще пытался вылезти из комнатки. Останься я там, может, неприятности и не случилось... Козлову было бы сложнее меня достать, а я смог зацепить его снизу. Но... сослагательного наклонения в драках не бывает, впрочем, как и везде. Вышло так, что он застал меня уже в воздухе, когда я вылезал наружу. И, каким бы дураком ни казался, тут же догадался о моем промахе. Пока я пытался достать его ногой, он легко перехватил ее в воздухе.
   Дальше все было делом техники: он подтянул ногу на себя и... Что было дальше, не помню. Я свалился вниз головой прямо в штаб, ударившись башкой о стул. И сразу стало темно...
   Сколько я провалялся в отключке, не знаю. Меня привел в чувство тот самый ветерок, что освежал и охлаждал меня. А еще чьи-то руки пытались меня реанимировать на месте. Как потом выяснилось, это был Медведь. С ним находился и Башка. Откуда они тут взялись?!
   - Козлов удрал, - сообщил Макс, поворачивая меня, чтобы я смог встать на ноги.    - Осторожно, Саня! Тебя очень сильно ударили. Как бы сотрясения не было...
   - Где Шмонин? – усталым голосом спросил я.
   - Он там... внизу. Мы ему перевязали голову на всякий случай. Медведь нашел какую-то тряпку (так смешнее!). Хотя... смешного ничего нет.
   - А вы здесь как? Откуда?..
   - Просто гуляли. Шли к тебе, но увидели движение на кочегарке. Вот и прибежали, но только поздно...
   Совместными усилиями друзья стащили меня со штаба вниз. У меня все плыло перед глазами, видимо, действительно сотрясение. Этого только не хватало! Ничего не скажу родителям. Не было заботы – купила баба порося, как говорится, осталось самому покинуть двор из-за такой ерунды и очутиться в больнице посреди лета! Это будет ну вообще полный финиш!
   Шмонин с потрепанным видом и помойной тряпкой вокруг черепа встретил меня внизу. Вид у него был, наверно, такой же, как у меня. Жаль, зеркала рядом нет!
   - Кажется, на этот раз мы проиграли, Саня, - признал он, качая головой.
   - И крупно, - вздохнул я.
   И все вокруг меня помрачнели. Мы поняли, что в нашей общей войне наступил перелом...

     Глава 3.
  ВАЖНОЕ ИЗВЕСТИЕ

   Прошло три дня, прежде чем я смог окончательно встать на ноги. Ушиб головы – дело нешуточное, особенно если это чревато больницей, как в моем случае. Узнай лечащий врач о моих выкрутасах, я мигом попал бы в «арестантскую».
   В общем, пришлось мне изрядно попотеть, дабы убедить мать, но прежде – самого себя, что я здоров, как слон. Для этого вечерами я улыбался домашним, стараясь вести себя как обычно. Но стоило за ними закрыться двери, тут же падал на ближайшую кровать или диван, сознавая, что головокружение никуда не делось. Наверное, мама удивилась, что я вечерами лежу, делая вид, будто книгу читаю. Объяснил это тем, что хочу заранее пройти курс по литературе, дабы не тратить на это время в учебный год. Здесь, конечно, мне повезло, ибо, насколько я помню, «Три мушкетера» Дюма в школе вообще не проходят! Но я кивал маме с самым серьезным видом, и врал, как сивый мерин. А что мне еще оставалось?! Свобода-то важнее!
   Но вот все закончилось. Головокружение прошло, мысли пришли в порядок. Я снова мог выполнять свои обязанности по защите двора от «инодворовых» захватчиков.
   Ребята за эти дни звонили не часто, зная, что я лежу, практически не вставая. Моим связным был Медведь, который, самовольно украв мои ключи от дома, приносил продукты, чтобы я в больном состоянии не выходил из дома даже в магазин. Кроме того, он регулярно приносил сведения. В том числе и с вражеского двора.
   - Ты не представляешь, Саня, как он хвастался! – говорил он в телефонную трубку, мыча от бессильной ярости. - В одиночку проник на территорию кочегарки и избил вас со Шмониным. Над вами все потешались. Рютин вообще предложил взять кусок ватмана и нарисовать на нем огромную карикатуру на вас. И повесить так, чтобы все горожане видели ваш с Балбесом позор.
   - Пусть только попробует! – с досадой проворчал я, чувствуя, что у меня опять темнеет в глазах от перенапряжения. - Я его самого повешу вниз головой на собственном балконе. Пусть люди увидят! Забыл, небось, как он уползал на карачках после очередного конфуза. Мы ему напомним!
   - В общем, Козлов снова завоевал доверие со стороны своих подчиненных, - напомнил Медведь.
   - Здесь ты, к сожалению, прав. Очередная тактика Сереги не сработала. Мы были уверены, что они рано или поздно совсем оставят Козлова одного, и мы закончим войну. Теперь все иначе. Они станут еще более агрессивно вести свою политику против нас. И будут нападать и нападать. А нас мало для битвы! Врагов вдвое больше...
   Собственно, это меня беспокоило больше всего – количественное преимущество Козлова. Не сомневаюсь, и девчонки из «Женсовета» с удовольствием поддерживали его. Вот так буднично начиналось лето – без битв и хлопот, и последний август месяц собрал на себя самые насущные проблемы. Я предчувствовал, что финал истории будет не самым радужным. И Сереги нет в городе, как на грех!
   Все эти переживания заставили меня поторопиться с выздоровлением. Дела не ждут. И я назначил друзьям важную конференцию на квартире у Башки. У него как раз семья куда-то укатила, оставив Макса одного денька на два-три. Он был сам себе хозяин, и его дом в нашем распоряжении. К тому же, именно он являлся «вождем» по совету Сереги, так что собрания у него никого не должны удивлять.
   Я вышел из дома и, все еще прихрамывая, отправился к Башке. По дороге встретил Медведя, который тоже шел к Максу. Мы объединили усилия и вместе дошли до места назначения.
   - Мне показалось, по дороге я видел фигуру Брусникина, - сказал Медведь, оглядываясь назад. - Перепутал, верно...
   - Кто знает, - отозвался я. - Может, у него есть свои дела? Он обязательно придет на встречу.
   Яковцев кивнул, и мы вошли в подъезд.
   Башка радостно поприветствовал меня. У него уже сидели Ларивошка, Амир Киреев, а также Сергей Шмонин все еще с перевязанной головой, теперь уже настоящим бинтом.
   - Как здоровье? – поинтересовался я, обращаясь к нему.
   Шмонин скуксил рожу и показал мне кулак.
   - Ладно, перейдем к делу, - попросил Башка, когда мы расселись. - Проблем у нас, хоть отбавляй. К сожалению, новости, что разузнал Медведь, не дают нам возможности расслабиться ни на минуту. В общем, мы тебя слушаем, Алексей.
   Медведь поднялся и заговорил:
   - Мне удалось подслушать беседу Козлова с Рютиным у голубого дома. Собственно, это было не сложно. Костя так уверен в себе, что говорит, точнее, орет, не скрываясь. Даже наоборот, вопит о том, пусть являются все шпионы, какие там ни есть в нашем дворе, он сам с удовольствием даст каждому интервью относительно своих ближайших планов. Я, правда, отметил, что слушавший его Рютин не слишком верит своему командиру, и весь вид его говорил, скорее, о минусе, нежели плюсе. Но Козлов, конечно, не обращал внимания на какого-то там «слугу» Рютина. А вообще, все, чего мы так боялись, и произошло: враги узнали о том, что нас стало меньше, потому Костя немедленно протрубил сбор. И нападения на двор можно ожидать в любую минуту. Козлов хочет отправить к нам парламентера с вызовом. Собственно, теперь ему терять нечего, когда численное преимущество на его стороне.
   - Не страшно, - отозвался Ларивошка. - В прошлом году их тоже было больше нас, но мы всегда побеждали.
   - Парламентер не будет участвовать в схватке, - с мрачным видом проговорил Шмонин, кусая губы. - Я лично его отправлю в канаву. По крайней мере, минус один человек. В нашем случае не так уж и плохо. 
   Мы не успели обсудить это заявление, поскольку раздался торопливый стук в дверь. Макс бросился открывать, думая, что пришел Брусникин, поскольку больше мы никого не ждали. Но это был не он.
   - Штанга!!! – воскликнул Башка.
   Действительно, это был Ванька. Он с нахмуренным видом прошел, точнее, пробежал в гостиную, демонстрируя весь свой нахмуренный и встревоженный вид.
   - Мотайте отсюда! – закричал он на всю комнату. - Чем быстрее, тем лучше.
   - Что случилось? – вскричали мы.
   - Козлов узнал, что мы собрались у Макса, потому выслал отряд парней. Двор уже окружают. Я едва успел пройти. Видимо, за квартирой Башки давно установлена слежка, и враги устроили засаду.
   - Теперь круг окончательно замкнулся, - прокомментировал ситуацию Медведь.
   - Мы попали в беду, - судорожно подытожил Ларивошка.
   - Подождите! – воскликнул я, прерывая всеобщий ропот и будущую панику. - Если ловушка устроена заранее, значит, терять нам нечего. Мы уже окружены. Так что мотать бесполезно. Лучше останемся здесь и все как следует обсудим.
   - А чего обсуждать? – с тревогой крикнул Шмонин. - Так и так пропадать.
   - Ладно, не умирай раньше времени, - усмехнулся Медведь. – Пусть лучше Штанга расскажет все подробно и обстоятельно. Как ты вообще обо всем этом узнал?
   - Случайно. - Штанга опустился на стул; видя, что мы не сдвинемся с места. - Судя по всему, Козлов и Рютин проследили за вами, что вы идете сюда. Поняли, насколько нас мало, и решили перехватить. Ведь мы находимся в чужом дворе.
   - Эх, Толста Власку бы сюда! – мечтательно выговорил Ларивошка, вспоминая своего закадычного дружка.
   Шмонин нетерпеливо шикнул на него. Не время вспоминать тех, кто все равно помочь не может.
   - Ладно, друзья, без паники! – скомандовал я, беря на себя функции руководителя, поскольку это и было сейчас моей основной задачей. - Для начала выясним все подробности. Штанга! Как ты сам прошел?
   - Да говорю же, кое-как успел! – Ванька вытер пот со лба. - Брусникин, кстати, обо всем осведомлен. Он сидит в кустах у соседнего дома и ждет ваших действий. Он надеется, что его не заметят, и будет больше шансов помочь.
   - Верно подметил...
   - Короче, надо удирать отсюда, - вдруг заторопился Медведь, вскакивая на ноги.
   - Подождите, - Штанга устало помотал головой, - я еще не все рассказал. Здесь мне нужна ваша помощь, в первую очередь, Сани Ковалева...
   С этими словами он уставился на меня.
   - Я сам вообще ничего не понимаю, что происходит. Я просто вышел на улицу пройтись. Живем мы со Шмониным, как вы знаете, недалеко от Макса. И тут я увидел, как к его дому идут несколько подозрительных парней. Приглядевшись, я вдруг узнал одного из них. Это был... Футляр – тот самый! Я мгновенно понял, что происходит. Очевидно, у Башки собрание, и враги узнали об этом. И ринулся к вам, стараясь попасть в дом раньше, чем они окружат двор. Кажется, их собралось достаточно для атаки. Вот здесь-то меня и схватил тот тип.
   - Постой! – остановил я Ваньку. - Какой тип?!
   - Черт его знает! Он нашего возраста, может, чуть постарше. Выскочил из кустов, схватил за руку на бегу, заставил уползти в сторону. И подозрительным тоном тихо так заговорил:
   «Слушай! Ты – друг Ковалева?»
   «Да, друг, - отвечаю, не понимая, чего ему надо. - И что?»
   - Вот тут он мне и рассказал, что здесь происходит, - продолжил Штанга. - Сообщил, что с Саней он давно знаком, увидел его случайно и узнал. А потом понял, что за ним следят какие-то типы, среди которых легко отличил того же Футляра, Козлова и других. И решил помочь нам, чем... возможно.
   - Странная помощь, - удивились все, и я больше всех.
   - А кто он, не сказал? – задал я вопрос.
   - Нет. Он сказал, но я был ошарашен новостями и плохо слышал. К тому же, у него странная манера говорить. Болтал без пауз и знаков препинания, как попугай! Имя я не запомнил. Кажется, на «К» начинается. Коля, или... Костя...
   - Черт знает что! – воскликнул Шмонин.
   - Попугай, говоришь... – протянул я.
   По манере говорить это мог быть... Костя Колыванов! Раз тараторит «без знаков препинания». Но тут же отбросил эту версию, поскольку, по словам Штанги, парень нашего возраста. А Колыванов гораздо младше.
   В общем, подозрительный тип, и с самого начала он мне не понравился. Если он хотел помочь, то почему открыто не пришел вместе с Ванькой? Не хочет ввязываться в неприятности? Впрочем, тут его винить не приходится. Мы изначально попали в непростую ситуацию...

     Глава 4.
  ПРОХОД ЧЕРЕЗ ЗАСАДУ

   У меня не было времени на раздумья. Нужно действовать, и как можно решительнее.
   - Ну, друзья, - начал Башка после затянувшейся паузы, - как проходить будем?
   - Вот уж не знаю, - проворчал Шмонин, дотрагиваясь до своей поврежденной головы. - Козлов в прошлый раз меня так отоварил, что я даже думать не могу.
   - Ну, это у тебя хроническое, - сострил Штанга, подходя к другу.
   Башка пожал плечами и ничего не ответил. А между тем ему, как хозяину дома, хотелось решить вопрос «мирным» путем. Он чувствовал ответственность за случившееся.
   - Короче, - я вскочил на ноги, - мы угодили в капкан, будем называть вещи своими именами. Черт! И это уже во второй раз. После отъезда Сереги мы расслабились, ходим расхлябанные. Несерьезно относимся к делу. В отличие от того же Козлова. У него наступил золотой период, вот он и старается на совесть. А мы? Что с нами случилось?
   Все пожали плечами.
   - Даже оружия не взяли. - Здесь я перешел на сокрушенный тон, поскольку виноват был не меньше остальных: - Ни палок, ни рогаток, ничего! Кстати, а они вооружены, Штанга?
   - Палок я не заметил, - ответил тот, - но какие-то трубки у них имелись. Ну, рогатки, естественно...
   - И двор у меня глухой, - сокрушался Макс, сжимая голову руками. - Выходов мало. Так бы врассыпную удрать...
   - А чего тебе-то удирать? – осведомился Шмонин. - В отличие от нас, ты как раз дома находишься.
   - Ну нет! – взорвался Макс (уж лучше бы Шмонин промолчал). - Да! Это мой дом, но я  не успокоюсь, пока не помогу вам! Понял?!
   - Понял. - Ошарашенный Шмонин отодвинулся от взъярившегося Башки. - Только не превращайся в льва, сейчас нам не выгодно ссориться...
   - И что нам делать? – спросил Штанга. - Сидеть и ждать, пока им не надоест нас стеречь?
   - А почему нет? – усмехнулся Медведь. - У Макса уютно, с балкона воздух приятный. Он все равно один живет пока что. Козлов об этом не знает. Пусть потрудится обождать... А к ночи потемнеет, мы и уйдем... вразброс...
   - Это ты потому так говоришь, что у тебя самого никого дома нет, - возразил ему Ларивошка. - Тетка не в счет. Ей все равно, где ты шляешься. А вот мои предки не поймут моего отсутствия.
   И он проворчал что-то по-украински, но мы его не поняли. Только Штанга, который тоже оттуда, усмехнулся и покраснел.
   - Вы забыли одну вещь, - снова поднялся я, призывая друзей к собранности и вниманию: - Мы не в том положении, чтобы убегать и прятаться только потому, что нас заманили в засаду. Козлов лишь того и ждет. После нашего позорного поражения на кочегарке он и так слишком уверен в себе. Если мы отступим, над нами будут потешаться все близлежащие дворы. Собственно, Костя убежден, что у нас нет иного выбора, как убегать врассыпную. И вот этим следует воспользоваться.
   - У тебя есть план? – с надеждой спросил Шмонин.
   - Есть, - произнес я, подзывая к себе Башку.
   Макс кинулся ко мне. Все остальные притихли, не сводя с меня глаз.
   У меня действительно возникла идея – совершенно неожиданно и спонтанно. Правда, для ее реализации нужно было согласие Башки.
   - Слушай, Макс, - заговорил я приглушенным голосом, ибо пока не стоит волновать и так перевозбужденных ребят, - мы не можем идти на Козлова голыми руками. У тебя, я знаю, имеется личное оружие, палки, рогатки. Но этого не хватит на каждого из нас. Но есть у тебя одно... тайное средство, которым я хочу воспользоваться.
   - Стоит лишь назвать! – загорелись глаза у Башки.
   Я усмехнулся.
   - Когда я только зашел в дом, заметил, что у тебя на кухне стоит огромная коробка. У меня когда-то была точно такая же. И в ней... яйца – оптовая закупка. Не помню, сколько там ячеек. В общем, ты понял мою мысль?
   - Вполне! – рот Башки расплылся в улыбке.
   - Ты одолжишь нам ячейки три?
   - С удовольствием! Хоть десять! Сам буду участвовать... 
   Мы посвятили друзей в наш план, и довольный Башка приготовил несколько ячеек с яйцами – как раз на каждого.
   - Вот теперь можно и в бой! – воскликнул я. - Каждый берет по ячейке. Шмонин, осторожно! Не переверни на себя, а-то сам превратишься в курицу...
   Шмонин расхохотался. Между тем Башка вытащил из-под кровати хоккейную клюшку и переломил ее на две части. Затем достал две палки и три рогатки – весь свой арсенал. В общем, худо-бедно мы вооружились. Рогатку Макс протянул мне, поскольку я считался неплохим стрелком. К тому же (и здесь, к сожалению, нужно быть откровенным до конца) драться всерьез я физически не мог после предательского нападения Козлова тогда, в штабе.
   Мы вышли из квартиры и начали спускаться по лестнице. Здесь можно было не опасаться засады, поскольку враги ждали нас там, на улице. Ведь мы, по их замыслу, не догадываемся о катастрофе! Потому и путь должен быть открыт. А вот во дворе...
   Я давал последние наставления:
   - Держись возле своего подъезда, Макс! Чтобы ты сам успел скрыться, если что, понял? Только не играй в героя. Мы-то уйдем в любом случае! Нам нужно спастись! Теперь – самое главное, друзья! Яйцами сразу не кидать. Подпустим их поближе. Это, конечно, не зависит от нас, но все-таки – старайтесь не мазать! Патроны дороги, а до дома путь не близкий. У кого самые крепкие руки?
   Вызвался Штанга. Мы вручили ему несколько ячеек сразу. Это ведь наше «неожиданное» и тайное оружие. Козлов и его шайка будут не готовы к такому «подарку». Я выступил вперед, за мной сам Башка и Медведь, вооруженные рогатками. Мы и примем на себя первый удар. Благо, хоть, камней у Башки оказалось достаточно...
   Подойдя к двери подъезда, по счастью закрытой, я шумно выдохнул воздух. И, сделав знак приготовиться, резко так распахнул ее ногой.
   На крыльце стоял и смотрел на меня один тип со двора Козлова. Не знаю его имени, но он регулярно появлялся на поле сражения. В руке у него была рогатка. Но он настолько не ожидал нашего появления, что не двинулся с места. Тогда как мы, находясь в самом боевом настроении прохода через засаду противника, действовали быстро и решительно. Мы втроем, кто был вооружен рогатками, пустили в «мишень» три камня, и бедный парень, заорав, отлетел вниз и покатился по лестнице.    Впрочем, это нас волновало в самую последнюю очередь.
   - За мной! – крикнул я, спускаясь следом за недотепой, успев поддать ему «на дорожку» еще и ногой куда-то в область пуза. - На прорыв! НА ПРОРЫВ!!!
   И мы всей стаей ринулись с крыльца. Я успел заметить, как из ближайших кустов выскочило четверо. Рютин был среди них. Он орал, как полоумный:
   - Вперед! Вперед! Взять их!
   Банда выпустила в нас заряд камней. Бежали они, как взбесившиеся ослы. Шмонин получил по больной голове и свалился на землю. Благо, хоть у него в руках ячейки не оказалось! 
   А с противоположного конца двора на нас неслось еще пятеро, среди которых выделялся сам Козлов. И сбоку от них с палкой в руке на подмогу бежал и Сергей Брусникин, увидав расклад действий.
   Но здесь в ход пошло «неожиданное оружие» в виде яиц. Этого бригада Козлова не ожидала действительно. Первый же бросок достиг цели. И парень на моих глазах превратился в яичницу. Правда, еще до этого парни Козлова успели вытащить свои трубки, которые Штанга заметил накануне. Там находились острые спицы.
   - Ложитесь! – крикнул Макс, поняв, в чем дело.
   Все залегли, насколько возможно, и спицы пролетели мимо. На перезарядку у врагов времени уже не осталось. Здесь Костя допустил практический и тактический просчет. А с нашей стороны полетели яйца!
   Одна «стрела» зацепила-таки мою ногу, и я зарычал от бешенства. И когда Рютин с палкой в руке подбежал ко мне, чтобы покончить со мной (я ведь, по его мнению, совсем ослаб после поражения на кочегарке!), я схватил его за грудки одной рукой, а другой залепил всей ячейкой прямо в рожу, превратив Женьку в омлет. Тот охнул и повалился на землю, подавившись незапланированным ужином. Он лежал и кашлял, пытаясь выхаркнуть скорлупу. 
   Наши друзья пуляли довольно метко, и враги потихоньку начали выходить из строя. У них ведь не оказалось такого же чуда-оружия!
   - Эй, Рютин! – заорал один из вражеских типов. - Мы так не договаривались! Они же с яйцами. Они...
   Договорить он не успел; за его спиной вдруг оказался Брусникин, который успел добежать до нас. И без зазрения совести грохнул врага какой-то кастрюлей по голове. Где только подобрал, ума не приложу! Парень упал.
   Но Арбуз рано расслабился. Пока он подбирал свою палку, выпавшую по дороге, за его спиной в свою очередь вдруг вырос сам Костя Козлов. И, засунув «духач» в рот, пустил стрелу. Спица прилетела куда нужно, угодив Брусникину в спину. Тот закричал и рухнул на асфальт.
   «Ну, вот она – месть!» - пронеслось у меня в мозгу при виде главаря наших противников.
   У меня под ногами как раз оказалась чья-то выпавшая трубка. По счастью, она оказалась «заряжена» свежей спицей. Сама трубка, кстати – перепиленная надвое лыжная палка. Не обращая ни на кого внимания, я прицелился в Козлова. И тут с большим удовольствием рассмотрел, как в его глаз попало яйцо, пущенное метким Медведем. Костя заорал от ярости, тщетно стараясь вытереть препротившейшую вязкую жижу. Он заметил, что я прицелился ему в рожу, и застыл от страха. Я резко выдохнул воздух, и стрела полетела в заданном направлении. Через секунду Костя валялся на земле, получив спицей в лоб. Она изрядно оцарапала его!
   Другие наши ребята тоже отличились на поле боя, несмотря на кажущийся перевес неприятеля. Особенно мне запомнился Башка, который сам напал на подбегающего врага, делая вид, будто готовится обкидать его яйцами, чего противник, понятное дело, не желал. Макс ловко воспользовался его замешательством, поймал за руку, вывернул ее, схватил «духач» и выстрелил парню прямо в зад. Тот заохал, валяясь на земле, стараясь вытащить стрелу из неприличного места. А на затылке у него расплывалось «свежепущенное» яйцо.
   Мы так уверенно обкидывали недругов, что вскоре люди Козлова вместе со своим атаманом и Рютиным в придачу позорно удрали – все в яичной жиже и скорлупе. А вокруг нас лежали разбитые яйца. Казалось, что поле вокруг подъезда Макса усеялось только что вылупившимися птенцами.
   Мы пожали Башке руку и отправились по домам, ликуя и радуясь. Ведь это была первая грандиозная победа в августе. И, скажу не без гордости, она наголову перетягивала все ранее достижение Козлова тогда на кочегарке.
   Брусникин потирал спину, где, видимо, остался шрам от выстрела Кости. Шмонин, несмотря на контузию, был весел и оживлен. Он решил проводить меня до квартиры, хотя сам жил поблизости от Башки.
   - Ты, Саня, в порядке? В тебя не попали?
   - Нет. Небольшая ссадина на ноге.
   - На этот раз я уцелел, - похвастался Медведь. - А забавное занятие – обкидывать Козлова яйцами!
   Медведь захохотал. Мы последовали его примеру.

      Глава 5.
  ПРОИСШЕСТВИЕ НА БЕРЕГУ ОЗЕРА

   Девятого августа прямо с утра я пошел к Медведю. Он все равно один ночевал. Из его окна можно наблюдать за двором Козлова. Вряд ли, конечно, они соберутся в такую рань, но чем черт не шутит?   
   Это было вызвано вчерашним сообщением Медведя. Я не успел как следует отдохнуть после замечательного обкидывания противника яйцами, как Яковцев позвонил и потряс очередной новостью:
   - За нашим двором следят, - говорил он, и в голосе явно слышалось беспокойство. - Мне сверху все видно. Кроме того, как ты и предсказывал, они подбираются к кочегарке. Та вылазка Козлова подтверждает желание перекрыть нам доступ к штабу, включая, конечно, алюминиевую бочку.
   - Хотя формально все это числится в нашем дворе, - нахмурив брови, отозвался я.
   И мы с ним договорились встретиться утром. Я просто хотел посмотреть на двор сверху, чтобы определить возможные места шпионов.
   Окна Медведя выходили на обе стороны, как к нам во двор, так и на соседнюю улицу, где справа располагался двор Козлова. С него мы и начали. Медведь протянул мне бинокль, которым он пользовался в момент слежки за врагами, и я погрузился в созерцание соседних домов. Но ничего подозрительного не заметил. Двор словно вымер...
   - Может, еще слишком рано для слежки? – рассуждал Яковцев, копошась за моей спиной.
   - А вообще, по-твоему, когда они собираются? – задал я вопрос. - Тебе ведь лучше видно.
   - Ну, рано они никогда не приходят. Очень-очень редко Козлов выходит на прогулку, как говорится, с петухами. Еще Серый смеялся, что это у него от подозрительности. Со страху мерещатся заговоры против него и измена. Вот он и обходит свои владения, как он это называет.
   Мы посмеялись. И в это время зазвонил телефон. Медведь кинулся к трубке. Поворчав минуту-другую, он закончил разговор и вернулся ко мне. Лицо его сияло.
   - Сворачивай, Саня, шпионскую деятельность! Мы идем на озеро. Башка звонил.
   - А что нам там делать в такую рань? – осведомился я. - Сезон купания практически завершен, погода не жаркая. Сегодня дождь обещали, кстати. Рыбу ловить? Я к этому не приучен.
   - Зато устроим пикник, Саня! – убеждал меня Медведь, которому, видимо, сильно хотелось погулять на свободе. - Ведь все друзья пойдут. Они уже выразили согласие. До тебя Макс не дозвонился.
   - Естественно, - улыбнулся я, сдаваясь на милость победителя, - я ведь у тебя дежурю...
   В общем, он меня уговорил. К тому же осталось лишь забежать домой и взять необходимые вещи. А местом встречи с друзьями выбрали наш двор.
   «Вот и узнаем, откуда дует ветер!» - решил я, возвращаясь мысленно к донесению Медведя. Раз за нами следят, этот поход не должен остаться без последствий.
   Во дворе кроме нас двоих с Медведем собрались Башка, Шмонин, Штанга и Брусникин. Они предупредили, что Ларивошка и, главное, нежданно-негаданно вновь вернувшийся Игорь Андреев ждут нас на берегу.
   Мы обрадовались насчет Игоря. Но я тут же напомнил, учитывая вчерашние трудности, вооружиться. И помимо обычных вещей для пикника, закуски и лимонада, целесообразно захватить палки, рогатки, кастеты и т.п. Все это время я держал в поле зрения балкон Тани Орловой. Но, похоже, шпионаж сегодня ее не интересовал. Впрочем, и без нее во дворе достаточно мест, откуда можно инкогнито вести наблюдение... 
   На озере никого не было. Впрочем, еще достаточно рано, нет и девяти часов. Сегодня четверг, потому взрослое население работает, а дети дрыхнут. Впрочем, не все. Мы ведь здесь!
   Ларивошка и «Андрей» ждали нас на берегу. Игорь взял удочку и уже вовсю занимался рыбной ловлей. Башка к нему присоединился, чертыхнувшись вслух, ибо, конечно, вспомнил историю своей рыбалки годичной давности, когда вот так же и на том же месте слушал разглагольствование Кости Козлова. Да еще и рыбу упустили...
   Купаться не стали, поскольку погода действительно не благоприятствовала. Было облачно, и дождь, обещанный улыбающейся тетей по телевизору, кажется, не за горами.
   Ребята развели костер и устроили все для пикника. Этим как раз я и занимался, тогда как другие отдыхали кто как мог. Ларивошка, «Андрей» и Башка рыбу удили, Медведь, Шмонин и Брусникин носились по берегу. Штанга подсел ко мне и помогал раскладывать еду на газете.
   - Саня, что ты думаешь насчет неизвестного парня, который вчера предупредил меня о засаде? – спросил он, подбрасывая сухие ветви в пылающий костер.
   - До твоего любезного напоминания даже не вспомнил о нем, - ответил я. - Скажу только, что все это странно. Какое ему дело до наших внутренних проблем, если только у самого рыло в пуху? Раз я ему нужен, то он должен сам меня найти. А я ни от кого не скрываюсь. Будем ждать новых событий. Хотя...
   - Вот и я думаю, - согласился Штанга, - и меня преследует это «хотя...». Вообще, после моего ухода в бригаде Козлова что-то изменилось. Они стали наглей и напористей, чего при мне не было. Кажется, они теперь сами себе командиры, а Козлов главарь лишь на словах. Погоду испортил, конечно же, Футляр. Он и привел с собой новую дружину.
   - Да, которой мы не успели как следует врезать по шеям! – провозгласил подсевший к нам Игорь Андреев. – А когда мы покажем им, где раки зимуют, они последуют в обратную сторону.
   Тут картошка, брошенная в золу, испеклась, и мы пригласили ребят к трапезе. Сидели прямо на песке. Единственное упущение – взяли лишь один котелок – для тушенки, точнее – «Завтрака туриста». А вот второй котелок для чая забыли. Впрочем, у нас было несколько бутылок лимонада. Пир получился знатный. Вот только Ларивошка – заядлый рыбак – каждую минуту бегал смотреть на поплавки, орудуя двумя удилищами одновременно, включая приспособление Башки. Кажется, он и с закрытыми глазами мог все это делать.
   - Смотрите! – воскликнул Шмонин с набитым (тоже по обыкновению!) ртом, выскабливая остатки «завтрака туриста» прямо из банки, словно поросенок. - Димка карася поймал!
   Башка усмехнулся. Мы снова вспомнили прошлый год, и проповеди Козлова о предательстве и начале войны.
   Тут-то все и случилось. Или я что-то услышал, или просто обернулся, чтобы посмотреть на росшие неподалеку кусты, за которыми я и скрывался в прошлом году, слушая возгласы Козлова. Так или иначе, но обрыв, что находился у нас над головой, внезапно показался мне не безлюдным... И тут же сбоку от меня дернулся Серега Брусникин.
   В общем, мы все одновременно повернули головы и увидели, как темные на свету тени прыгают с обрыва к нам на берег. И вся эта «стая» несется на нас с Женькой Рютиным во главе!
   - Их человек двенадцать, не меньше! – крикнул Башка, поспешно забрасывая костер песком (лучше бы он этого не делал...).
   - К обороне! – скомандовал я.
   К счастью, «военная выучка» сказалась немедленно, и мы быстро сориентировались, схватив приготовленные палки. И хорошо, что мы вот так скопом сидели, а не рассыпались по всей линии берега! Тогда поодиночке были бы бессильны против наступающего врага! В общем, шпионская деятельность, о которой так беспокоился наш друг Медведь, сыграла на все сто! Словно кто-то из наших друзей самолично позвонил Козлову и сообщил о путешествии на озеро!
   Мы мигом забыли про отдых, еду и рыбную ловлю, бросив все на произвол судьбы. Рютин с компанией не успели добежать, как мы выстроились в один ряд, нахмуренные и, главное, с палками в руках. А еще за поясами у нас поблескивали рукоятки рогаток. Видимо, бригада Козлова не ожидала от нас такой слаженности, учитывая вчерашний день, хотя и там сюрпризов им хватило с лихвой! В общем, «стая» остановилась. И только нетерпеливый голос Рютина привел их в чувство:
   - Вперед, парни! Взять кретинов! Видите, их всего восемь, а нас – пятнадцать! Двое на одного – и готово! В БО-О-ОЙ!!!
   Враги бросились на нас, размахивая палками. И тут у нас началось! Как говорится, смотрите кино, рыбы!
   Штанга тут же оказался в окружении четырех человек. Видимо, старая вражда и «предательство» не остались позабыты. Но Ванька был не трус, к тому же, его истинной силы никто из врагов не знал, ведь, «воюя» с нами, он только тем и занимался, что притворялся и получал на орехи от Толста Власки и других. Но теперь это был совсем другой Штанга, могучий и крепкий. Он храбро размахивал своей «палицей», с каждым ударом сваливая недруга на песок. Сказалось и то, что Толста Власка до своего отъезда успел подучить его кое-каким славным приемам, что во многом помогло Штанге правильно действовать.
   А в остальном битва шла своим ходом. Драться на песке – дело хорошее, когда он не проваливается под ногами, конечно. Я успел заметить, как Шмонин случайно оступился и невольно опустил глаза вниз. Этим мгновенно кто-то воспользовался и нанес ему удар в бок. Шмонин вскрикнул и отлетел прямо в воду. Впрочем, это его отрезвило, и он быстро выбрался оттуда с новыми силами, бросаясь в схватку.
   Брусникин вопреки своей выдержке на этот раз дурачился, воюя с Рютиным. Он дрался палкой так, точно в руке у него была шпага. Вот он нанес колющий удар в Женькин живот и, не слушая возглас побежденного, отскочил назад и крикнул:
   - Монсеньор! Ваше высочество, вы – каналья! Еще плие!
   И – новый колющий удар. Рютин не знал, как ему подступиться к такому вот «мушкетеру». А отступать было стыдно. В конце концов, он просто зарылся в песок, когда Арбуз наделал ему воображаемых дырок в «камзоле».
   Тем временем Башка, Штанга и Ларивошка, объединив усилия, напали сразу на семерых парней, которые оказались не готовы к схватке, один из них еще запнулся о вытянутую из воды удочку Башки. Короче, всех их друзья опрокинули в воду. Пусть поплавают! 
   Я успел еще подумать о том, что берег озера – не двор, где могут помешать как взрослые, так и всякие случайные препятствия в виде крыльца, заборов и детских площадок. Здесь можно расслабиться и отдаться полностью вольной борьбе. Места – полный песок, дерись не хочу!
   Вот только в противниках у меня оказались сразу две знакомые личности.
   - Ну, здорово, Футляр! – поприветствовал я, ловко уходя из-под его палки, тогда как другой его напарник – Труба – преследовал меня со своей стороны. 
   - Что, не ожидал меня снова увидеть? – пропел радостный Футляр, собираясь с силами.
   Я вторично увернулся от его выпада и успел отоварить по физии. Теперь ему стало не до любезностей. Но Труба воспользовался моим вниманием к напарнику. Его палка вдруг резко стукнула меня в область плеча, и я едва удержался на ногах.
   - Черт! – воскликнул я.
   Нечеловеческим усилием удержав палку в поврежденной руке, я наобум сделал выпад, и ткнул Трубу в пузо. Тот согнулся, и...
   И здесь меня выручил самый настоящий счастливый случай. Как говорится, большое спасибо, Башка!
   Получив незапланированный удар, Труба по инерции сделал пару шагов назад и, толком не осознавая, что происходит, чисто случайно... наступил лапой в костер, присыпанный песком. Правда, оттуда до сих пор валил дым, но Труба, сосредоточившись на бое со мной, не заметил этого обстоятельства. Здесь следует еще отметить немаловажный факт, что он был не в обычных ботинках закрытого типа, а в самых настоящих шлепанцах на босу ногу. В общем, песок под ним благополучно провалился, и лапа погрузилась в самые угли.
   Здесь весь стук палочных ударов продолжающегося боя нарушил резкий оглушающий крик, который был громче и сильнее всего остального, вместе взятого. Микрофон отдыхает! Рютин и компания от страха побросали палки и ринулись с поля боя, тогда как друзья с умиротворением провожали их ликующими криками. Труба от «сильнодействующего» средства убежал быстрее остальных с поджатой ногой, не успев даже окунуть ее в воду.
   Вот так, несмотря на численное преимущество, бригада Козлова снова опростоволосилась. А их ведь было вдвое больше нас! Сегодня у них полное счастье – наполучали палочных ударов, потом приняли душ в озере. Хорошее утро! Так мы поняли, что даже малым составом с врагом можно бороться! Впрочем, я в этом никогда не сомневался.
   Правда, все получили незначительные ранения, но это пустяки по сравнению с тем, что каждый испытывал внутри в схватке с мощным противником!

      Глава 6.
     ЖЕНЯ РЮТИН

   Во время битвы, описанной в предыдущей главе, Женя Рютин, который возглавлял операцию, получил столько ударов от Брусникина и Шмонина, что едва мог передвигать ногами. Когда вся его братва позорно бежала, он волочил копыта с таким трудом, что хоть костыли доставай! Мы еще какое-то время смотрели ему вслед, тогда как дружина давно растворилась в просторах широкого поля. А Женька ковылял, хромая.
   И тут я вдруг осознал, что двигается он как бы в противоположную сторону от той, где скрылись все остальные! Так куда же он идет?!
   Здесь я убедился, что не мне одному пришла в голову эта мысль. Возле меня стоял Башка с нахмуренным видом. Я как раз благодарил его за оставленный костер, который, собственно, и спас меня от Трубы. Ну, он сам загремел наподобие... трубы. Кроме того, выяснилось, что он позабыл на поле боя свои знаменитые шлепанцы, которые, естественно, свалились на зыбучем песке. Теперь понятно, почему он так орал, наступив на пылающие угли голой босой ногой... И возвращался в город босиком. Но это ведь не наши проблемы!
   Мы с Максом молчаливым кивком согласовали дальнейшие действия – проследить за Рютиным. Благо, он идет, хромая на обе лапы. И торопливо попрощались с ребятами.
Впрочем, кроме нас только Медведь и Шмонин отправились куда-то в кафе праздновать выигранную драку. Андреев, Штанга, Брусникин и Ларивошка остались у озера. Димка, вырвавшись на лоно природы, ни за что не хотел упускать рыбную ловлю. Башка с удовольствием оставил ему свою удочку, тогда как удилище Ларивошки оказалось сломанным. Во время боя кто-то на него наступил. В отместку тот немедленно утопил шлепанцы Трубы, так, любезности ради. И сразу же у него клев пошел. По-видимому, жертва в виде обуви пришлась по душе местному Посейдону!
   А мы с Башкой помчались следом за Рютиным, прячась в основном в кустах. Это было не сложно. Казалось, Женьке плевать, в какую сторону идти, он даже не оборачивался, настолько ему сейчас было все равно. Новое поражение окончательно деморализовало его.
   - Мы не должны его упускать, - шептал я Максу. - Мне кажется, я догадываюсь, куда он идет. Сегодня мы что-нибудь узнаем...
   Башка согласился со мной.
   Мы продолжили преследование, при этом сами не заметили, как очутились в городе. Рютин упорно ковылял по направлению к нашему двору. Странно, что не к дому Козлова! Здесь я дал маху, поскольку полагал, туда он нас и приведет. Но, как оказалось, встреча была назначена совсем в другом месте.
   Рядом с нашим двором расположен сквер – не доходя до дома, в одном из соседних дворов. Там еще однажды Шмонин стал свидетелем разговора Тани Орловой с Киреевой, когда спрятался под домом. Похоже, то же самое предстояло сделать и нам с Максом.  Ведь Рютин и привел нас под этот дом! Он прошел сбоку, где находился «официальный» проход в виде арки, тогда как мы с Башкой залегли за забором, огораживающим детскую площадку для малышей. И тут же услышали чьи-то равномерные шаги. К счастью, рядом находилась свая, и мы были укрыты от глаз изнутри.
   Я не понял, что сказал Рютин, встретившись со своим визави. Зато услышал ответ:
   - Ах, вы опять проиграли, свиньи?! – прокричал вдруг хорошо известный нам каркающий голос. – Да вы уроды, кретины!!! Сколько же можно??!!
   Мы с Максом приникли к самой земле и осторожно заглянули под дом. И увидели живописную картину, как Костя, стоя в исступлении, орал во все горло, а Рютин с видом побитой собаки трясся рядом с ним.
   - Прости, Козлов... – залепетал Женька, оглядываясь вокруг, словно боясь, что кто-нибудь обратит внимание на этот беснующийся ор из уст его командира, - но... так получилось...
   - Вас было пятнадцать человек!!! – орал выведенный из себя Козлов, окончательно потеряв свой человеческий облик. -  А их – ровно восемь! ВОСЕМЬ!!! Ты слышишь меня?! Произнеси про себя эту цифру и вдумайся своим котелком о ее значении! Какой ужас! Вам ничего поручить нельзя!!! А где этот хвастунишка Труба? А Футляр?! Они поклялись закопать Ковалева в песке и окончательно его там похоронить!
   - Футляр был избит Ковалевым, - смущенно докладывал Рютин к нашей с Максом тихой радости. - Что касается Трубы, то... он наступил ногой в костер и...
   - Да чтоб он сгорел, твою... – далее слова прозвучали не для печати.
   Мы с Башкой едва не расхохотались. Тут как раз взбешенный Козлов повернулся к нам, не владея собой, высунувшись из-за сваи. И я увидел, насколько у него перекосилось лицо. Глаза метали молнии и почти вываливались из орбит.
   - Ладно, хватит! – здесь не выдержал Рютин, кажется, впервые подняв голос на своего командира. - С кем не бывает? Просто они оказались сильнее. Да! Вдвое меньшим составом они... нас одолели. Но кто знал, что у них вооружение лучше? Они ведь собирались на пикник. Я сам ничего не понимаю. Нас было больше, а сила всегда побеждает, ну, по законам физики!
   - Ах, он законы вспомнил! – Козлов в бешенстве подскочил к своему напарнику, который в испуге отступил на пару шагов назад. - Я тебе тоже покажу сейчас закон... органической химии! И ты растворишься, как порошок. Ах ты, гад ползучий! Так для чего же я тогда вас всех держу возле себя?! Я вам, значит, для того ДЕНЬГИ ПЛАЧУ, чтобы вы сражения проигрывали??!! Пошел с глаз долой! Иуда!!! Идиот! Кретин! Дурак надутый! Индюк!!! Почему меня окружают одни дураки?! Свиньи! Ненавижу свиней!!!
   Рютин уже выскочил из-под дома, тогда как Козлов в последней стадии истерики и бешенства продолжал визжать, психуя по-черному. Собственно, мы с Максом могли и не прятаться; он все равно нас не заметил бы.
   Истерика быстро прошла, поскольку уже взрослые начинали заглядывать под дом. Костя взял себя в руки и, процедив что-то в адрес Рютина, скрылся с глаз в противоположную от нас сторону.
   Мы с Башкой недоуменно посмотрели друг на друга, и тоже встали на ноги, держась за забор.
   - Ты слышал? – заговорил Макс, вытирая пот со лба.
   - Поверить не могу, - ответил я, качая головой.
   - Он сам это сказал. Значит, Костя платит своим прихлебателям за военные вылазки против нас!
   - Да, сам признался в этом. Теперь понятно, почему он так распсиховался. Рютин проиграл, а деньги ему назад, понятно, никто не вернет!
   - Грандиозная новость! – Башка заулыбался дьявольской улыбкой, почти такой же, какой меня награждал Серый в минуты торжества. - Это событие сезона, Саня!
   - Почему ты так радуешься? – спросил я.
   Башка в нетерпении помотал головой. Ему так много нужно было сказать, и он прямо захлебывался в предположениях.
   - Деньги, Саня! Это не игрушка! Козлов самого себя посадил в лужу! Думаю, это Рютин его подставил. Он подговорил своих дружков, а те, видя, как Козлов ругает их, словно нагадивших котов, поставили ультиматум – или плати деньги, или... мы тебя покинем! Разбирайся сам со своим вражеским двором! А мы удочки смотаем! Вот так-то, Саня!
   - Ясно одно, - проговорил я, - Костя не миллионер. Конечно, семейка у него состоятельная, одна тетка-профессор чего стоит. Но денег много не бывает, у подростка особенно. Рано или поздно, но они неумолимо закончатся! А кто их ему даст?
   - И это доказывает, что бригада Козлова не будет долго существовать! – заключил Башка, который в продолжение моего монолога кивал каждому слову.
   - Интересно, сколько он продержится? – спросил я, скорее, самого себя, нежели обращаясь к Башке.
   - Ну, это все равно случится когда-нибудь, - уверенно проговорил Макс.
   - Да! СЛУЧИТСЯ! СЛУЧИТСЯ!!! – вдруг раздался голос чуть ли не у нас под носом. – Не беспокойтесь! 
   Мы с Башкой мгновенно обернулись на голос, и увидели бегущего со всех ног... Рютина.
   - Черт! Он нас подслушал, когда удрал от Козлова, - прошипел Башка, закусив губу. - Теперь Козлову доложит, чтобы спасти свою шкуру...
   - Не думаю, - произнес я, вспоминая слова Женьки...

      Глава 7.
   ПИСЬМО СЕРГЕЯ

   Спустя пару дней в ящике для почты я нашел конверт. Это было письмо. Не анонимка, которой нас в прошлом заваливали все кому ни лень, а настоящее заказное письмо со штемпелем и всем прочем. Я взял его в руки и... узнал почерк Сереги.    Так вот кто мне написал?! Самое время...
   Я передумал выходить на улицу и вернулся в дом, торопливо вскрывая конверт. Как не споткнулся на лестнице, один бог ведает. Я скакал через ступеньки, как кенгуру, и не сразу попал ключом в замочную скважину, настолько полученное письмо взбудоражило меня и помутило рассудок.
   Дома я пришел в себя. И, опустившись в кресло, погрузился в чтение.

   «Дорогой Саня! (Черт бы тебя побрал!!!) Как ты там поживаешь?! – писал Сережа, видимо, находясь в самом редкостном расположении духа, поскольку почерк у него был до странности корявый. Такой, когда человек торопится, или ему нужно слишком много сказать, но он не находит возможности, и слова сами собой выплескиваются. – Вы все еще воюете с Козловым? Надавайте ему по физиономии там, если будет возможность.
   У меня все хорошо. Живу, не скучаю. Только часто думаю о вас, о тебе, о наших друзьях. Понимаю, как вам сложно в эти непростые времена.
   А мне кое-что о вас известно! Разведка доносит, ваши дела с Козловым идут не лучшим образом. А так нельзя. Постарайтесь держать инициативу в своих руках. И все будет нормально.
   Должен тебе признаться, мы не сразу отправились на курорт. Сначала заехали в одну деревеньку, там у нас дедушка с бабушкой, уж не помню, по чьей линии. Седьмая вода на киселе. Вот ненормальные! Не успел, значит, приехать, как на меня тут же свалили всю домашнюю работу. Будто я работать сюда приехал! Об этом в «контракте» между мною и родителями ничего сказано не было и в помине! Главное, я пашу, а старики ничего не делают. Как будто так и должно! Ну, мне это быстро надоело, и я, улучив минуту, без стеснения отправил старика к дьяволу. Он заартачился было, даже с кулаками полез. Уж не знаю, как он привык распоряжаться своим здоровьем, меня не предупредили. Ну, я малость пошалил. Показал ему кое-какие приемы, полагая, что насчет каратэ он узнал как раз из первоисточника.
   Главное, это не помогло мне в плане работы, ибо старуха не может выполнять мужские обязанности, а старикашка теперь... лежит, отдыхая по полной программе. Благодаря мне он почему-то не в состоянии двигаться. Но ни слова в ответ. Жизнь ведь – дорогое удовольствие... Не дождусь, когда мы все-таки съездим на курорт, отсюда близко.
   К сентябрю должен вернуться, если не возникнет других дополнительных трудностей.
   Я знаю, что главные проблемы сейчас у вас. Ты не представляешь, как бы мне хотелось быть рядом с вами, чтобы помогать поддерживать порядок и наводить ужас на наших противников.
   Ты не поверишь, Саня, но, находясь вдали от военных действий между нашими дворами, я взглянул со стороны на нас с Козловым. И понял одну простую вещь. Война, что длится уже второй год, могла вовсе и не начаться! И только в наших силах прекратить ее. Не будь тогда этой злосчастной операции, возможно, все выглядело бы по-другому. Даже теперь, осознавая и анализируя, я где-то понимаю поведение того же Козлова. Зависть сыграла с ним злую шутку. Он отчаялся, что победить меня «законными» методами не в состоянии. Вот и переступил черту на «противозаконные» действия. Заметь, Саня, не каждый бы решился на такое. И я говорю тебе (и только тебе одному!), что по-своему Костя Козлов – смелый человек! Только методы борьбы выбрал не те, какие положено.
   Излишне напоминать, дорогой друг, что все, сказанное выше – тайна. Это между нами. Я никогда не сознаюсь в том, что писал или говорил эти слова о Козлове. Мне кажется, что, находясь далеко от вас, я не держу на него зла. А вот здесь, Саня, никто из друзей не поверит, что я говорю серьезно. Наверное, оттого, что... во все это НЕ ВЕРЮ Я САМ!
   Напиши мне, Саня, обязательно. Расскажи, как идут ваши дела. Как там девчонки из «Женсовета»? Успокоились, или снова затеяли новые интриги? А Рютин? Он еще не вступил в полемику со своим командиром? Думаю, самое время и ему показать, на что он способен!
   На этом пока прощаюсь. Обязательно жду от тебя ответа! И помни, что мысленно я рядом с тобой.
   С тобой, и со всеми вами, ребята! Привет вам с юга! До свидания!
                Сережа-путешественник».

   Я закончил чтение письма. Оно оставило у меня неоднозначное впечатление. Я был и рад известиям от друга, и в то же время несколько ошарашен тем, что именно он изложил в письме. Да, насчет Козлова подобных откровений ранее он не делал. А вот его мысли о Рютине вогнали меня в ступор, и я едва не грохнулся на пол вместе с письмом. Всякий раз этот человек умеет ставить меня в такое положение и удивлять, как говорится, новостью о новом открытии Америки.
   Как будто... он сам стоял тогда у того дома и вместе с нами слушал восклицание Рютина! Угадано в точности! Я мог только поражаться логике его мышления. Ведь и в самом деле Рютин выглядел весьма странно при последнем разговоре с Козловым. Было видно, что он на пределе. Значит, надо особенно присматриваться к нему. Быть может, Серый прав, и «то время», о котором он говорит, настало... Но что это значит? Я пока не мог точно ответить на данный вопрос.
   Я позвонил друзьям, кого смог застать дома, и сообщил о письме. Скоро ко мне пришли Медведь, Башка, Ларивошка и Шмонин. Я своими словами рассказал им содержание письма, умолчав лишь о Козлове, как Серый просил.
   Друзья выразили буйный восторг, что каникулы Сережи идут в нужном направлении. Хотя... его поведение насчет старого человека вызвали неоднозначную реакцию. Один Шмонин веселился, как ненормальный, но к его поведению мы всегда относились поверхностно.
   Впрочем, он внес свою лепту, точнее, вызвал шквал критики в собственный адрес. Мы говорили насчет ответа Сереге, который я должен был ему отправить.
   - Напиши все, как было, - посоветовал Башка. - Ему надо знать реальную картину наших действий, и планов противника. То, как мы встретили август, и какие поражения несли вначале...
   - А вот этого писать как раз не стоит! – горячился Шмонин, пускаясь в пляс по комнате, размахивая руками под нашими носами. - Зачем ему знать о поражениях? Подумаешь, я по башке получил? В первый раз, что ли?! Ну и что?! Не каждый день нам может везти, в конце концов, всякое было и при Сереге. Вон, мы с Саней вообще в плен попали среди зимы. А Ларивошку отделали под домом у Козлова в самом начале событий. От этого он и в алкаша превратился... Мы проигрываем достаточно часто, ребята, только сами себе не можем в этом признаться...
   Тут началась самая настоящая пикировка. Ребята спорили и ругались благодаря изобретательности Шмонина. Ну, в спорах как раз он и собаку съел. Введи в школьную программу предмет подобного рода, наш Балбес был бы круглым отличником.
   В любом случае, я напишу чистую правду, как она есть. И наш знаменитый Шмонин вновь и вновь внесет свое имя в послужной список, включая и точный удар по голове. Ведь все равно мозгов от этого у него не прибавилось, если, простите, не наоборот!..
   Этим я и занимался до конца вечера, составляя письменный отчет нашему улетевшему другу. Подробно описал действия Козлова на кочегарке, наше поражение, потом засаду у дома Башки, прорыв через эту самую засаду с яйцами в руках.  Эта тема наверняка приведет Серегу в восторг! А битва на берегу озера – вообще шедевр, особенно эпизод с костром...
   Но в словах нашего спорщика Шмонина был здравый смысл. И я мысленно и не только согласился с его доводами. И... не описал один факт, который пока не считал важным. Это насчет... таинственной личности, которая предупредила Штангу о нападении Козлова у дома Башки. Кто он? Имеет ли отношение к нашей войне? Зачем он предупредил Штангу? К сожалению, есть вещи, о которых в письме не скажешь. И я решил дождаться Серегу и рассказать ему все непосредственно, глядя в глаза. Так мы быстрее поймем друг друга.
   Приняв такое решение, я закончил письмо и запечатал его в конверт.

      Глава 8.
  МЕЖ ДВУХ ОГНЕЙ

   Как-то в воскресенье я проснулся ранним утром и, одевшись, пошел на кухню, чтобы сварить себе кофе. Просто захотелось, хоть я и не часто позволял себе такое удовольствие. Ведь кофе – это наркотик, правда, разрешенный законом, но все же от него иногда давление прыгает. А мне с этим как раз шутить не стоит. Ну, чего нельзя, того сильнее хочется! Так уж человек устроен, а чем я хуже? И я решил нарушить этот закон по всей программе.
   Дома никого, родители в отъезде. Роскошество! Сижу у окна, смакуя горячий напиток медленными короткими глотками. Как вдруг вижу картину маслом: прямо напротив окна в березняке сидят на огораживающей трубе трое – две девчонки и парень.
   Девочками были Таня Орлова со своей верной Катей Кондрашовой. Парень – Костя Козлов собственной персоной. Они сидели совершенно открыто и вели между собой неторопливый такой разговор. Я чуть не поперхнулся кофе. И он сразу стал каким-то невкусным. Как говорится, полыхнуло гнильцой, что вполне понятно.
   При этом я отметил, что троица вела себя беспокойно. Они регулярно оглядывали окна нашего дома, чаще всего посматривая в ту сторону, где жили Медведь, Игорь Андреев и... Саня Ковалев. И все это тут же обговаривалось. Они что-то высчитывали на пальцах, показывали знаками и обсуждали. Костя регулярно показывал три пальца, и я поначалу не понял, зачем он это делает. Потом только до меня дошло.
   Я отставил бесполезную теперь чашку с кофе, встал во весь рост и напрямик приблизил свое лицо к оконному стеклу. Спустя несколько секунд троица заметила мой маневр. Разговоры тут же стихли.
   Козлов ухмыльнулся. И его улыбка мне совсем не понравилась. Он снова показал три прямых пальца, затем кивнул в сторону солнца, которое, правда, еще не закатилось на нашу половину дома, но я прекрасно его понял. И кивнул головой.
   Козлов встал, отряхнул штаны, чтобы полностью сохранить свой природный лоск – выглядеть всегда с иголочки. После чего с большим достоинством удалился восвояси. А девочки еще посидели какое-то время, потом тоже разошлись. А я бросился к телефонному аппарату. Набрал номер Башки.
   - Слушай, Макс, они что-то затеяли. Только что вся троица стояла под моими окнами...
   И я ввел Башку в курс дела.
   - Ты уверен в том, что говоришь? – не поверил он, выслушав меня.
   - Говоря откровенно, не совсем. Но, судя по тем знакам, что он показывал.
   - В три часа, значит...
   - Да! Будет битва. Это ведь прямой вызов.
   - А где?
   - Думаю, у нас во дворе. Раз уж они сами сюда пришли. Сволочи! Ходят безбоязненно, как на своей территории. Вот что значит численное преимущество! Предупреди всех, Макс! Я тоже начну обзванивать ребят. Надо подготовиться.
   Я положил трубку, сел и задумался. Похоже, Козлов не шутил. Да еще его очередной альянс с «Женсоветом». Серый всегда опасался сговора Кости и девочек, уж не знаю, почему. И мне самому теперь передалась эта тревога. Не к добру такое соглашение.
   Почти мгновенно прибежал Медведь, за ним подтянулся Игорь Андреев. Ну, здесь понятно, парни жили в нашем же доме. А минут через десять подлетели Шмонин и Башка. Главный совет был в сборе.
   - Будем готовиться к битве, - произнес я решительным тоном, - сколько бы их там ни было... Мы соберем всех, кто у нас есть. Это будет решающая бойня, после которой станет ясно, кто из нас победил в августе. Мы не должны проиграть!
   - Дело серьезнее, нежели мы думали, - проговорил Игорь, обеспокоенно оглядывая каждого из нас. - Я заметил в окно, что после ухода Козлова Орлова и Кондрашова будто невзначай прошлись по детской площадке.
   - Все ясно, - нахмурился Башка, - они осматривали место предполагаемого поединка.
   - И, главное, чтобы убрать лишнее оружие, какое найдется, - чертыхнулся я, - палки там, камни. Всего этого мы больше не увидим на прежнем месте, я вас уверяю. Это понятно. 
   - У нас есть резерв оружия? – задал вопрос Медведь.
   - За резерв обычно отвечали малыши – твой брат и Амирка.
   - Мешок камней у меня еще остался, - облегченно выдохнул Яковцев. – Ромка, пока был в городе, регулярно делал все, чтобы куль не пустовал. Правда, он по глупости накидал туда картошку, и она малость подгнила. Запашок еще тот, противогаз прокиснет... Но это даже к лучшему – пусть у Козлова нос перешибет от помойного запаха!
   - Что с палками? – спросил Башка.
   - Личное оружие есть у каждого, - ответил я, - как и рогатка. Здесь все чисто. Мы будем готовы, несмотря на потерю уличных палок. Сегодня как никогда нам придется вытащить весь свой арсенал, поскольку битва грядет нешуточная. Ведь это ОНИ захотели боя!
   - Вызов принят, - твердым голосом произнес Макс Башков, и мы с ним согласились.
   - Как быть с планом? – поинтересовался Андреев.
   Все перевели взгляды на меня. Я покраснел. Плана как раз и не было.
   - К трем часам соберемся на площадке с оружием в руках. Вот и весь план. Ждем противника. Главное – не расслабляться и не реагировать на возможные провокации со стороны девчонок. Думаю, они все там объединились. И «Женсовет» в полном составе будет участвовать в битве, как бы смешно это ни выглядело.
   - Вот где Шмонин пригодится! – гаркнул Балбес, который до этого молчал, как рыба.
   Я посоветовал ему готовиться со всем прилежанием. Девочки не посмотрят, что перед ними его высочество Сергей Шмонин. Хлопок из рогатки – получи камень в физию! Шмонин присмирел и промолчал.
   Башка предложил сбегать к нему домой и взять парочку-другую ячеек. У него еще осталось. Но я отговорил его. Сейчас не время яйцами бросаться и покрывать двор ненужным мусором яичной скорлупы. На самом деле я просто испугался, что потом взрослые заставят нас чистить всю улицу, тогда как главные зачинщики нападения благополучно смоются.
   После обеда мы сгруппировались на детской площадке нашего двора. Пришли все. Помимо меня были: Башка, Медведь, Игорь Андреев, Ларивошка, Штанга, Сергей Шмонин, Сергей Брусникин, Амир Киреев. Последний по моему сигналу спрятался в детском домике, чтобы оттуда обстреливать неприятеля из рогатки. Ему придется хуже всех, учитывая, что главного нашего снайпера – Медвежонка – с нами не было.
   Я зорко смотрел по сторонам. Пока никого. Дозорных тоже не видно. Андреев еще до выхода на улицу проверил со своего окна кочегарку. Там ничего подозрительного не наблюдалось. Алюминиевая бочка тоже была пуста.
   - Козлов задействовал все имеющиеся у него резервы, - догадался Медведь.
   - У него главная ставка на победу, - нахмурился я.
   И вдруг молния ударила мне в голову. Я вспомнил прошлый подслушанный разговор между Костей и Рютиным. И подозвал к себе Башку. Собственно, тот тоже все понял, только глянув мне в глаза.
   - Главная ставка, Макс! Если Рютин не соврал, значит, Козлову пришлось раскошелиться на эту битву! Ух, и жарко нам придется!
   - Зато, если выстоим, они дрогнут! – рот Башки расплылся в усмешке. - Мы бьемся за честь двора и за нашу дружбу. Они идут из выгоды. Что перевесит чашу весов? Думаю, мы стоим за правое дело. Никто не захочет даже за большие деньги получать по физиономии запросто так! Да и Козлов не тот полководец, за которого легко умирать. Ты меня почти успокоил, Саня! 
   - Если соберутся все, значит, и деньги немалые, - подсказал Шмонин, который слышал наш разговор и понял суть дела. – Совершенно ясно, что это его ПОСЛЕДНИЕ ДЕНЬГИ! И последний шанс победить.
   Про оплату военных событий со стороны Козлова знали все наши ребята. Мы с Максом не стали делать из этого тайну.
   Без пяти минут три. Скоро начнется. Я крепко сжал палку. Друзья рассредоточились возле меня. Я посоветовал никому далеко не расходиться. Так проще было биться всем скопом. Наверняка они сразу попытаются нас как-то разделить. Но этот номер у них не пройдет!
   Мы были хорошо вооружены, хотя Игорь правильно заметил – вся площадка начисто тщательно исследована и зачищена. Не было ни палок вдоль заборов, ни подозрительных камней, ничего. Вот только камни и все прочее мы принесли с собой. Обыскать у каждого из нас квартиру «Женсовету» не пришло в голову. Я почему-то сразу обвинил голословно во всем именно девчонок, поскольку ранее Козлову не приходила в башку мысль обыскивать дворы. Похоже, Ирка Ким, как новая глава девичьей организации, привнесла свежую струю в дела «Женсовета», и там наладилась шпионская и прочая деятельность.
   Помимо палок в кармане у нас были заготовлены рогатки, у меня еще самострел остался. Я пока временно передал его Амирке, пусть постережет. На ногах – хоккейные щитки под штанами. Штаны длинные, почти у всех джинсы – материал твердый и плотный. Заденет камень, не так больно. Упаси бог участвовать в битве в шортах – без ног останешься!
   Три часа. И никого нет! Неужели я неправильно истолковал знаки, что показывал мне Козлов? Или они намеренно выставили меня и всех друзей дураками, чтобы всласть поиздеваться? Я горел от нетерпения и зорко оглядывал весь двор, замечая любую щель, откуда мог показаться враг. А ведь теперь даже с кочегарки нам могла угрожать опасность. Мы были на детской площадке, где, к счастью, никто сегодня не гулял. Поле битвы в нашем распоряжении. Козлов и его наемники могли в любой момент окружить нас со всех сторон. Но мы, находясь в самом центре двора, видели и предупреждали любое нападение. Даже сверхскорость не спасет Козлова и не поможет ему одолеть нас запросто так! Неожиданности не будет!
   Начало четвертого. Пора уж, чего тянуть? Собственно, тут все и случилось. Мы стояли, коротко и изредка переговариваясь. И вот неожиданно дверь моего подъезда отворилась, и на крыльце появились элегантно одетые в нарядные платья Таня Орлова и Катя Кондрашова. Весь их вид совсем не напоминал будущую битву, поскольку выглядели они самыми что ни на есть принцессами из сказки. Орлова даже банты не забыла вплести в свои кудрявые волосья.
   Шмонин усмехнулся. Зная его характер, я легко представил себе, о чем он думает. Вот бы взять такую красоту и... обмакнуть куда-нибудь, ну, в грязный песок хотя бы! Разом все величие пропадет, а платье превратится в половую тряпку!
   Я не стал заострять внимание на разодетых в бархат девиц. Главное – не упустить момент нападения остальных сообщников. Особенно – Козлова. И ребята подумали о том же.
   Танька была ошарашена. Кажется, напрасно они добрый час вертелись перед зеркалом. Тактика на красоту не сработала. Мы не купились. Даже ни одного свистка им не послали! Какое хамство...
   Но вот девочки перешли ко второму сценарию событий. Они обе, как по команде, вытащили из кармана... какие-то свистки и, засунув в рот, пронзительно засвистели. После чего, подав условный сигнал, ринулись под дом, чтобы скрыться.
Шмонин попытался погнаться за ними, даже сделал пару шагов вперед, но я быстро навел порядок, схватив Балбеса за плечо.
   - Не бежать за ними! – крикнул я, начиная понимать, откуда веет опасностью. - Это сигнал! Сейчас Козлов нападет...
   В самом деле, разбегаться было опасно, как никогда. Не успели девчонки скрыться, как с правой стороны дома, где обычно это и происходило, показался отряд. Человек десять, включая Козлова, вооруженные палками, спешно приближались.
   Мы приготовились отражать нападение, как вдруг я бросил взгляд в другую, противоположную сторону. Чутье меня не подвело – со стороны соседнего дома еще десяток парней под руководством Женьки Рютина готовились лезть через детский забор, чтобы ударить нам в спину. Так вот он, их грандиозный план!
   Мы тут же оказались в полном окружении и между двух огней. Тут любой растеряется. Но только не мы! Справедливости ради замечу, что наши друзья совершенно не потеряли мужества, и с радостью встретили наступающего врага.
   И тут же новый свист. Столько свистков я не слышал со времен уроков физкультуры в школе. Из-под дома под предводительством девчонок в роскошных платьях выбежали остальные участницы «Женсовета», слава богу, в штанах. И – с рогатками в руках. Особенно выделялась Ирка Ким. А вот Наташки Киреевой среди девчонок я не заметил... Похоже, Брусникину тогда не померещилось. Снайперша затеяла нечто из ряда вон выходящее, раз не появляется в рядах остальных участниц «Женсовета». Или спряталась где-то недалеко, чтобы подстреливать нас одного за другим. Будущее покажет.
   Ирка Ким мгновенно окружила забор. Девчонки уселись и, хохоча во все горло, принялись обстреливать нас из своих рогаток. Но их мелкие камешки не причиняли нам особенного вреда.
   - Схватить их! – приказал Козлов, который сумел подойти поближе к забору со своей стороны.
   Бесполезно было сдерживать этот напор. И мы приняли мужественное решение – пустить их на площадку. Тут и места много, но кроме того – девчонкам будет сложнее стрелять в нас, рискуя попасть в союзников. Эту комбинацию, похоже, Ирка Ким не продумала до конца.
   Я успел пнуть первого же подбежавшего ко мне идиота, тогда как находящийся у меня за спиной Медведь вдруг крикнул, что сзади из-под соседнего дома вылезает еще одна группа чужих парней. Они лезли прямо, как кроты. Настоящее окружение!
   Не теряя времени, Башка схватился с Рютиным. И через секунду Женька уже сделал сальто в воздухе, свалившись животом прямо на забор. Как у него воздуха хватило, не понимаю. Он немедленно вышел из строя, похоже, надолго.
   Я решил сделать то же самое – лишить врагов их начальников. И решительно подступил к Козлову, которого охраняло человека четыре. Медведь и Брусникин ко мне присоединились. Но на этот раз не сработало: недруги предугадали наш шаг. Точнее, их предупредили девчонки своими свистками. Вот придумали, тоже мне! Этот свист так и резал слух. Братва Козлова мгновенно сориентировалась и встретила нас мощной атакой. Медведя уложили ударом в челюсть, Брусникин получил в живот, а меня кто-то нагло и предательски стукнул по ноге. И я, рискуя получить перелом, свалился на землю, кувыркнувшись по песку.
   - Ха-ха-ха! – смеялся Козлов, на этот раз искренне уверенный в своем полном превосходстве. - Так вам и надо!
   - Ха-ха-ха! – вторили ему сидевшие на заборе девчонки. 
   И сразу несколько рогаток нацелились мне в голову. А вот это они зря! Я еще не был окончательно побежден. И, вторично кувыркнувшись, вытащил рогатку, заряжая ее на ходу. Уж здесь я был профессионалом. Волею судьбы именно Орлова попалась в зоне внимания. Я спустил жгут, даже не прицелившись. И мне было наплевать, кто передо мной – противник Козлова или девчонка. Она была с оружием в руках. Война есть война!
   Не знаю, куда угодил камень, но Танька вскрикнула и свалилась с забора, точно подстреленная куропатка. Похоже, бал не состоится, ведь платье испорчено всерьез.
   И тут же мне на помощь пришел маленький Амирка! Там, под защитой стен домика-горки он не терял даром времени, заряжая рогатки и готовя камни к бою. Не успела Орлова приземлиться по ту сторону забора, как Киреев высунулся из окна и метким выстрелом сшиб вторую девчонку из «Женсовета». На этот раз – Надьку Колосову. И она тоже повторила участь Таньки, скрывшись под забором. Кажется, кому-то стало не до веселья.
   Видя все это, девочки утихомирились, догадываясь, что здесь не до шуток. Все идет всерьез, особенно война.
   А я, не теряя даром времени, ринулся в гущу схватки, сознавая, что от меня зависит многое, если не все. И, схватив рукой горсть песка, неожиданно кинул ее прямо в рожу Козлову.
   Как по команде наши друзья сделали то же самое со своими врагами. И это, как оказалось выше, был поворот всего боя. Такого хода не ожидал никто.

      Глава 9.
  МЕЖ ДВУХ ОГНЕЙ (ПРОДОЛЖЕНИЕ)

   - Ага! – вскричал радостный Медведь. - Получили, уроды!!!
   А вот это он зря! Не стоит расслабляться даже на секунду. Миг – и оратор немедленно вылетел из толпы дерущихся, получив пинок от какого-то толстяка.
   Правда, и тому не посчастливилось – Ларивошка смазал ему по морде, хотя последнее у него не всегда получалось. Но сегодня был, видимо, особый случай, и толстяк рухнул на землю, не успев даже удивиться. А Димка, чувствуя прилив сил, бросился в новую схватку.
   Я успел еще обратить внимание на сцену у забора со стороны дома. Там троица неприятелей зажимала одного Башку. Макс отчаянно сопротивлялся, но его вдавливали прямо в доски. Казалось, еще немного, и Башка сольется с забором, станет единым целым.
   Я кинулся было к нему, но меня остановил «Предостережение». И на этот раз он не сомневался, нападать на меня или нет. Вспомните прошлый случай со Шмониным? Тогда он просто не давал мне возможности мешать Рютину разобраться с Балбесом. Теперь ситуация несколько иная. Надо отдать справедливость, Страховский был мастер своего дела. Он умел оказываться перед носом противника в тот момент, когда этого меньше всего ожидаешь. Потому я оказался не готов к схватке, и после первого же толчка улетел на песок.
   Очнулся я быстро. Хаос на площадке продолжался. Я быстро окинул взглядом ближайшие два метра, чтобы определить, куда бежать и к кому. Где там Козлов, или,  может, Рютин? Башку у забора я уже не видел. Но и здесь случилось так, что «Предостережение» снова очутился возле меня. Удар – и я опять на земле. Пошла кровь из носа.
   Я встал на четвереньки, закрыв лицо руками. Перед глазами у меня кружился белый туман, и я ясно вдруг увидел возникающее, словно из ниоткуда, лицо и фигуру... Сереги! Он медленно приближался ко мне и шептал что-то. И с каждым шагом голос его крепнул, говоря:
   - Не сдавайся, Саня! Ты же сильный... Вспомни, чему я тебя учил! Вспомни... ВСПОМНИ!..
   Я опустил руки, открыв лицо. Туман полностью исчез, а вместе с ним и Серый. Уж не знаю, было это на самом деле, или привидение друга действительно материализовалось из воздуха, только это придало мне сил. Я уже не сомневался ни в чем. Да и друзья, которые кружились на площадке, показывали такое мужество в борьбе с чужаками, что я просто не мог оставаться на земле. Минутная передышка пошла на пользу.
   И когда «Предостережение», ухмыляясь во весь рот, собрался пнуть меня ногой, чтобы покончить со своим давним противником, я умудрился отскочить и схватить его за ногу! Затем, помогая второй рукой, перебросил эту тушу через себя. Не ожидавший такого Колька взвился в воздух; на его несчастье как раз рядом находился тот самый детский домик с горкой. Вот на эту самую горку он и грохнулся, отбив себе позвоночник. Колька растянулся под горкой, не испытывая больше желания подняться.
   Избавившись от этого тяжеловеса, я, пошатываясь, кинулся на помощь остальным. Тут мне, наконец, попался Костя Козлов, который с двумя наемниками налетал на Шмонина и Штангу. Я к ним присоединился. Штанга «выключил» первого телохранителя, Шмонин – второго. В мгновение ока Костя оказался один перед нами тремя. Но он успел увернуться от первого удара Шмонина, затем неожиданно ногой залепил Штанге прямо в лицо!
   Это было невероятно. Надо отдать должное Козлову – он учился драться по ходу нашей войны. Кто-то его натурально поднатаскал в «военном» деле, включая и приемы самообороны. Если раньше он то и дело прятался за спинами других, то теперь заметно прибавил в мастерстве.
   В любом случае, его поведение мне не понравилось. Я ощутил такую злость, что ничего вокруг себя не видел. Потому моя схватка с Козловым оказалась коротка: мой кулак угодил ему в нос, а нога – в район плеча. Результат известен – командир кубарем отлетел в сторону и затерялся в песке.
   Одно мгновение казалось, что мы победили. Наши друзья остановились, оглядываясь по сторонам. Не все могли стоять на ногах, кто-то лежал, пытаясь отползти в сторону – и свои, и чужие (последних – гораздо больше!).
   Но здесь весомое слово вновь сказал «Женсовет». Из-под забора высунулась Танька Орлова, почему-то уже в обычной дворовой одежде – в футболке и штанах (когда она успела переодеться, уму непостижимо!), засунула в рот свисток и издала истошный визг. И вновь под этот призывной набат шесть человек вылезло из-под соседнего дома. Казалось, им счета нет! Абсолютно свежие новые игроки.
   Мы вторично очутились меж двух огней.
   - Чтоб ты свисток проглотила! – пожелал ей Шмонин.
   Амир Киреев ответил новым выстрелом из рогатки, и снова попал. Орлова пискнула и опять спряталась за забором. Но свое черное дело она успела сделать. И мы вновь ринулись в бой со свежим составом бойцов.
   - Вот гады! – прокричал Брусникин, отмахиваясь от врагов.
   - Уроды! – поддакивал Игорь Андреев, который сумел где-то раздобыть трубу и благодаря этому получил весомое преимущество над нападавшими. Каждый его удар достигал цели. Парни летели от него врассыпную, чем он умело пользовался, оберегая не только себя, но и остальных друзей. Тот же Медведь практически не мог двигаться, настолько был поврежден.
   Но вновь и вновь противники начали выдыхаться и уставать. Тогда как наши ребята без пощады кроют всех по башкам. Сторонники Козлова, сбившись в кучу, те, кто остался, начали отступать в сторону кочегарки. Ну, там ведь ближайший выход из двора в сторону дома Козлова.
   В этот момент у меня из носа вторично пошла кровь.
   В последний этап сражения разница между дерущимися была примерно равной. Из бригады Козлова осталось человек шесть, и нас пятеро, те, кто мог стоять на ногах. Что касается «Женсовета», то они больше не сидели на заборе и не пуляли из рогатки. Следует отметить, что большая часть этих выстрелов велась скорее на интуитивном уровне, а не прицельно. Ведь никто практически стрелять не умел, только выпендривались. Зато Амирка, укрытый деревянными стенами дома-горки, метко стрелял из окна и вышибал девиц одну за другой. А сколько парней Козлова перестрелял? Да он один пахал больше, чем весь «Женсовет», вместе взятый!
   Женя Рютин под конец бойни пришел в себя и налетел на Игоря. Ну, у них еще с осени свои счеты, как помнит читатель. С непостижимым упорством ему удалось отнять у Андреева трубу. По-видимому, доведенный до отчаяния и бешенства, он хотел ударить нашего товарища по второй ноге, чтобы снова вывести из строя таким ужасным способом. Но Андреева неожиданно спас Медведь, который срочно «выздоровел», но вновь пожертвовал собой, получив трубой вместо Игоря. Он растянулся на заборе, не в силах шелохнуться.
   Рютин застыл, не поверив, что так вообще возможно – подставить свое тело вместо друга. Но пока он размышлял над этим, Андреев стукнул его по голове первым же подвернувшимся оружием, какое нашел (доска деревоплиты). И Рютин с этой доской на шее (вроде пышного испанского воротника) лег отдохнуть рядом с Медведем.
   Костя Козлов в этот раз показал, что он все-таки не трус. Он лихорадочно дрался до последнего и был покрыт кровью. Все понимали, что это был, вероятно, последний шанс перетянуть чашу весов на свою сторону, и завоевать неприступный двор. Одержать победу над Серегой, пусть даже заочно. Мы столкнулись с ним еще один раз, только не друг с другом, а просто стукнулись боками. Мне удалось оторвать край его рубахи, и на его глазах нахально так вытереть себе нос. Неслыханное оскорбление!
   Но все же в этот раз победа осталась за нами. Косте пришлось удрать, пока он был в состоянии это сделать. Рютин, придя в себя, традиционно полз в направлении своего подъезда (а что ему еще оставалось!).
   Такова была общая сцена этой беспощадной августовской схватки.

     Глава 10.
  ИНОГДА МЕЧТЫ СБЫВАЮТСЯ!

   Я оглядел поле битвы. Меня мотало в разные стороны, и только присутствие духа помогало держаться на ногах. Но стоять ровно могли только мы трое: я, спрыгнувший из домика Амир Киреев и, как ни странно, Сергей Шмонин. Конечно, и ему доставалось во время боя, но он был практически невредим.
   - Еще одна победа, братцы! – вскричал Медведь, пытаясь подняться на ноги и потирая бока, которые, надо сказать, ему порядочно намяли.
   - Она останется в веках, - прогудел сидевший рядом с ним Игорь, - как и твое безрассудство, мой друг.
   И он с теплотой пожал протянутую ему руку, благодаря за спасение в последней схватке с Рютиным.
   Те, кто стоял на ногах, бросились поднимать раненых, совместно с этим провожая поднимающихся недругов полновесными пинками. Я не мог их винить за это. Такова уж доля победителей и проигравших. Только представьте, что мы проиграли битву. Какими были бы для нас последствия?! Думаю, такие вот пинки – самое мягкое наказание. А могла бы быть и яма... Мы со Шмониным с ней знакомы хорошо.
   У меня снова началось головокружение, и я опустился на песок. Медведь подполз ко мне, чтобы прислонить к забору, но я отказался. Переводил взгляд с одного друга на другого, словно ища кого-то. Кажется, все на месте. На площадке никого не осталось, кроме нас.
   - Амирка, ты цел? – спрашиваю.
   - Да! – ответил тоненький голосок у меня под носом. - Я стрелял из дома.
   Я увидел радостное выражение его мордочки, и не мог не порадоваться, что хоть у него все хорошо. Потом снова осмотрелся вокруг. К счастью, наша драка не имела роковых последствий, по крайней мере, со стороны взрослых. Прохожие, конечно, мимо проходили, но не обращали на нас внимания. Ну, мало ли, какие бывают игры у подростков? Хотя я на их месте благополучно вызвал бы милицию...
   При виде этого финала сражения у меня в башке поселилась гордость. Мы выстояли! Бой был сложный и тяжелый, но мы не дрогнули. 
   Мысль в башке... башке... А где, собственно?..
   - Ребята, - позвал я, оглядываясь, - где Башка?
   Ларивошка и Шмонин тревожно огляделись вокруг себя. Да, Макса не видно. Куда же он делся?!
   - Макс! Башка! – крикнул Медведь. - Ты живой?
   - Может, его огрели по башке и выкинули куда-нибудь? – изложил версию Амирка.
   - За забором посмотрите, - попросил я, делая шаг в сторону соседнего дома, но ноги у меня подкосились, и я снова рухнул на песок.
   - Погоди, Саня! – остановил меня Андреев. - Башку найдут. А ты отдохни. Нельзя тебе... после такого боя... 
   Штанга и Шмонин кинулись к забору и посмотрели вдоль него в обе стороны. И крикнули, что Башки там нет.
   - Где же он? – тревожно спрашивал каждый, оглядываясь по сторонам.
   - Давайте вспомним, где мы его видели в последний раз, - предложил Брусникин.
   Я задумался. Мне вспомнилась картина схватки у забора, когда Башка бился сразу с тремя парнями. И там, кажется, был Футляр. Больше я их не видел. И Футляра, кстати, тоже! Его напарник Труба также не участвовал в общем сражении, что странно. И вообще, куда они делись?! Какова была их функция в сегодняшнем сражении? Откуда постоянно появлялись свежие силы противника? Из-под дома! Значит, соседний двор... 
   - Похоже, его похитили, - предположил Штанга, когда я сбивчиво рассказал эпизод возле забора. - После этого Башку никто не видел.
   - «Предостережение» мне мешал добраться до него, - вставил я. - А потом меня закружил вихрь другой схватки...
   - Значит, к черту отдых! – воскликнул Брусникин, подбирая палку. - Вперед! На поиск Башки!
   - Проверим под домом, - предложил Медведь. - Ведь оттуда лезли враги. Может, и Макс где-то там и валяется?
   - Подождите! – прервал нас Игорь, и мы застыли от неожиданности. - Кажется, здесь вообще все подстроено.
   - Что ты имеешь в виду? – удивились все.
   Андреев не мог объяснить свои слова, только пожал плечами. Но тут уже я сделал неутешительные выводы:
   - Игорь прав. Башка исчез весьма таинственно. Конечно, у всех нас были дела поважнее, и мы не услышали бы его в таком шуме. Но и просто провалиться сквозь землю он не мог.
   Повторный осмотр забора ничего не дал. Правда, он был изрядно помят и треснут в нескольких местах, что как раз и понятно, ведь каждого второго из нас швыряли на этот самый забор! Надо было лезть под дом.
   Здесь я проявил осторожность. Мы еще не знали, что ждет нас в соседнем дворе. Потому выбрал тех из нас, кто крепко стоял на ногах. Они побегут вокруг дома, причем – с двух сторон. А трое других, включая меня – полезут под самим домом.
   - Палки, рогатки, все с собой! – скомандовал я.
   Ребята побежали вкруговую. А я, оставшись с Медведем и Амиркой, пролез под дом и пополз в сторону соседнего двора. Я был вооружен самострелом, который мне вернул Амир из домика. Он им не воспользовался, так как с рогаткой был знаком гораздо лучше.
   Мы пошли вперед, пригнувшись, чтобы не удариться головой о трубы и балки. Благо, тут недалеко. При этом осматривали все вокруг в поисках следов. Но ничего похожего ни на Макса, ни на его присутствие. Хотя несколько пар следов все же виднелись. Это когда парни Козлова пробирались к нам в тыл. 
   - Амирка, останешься здесь! - шепнул я Кирееву, когда мы приблизились к концу дома.
   Тот послушно кивнул. Здесь надо отдать ему должное, он всегда подчинялся законам «военного» времени. Вот Ромка бы наверняка заспорил. Ну, у Медвежонка такой характер.
   Мы с Медведем выглянули из-под дома. Там как раз сияло солнце, все было освещено. Места на той стороне гораздо больше, нежели у нас, ведь до ближайшего дома было порядочное расстояние. Весь этот двор вмещал в себя и лужайку, и скопление труб, судя по всему, так называемое «продолжение» кочегарки, и детскую площадку ту же. Только на ней была еще и беседка, чего не наблюдалось у нас. И тот же домик-горка. Справа проходила дорога, ведущая к выходу в центр города. Именно в той стороне ранее стояла сгоревшая канцелярия, ныне покойная, где в прошлом разворачивались странные и страшные события. Теперь там все огорожено забором, прохода нет. Только большая груда кирпичей после сноса. Слева у самого дома проходила арка. За ней, собственно, фактически и начиналась кочегарка. Именно там должны были появиться наши друзья, которые побежали вокруг дома. Мы с Медведем их немного опередили, шагая внизу. А та группа, что бежала в другую – центральную – сторону, тоже запаздывала, хотя давно должна была быть на месте. Что их задержало?
   Но я не стал обращать на это внимания, поскольку передо мной открылась главная картина, едва я высунулся из-под дома.
   Башка, окруженный пятью парнями с палками, стоял на детской площадке, упираясь спиной к домику-горке, чтобы не получить удара в спину. Он был сбоку от нас, и мы хорошо видели, что его плотным кольцом окружают враги.
   Но и это было еще не все. Мы с Медведем застыли на мгновение, не зная, что предпринять, когда вдруг где-то над нами раздался громкий девичий голос:
   - Подонки!!!
   И стук шагов, бегущих по ступенькам вниз. Ах, да, мы ведь как раз в районе подъезда выползли из-под дома!
   - Вперед, Медведь! – скомандовал я, и мы окончательно выскочили наружу.
   Выбегая по направлению к площадке, я оглянулся и... у меня сами собой застыли шаги.
   Напротив нас с решительным видом стояла... НАТАША КИРЕЕВА.
   В руке у нее была рогатка, брови нахмурены, она не сводила глаз с площадки, где как раз разворачивались главные события.
   - Черт! Патроны кончились... – прошипела она, отбрасывая рогатку в сторону.
   Вот оно что! Мне пока еще ничего не ясно, но я понял, что, по крайней мере, сейчас, в эту самую минуту, действия и настроение девчонки направлены в нашу сторону!
   Тем временем Башка, окруженный со всех сторон, заметил нас, впрочем, как и враги. Они немедленно оставили Макса и ринулись на нас, еще не замечая того, что сзади вовсю бежали на подмогу остальные наши ребята.
   - Отстрелялась, поганка! – вдруг заорал... Футляр, держась рукой за лоб, куда, видимо, ранее прилетел камень благодаря «щедротам» Киреевой. - Сейчас получишь!..
   И он кинулся наперерез нам с палкой в руке. На девчонку! Какой позор. И Труба за ним. Вот она, зловещая парочка негодяев!
   Сам не знаю, как мне это пришло в голову. Может, я всегда стремился к чему-то такому, но в момент острой необходимости не мог поступить иначе. У меня был самострел, и была палка. Действовать нужно быстро и решительно, и – только одним оружием. Что делать?
   Медведь кинулся на помощь Башке, а я остался один против двух бросившихся на нас бандитов. Киреева стояла сзади. И тут...
   - Наташка, ДЕРЖИ!!!
   Это я швырнул ей свой самострел в тот момент, когда палка подбегающего Трубы уже неслась к моей голове. Я успел увернуться от противника, кувыркнувшись по земле.
   Тот же маневр продемонстрировала Киреева, и это было великолепно, можете мне поверить! Она легко перехватила брошенное ей оружие и, сделав сальто, разрядила самострел, практически вися в воздухе, НЕ ЦЕЛЯСЬ!
   Будь у нее настоящий пистолет, Футляру вышибло бы мозги. Он был убит «наповал», и со второй шишкой на лбу валялся у ног победительницы.
   Я уже отмечал, что самострел имел две прищепки, соответственно, два выстрела. Промахнувшись первый раз, Труба решил повторить попытку, и вновь занес палку над моей головой. Но тут его прервал второй выстрел Наташи Киреевой. Результат – он свалился рядом с закадычным дружком Футляром, решив здесь и отдохнуть... какое-то время и не по своей воле.
   Все это произошло так быстро, что никто и опомниться не успел. Я бросился вперед, чтобы схватить Макса, который держался только благодаря своей стойкости и мужеству. Тут же к нам подбежали и другие ребята. Вся компания оказалась в сборе.
Только потом я вспомнил, кому обязан спасением, и обернулся назад.
   Наташи Киреевой не оказалось. Она ушла. Но на ступеньках подъезда я нашел свой разряженный самострел.
   «Все такая же, - подумал я и... улыбнулся. - Вольная птица. Летает, где хочет».
   Вот так иногда мечты, даже самые фантастичные, очень быстро сбываются. Не я ли говорил недавно, что хотел бы участвовать с ней в соревнованиях по стрельбе? Только... по одну сторону баррикады!
   Рассказ Башки был прост и понятен. Во время боя его схватили Футляр и Труба, и под домом проволокли до соседнего двора, где в беседке был расположен так называемый резерв. Они просто хотели поиздеваться над пленником, или, как сложатся обстоятельства, взять его в качестве заложника.
   Они почти связали его, когда прибежали еще два других парня и крикнули, что партия Козлова снова проиграна. Футляр ответил, что ему плевать, и продолжил трудиться над Максом. Тут-то это и произошло. На крыльце подъезда с рогаткой в руке появилась Киреева. И они устроили дуэль с Футляром...
   - Погоди! – остановил я его. - Так она что... изначально поджидала Футляра? То есть, не тебя разве спасала?
   - Нет. - Башка изумленно посмотрел на меня. - Похоже, я вовсе был ни при чем, и моя судьба ее совсем не интересовала. А вот Футляр явно ей осточертел, за ним она и охотилась. Видел бы ты ее глаза, Саня! Волчица...
   Мне осталось только развести руками. Во всем этом была очередная загадка, которую нам следовало разгадать.
   Так окончился этот день, полный драматизма, загадок, побед и поражений.

      Глава 11.
  ПРИЧИНА ОТСУТСТВИЯ СЕРГЕЯ ШМОНИНА

   - Черт возьми, Саня! – с обидой ныл неунывающий, полный противоречивого спора Шмонин. - Почему ты мне не веришь?
   - Потому, что ты несешь ахинею, - пожал я плечами.
   Пять дней прошло после описанных выше событий. Мы довольно спокойно и весело проводили время и о Козлове вспоминали редко. Он залег на дно и пока на глаза нам не показывался. Здесь как никогда актуальной казалась мысль о том, что пока он не накопит порядочную сумму – оплату за очередной поход – нам бояться нечего. Вряд ли его наемники будут сражаться с нами в кредит.
   Что касается «Женсовета», то девчонки нас вообще не интересовали, за исключением, пожалуй, странного поведения Наташи Киреевой. Оно несколько отклонялось от остального «пирога». Здесь Серый как раз угадал в точности – у девочек свои проблемы и острая борьба внутри коллектива. Вот пусть этим и занимаются, и не лезут в наши дела.
   Тревожил меня, как это ни странно, наш Сергей Владимирович Шмонин.
   Вот уже два дня он не отставал от меня с некоей навязчивой идеей, от которой за версту пахло ерундой. Всюду ему чудился подвох со стороны Козлова, и что мне угрожает страшная опасность. Потому он, Шмонин, обязан следить и шпионить за мной ради моего же блага. Вот и терся около меня. Мне оставалось лишь пожимать плечами. Ладно, пусть следит, раз ему так хочется! 
   - В туалет хоть одному сходить можно? – сыронизировал я однажды, когда тот полностью «вышел из берегов» и доконал меня своей дотошностью.
   Шмонин аж покраснел сильнее обыкновенного, и полетел в атаку:
   - А ты, Саня, напрасно так себя ведешь и не доверяешь мне! – заявил он, шагая кругами по моей комнате. - Говорю тебе, Козлов готовит облаву.
   - Слушай, хватит! – не выдержал я, повысив голос до угрожающего уровня. - Кончай разглагольствовать. У тебя, наверно, солнечный удар, или совсем крыша уехала. Козлов, говоришь, облаву готовит? Насколько я его узнал за эти годы, он не откладывает дел в долгий ящик, и налетает сразу, как появляется возможность. Вспомни, чем мы вчера занимались. Я ходил к Ларивошке, ты следовал за мной, как глупая зоркая дуэнья, и не выпускал из виду. Мы обходили двор Козлова, и, заметь, никакая сволочь из его окружения, ни он сам почему-то не вздумали меня тронуть! Неужели двадцать человек испугались вздуть двоих самых ярых сторонников Сереги?! И ты еще болтаешь о западне.
   - Да пойми ты! – упрямился наш оратор, еще сильнее покраснев от возбуждения. - Разве одно то, что Козлов потерпел фиаско в прошлой битве, не говорит о его дальнейших действиях? А ведь именно ТЕБЯ он видел тогда в окне перед схваткой. Это ТЫ предупредил Башку. Из-за ТЕБЯ Козлов проиграл решающий бой, и снова потерял свои деньги! Из-за ТЕБЯ не смогли похитить Макса, Саня! И ты по-прежнему считаешь меня сумасшедшим?!
   - Еще бы! – отозвался я, все же задетый его словами. - Хотя, если подумать, то больший сумасшедший здесь сам Козлов, а не мы с тобой. С какой стати ему обвинять меня во всех грехах, если он САМ сидел под окнами моего дома и делал все от себя зависящее, чтобы я его заметил? Он сам же и назначил время боя, как бы откровенно посылая нам вызов.
   - Вот видишь, – поддержал мою идею Балбес, стоя на своем, - ты сам признаешь свою вину. Ну, по мнению Кости, конечно. У него ведь всегда крайний кто-то поблизости, а не он любимый. 
   Я покачал головой, однако не стал осуждать стремление Шмонина хоть как-то меня защитить. Я ведь знал, что он делает это от чистого сердца. И пожал ему руку. Однако предупредил, чтобы он не слишком волновался относительно моей судьбы, дабы самому не свихнуться от переизбытка эмоций.
   - Хорошо, - Шмонин успокоился и сел на диван, - мне осталось только одно – отправиться во двор к Козлову и выяснить подробные обстоятельства его действий против тебя. Надеюсь, тогда ты мне окончательно поверишь.
   - А вот этого делать не стоит, - убежденным тоном протянул я, понимая, что сейчас как никогда Шмонин не согласится со мной в силу горячего нрава и любителя делать все наоборот. - Вспомни, что сказал Серый, улетая. Во двор Козлова не ходить ни в коем случае!
   - А кто будет об этом знать? – тут же заспорил Шмонин, вертя головой. И то, с каким отчаянным нетерпением он это делал, я понял, что переубеждать его бессмысленно. У меня от такого поведения давно бы треснула шея.
   Я сказал ему только, что никто не знает, когда у Козлова сходка с дружками.  Естественно, и здесь у Шмонина нашелся аргумент. Он убедил меня, что такой пустяк узнать не стоит ломаного гроша, и еще более настроился на это путешествие. Здесь я бы сам не дал за его собственную свободу медяка.
   - Короче, буду у Козлова под домом! – заключил он. - Завтра вечером.
   - Ага! В яме! – поддел его я.
   Балбес сплюнул, но, видя, что здесь мы не сойдемся во мнениях, ушел, наконец, домой. Я напомнил ему о завтрашнем свидании с ребятами. Мы условились собраться на кочегарке в штабе.
   - Вот и отлично! – кивнул тот, уходя. - Завтра я и сообщу вам последние новости из стана врага. И ты убедишься, Саня, в том, что я сказал чистую правду!
   На этом мы распрощались.
   Вечером следующего дня мы собрались на кочегарке. Присутствовали не все, поскольку треугольная комната не могла вместить такое количество людей. И мы расположились следующим образом: я, Башка и Медведь сидели прямо в штабе, а Игорь Андреев, Штанга, Брусникин расположились около нас. А наши малыши – Амирка и вернувшийся из поездки Медвежонок – просто залезли вверх по трубе и висели на ней, как обезьянки.
   - Эй, вы там, осторожнее! – проворчал Медведь, глядя за маневрами ребят.
   - Успокойся, - сказал ему Макс, - ты скорее упадешь, нежели эти две макаки.
   - Ты сам осторожнее, - усмехнулся я. - Если Ромка услышит, что ты про него сказал, иметь тебе под воротом пару добрых картофелин.
   Башка покраснел и на всякий случай поплотнее задернул рубаху на шее. Все прыснули со смеху.
   Шутка шуткой, но... главного виновника встречи не было на месте. Шмонин отсутствовал.
   Хоть я и ожидал его прихода, но сердце у меня тревожно и гулко застучало от страшного подозрения его судьбы. Уж не попал ли он в очередную заварушку благодаря своей глупости и упрямству! 
   Я поделился с ребятами последними сведениями, касательно его разведки под домом у противника. Сообщил, что Балбес окончательно рехнулся и на мои предостережения никак не реагировал. В общем, голова у него окончательно отключилась, он застрял на мысли об опасности, угрожающей только мне, но никак не ему самому!
   - Н-да... – протянул Башка, пока все остальные друзья переваривали информацию, - странные дела. Он на самом деле мог угодить в переделку. И я удивляюсь, как вообще ты ему позволил ходить к Козлову в одиночестве!
   - А что прикажешь мне сделать? Связать его веревкой? Все равно бы он пошел. Упрям, как... Медвежонок!
   Здесь я покосился на трубу, и в свою очередь понизил голос, чтобы потом не нарваться на неприятности уже от нашего товарища.
   - И откуда у него такая уверенность, что тебе что-то грозит? – недоумевал Штанга. - Мы живем рядом, но со мной он не делился этими новостями. Разве узнал что из другого источника.
   - А я думаю, он просто уже ходил в разведку и кое-что разнюхал в данном направлении, - предположил Брусникин, и это было ближе к истине. - Вот только, вместо того, чтобы толком все рассказать, он пошел на ненужный риск. Сам решил довести дело до конца и устроить нам сюрприз.
   - Глупец! – проворчал Медведь. - Вот только как бы сюрприз не превратился для него самого сюрпризом... в виде плена!
   Да, чем больше проходило времени, тем сильнее было ощущение, что Медведь прав. И Шмонин по собственной глупости угодил в плен. Я даже догадывался, куда именно. Ведь я сам ему намекал... про яму...
   - Что делать будем? – спросил Андреев.
   Теперь уже все ребята сгруппировались возле «треугольника». Мы с Башкой вылезли оттуда. Все взгляды остановились прежде всего на мне, что и понятно – ведь я выполнял функции лидера. Башка по собственному желанию сложил с себя напускные полномочия. Все равно, говорил он, после истории с засадой у его дома Козлов прекрасно знает, что его командование – бутафория. Потому мы, не стесняясь, собирались у меня в квартире.
   - Я отправлюсь во двор Козлова, - нахмурился я, - погляжу, что Шмонин там натворил.
   - Мы пойдем с тобой, - решил Медведь.
   - Нет, - твердым голосом остановил я, - нельзя. Если Шмонин в плену, Костя настороже. Легче проникнуть в одиночку. К тому же, они явно будут ждать нас вместе, что и понятно – мы идем выручать товарища. А так я проникну инкогнито, незаметно. Там есть, где спрятаться. Если Шмонин попался, он в яме, больше просто негде. Вот возле нее они и соберутся, им дела не будет до окрестностей.
   Ребята подумали и согласились со мной. На том и порешили.
   Я попросил Медведя и Андреева, как парней, живущих в нашем доме, остаться во дворе и присматривать, сколько возможно, за дорогой.
   - Если вдруг не появлюсь, вы знаете, где меня искать, - подытожил я, тщетно надеясь, что до этого не дойдет.
   Был уже конкретный вечер, когда я пересек границы вражеского и негостеприимного двора. Сделал я это, естественно, прежним курсом – обошел добрый квартал, и проник с самого дальнего угла – со стороны озера. Внешне двор казался совсем пустым. Только на площадке под детским грибочком играл малыш в сопровождении нянечки или мамы. Впрочем, она почти тут же загнала его домой, ведь время позднее.
   Я залез под голубой дом со стороны труб и осторожно пошел напрямик к штабу Козлова. Судя по всему, и там никого не было. Интересно, где же все остальные? И где, собственно, Шмонин? В плену он или нет? Если нет, почему тогда не пришел к нам на кочегарку, как это было запланировано? В общем, одни загадки, как обычно.
   И вот я в гордом одиночестве стою посреди штаба Кости Козлова, где собираются враги. Вон его стол у трубы. Грубые скамейки, настилы на земле, чтобы не сидеть на грязном голом месте. Только нет никого!
   Я осторожно, крадучись, дошел до выхода и выглянул на улицу из-под дома. Пусто! А несколько метров впереди – уже та самая яма, где мы сидели зимой, кстати, тоже со Шмониным! Неужели он там? А яма? Она еще существует, или ее зарыли давно? Вот это мы сейчас и выясним...
   Поскольку внешне двор был пуст, я решил рискнуть. И, выбежав на улицу, поспешил к месту ямы, благо, там рядом совсем. Сзади нее только пристройка, отделяющая два двора. С той же стороны – отжившие свой век деревянные дома.
   «Если Козлов и его люди спрятались там и поджидают меня, то мне крышка!» - подумалось мне.
   Но рассуждать и жалеть было уже поздно. Я весь высунулся, и мои намерения были ясны каждому, кто мог за мной наблюдать.
   Да, яма еще существовала, точнее, то, что от нее осталось. Деревянный настил лежал на своем месте, закрывая дыру. Более того, я заметил, что он приколочен гвоздями по бокам! И уже не сомневался, кто там сидит. Ведь какой смысл забивать пустой ящик?
   «Шмонин там! – решил я. - Кошмар!!!»
   Надо позвать его, чтобы он не сомневался, что помощь близка. Вот только что-то заставило меня обернуться в сторону дома Козлова. И вовремя! Ведь сам Костя как раз выходил из подъезда, да еще в сопровождении Рютина. С ним была и Танька Орлова. И Киреева с ними!!! Вот черт!
   Бежать под голубой дом было уже поздно. Я успел юркнуть в близлежащие кусты и растворился между ними и стеной пристройки. Ну и грязища здесь! Правда, выбирать не приходилось. Я молил бога и комаров, чтобы один за меня заступился, а другие не пили кровь слишком часто.
   Вся четверка приближалась к яме. На лице Козлова я заметил довольную усмешку. Мне оставалось только наблюдать...

     Глава 12.
    СНОВА ЯМА

   - Эй, ты, одноклассничек! – крикнул Козлов, обращаясь, казалось, к пустому месту, хотя все прекрасно понимали, куда и кому именно относились его слова. – Говорит Козлов – твой дружочек. Как ты там? Не успел соскучиться?
   - А вот полезай ко мне, и узнаешь! – раздался звук, исходящий словно из-под земли. Собственно, так оно и было.
   Я затрепетал, услышав хорошо знакомый голос. Теперь можно не сомневаться, что Шмонин опять угодил в яму. И зачем только я его послушал и отпустил в эту бессмысленную разведку?! Надо сказать, голос у Сереги был бодрый, и настроение его не испортилось. Держался он мужественно и даже дерзко. Молодец!
   - Каков подлец! – хихикнула Орлова.
   - Не строй из себя героя! – крикнул Рютин. - Тебе уже крышка! Так что уймись там.
   Понятно, веселое настроение пленника им не нравилось. Хотелось бы услышать жалобные нотки и просьбу отпустить его на все четыре стороны. И типа: я больше не буду там. Но они не на того напали! Тут же на тираду Рютина раздался веселый голос Балбеса:
   - Какой дурак это сказал? Какая крышка? Я сам под «крышкой», кретин! Хочешь ко мне – влезай! Или в штаны напустил?!
   Орлова снова рассмеялась, на этот раз над Рютиным. Женька, как я заметил, покраснел от гнева. А вот поведение Киреевой... меня несколько удивило. Она не собиралась смеяться. Вид у нее был нахмуренный и решительный. Но было видно, что настроение пленника произвело на нее впечатление. А ведь они давно были знакомы со Шмониным, еще по общему двору. И она явно оценила его мужество! Во всяком случае, с ее уст не сорвалось ни одного злого слова. Она вообще молчала.
   В отличие от Козлова. Тому опять захотелось выделиться среди этой четверки. Но чем больше он дразнился, тем сильнее показывал собственную глупость. Судя по Киреевой, я видел, как ее это достало!
   - Слушай, а почему ты не вылезаешь? – кривлялся Костя, веселясь над выигрышным положением. - Давай, смелее! Мы тебя ждем. На земле лучше, чем под землей.
   Трио из квартета весело рассмеялись. 
   - Скажи это сам себе, когда копыта отбросишь! – проворчал голос Шмонина.
Костя заткнулся. Шмонин зацепил его куда сильнее.
   - А чей это голос из помойки слышится? – прокудахтала Танька, обращаясь к заколоченным доскам.
   - А это эхо одной чучелы, голова у которой ватой набита вместо мозгов. Школу помнишь? Как я тебя тогда разыграл! Весь коридор хохотал...
   - Замолчи сейчас же! – пискнула Орлова, побелев, как труп. Настроение он ей точно испортил.
   - Ладно! – остановил Козлов, видя, что комедия зашла слишком далеко. - Давайте серьезно. Время позднее. Впрочем... к тебе, Шмонин, это не относится. У тебя теперь будет масса времени.
   Он замолчал. Притихли и все остальные. Костя как раз стоял лицом ко мне, и я видел, что он погрузился в размышление. Видимо, думал о том, что сказать пленнику. Так и вышло. Он опустил взгляд на доски и, стараясь выглядеть спокойным, начал:
   - Слушай, Шмонин! Вот что я тебе скажу. Это Козлов говорит...
   - Да-да! – весело перебил его Серега из ямы. - Добрый вечер, уважаемые (подземно) слушатели! Говорит Ко... Говорит ТРУСЛОВ! Итак, сегодня в нашей вечерней программе...
   - Заткнись!!! – завизжал Костя вне себя от бешенства, притопывая по «потолку» подземелья. - И слушай, что я буду говорить. Тебе все равно отсюда не выбраться. На этот раз ты совсем один. Если зимой вы были вместе с Ковалевым и могли надеяться на спасение, теперь это сложнее сделать. Яма забита гвоздями! До потолка один ты не долезешь. И, кстати, больше предателей у меня в стане нет!!! Где твой дорогой соседушка Штанга? Это ему вы с Саней обязаны освобождением. Ты думаешь, придут твои друзья и спасут тебя? Размечтался! У меня все запланировано даже на этот случай. Сегодня у них сходка на кочегарке, это мы знали и раньше. Собственно, поэтому тебя и забили гвоздями, чтобы точно быть уверенными, что ты не выкарабкаешься. Ведь мои друзья рассредоточены в районе вашего двора. Они на «базе», на кочегарке, у алюминиевой бочки! За всеми следят. Они уже донесли мне, что твои дружки разошлись, так тебя и не дождавшись. А если сунутся, угодят в плен, как и ты!   
   Здесь капли холодного пота упали мне на лицо. Вон оно как значит? Да, с места штаба «бочку» мы не видели. Значит, враги переиграли нас заранее. Странно, что они не бросились на нас еще там, на кочегарке. Наверное, приказа не было. Шмонин все же помешал их коварным планам. И Козлов решил взять его пока одного, а там – по ситуации.
   Но, главное – МЕНЯ ОНИ ПРОМОРГАЛИ! Я вновь и вновь благословил улетевшего Серегу за то, что он изначально придумал большой крюк во двор Кости через половину города. А Козлову не пришло это в голову, как и его прихлебателям.
   Но, как оказалось, главное было еще впереди. Козлов продолжал толкать речь, зная, что у Шмонина нет выбора, придется слушать. Также и сопровождающие его Рютин и девчонки были свидетелями этой речи:
   - А ты не такой уж дурак, Шмонин! – провозгласил Костя. - Надо отдать тебе справедливость. Ты правильно решил. Да! Мне нужен был заложник. Кто-нибудь (уж прости!) поумнее тебя!!! Я решил начать с Башки. Но ему удалось выкрутиться тогда...
   И здесь, к моей тихой радости, Костя с недоумением и явным неодобрением уставился на стоявшую рядом с Танькой Кирееву. Но Наташка хранила гробовое молчание и не удостоила главаря презрительного взгляда. Вот умница, а! Даже, зная, что нам она враг, я не мог не восхищаться ее поведением. И, как ни крути, благодаря ей Макса тогда и не взяли. Она помешала и задержала сторонников Козлова, пока мы все не подошли... 
   - Тогда я переключился на Ковалева! – продолжал разглагольствовать Костя. - И ты напрасно думаешь, что вчерашнее ваше посещение двора не осталось незамеченным. Только чудо спасло Саню от похищения! Мы уже кинулись было за ним, но вовремя увидели, как ты семенишь за его спиной. У нас просто не было гарантии, что и другие идиоты не идут следом. Но сегодня... ты явился ОДИН! Раз не получилось взять одного, заменим его другим. Какая разница?! Так что напрасно ты сюда пришел!!!
   Мне оставалось только мучительно сжать руками голову, слушая все это. Бедный Шмонин! А я еще подтрунивал над ним. А ведь он оказался во всем прав!
   - Итак, – провозгласил Козлов, - заложник в наших руках...
   - А потерять его не боишься? – издевательским тоном осведомился Балбес из-под досок. - Ночью здесь холодно. Загнусь ненароком, куда труп денешь?
   - Успокойся! Ничего с тобой не случится. Я позабочусь об этом. Если будешь себя хорошо вести, даже дам тебе одеяло. На нем куча блох и комариного помета. Все, как ты любишь. Иметь заложника – редкая удача. Теперь можно и поторговаться с Саней. А вот об этом я тебе не скажу. Твое дело – ждать моего решения. Об остальном Саня сам узнает! И последнее – как бы вы ни выигрывали сражения, войну в целом все равно проиграете! Потому что вы всегда деретесь честно, как глупцы. А я веду разные правила игры, допуская и такие вещи, как твое похищение. И не смей обвинять меня в предательстве! На войне все средства хороши. А я – профессионал, Шмонин, понял?! Так что сиди там и думай!
   - Горшок ты ночной, вот кто ты! – услышал я голос из-под земли.
   Но Костя уже повернулся и, не ответив пленнику на это новое оскорбление, пошел на площадку в район беседки. Там он и уединился с Рютиным и девчонками. Чего им еще надо, спрашивал я себя? Поздно уже, темнеет. Наверно, все девять часов вечера, если не больше. Похоже, Шмонину суждено всю ночь провести в этой яме. Но интересно другое – для чего Козлову заложник? Тем более, если изначально на эту роль предназначался я (тут я мысленно перекрестился). Возможно, сейчас мы об этом и узнаем. А пока надо попробовать освободить пленника. Но как? Костя в беседке, и яму он прекрасно видит. Нет, будем сидеть до последнего и надеяться, что эти, по крайней мере, ночевать будут у  себя дома. Тогда за дело возьмусь я.
   Но Козлов оказался не так прост. Видимо, прошлые неудачи подсказали ему действовать в правильном направлении. Он все равно опасался либо внезапной атаки на него, либо боялся смекалки Шмонина, кого сам назвал умным парнем. Не доверяя своим глазам и забитым доскам, он словно из-под земли вызвал охранника. В темноте я не смог рассмотреть, кто это был, но, похоже, раньше я его не видел. Новый кто-то. Он расхаживал взад-вперед прямо по потолку на случай, чтобы пленник, сидящий внизу, все слышал и боялся собственной тени. 
   - Это еще что такое? – возмутился голос Шмонина. - Скоро ночь на дворе, а они шляются тут, отдыхать мешают. Только заснул... И чего ходят, дурью маются?
   - Я твой новый охранник, - ответил ему незнакомец.
   - Вот спасибо! – обрадовался Шмонин.
   Мне оставалось только ждать, когда они все уберутся со сцены действия. Была надежда, что другие парни Козлова уже разошлись по домам. Не будут же они сторожить пустую кочегарку! Я молил бога, чтобы Андреев и Медведь тоже ушли домой и не ждали меня напрасно. Похоже, я задержусь тут еще на какое-то время, впрочем, как и Шмонин. У нас обоих не было выбора...
   Впрочем, вечернее время взяло свое. Да и Орлова была недовольна. Я слышал из-за кустов ее пронзительный голос. Она прямо трещала, как сорока, чего может случиться за ночь. Утро вечера мудренее.
   Костя скрепя сердце согласился. И они вновь подошли к «каталажке». Увидев их, охранник посторонился и отошел в сторону. Костя сказал ему:
   - Молодец, Торсов! Очень хорошая мысль. Продолжай в том же духе. На сегодня свободен. Увидимся завтра.
   Торсов махнул рукой и исчез в темноте.
   «Это еще кто?» - задал я себе вопрос.
   Похоже, у Кости новый стратег выискался на нашу голову. Уж не его ли эта затея с заложником? Впрочем, меня уже ничего не удивляло.
   Вместе с Торсовым ушли и девчонки. При этом Орлова явно вздохнула с облегчением. Наша принцесса не привыкла гулять так поздно. Еще, поди, от отца схлопочет на орехи. Ну, это ее проблемы. Что касается Киреевой, то она во многом напоминала мальчишку. И ей как раз провести ночь на улице, да еще с рогаткой в обнимку – одно удовольствие. Похоже, она вообще ничего не боялась. 
   Рютин и Козлов остались одни. Даже в темноте я увидел, как сверкнули глаза у главаря.
   - Шмонин! – сказал он, обращаясь к пленнику. - Ты накаркал и сам выбрал свою судьбу! На ночь ты останешься здесь. Так что отдыхай, наслаждайся ночным воздухом. Ночью будет посвежее. Извини, с одеялом не получится. Поздно уже, темно, лень гвозди вытаскивать. Забивать снова потом... А без нашей помощи тебе все равно не выбраться. И не вздумай скулить! Охрану я не снимаю. У меня есть любители ночных прогулок. Потому – ни звука! Завтра еще поговорим. И о выкупе подумаем.
   - А дома тебе наверняка достанется, ха-ха-ха! – пропел радостный Рютин. - Хи-хи-хи!
   - И пожрать тебе не дадим! – заключил Козлов.
   И тут у меня мелькнула в голове добрая мысль...

      Глава 13.
   ПРЕДАТЕЛЬСТВО

   Я уже понял, что Козлов и Рютин совершенно одни у ямы. Остальные разошлись. Он ведь сам отпустил того парня, Торсова. И я мог действовать, пользуясь тем, что никто не знает о моем присутствии.
   Конечно, они сами сейчас уйдут. Тогда освободить Шмонина из плена пара пустяков. Но мне вдруг захотелось напасть на них открыто! Избить их, потом отодвинуть доски, выпустить Шмонина, а эту парочку посадить на его место. Пусть сами испытают все то, что они приготовили несчастному Шмонину. Будет им урок. Не принимай плохих решений, если боишься обратного бумеранга!
   Искушение было слишком велико. Но большим усилием воли я сдержался, вспомнив про тот же самый бумеранг. Все равно они уходят! Еще несколько минут и...
   Не знаю, как это случилось. Или я чересчур сильно напряг фантазию избиения двух главарей, или просто у меня затекло все тело. Но вышло так, что я невольно высунулся из-за кустов чуть больше, нежели следовало, или просто зашелестел листвой, когда попытался расслабить затекшие ноги. Это осталось неизвестным. Но случилось то, чего я никак не ожидал. Козлов и Рютин, уходя от ямы в сторону дома Кости, вдруг неожиданно обернулись...
   Козлов, правда, вел себя обычно и несколько философски. По всей видимости, был очень доволен приобретением долгожданного заложника в лице Сереги Шмонина. Он глядел куда-то в небо, даже шепнул Рютину что-то насчет плохой погоды. Впрочем, воображаемая гроза рассмешила его, и он пальцем указал Женьке на яму, подразумевая, чем больше неприятностей пленнику, тем смешнее.
   Но вот Рютин изначально повел себя странно. Его взгляд, в отличие от своего начальника, был направлен точно на кусты, где скрывался я.
   Я понял, что он все-таки заметил меня. Не знаю, как, каким чутьем, воспользовавшись моей неосторожностью, или сам дотумкал, но так случилось. Он ЗНАЛ, что за кустами кто-то есть. И, похоже, не сомневался, кто именно.
   У меня вторично холодный пот прошиб и потек за спиной. Но голова работала ясно и слажено. Даже если все так, как мне виделось, ничего страшного. Все равно изначально я планировал атаку. Сейчас разомнемся! Неожиданность – мое спасение, как и освобождение Шмонина из плена. Я успею раньше заткнуть Рютину рот, нежели он – раскроет его перед Козловым.
   К моему удивлению, Рютин как раз не произнес ни слова. Странно даже. Он явно меня увидел! Может, ослеп, или в темноте принял за кошку? Мне оставалось только сидеть и ждать, когда они уберутся отсюда.
   Но мое удивление возрастало по мере этого удаления. Пока Козлов говорил о погоде и делал новый шаг в сторону дома, Рютин вторично повернулся к кустам. И уже определенно... ПРИЛОЖИЛ ПАЛЕЦ К ГУБАМ!
   Последние сомнения рассеялись. Он меня видел... Не стану скрывать, я очумел по-настоящему и вообще перестал что-либо соображать. Просто отдался на волю волн. Мне показалось, что Женька решил просто-напросто увести отсюда Козлова поскорее, и дать мне возможность самому выполнить задуманное. Он в самом деле подскочил к Козлову и коротко что-то шепнул ему на ухо.
   Я снова напрягся. Но Костя неожиданно заголосил:
   - Как? Ты уже уходишь? А-а, ладно, время позднее, здесь ты прав. А я хотел еще немного подумать насчет пленника. Да и нападение на завтра. Шмонина возьмем как заложника, и... Ну, до завтра дотерпим. А там уж повеселимся! Ступай, отдохни. Пока!
   И дружки разошлись в разные стороны. Наконец-то! Я испустил долгожданный вздох облегчения. С души свалился огромный камень, который давил меня чуть ли не с самого начала событий, когда я осознал, что Шмонин угодил в плен. И этот булыжник едва не придавил меня.
   Возможность спасти Шмонина превратилась в реальность. Я начал вылезать из кустов, но делал это медленно. Сказались и затекшие ноги, да еще Рютин не вылезал из головы. Что он задумал? Решил пустить все на самотек? Или... у него есть какие-то свои, независимо от Козлова, грандиозные планы по Шмонину?
   Я не успел привести мысли в порядок, как вдруг сбоку раздался шорох. И, к моему оцепенению, передо мной снова оказался Женя Рютин...
   Я не мог понять, в чем дело. В руках он держал что-то, напоминающее... воровскую фомку. Уже было достаточно темно, я мог различать только фигуру в целом. Но сомневаться не приходилось, что это он! Оказалось, у него в руке был обычный гвоздодер. Теперь мне все стало ясно. Он САМ решил освободить Шмонина!
   - Нет, я сейчас точно сойду с ума, - пробормотал я, полностью вылезая на свободу и разгибая все тело. Кусты просто осточертели!
   Рютин, конечно, все слышал, что происходит у него за спиной. Но, не обращая внимания, продолжал возиться с гвоздодером. Он аккуратно и, главное, без особого шума выдирал доску с края ямы. Я услышал бормотание Шмонина, который, похоже, действительно лег спать прямо там, на земле! Вот что плен делает с человеком!
   Женька выворотил еще одну доску откуда-то снизу, видимо, к ней и была прибита основная часть «крышки». Теперь потолок можно было двинуть с места, что он и сделал. Заметьте, сделал сам, по своей собственной воле!
   Более того, перестав, наконец, стесняться, он негромким полушепотом, но не глядя на меня, произнес:
   - Я знаю, что это ты, Саня!
   Я торопливо подбежал к нему и взялся за потолок, помогая ему сдвинуть его с  места.
   - Что ты делаешь? – спросил я тихим удивленным шепотом. - Ты спятил, Рютин?!
   - Хватай Шмонина, и бегите отсюда! – не ответив, шепнул Рютин. - Козлов не соврал насчет ночной охраны. Скоро придет парочка и устроится на ночь в беседке. Любители гулять по ночам. Так что торопись!
   Я пожал плечами. И тут же услышал радостное восклицание Шмонина, который осознал, что его освобождают!
   - Руку давай! – сказал я ему, ложась на землю и протягивая свою.
   Балбес вцепился в меня мертвой хваткой, привстав на выемку, ту самую, что осталась еще с зимы со времен Штанги. Козлов наврал сам себе. Даже в отсутствие нашего разведчика здесь мало что изменилось.
   Шмонин, весь грязный, как свинья, очутившись на земле, облегченно вздохнул и принялся трясти мне руку, благодаря за спасение.
   - Молчи! – предостерег я, зажимая ему рот. - Убираемся отсюда!
Я покосился на Рютина, который скромно стоял в стороне, не глядя на нас. Тут его заметил и Шмонин.
   - Слушай, берем его в плен! – предложил он. - Тогда и уйдем. Или... еще лучше – давай, забросим его вместо меня!
   Странная благодарность за спасение, не правда ли? Но он ведь ничего не знал... И порывался налететь на Рютина, чтобы дать ему хотя бы пинка. Но я крепко держал его на вытянутой руке.
   - Замолчи, кретин! – рассердился я. - Быстро уходим!!! Домой, Шмонин! Завтра встретимся, все и узнаем. А сейчас – вон отсюда!!!
   Шмонин, видимо, почувствовал металл в моем голосе. К тому же он испытывал угрызения совести, что не послушал моего доброго совета и, получается, сам себя посадил в плен. Потому сдался и, не прощаясь, исчез в темноте.
   А я помедлил. Видя, что Рютин не уходит и пытается задвинуть крышку на место, дабы закрыть яму, неожиданно для себя пришел ему на помощь! Ведь и от меня в какой-то степени зависело «алиби» для помощника наших врагов.
   - Слушай внимательно, - торопливо шептал я, зная, что он прекрасно меня слышит, - если ты никогда не был в этой яме, там сбоку две выемки. Шмонин прекрасно об этом знал. Так что залезть летом по земле можно без проблем. Это ОН поднатужился и головой пробил ваш потолок. Ведь ваши доски плохо закреплены, и гвозди не мешают ему вылезти на свободу. Это твое спасение! Если что, во всем обвинят ваших полуночников.
   Рютин не ответил. Но кивнул, показывая, что прислушался к моим словам. Здесь мы расстались. Я убежал к нам во двор, а Женька продолжал хлопотать у ямы, стараясь вернуть все в первозданный вид. Ведь реакцию Козлова легко было предугадать.
   Торопливо шагая в темноте, я был полностью спокоен. Теперь можно и на отдых. Ведь решилась судьба не только Шмонина. Благодаря его побегу завтрашнее нападение, что планировал Костя, не состоится! Он просто не успеет придумать новый план, учитывая, что разменной монеты – заложника – у него не будет.
   Я тихонько вошел в дом, бесшумно открыв дверь. Домашние уже спали. я не стал никого будить, прокрался в кухню, сел в темноте на стул и задумался.
   Как странно повел себя Рютин! Увидел меня за кустом и... ничего Козлову не сказал. Почему?! Устал от его наглого тона и вечных оскорблений? Или... просто окончательно пришел в себя, понимая, что дальше действовать в прежнем русле глупо и смешно? Впрочем, у него был такой вид, будто он находился под гипнозом. Глаза мертвые, неживые. Гвоздодер этот в руке. Похоже, он вообще был, будто во сне, не отдавая отчета в своих действиях. Надеюсь, запомнил хоть, что я ему говорил об особенностях ямы. Ведь ему держать ответ перед Козловым. А Костя подозрителен и скор на расправу. Впрочем, если ночные охранники прибудут в беседку, не поздоровится в первую очередь им!
   Что Женька хотел показать своим поступком? Он же... ПРЕДАЛ КОЗЛОВА! Первый раз пошел против его воли! ЗАЧЕМ?! Может, на то были веские причины. А насчет алиби он не хуже меня знал, как мы тогда удрали зимой? И Штанга, которого Костя списал со счетов, играл не последнюю роль. В яме могли остаться другие инструменты. Возможно, он сам бросит туда внутрь тот же гвоздодер, показывая, якобы, чем воспользовался беглец. Главное, чтобы выведенный из себя Козлов поверил в эту ахинею...
   - Что с ним случилось? – думал я. – Окончательно рехнулся? Или... это тот случай, которого Серый ждал долгое время. Что он, наоборот, пришел в себя и начал вести разумную жизнь?! Странное перерождение. Всегда открыто ненавидел нас, а тут...
   Не придя ни к каким выводам, я решил плюнуть на это дело. Тихонько прокрался в свою комнату, лег на кровать и сейчас же заснул.

      Глава 14.
   РАССКАЗ СЕРГЕЯ ШМОНИНА

   Утром следующего дня все друзья собрались у меня дома. Они уже знали о случившемся. Мы с Башкой сразу решили не устраивать сходки на кочегарке, мало ли, что взбредет Козлову в голову? И как он отреагировал на побег своего заложника...
   Я велел ни под каким видом не появляться во дворе Кости, чтобы подслушать его реакцию. Она, по сути, мало чем отличается от других. Козлов станет психовать по-черному, обвинять всех и вся. Сам формально останется совершенно чистеньким.    Рютин, конечно, меня очень беспокоил, но пока я старался о нем не думать. Еще сам не решил, говорить ребятам о его поступке, или пока помолчать?
   Ладно, будущее покажет. Дождемся Шмонина.
   Шмонин явился последним. Вид у него был помятый, это и понятно, учитывая, что ему  пришлось пережить вчера. К тому же, он не выспался, и первым делом предъявил мне претензию по этому поводу.
   - Ты бы еще ночью конференцию назначил! – заявил он капризно, зевая во весь рот.
   - Скажи спасибо, что вообще тебя освободили! – резковато прервал его Башка, нахмурив брови. - А ты рассказывай, Шмонин, рассказывай! Здесь все собрались ради тебя. Давай, сообщи, как ты дошел до жизни такой...
   Брови Шмонина удивленно поползли вверх. Он уставился на Макса, не совсем понимая, чего от него все хотят.
   - Да о чем же рассказывать, если вы уже знаете больше меня! – возмутился он, мотая головой.
   Потом привел мысли в порядок и... с надеждой остановил свой блуждающий взор на мне.
   - Вот кто должен говорить! – произнес он, сверля меня взглядом.
   Тут же все друзья переместили глаза с него на меня. А я так и сел, не зная, что тут происходит. Явно кто-то из нас двоих сошел с ума. Осталось малое – выяснить, кто?
   Башка, видимо, понял, что мы совсем не понимаем друг друга. Он тут же взял предприятие в свои руки. Меня усадили на диван, для безопасности Шмонин устроился по другую его сторону. Башка сел между нами, остальные ребята устроились напротив, кто на стульях, а кто и на полу.
   - Теперь все успокоились, - заговорил психиатр Башка, - за дело!
   - Я еще в прошлом году говорил, что здесь весь дом пора отправлять в психушку, - пожал плечами Балбес. – Тут бывает кратковременная эпидемия, и она прогрессирует. Вон и Саня спятил.
   - Но в яме-то сидел не он, а ты, - примирительно напомнил ему Игорь Андреев. - Вот об этом и расскажи.
   - А что рассказывать? Повторяю, расспросите Саню! Это из-за него (точнее – ради него) я и угодил в плен. Все случилось по его милости. Правда, надо отдать должное, это Саня меня и вытащил. Спасибо тебе, Саня!
   И он попытался через Башку пожать мою руку. Макс, видя, что психической атаки не возникнет, позволил нам это сделать. Мы обменялись рукопожатием. И я обрадовал Шмонина, когда согласился с ним:
   - Да, правда. Косвенно я повинен в пленении Балбеса. Ведь он оказался абсолютно прав насчет Козлова. А я ему не поверил. Костя долго и тщательно готовился к сражению...
   И мы с Балбесом, объединившись, поведали ребятам о грандиозных планах нашего главного противника. Как он искал заложника, провалился с захватом Башки, потом едва не «украл» меня. Зато Шмонин сам себя посадил в яму.
   - Я не послушался Сани и пошел в разведку, - сообщил Шмонин. - Сам не знаю, что на меня нашло. Ну, и угодил в засаду, как дурак. Мне намяли бока, как водится, потом кинули в яму. Чуть шею не свернули. При этом Козлов всячески уговаривал друзей меня не трогать, ведь я, оказывается, был ему очень нужен. Он так и приплясывал, пока меня тащили к яме. Ну, Саня вам уже рассказал, для чего.
   А взяли меня просто. Видимо, следили за двором, предугадывая мою вылазку. Костя пришел в отчаяние, что заложника нет, и был рад любому «материалу». На меня накинулись всем скопом. Намяли бока, измазали в грязи, превратили одежду в чучело, а потом отнесли и бросили в яму. И доски забили. Я поначалу даже испугался. А когда колотили молотками, представил себе, что это мой гроб забивают. Жутко стало...
   Шмонин сплюнул от досады. Так он и болтал, как попугай. К сожалению, более важных сведений установить не удалось, в том числе и стратегию Козлова на сегодняшнюю атаку. Понятно, теперь ему не до наступлений. Ведь в данное время, пока мы тут разглагольствуем, у него во дворе творятся жуткие вещи. Но, как я и говорил, такие дела известны заранее. Сейчас Козлов психует, и лучше туда не соваться.
   - Я понял только одно, - заявил Брусникин, молчавший до сих пор, - Козлов снова снюхался с «Женсоветом». Если Саня видел девчонок в компании с ним.
   - Вот про девчонок ничего сообщить не могу, - покачал головой Шмонин, - я никого не видел. Видимо, они подошли после моего заточения. Голос Орловой я услышал уже из ямы.
   - Ты был великолепен! – улыбнулся я. - Я слышал, как ты их дразнил и издевался. Получше, нежели они над тобой. Непонятно только, для чего ты так старался?
   - А ты не понял?! Я хотел разозлить кого-нибудь, чтобы они яму открыли. Уж я бы постарался втащить кого-то (плевать, кого!) к себе и сделать из него отбивную. Я нарочно даже вполголоса орал, чтобы они не догадались, что я наверху, прямо у «крышки». Я ведь не забыл про выемки в земле. И сам сделал еще свежие. В общем, спасибо, Саня, что волновался за меня, только, думаю, я бы и сам выбрался оттуда. Просто мне понадобилось чуть больше времени.
   Я не стал спорить с ним по этому поводу. И тут Шмонин вспомнил про Рютина. И взахлеб принялся излагать свое мнение (сильно приукрашенное, как водится!):
   - Я услышал его голос, - рассказывал Балбес, доходя до последней стадии происшествия, - кажется, он звал на помощь. Но никто ему не помог, так как все разошлись. Саня, конечно же, избил его, а немного погодя я услышал звук отдираемых досок. К тому времени я уже спрыгнул вниз, поскольку устал висеть над потолком и ждать неизвестно чего. Потом потолок куда-то делся, и я увидел наверху Санино лицо. И порядком струхнул, так как в яме потерял счет времени. Оказалось, что уже основательно темно! Но Саня вытащил меня, и на этом я заканчиваю рассказ.
   - Какая правдоподобная история! – произнес я с иронией. - Вот только все было не так.
   - Что ты хочешь сказать? – всполошились все.
   Я вздохнул. Мне пришлось поведать им все, что на самом деле произошло вчера вечером.
   - Самое странное, что Рютин будто ожидал моего появления. Он ничуть не удивился. Главное – даже не испугался! Возможно, освобождение Шмонина уже планировалось у него в мозгу, здесь мы можем пока только гадать. Ясно одно – он по своей воле взял инструменты, перед этим обманул доверие Козлова, отодрал доски и помог вытащить Шмонина.
   Здесь Балбес чуть с дивана не скатился, настолько был ошарашен новостью. Друзья выглядели не лучше него.
   - Не отрицаю, его поведение показалось мне странным. Даже на миг я решил, что он просто спятил. Выглядел неважно, будто передо мной только его тело, а разум где-то на задворках города. Он действовал как лунатик. Мне показалось, дальше своего носа он и не видит ничего. Как в ступоре, освободил Шмонина и дал нам возможность уйти.
   - Да испугался он, и вся недолга! – вскипел Медведь. - Не верю я в такие внезапные изменения.
   - Да, это факт, - нахмурился Башка. - Он всегда открыто действовал против нас, а теперь предал Козлова.
   - Может, он его обидел в очередной раз? – предположил Ларивошка. - Вот Рютин и психанул...
   - Да еще накануне наступления, - поддержал его Андреев.
   Все это как-то не вписывалось в картину.
   - Вся версия ни к черту! – проворчал я, вскакивая на ноги. - Настоящая галиматья!
   - Ты о чем, Саня? – всполошился Шмонин. - Если насчет Рютина, то...
   - Да фиг с ним, с Рютиным! Вы правы – он взялся за ум, как Серый и предсказывал. Только на это понадобилось больше времени. Рано или поздно это должно было случиться. Разве Костя Козлов остался прежним? Да он теперь – просто ходячий манекен, у которого мозги повредились. Они давно сгнили от зависти, жажды борьбы и мщения. Не с таким человеком Женька Рютин дружил. Да, он заметил меня в кустах. И знал, что, уйди он, я все равно нарушу их планы и сам вытащу Шмонина. Он просто сэкономил мне время. Но то, как он действовал, доказывает, что нечто подобное он запланировал уже давно. И вчера просто нашелся повод – насолить своему боссу. Ведь действительно смешно получилось! Я слышал, как хвастался Козлов перед девчонками, на весь двор крича, что в его стане не осталось предателей! Все у него в ажуре, все схвачено. Шмонин обречен! Но Рютин, получается, нарушил этот порядок и в очередной раз выставил Козлова дураком. Теперь у него снова начнутся проверки, подозрения, расследования. И ему будет пока не до нас.
   Друзья кинулись ко мне, чтобы пожать руку. По их мнению, я попал в самую точку. И на этом собрание закончилось. Ребята разошлись. Перед выходом я посоветовал Шмонину, Башке и Ларивошке идти домой всем вместе. Они ведь рядом живут. Вдруг Костя, огорченный неудачей, направит к ним во дворы соглядатаев? Ему ведь интересно, как Шмонин смог покинуть яму!
   Ребята переглянулись. Об этом они не додумались. И решили пойти проводить Шмонина всем скопом.
   Когда они уходили, я услышал в подъезде, как маленький Медвежонок ехидно поинтересовался у Шмонина, как там вообще в яме сидеть?
   - Отправляйся во двор Козлова, он тебя и усадит! – огрызнулся Балбес, недовольный таким вольным вопросом. - Запах там, хоть глаза привязывай! Ужасное место! А какое оно противное, ну просто безвкусица! Проклятие...
   И все в подъезде расхохотались, видимо, Шмонин скорчил соответствующую словам физиономию.
   Я задержал Медведя. Мне сейчас нужен был кто-то, кто меня выслушает до конца. Ведь о главном я и не успел сообщить, отвлекаясь на Рютина. И, похоже, Медведь один из всех слушал внимательнее. 
   - Ты хотел что-то важное сказать, - напомнил он, когда мы остались один на один.
   - Правильно. Но меня все время отвлекали. Ясно, что поведение Рютина важнее. Но то, о чем я не сказал, тоже немаловажно. Слушай, Леха, тебе не показалась странной вся эта история с новой атакой на нас?
   - Нет. - Медведь пожал плечами, но навострил уши.
   - Недавно у нас было сражение. Мы его выиграли. Судя по установленной информации, Козлов теперь оплачивает услуги своих наемников. Они не будут бесплатно атаковать нас! И вот – новая попытка...
   Медведь понял мои подозрения, и подскочил на диване с вытаращенными глазами.
   - Откуда он взял деньги? – задавал я вопросы. - После последнего боя его копилка должна опустеть!
   - А ведь ты прав, черт возьми! - воскликнул Яковцев. - Никто на это не обратил внимания. Если только они не согласились помочь Козлову в кредит...
   - С такими-то рожами? Да у них там ясно написана корысть и жадность, - усмехнулся я.
   - Еще и «Женсовет» в придачу...
   Медведь покачал головой, потом кинулся ко мне:
   - Слушай! А, может, Козлов попросил денег у... Орловой? Она ведь тоже не из бедных. Отец дает ей на карманные расходы. Ну, когда она хорошо себя ведет. Поэтому она и была вчера во дворе у Козлова. А Киреева – ее охрана. Время ведь позднее было...
   - Твоя версия более правдоподобная, - согласился я. – Этим и объясняется присутствие именно Таньки Орловой и никого больше. Не забудь, у них там распри нешуточные. Не могут никак поделить портфель министра и главаря. Я знаю, что теперь Орлова ненавидит Ирку Ким. Более того – ее терпеть не может и Наташка Киреева. Она сохранила верность Тане, потому и опекает ее, везде сопровождает и защищает. Но Ирка Ким бедна, как церковная мышь. Тогда как Таня (ты правильно сказал) – девочка обеспеченная. Наверное, Костя действительно попросил у нее взаймы... на благое дело – победить нас!
    Мы решили с Медведем пока никому не говорить об этих подозрениях. Подождем, что покажет время. Если нападение произойдет, значит... Костю профинансировали... Согласно теории «зарплат».

      Глава 15.
  ЧТО ПРОИСХОДИЛО НА БАЗЕ 20 АВГУСТА

   До нового учебного года осталось ровно ничего – какие-то десять дней. Лето катастрофически быстро заканчивалось. Уже скоро новое 1 сентября, и его горн – проклятый колокольчик, а также дребезжавший школьный звонок зазвенят во всю мощь. И этим докажут свое участие в нашей повседневной жизни, уже в стенах школы. Новый учебный год! И думать страшно, как это все нам помешает в борьбе с Козловым.
   Похоже, не только Серега устал от бесконечных дрязг. Все мы чувствовали скованность и нетерпение поскорее покончить с враждой. Ну, хотя бы сделать так, чтобы она была лишь между дворами, а не касалась учебных дел. Вот только, боюсь, с этим в корне не согласится Костя Козлов. Сейчас, когда он снова почувствовал былую мощь, когда к нему неожиданно пришло новое пополнение людей, жажда власти опять всколыхнулась в нем, а вместе с ней – новое увлечение и надежда на скорую победу. Тут не последнюю роль сыграл и «Женсовет» с Иркой Ким во главе. Во всех делах Козлова прослеживалась девчоночья игра. То, чего так недоставало при Орловой. А нам от этого – новые проблемы и сомнения.
   Единственное, что меня утешало – скорое возвращение друга. Недавно я получил письмо от Сереги. Он похвалил нас за важные стратегические победы, но посоветовал быть аккуратными и осторожными. Про страшный бой у нас во дворе он ничего не знал, а теперь я не мог ему писать, поскольку письмо уже не застанет его на курорте. 
   Про Рютина он тоже не знает. Ладно, пусть отдыхает пока и набирается сил. У него будет повод поломать голову по возвращении в город.
   Что касается военных дел, то пока все шло своим ходом. Медведь не оставлял двор Козлова в покое, регулярно сообщая мне свои наблюдения из окна пятого этажа. Сборы, смотры и гулянка продолжались ежедневно, и Козлов присутствовал на каждом собрании. Рютин был с ним. Судя по всему, ему удалось избежать последствий после предательства, о котором ни одна душа не знает (кроме нас). Все это подсказывало нам, что расслабляться рано, и в любой момент та атака, о которой хвастался Костя, могла ударить нам в спину.
   Была солнечная погода, когда после обеда ко мне пришли Игорь Андреев в компании Сереги Брусникина. Они поинтересовались, нет ли свежих новостей. И в свою очередь принесли свои известия.
   - У Арбуза новый план слежки за двором Козлова, - сказал «Андрей».
   - Вот как? – удивился я. - Каким образом?
   - Для этого нам надо пойти на кочегарку, - заявил Брусникин, улыбаясь.
   - На кочегарку? А что там делать? В последнее время у рабочих появились новые проблемы, и они ходят злые.
   - Может, зарплату вовремя не платят? – высказал версию Андреев.
   - Не знаю. Только они ходят гуськом по кочегарке и гоняют нас, если видят. Давно такого не было. Обычно лазишь в штаб к трубе – хоть бы кто обратил внимания!
   - Это Козлов заплатил им, чтобы они нас гоняли, - уверенно предположил Брусникин. - Но я нашел одно такое место, откуда можно скрытно следить за ним.
   - И где же?
   - На «базе»...
   - Да ты с ума сошел! База окружена забором, и там вообще ничего не видно.
   - А вот пойдем туда – и посмотрим...
   Спокойствие и хладнокровие Арбуза подействовало. И мы отправились на базу, захватив предварительно по палке. Так, на всякий случай.
   Что такое «база», я описывал в прошлое лето, потому повторю самые важные особенности. Она была окружена со всех сторон. Спереди – полукруглым высоким зданием, а сзади – высоким забором, который как бы отделял ее от основной кочегарки, в частности, здания котельной. Проход на эту базу, как я отмечал, был один – через небольшую решетку, точнее – сетку рабицу.
   Нам повезло, как и всегда – «база» пустовала. Везде заборы, мусор, трава и кусты.
   - И где же тут двор? – не понял я. - Тут котельная впритык, да еще эта высокая труба под небо. Где тут что увидишь...
   - Идемте, парни, - Арбуз увлек нас куда-то в сторону. Как оказалось, поближе к каменному округлому зданию. Мы остановились впритык к дому и, получается, позади котельной. Перед нами был забор, загораживающий простор.
   - Смотрите! – показал Брусникин, глядя вниз.
Мы опустили головы и сначала ничего не увидели. Но Арбуз упрямо раздвинул кусты, и тут я понял, в чем дело.
   Оказывается, ветер или старость, а то и чья-то рука вырвала из-под низа добрую часть забора. Теперь можно было свободно вылезти с «базы» и очутиться как раз на кочегарке за котельной. Там стояли гаражи, но была узкая тропка, по которой легко удрать в сторону алюминиевой бочки. Вот она-то как раз выделялась прекрасно! Двора Козлова как такого почти и не видно, но Брусникин быстро уверил нас в полезности своего открытия:
   - Когда мы сидим в штабе, они легко застают нас врасплох, - говорил он. – Отсюда же, из кустов, можно спрятаться и легко наблюдать, как они перебегают в сторону алюминиевой бочки. Ведь именно там они прячутся! Затем идут к котельной, прикрываясь стенами. На будущее: можно оставить здесь наблюдателя, а самим собраться в штабе. При наличии противника наблюдатель свистнет, что и будет сигналом для нас.
   - Ну, давай попробуем, - согласились мы с Игорем.
   В общем, разлеглись мы в кустах, подставив себя под укусы комаров и мошек. Здесь Арбуз как раз и просчитался, ибо первым вскоре запросил пощады. Но мы остались на  прежнем месте. И не только для наблюдения. Игорь, несмотря на свое спокойствие и невозмутимость, был азартным человеком. Он прихватил с собой карты, и мы устроили подкидного дурака. Потом, поскольку никого подозрительного у бочки не наблюдалось, сыграли в «свинью». Тут выяснилось, что Брусникин умел играть не только в шахматы. Вдвоем с Игорем они устроили целое состязание, и я явно был лишним. Быстро проиграв, с надутой физиономией отполз немного в сторону, ворча под нос:
   - Вот свинья так свинья! Сам себе подложил!.. 
   - Нет, Саня! – вдруг воскликнул Игорь, понизил голос. - Главная свинья у нас – Козлов...
   Я тут же вернулся к ребятам. Сказалась долгая война между дворами. При имени Козлова я стал сосредоточен и внимателен. Да! Это был Костя со своими прихлебателями. И Рютин с ними! Они как раз появились у алюминиевой бочки. Мы, играя в карты, едва их не проворонили.
   Их было человек десять. И добрая половина совершенно нам неизвестна! Я различил с другой стороны от Козлова того парня, что вечером охранял яму Шмонина. Торсов его фамилия. Кажется, Козлов натаскивал новых псов на военном поприще.
   Дальнейшее наблюдение за противником заставило всех нас похолодеть. Ведь взгляд Козлова был направлен в нашу сторону! Кажется, маршрут был известен заранее.
   И тут я понял все. Дырка в заборе оказалась совсем не случайно! Через нее можно проникнуть на базу (а не удрать обратно!), и уже отсюда наступать на нас с двух сторон.
   - Черт возьми! – шепнул Игорь, улавливая мои мысли, обращаясь к Брусникину, и пряча карты в карман. - Вот так наблюдение! Теперь ты нас всех в западню затащил...
   - Откуда я мог знать?! – возмутился Арбуз, взмахивая руками.
   Бедняга... Он и забыл, что шуршание в кустах выдает его с головой. А вместе и всех нас. Хоть дыра и была сравнительно небольшой, все же Костя моментально нас «сфотографировал» и запечатлел в кадре своего орлиного взора.
   - Ага!!! – закричал он, взмахивая рукой с зажатой в ней палкой. - Вперед, ребята! Они в ловушке!!!
   Его пацаны ринулись на нас, правда, от бочки до базы было еще какое-то расстояние. В принципе, почему не попробовать?
   - Спокойно! – крикнул я, уже не боясь, что меня услышат – не тот случай прятаться. - Без паники, парни... Брусникин, лезь в эту дырку. Ты должен успеть проскочить мимо гаражей. Затаись там где-нибудь, пока эти уроды залезут сюда. Там уйдешь. Игорь, за мной!
   Хорошо, хоть ребята послушались меня без споров и замечаний. Правда, я и сам не знал, что конкретно делаю. В голове только одна мысль – бежать! Выйти из окружения, попасть хотя бы на кочегарку. Там больше шансов уйти, нежели здесь, окруженным забором со всех сторон. Я рассчитывал, что люди Козлова не успеют добежать до сетки рабицы, и отрезать нам единственный путь к спасению.
   Брусникин без труда выкатился через пробоину в заборе и исчез из нашего поля зрения. Мы с Андреевым помчались в сторону сетки. Он успел перелезть, тогда как я держал сетку, чтобы он быстрее спасся. Сам же я застрял там.
   - Не жди меня, уходи! – приказал я.
   «Андрей» кинул мне свою палку и исчез. У него теперь было два пути. Или бежать к котельной, но там уже вовсю хозяйничал Козлов, или спасаться через калитку в воротах. И уйти на соседний от нас двор под аркой, о которой я упоминал.
   Кажется, моя тактика принесла плоды. Козлов рассредоточил своих людей по всей кочегарке. Этого я и хотел. Всем скопом он был бы опасен. А когда его парни разрозненны, легче скрыться и спрятаться. А сейчас у них вообще не осталось выбора. Надо было поймать беглецов. А как это сделать? Ведь Брусникин, Игорь и я удирали поодиночке. Потому Костя, понятно, разделил своих на группы.
   К сожалению, мой маневр заметили быстро. И когда я возился у сетки, впереди меня показалось трое парней. Они кинулись к ограждению со своей стороны в намеренье перекрыть мне выход.   
   Один тут же скрылся и побежал назад, видимо, звать Козлова. Осталось двое... Среди них – Торсов.
   - Нападаем, Юрка! – предложил второй неизвестный.
   А, так вот как тебя зовут!
   - Рад познакомиться, Торсов! – поприветствовал я, сжимая палку (вторая находилась за спиной).
   Юрка вздрогнул. Он ведь не в курсе, что я слышал его фамилию.
   - Ты – Ковалев? – густым басовитым голосом осведомился он.
   Я кивнул. Похоже, этого оказалось достаточно. Он ринулся на сетку, очевидно, полагаясь на помощь своего напарника. Я ждал его с непонятной для врага улыбкой...
   Знакомство состоялось на все сто. Юрка немедленно получил по черепушке обоими палками. Первая остановила его действия, вторая пригвоздила к сетке, где он и растянулся без чувств, довольный, наверное, знакомством со мной!
   Второй тип струхнул и отбежал в сторону. Но я помнил, что где-то был и третий, а сейчас, возможно, появится и Козлов! Потому, вспомнив о дырке в заборе, поспешил скрыться туда.
   К сожалению, и здесь мне не посчастливилось. Дырка уже была занята. Мощный и злой «Предостережение» с палкой в руке стоял, закрывая мне единственный выход к спасению.
   - Вот и встретились! – любезно поприветствовал он меня.
   Очевидно, он ждал, что сейчас через сетку перелезут другие ребята, и я окажусь в кольце. Я не стал ждать, и налетел на Кольку. Но, увы, на этот раз промахнулся... Перелетев кувырком через него, я уткнулся лицом в железный забор.    У меня ломило все тело. Уж не знаю, что он успел со мной сделать. А у меня за спиной раздался мощный хохот Страховского.
   - Ха-ха! – ржал он. - Один пойман. Сейчас доберемся и до остальных. Ха-ха, Ковалев! Ха-ха!
   Я кое-как приподнялся на локтях и посмотрел в лицо своему врагу. И тут же случилось непонятное чудо!
   Сзади на Кольку свалился неизвестно откуда взявшийся... табурет, стукнул его по голове и сам разлетелся вдребезги! Здоровяк рухнул к моим ногам, даже не вскрикнув. А сзади него я с ужасом увидел... бледного и встревоженного Рютина, который протягивал мне руку, помогая встать.
   - Беги! – шепнул он, оглядываясь с беспокойством по сторонам. - Сейчас они будут здесь! Беги отсюда!!!
   - Да ты что, очумел совсем?! – прошипел я, окончательно свихнувшись от странного поведения Женьки, который непонятно зачем «вырубил» своего товарища.
   - Беги! – повторил Рютин и исчез в кустах, только не со стороны базы, а по обратную сторону забора. И тут же я услышал его громкий голос:
   - Ковалев У РЕШЕТКИ!!! ОКРУЖАЙ ЕГО!!!
   - Туда! – раздался повелительный голос Козлова.
   И тут же с той стороны, куда я намеревался бежать, отделились три тени и исчезли на голос Рютина. Таким образом, Женька еще раз проявил чудеса изобретательности, открывая мне единственный проход к свободе. Все люди Козлова понеслись к сетке. Естественно, Кольку вырубил я. Пока они там разберутся, я успею уйти. Рютин останется вне подозрений. Какой же он... странный!
   Хоть боль от удара Страховского еще ощущалась во всем теле, это не помешало мне сыграть в отступление. Я кинулся в район алюминиевой бочки, теперь совершенно открытый, пока все остальные копошились у сетки. Я слышал их недоумевающие крики и вопросы, куда я мог подеваться. Потом Козлов закричал, обнаружив «труп» «Предостережения». 
   Но я был уже в безопасности. Добежав до «бочки», увидел там Брусникина и Андреева. И различил бегущих во дворе Медведя и Шмонина, которые, размахивая палками, неслись нам на выручку.
   - Слава богу, ты спасся! – говорил Брусникин, тяжело дыша.
   - А вы как скрылись? – спросил я, восстанавливая дыхание.
   - Я сделал, как ты сказал, вылез в дырку и понесся к гаражам. Там ушел. А Игорь погонял их маленько, и тоже удрал через соседний двор. Там нашел Шмонина и Медведя и поманил к нам. Вот и все.
   Мы кинулись к двум бежавшим на помощь приятелям. И друзья воссоединились. Козлов с гневным выражением лица наблюдал за этой встречей, стоя в границах кочегарки. Но теперь нападать на пятерых людей не решился. И приказал своим приятелям отступать. Как я заметил, «Предостережения» и Торсова среди них не было. Вот и отлично!
   И мне вспомнился Рютин. Что он затеял, черт возьми?!

      Глава 16.
   ЗНАКОМАЯ НЕЗНАКОМКА

   Прошло еще три дня. Наступил четверг. День был жаркий, и во дворе делать нечего. Ну, если кому-то хочется задохнуться от спертого тяжелого воздуха – пожалуйста!
   Я решил остаться дома и начать подготовку к отчету о проведении тяжелого месяца. Скоро Серый приедет, хочется представить ему события в полном объеме, чтобы вся информация была перед глазами. Для этого я перескоблил свой «паспорт», куда заносил регулярно поступавшую информацию, и уже готовился к итоговому сочинению.
   Но случилось так, что я малость поспешил. И, как показали дальнейшие события, самое важное произошло напоследок.
   От ненужной (как выяснилось!) писанины меня отвлек телефонный трезвон. Я поднял трубку:
   - Это Медведь! – прозвучал встревоженный голос Яковцева. - Я получил письмо от девчонки. В общем, приходи немедленно!
   Я бросил трубку, даже не соизволив ответить. И спустя пять минут уже ломился в дверь Медведя, преодолев в один миг все пять этажей, даже не заметив этого. В любое другое время я бы прочитал нотацию Яковцеву, зачем гонять человека. Не проще ли ему самому спуститься и прийти ко мне на первый этаж?
   - Видимо, дело важное, - сообщил Медведь, втаскивая меня в свою комнату, где на диване уже сидел взволнованный и на редкость молчаливый Медвежонок.
   - Где письмо? – спросил я.
   - Вот оно...
   Медведь протянул мне вскрытый конверт, естественно, без обратного адреса. Все, как Серый и любил. Почерк был мне незнаком.
   - О чем там речь? – поинтересовался я, вытаскивая бумагу на белый свет.
   - Суди сам. Полагаю, автор – та самая девчонка, фамилию которой раскрыл Серега.
   - Хорина?!
   Я поторопился прочесть послание. Оно гласило следующее:    

   «Можете воевать сколько душе угодно, но победа все равно останется за мной! Ваш Серега, как бы хорошо ни мыслил, никогда меня не найдет. Наш город небольшой, но я обведу вас вокруг пальца. Мою фамилию вы знаете, но кто даст гарантию, что она настоящая? Кстати, в старой квартире можете меня не искать.
Желаю удачи, мальчики!  ХОРИНА...»

   - Ну, что скажешь? – тревожно полюбопытствовал Медведь, когда я вернул ему письмо.
   - Странное послание. Ни к кому конкретно не обращается, к тебе в особенности. А вот письмо подложили именно тебе. Почему, интересно?
   Медведь и Медвежонок пожали плечами.
   - Орлова предупредила ее, это очевидно. Насчет разного рода анонимок. Правда, эту гадость анонимкой не назовешь, но все же...
   Здесь я усмехнулся, и мои глаза сверкнули мстительной и недоброй усмешкой:
   - Ты помнишь, Медведь, как Серый в свое время проучил Орлову? С тех пор ни одной анонимки не было в ящике. Похоже, они забыли, или подумали, что с его отъездом можно вернуться к писательской деятельности. Только здесь они здорово ошиблись. Думаю, ты уже понял, что мы сделаем?
   Медведь расхохотался, Медвежонок взвизгнул.
   - Сегодня у нас в подъезде произойдет небольшой пожар... У дверей Орловой...
   - Но ведь формально она ни при чем, - запротестовал Яковцев. – Письмо-то от Хориной!
   - А какая нам разница?! Анонимка есть анонимка. Серый предупреждал. Никакой ереси в почтовых ящиках! Но это после. Позвони Башке и пригласи к нам.
   Минут через двадцать примчался Макс. Он был не один, а в компании со Шмониным. Узнав, в чем дело, Балбес увязался за ним. Тем лучше!
   Мы посвятили ребят в подробности нового дела, после чего у нас возникла дискуссия.
   - Ты узнал почерк? – спросил Башка.
   - Нет. И сравнить не с чем. Первое послание от Хориной, где мы угадывали ее зашифрованное имя, осталось дома у Сереги. Как и ее фотографии, впрочем, Брусникин принес тогда экземпляров пять, но почему-то никто не догадался взять себе по одной фотокарточке.
   - Ну, Арбуз наверняка сделал еще пару-другую «дублей», - зевая, отозвался Шмонин.
   - Непонятная записка, - покачал головой Макс. - Заметил, Саня, что ничего важного она не сообщила? Просто бравада в каждом слове. «Никогда меня не обнаружите!» Да Серый ее уже нашел! За той квартирой мы и не следим с тех самых пор, как Брусникину удалось ее сфотографировать. Очень надо теперь-то следить за квартирой!
   - Вот именно! – воскликнул я. – По идее, если она не полная дура, то должна сидеть и скрываться, как мышь. А она послания пишет, да еще не главным лицам, вроде меня или Сереги, а Медведю, которого вообще не знает! Почему? Боится нас? Или досада взяла, что мы о ней забыли, и решила напомнить о себе таким хвастливым способом? Нет, ребята, здесь большая неувязка. И жаль, что нет того первого письма...
   - Ты боишься, что сама Хорина не имеет отношения к этому письму? – предположил Башка, глядя на меня.
   Я кивнул.
   - Нас будто заманивают снова и снова взяться за ту квартиру, - проговорил я, обводя взглядом ребят. - Я не опасаюсь ловушки, но все же... ходить туда не стоит. Что она не живет там постоянно, Серый еще летом понял. Вспомните, когда Козлов там появлялся? Зафиксирован лишь один случай, да и тот зимой. Больше его в тех краях не было.
   - Хорина как будто просто смеется над нами, - вглядываясь в строчки, рассуждал Шмонин. - Ничего нового не сообщила. Даже угроз нет. Пустое, чисто девичье письмо.
   - Давайте его пока жечь не будем, - предложил Медведь, - мало ли... Пусть Серый увидит своими глазами. Хотя бы и почерк сравним.
   Рассуждения Медведя показались нам убедительными. Мы оставили письмо, решив приложить его ко всем остальным документам, То есть, передали в мои надежные руки. А я напомнил друзьям, чтобы внимательнее наблюдали за почтовыми ящиками. Если что, в любое время изъять и доставить по назначению – к квартире Орловой. Пусть произойдет то, что Серый предсказал еще тогда, у себя в подъезде.
   И все же, несмотря на откровенный треп со стороны Хориной (или кто она там на самом деле), я чувствовал, что это письмо не могло появиться просто так. Наверняка оно связано с какими-то событиями, которые или уже произошли, или вот-вот свалятся нам на голову. Может, своего рода предостережение? И я поделился с друзьями своими подозрениями.
   - Они хотели похитить Башку, тебя, Саня, потом меня поймали, - вспоминал Шмонин. – Ничего важного. Обычный стратегический ход Козлова.
   - А события на базе? – подсказал я.
   - А что база? – не понял Шмонин. - Меня там не было... Я появился после.
   - Так рассуждаешь, будто все важные события касаются только тебя, - усмехнулся Башка. - Но он прав, Саня. С Козловым это никак не вяжется. Хотя и странно, ведь Хорина, по словам Сереги, ЕГО подружка!
   - События должны каким-то образом связать Козлова, Хорину и... «Женсовет», - нахмурился я, отстаивая свою версию. - И мне кажется, что сама Хорина тут – слабое звено. Она как бы лишняя. Остаются Козлов и... девчонки.
   И здесь как молния ударила мне в голову. Я вспомнил свои рассуждения с Медведем еще до происшествия на кочегарке. Вот она – связь!
   Похоже, Медведь понял меня. Глаза его загорелись. И я позволил ему самому рассказать суть дела. Что он и сделал, подробно изложив нашу гипотезу относительно Козлова и заем денег у Орловой для новой операции против нас.
   - Если вы правы, друзья, у Козлова есть сильный повод ненавидеть нас еще больше, - нахмурился Башка. - Ведь он проиграл заранее, не поймав Саню. Еще и Шмонин от него сбежал. Затем – фиаско на кочегарке. В принципе, все сходится.
   - Только при чем тут Козлов? – недоумевал Шмонин. - Не он же письмо прислал...
   - Формально нет, - я поднялся на ноги, - но эта операция была (если придерживаться нашей версии) напрямую связана с девчонками. Здесь больше дела «Женсовета». А Костя, провалив свою часть задания, усилил гнев... той же Ирки Ким. Или Орловой, если она заняла денег для парней Козлова.
   - Но тогда, получается, что Хорина – не Хорина! – вскричал Медведь.
   - Вот именно. Письмо могло быть написано ею, или же ее именем просто воспользовались в своих целях. Вот поэтому...
   Я снова обвел собрание внимательным взглядом.
   - ...к квартире Хориной не соваться ни под каким видом! Тогда писавший письмо поймет, что его тактика действовать против Хориной не сработала! А если это действительно ее рук дело, то она должна рано или поздно появиться у нас непосредственно САМА! Пусть померятся умом – она и Серый. Посмотрим, кто кого...
   С этим согласились все. Мы покинули гостеприимный дом Яковцева и разошлись по своим углам. Уже у себя я позвонил Брусникину, рассказал подробности событий и попросил напечатать еще копии фотографии девчонки, которая – предположительно – Хорина. 
   «Высунулась-таки!» - подумал я, с усмешкой вспоминая загадочную особу из не менее загадочной квартиры...

     Глава 17.
  НА ЧТО ОНА СПОСОБНА

   Вечером в мою квартиру кто-то позвонил. Я кинулся открывать, думая, что пришли родители. Но события сегодняшнего дня сделали меня разборчивей и осторожнее. Не стоит спешить, пожалуй. К тому же, вспомнился эпизод зимой. Тогда я тоже неаккуратно дверь раскрыл...
   Прислушался и уловил шумное дыхание. Будто человек на той стороне быстро бежал и запыхался.
   - Кто там? – спрашиваю.
   - Открой, Саня! – сказал незнакомый голос.
   Я протянул руку к лежащей рядом с дверью гантели и, стараясь не шуметь, распахнул дверь настежь. 
   Передо мной стоял парень – здоровый, еще один «шкаф» и с палкой в руке. Вряд ли он постучал спросить, кто живет в соседней квартире. Вот только получить гантелью по лицу он явно не ожидал. У него хватило сил как-то уклониться от резкого и внезапного удара, и снаряд не зацепил рожу. Но помимо этого я успел отпихнуть его ногой прямо в грудь. И парень, потеряв равновесие, отлетел в сторону, ударившись о дверь напротив.
   Я кинулся вперед, и второй удар достиг цели – тяжелая пятикилограммовая гантель вошла в его солнечное сплетение. О, это был выдох сезона, если не всего года! Как у парня хватило воздуха не загнуться, сам не понял. Пришлось мне добрую минуту подождать, прежде чем он смог что-нибудь путное сказать. При этом я считал весьма своеобразно – пиная его во все места, не прикрытые грузным телом, пока он валялся передо мной.
   - Ну, ты, гора мускулов! Голова твоя набита глупостью! Какого дьявола тебе от меня надо?! Отвечай, сволочь!..
   - Я – Федотов... – промямлил здоровяк, пытаясь восстановить дыхательную систему, но разогнуться после гантели он не мог. – Я... пришел тебя... избить... Козлов приказал...
   За это он снова получил пинок. Я рывком поднял его на ноги, при этом сам едва не надорвался. Туша еще та! По ходу, Толста Власка отдыхает.
   - Вставай и убирайся! – приказал я, склоняясь к мысли дать ему полновесного пинка напоследок, чтобы он там внизу дверь носом открыл и кубарем вылетел на улицу. - И не появляйся здесь. Иначе – придушу! И придумай версию попроще... Козлов давно отказался от столь дешевых приемов. Привет... «Женсовету»!
   Несмотря на сильную боль в животе, Федотов (если это настоящее имя, что мне абсолютно по барабану!) вздрогнул. И, не зная, зачем, пропыхтел, съезжая вниз, держась за перила:
   - Привет... ХОРИНОЙ!!!
   Когда он исчез, я вернулся в дом, сел на диван и крепко задумался. Похоже, рановато мы отправили Хорину к дьяволу. Она не успокоилась!
   Медведь был единственным, кому я успел сообщить о нападении. Позвонил ему и все рассказал. Медведь рассмеялся.
   - Если быть точным, это ты на него напал! – надрывался он, булькая со смеху.
   - Думай, как знаешь! – отрезал я, поскольку мне было явно не до смеха.
   Мы договорились встретиться утром и обсудить таинственное дело. Похоже, пришло время что-то решать. Даже если Хорина – всего лишь предлог, но ее имя стало часто мелькать. Причем – ОТКРЫТО! Чего раньше никогда не происходило. Очередной ва-банк Козлова? Или... спланированная акция?
   Утром следующего дня я почти был готов к встрече с Яковцевым. Наметил план действий. Главное – опять-таки, нужно было дождаться Серегу. Скоро он вернется, тогда на свежую голову присоветует что-нибудь. А пока – держаться...
   А чтобы нам не скучно было вести расследование, я сходил в магазин и купил по бутылке лимонада, пару булочек, конфет, чтобы было чем порадовать не только Медведя, но и Ромку, который обожал все это.
   Хорошо бы вызвать еще Башку – в отсутствие Сереги это наш главный мозговой центр. Голова у него варит. Вот только согласится ли он снова посетить Медведя, да еще в такую жару! Пятый этаж, как-никак...
   Я уже доходил до подъезда Яковцева, как вдруг мимо моей головы что-то прожужжало, а секундой позже здоровый камень отлетел от двери, срикошетив куда-то в сторону.
   Я резко оглянулся назад, по инерции наступив на первую ступеньку крыльца. Мне чуть ли не в лицо светила рогатка, а держала ее незнакомая девчонка приятной наружности, но с неприятным блеском в глазах. Видимо, «пасла» меня уже давно, с самого магазина. И как я мог подпустить ее так близко?!
   Выстрел в упор заставил меня позабыть обо всем на свете. Оглушительная, зверская боль в голове! Я даже не успел подставить руки, сумка с бутылками помешала, как – еще один выстрел. И новая боль... Девчонка стреляла не хуже Киреевой. Правда, чему тут гордиться, если целишь в упор. Дурак не промажет...
   Кажется, я споткнулся о следующую ступеньку. Голова словно взорвалась от боли. Нападение явно было спланированным заранее и точно подготовленным. Падая, я вдруг увидел на крыльце уже моего подъезда еще одну девицу – и тоже с рогаткой!
   Мне осталось только отступить, благо, я уже был на крыльце. Инстинктивно сделал шаг, стараясь подняться, ожидая сзади третий выстрел.
   Но вдруг из подъезда выскочил решительный и сердитый Медведь с рогаткой в руке. Он выстрелил в район моего лица, только руки чуть выше поднял. Как результат, сзади меня раздался истошный визг. Камень Яковцева достиг желанной цели. Наемница завертелась волчком и, кажется, теперь ей стало не до меня.
   Медведь прикрыл меня своим телом, пока я шатался, не в силах прийти в себя. Как вдруг увидел, что из-под дома вылетел еще один участник нападения. На этот раз парень, и в руке у него застыла палка.
   - Осторожно! – прохрипел я, пытаясь оттолкнуть Медведя.
   Но тот заметил парня одновременно со мной и был готов к встрече. Вытащил здоровый камень из кармана, благо, Медвежонок их насобирал кучу, и пустил в упор в подбегающего болвана. Угодил куда-то в район носа. Парень хрюкнул и тоже завертелся. Девица на крыльце моего подъезда скрылась в дверях.
   Медведь кинулся с подъезда на землю, завладел палкой неприятеля, дал полновесного пинка пострадавшему, после чего вернулся ко мне, чтобы помочь встать на ноги.
   - Саня, ты жив? – позвал он.
   - Ничего, - пробормотал я. - Голова только болит. Вот собака!
   Я подобрал сумку, выпавшую из рук. Лимонад, к счастью, не пострадал, но булочки, к сожалению, превратились в месиво. Ведь падал я как раз на сумку.
   - Ты сам не ранен? – спросил я, потирая ушибленную голову.
   - Нет. Парень не успел кинуть палку, а деваха с подъезда промазала. Видимо, совсем не умеет стрелять. А той девчонке, что в тебя пуляла, досталось крепко. Камнем в рожу!
   - Сама виновата... Пусть не жалуется теперь. Спасибо, отомстил!
   Отряхнувшись, я последовал за Медведем. Правда, путешествие по лестнице на пятый этаж в таком состоянии не предвещало мне ничего доброго. Даже пожалел, что не вернулся домой.
   Но Медведь предоставил в мое распоряжение ванную. Там я привел себя в порядок, облился холодной водой. Стало гораздо легче. Даже Медвежонок, видя мое состояние, вел себя тихо и не шумел, чем очень любил заниматься. Он с удовольствием пил лимонад и жевал булочки, точнее, то месиво, которое они собой представляли. Впрочем, ему какая разница? Вкусно же!
   А мы с Алексеем расположились у окна на кухне.
   - Я заметил, как она скачет за тобой, - рассказывал Медведь, - и сразу подумал об опасности. И поспешил вниз кубарем. Немного опоздал, прости.
   - Нет, ты появился вовремя. Представь, тебя не было на месте событий, а я, оглушенный камнями, валяюсь на крыльце. А тут этот чмо выскакивает с палкой. Мне бы крышка!
   - По ходу, ты перешел им дорогу конкретно, - заметил Медведь, качая головой. - И они за тебя крепко взялись. Причем, не один Козлов. Кажется, все девчонки тоже сошли с ума.
   - Да, на меня началась облава, - признал я. – Все, как Шмонин и предупреждал в свое время. Конечно, Козлов в курсе дела. Но главные здесь – «Женсовет» и...
   И я повторил товарищу вчерашнее происшествие, не скрывая ничего.
   - И ты воткнул гантель ему в пузо? – Медведь расхохотался.
   - Да. Она показалась ему невкусной, и вряд ли он ее переварил.
   - А отправила его... Хорина? Ты в этом уверен?
   - Он сам так сказал.
   - Странно, - Медведь почесал затылок.
   - Мне тоже. Будь я на его месте, то молчал бы в тряпочку. Правда, он пытался играть комедию, свалил все на Козлова. Но в это даже он сам не поверил, не то что я.
   И тут нас прервали торопливые удары в дверь. Медведь, польщенный моей историей, кинулся за своей гантелей, прежде чем открывать.
   Но это оказался Ларивошка, правда, в весьма помятом виде. Он был взъерошен, весь в чем-то белом и со следами пыли и грязи на одежде.
   - Ты где шатался? – вскричали мы.
   - Вот, к тебе пришел! – заорал Ларивошка, окончательно выведенный из себя. – Дайте помыться, прежде чем допрашивать...
   Пришлось Медведю во второй раз эксплуатировать ванную. Ларивошка плескался дольше меня, после него ванная напоминала аквариум. Бедняге Медведю предстоит незапланированная влажная уборка, и вряд ли Медвежонок окажет ему посильную помощь.
   Наконец Димка мог вразумительно рассказать, что с ним приключилось, хотя я уже подозревал истину.
   - Черт! – ругался Ларивошка, - моя новая рубаха! Я не знал, что в твоем подъезде, Медведь, спрятались девчонки, подосланные Хориной. Они меня и обкидали. Помимо камней и стрельбы из рогаток еще тарелку с мукой перевернули. Где только взяли?! Или пыль туда намешали еще... 
   Я с чувством пожал Ларивошке руку, который все еще трясся от бешенства.
   - Спасибо тебе, дружище. Сам того не подозревая, ты спас мне жизнь. Сегодня мне откровенно везет. Ведь все это должно было обрушиться на меня, стоило мне вернуться домой. Потому они там и стояли, поджидая Саню Ковалева... А после того, что Медведь им устроил, обозлились еще больше.
   Услышав эти новости, Ларивошка мгновенно забыл про свои проблемы, и попросил все ему рассказать. Что мы и сделали. А поскольку голова у меня прошла, то Ромка получил возможность делать свое черное дело. Теперь он, не скрывая эмоций, принялся обхохатывать нас с Ларивошкой, вспоминая, как мы выгдялели. Но у нас возник жаркий спор по поводу происшедшего, что мы не обращали на малыша никакого внимания, даже старший брат махнул рукой на младшего. Пусть выпендривается, лишь бы не мешал.
   - Тебе еще повезло, Саня! – сказал Медведь, обращаясь ко мне. - Ведь ты изначально шел ко мне. Этого они не знали. Думаю, в твоем собственном подъезде тебя ждала еще более «теплая» встреча!
   - А ведь точно! – вспомнил я. - Девчонка-то оттуда и выбегала с рогаткой...
   Медведь и Ларивошка принялись горячо обсуждать эту тему. В момент накала страстей я вдруг вспомнил рассказ Димки. И поспешил вмешаться в дискуссию:
   - Ларивошка, а почему ты решил, что девчонки были посланы именно Хориной?
   - Вот именно! – вскричал Медведь. - Ты сам это сказал. Не «Женсоветом», а именно – Хориной!
   Димка с округлившимися глазами уставился на нас.
   - Они сами так говорили...
   - Когда?!
   - Ну, когда кидались в меня камнями и мукой. Я точно услышал, как одна из этих фурий, кидаясь чем-то вонючим, кричала на весь подъезд:
   «Это вам за... НАТАШКУ ХОРИНУ!»
   Я застыл. Потом вторично пожал недоумевающему Ларивошке руку.
   - Спасибо за ценное сведение, Димка. Благодаря тебе...
   Я обвел взглядом застывших ребят.
   - Кажется, мы узнали то, чего добивались все это время. Теперь нам известно ЕЕ ИМЯ!
   - Наташка Хорина... – пробормотал Медведь, грозя кулаком воображаемой противнице. - Ну, доберусь я до тебя!!!   

      Глава 18.
  Я СОЗЫВАЮ СОВЕТ

   Домой я возвращался, вооруженный рогаткой, которую занял мне из своего арсенала Медвежонок. Повезло. Больше в подъезде никого не было. Но это у Медведя. А вот в моем собственном...
   В почтовом ящике валялась свежая анонимка без адресата. На дверях квартиры – исписанная мелом карикатура. Я сжал губы от бешенства. И сделал то, о чем Серый в прошлом только грозил. Рисунок на дверях вытер, даже не приглядываясь, что конкретно там изображено, не оценив, таким образом, художественное творчество. Анонимку сжег у дверей Орловой, не читая. Мне наплевать, что они мне там писали. Раз все они заодно, пусть Танька расплачивается. Серый ведь предупреждал!
   Зато дома мне было не до шуток. Я мотался по комнатам, соображая и думая, где допустил просчет. Ведь не просто так девчонки объявили мне войну. Именно МНЕ! И кто стоял во главе этого гнусного дела, мы еще не знали. Орлова? Ирка Ким с «Женсоветом»? Или... все-таки – та самая Наташка Хорина, которую я совсем не знал и даже не представлял, кто это вообще.
   Выходные прошли спокойно. А с понедельника опять началось. Новая анонимка появилась. И на этот раз была воткнута прямо в мою дверь, а не в почтовый ящик. Дескать, прими, Саня, читай на здоровье! Не дождутся! Второе послание последовало за первым по тому же адресу. Кроме этого, я сжег еще и кучу своих ненужных бумаг – на тот случай, чтобы кое-кто (мне плевать, кто это будет, пусть сам ее папаша!) потрудился вытирать свой половик. Пепла было много. Пусть Танька, даже если она ни в чем не виновата, обращается к адресату с просьбой не присылать ненужных анонимок. Этот номер больше не прокатит.
   На следующий день все было чисто. А вот Орлова попалась мне по дороге в магазин. Я шел за продуктами, она – возвращалась оттуда. Бросила на меня удивленный и недоумевающий взгляд типа: «За что ты так меня?». Я сделал вид, будто мне все это до лампочки, и прошел мимо. В конце концов, война так война! Не я ее начал.
   Тем не менее, эта встреча всерьез обеспокоила меня. Хорошо, что на этот раз рогатка была за поясом. Ведь мне еще домой возвращаться.
   К счастью, сумка оказалась переполнена продуктами. Мне удалось припрятать туда и палку, подобранную по дороге. Рогатка была готова к работе. С таким настроением я поднялся на крыльцо подъезда. Ах, вот оно что! Выходя на улицу, я помнил, что наша подъездная дверь была раскрыта настежь. Теперь же кто-то ее благополучно прикрыл. Конечно, это мог сделать любой жилец или прохожий, но уж что-то очень подозрительно...
   Я вытащил палку и резким движением открыл дверь.
   Так и есть! На меня смотрело полуиспуганное лицо парня, с которым я уже познакомился прежде. Это он выскакивал тогда с палкой, чтобы напасть на нас с Медведем. Дураки! Хоть бы стратегию поменяли! Я ведь давно готов к схватке...
   Не тратя лишнего времени, молча угостил его палкой по кумполу, потом еще один раз шваркнул по пузу, чтобы он согнулся и упал к моим ногам. Третий пинок в лицо был уже лишним, но сделан просто по инерции – в припадке бешенства.
   - «Женсовету» привет, - единственное, что я ему сказал. Впрочем, вряд ли он был в состоянии слышать это.
   Парень оказался в подъезде не один. Его сообщница (которую я тоже, понятно, никогда в жизни не видел и не имел ни малейшего представления о ее существовании) развлекалась тем, что опускала в мой почтовый ящик очередную анонимку. Только время выбрала не то, я и так на пределе. И моя ярость выплыла наружу.
   Придется рассказать всю правду, хоть, наверное, у некоторых читателей поднимется возмущение против автора этих строк. Но я ведь предупреждал: война есть война!
   Я зажал в тесном углу попытавшуюся скрыться преступницу. Визжать она не посмела, только глянув в мою перекошенную от злобы физиономию. Что я сделал дальше? Очень просто. Вытащил анонимку, смял, не читая. Затем, отставив сумку с продуктами, достал из кармана зажигалку. Как видите, я был подготовлен к любым сюрпризам.
   Я поджег послание прямо в руке и держал, пока оно не запылало ярким огнем. После чего бросил все это к ногам девчонки. Она с немым ужасом смотрела на мои действия, считая меня распоследним дикарем. Чего доброго, подумала она, я еще и ее заодно сожгу вместе с письмом! Но мне по барабану!
   Потом я наклонился и, не говоря ни слова, измарал руки в черном и теплом пепле. После чего... нанес свежую струю изобразительного искусства прямо на платье дрожащей девочки, оставив такой приятный на память знак. Конечно, платье было испачкано всерьез и навсегда. Ничего не скажу в свое оправдание, но... если не теперь остановить поток этой клоунады, то КОГДА?!
   Конечно, она что-то пищала и пыталась вырваться. Но я крепко держал ее, зажатой в углу. А ее напарник валялся там, в тамбуре подъезда, оглушенный и довольный продолжением знакомства.
   Разрисовав преступницу свежим гримом, я молча поднял упавшую сумку и неторопливо пошел домой, даже не оглядываясь. В спину мне почему-то не прилетело это извечное «дурак!». Грязная дама поспешила скрыться, запнувшись там, за дверью, об своего «ухажера». Что она там дальше пищала, я уже не слышал. Просто исчез за дверью своей квартиры.
   В любом случае, дальше так продолжаться не могло. И я принял решение. Просто вспомнил, как поступал Серый, когда у него было стрессовое состояние, и хотелось снять груз накопившихся проблем. Что может быть лучше? И я созвал экстренный совет, позвонив всем своим друзьям.
   Ребята тут же откликнулись на конференцию. Пришли все. Башка, Игорь Андреев, Ларивошка, Медведь, Шмонин, Штанга. Малыши наши – Амирка и Медвежонок. Оба на редкость мрачные и сосредоточенные, без шуточек и детского озорства.
   Ребята расселись у меня в комнате, кто на диване, а кто просто на полу. Лето ведь! Все взоры были устремлены на меня. И я стоял в окружении близких мне людей, твердо зная, что меня выслушают, поверят и помогут. И мне легче было рассказывать всю историю, с которой они частично уже знакомы.
   Посвятив друзей в последние новости, я в свою очередь начал задавать вопросы.
   - Нет, Саня, - за всех ответил Макс Башков, - за последнее время только один ты получал анонимки. У нас ничего не обнаружено.
   - И слежка прекратилась, - подтвердил Сергей Брусникин. - Если и следят, то незаметно для нас.
   - Никаких провокаций нет и в помине, - пожал плечами Игорь Андреев.
   - А что двор Козлова? – спросил я.
   - Затишье, - доложил Медведь. - Кочегарка и алюминиевая бочка тоже пуста.
   - Все залегли на дно, - заключил Шмонин. - Вот только... катавасия с Саней продолжается.
   - На всех фронтах, - нахмурился я и повернулся к Брусникину.
   - Ты взял их? – спрашиваю.
   Арбуз молча протянул мне конверт. Я вытащил фотокарточки неизвестной девчонки, сфотографированной в начале лета. Роздал каждому экземпляр, оставив и у себя одну.
   - Вот что, - произнес я, пытаясь собрать воедино полученную информацию, - у меня сложилось ощущение, что мы попали в самый эпицентр событий, несмотря на так называемое затишье. Борьба продолжается. Плетется невидимая для нас паутина, в какой мы все глубже и больше запутываемся. Следует сохранять повышенное внимание, а иначе – верный конец. Осталось не так много времени до начала нового учебного года, а там и Серый вернется. Мы должны дотянуть.
   На данный момент происходит то, чего никогда не случалось за все время войны. Охота ведется только на одного человека. Он, извиняюсь, стоит сейчас перед вами. Это Я, собственной персоной! Каждый день случается что-то новое. То анонимка в ящике, то в дверь воткнута, а то и рисунок гадкий на стене. Вечно кто-то торчит в подъезде, готовый пустить в меня камень из рогатки. Из-под дома то и дело выскакивает клоун с палкой в руках. Как реагировать на все это?! Не можем же мы вечно торчать в подъезде, чтобы изловить стрелка.
   Прошу обратить внимание на важный момент: Костя Козлов при всей своей злости на месте событий не появляется! Такое ощущение (может и обманчивое!) – он просто махнул рукой на девчонок и пустил все на самотек. Как сложится, так сложится!    Таким образом, сейчас «Женсовет» все взял в свои руки. Отсюда и эти новые девчонки, которых я никогда не видел, и их дружки с палками в руках. Но нападения идут на меня одного, будто я им всем крепко насолил.
   - Ничего подобного, - остановил меня Башка, - ты их даже не знаешь! Просто именно ты – наш главный столп Сопротивления, и от тебя зависят многие наши действия. Вот поэтому они и решили добить тебя, чтобы выбить из колеи, заставить нервничать.
   - А наша задача – прекратить это, - решительно проговорил Серега Шмонин.
   - Война снова идет на всех фронтах, - продолжил я излагать соображения. - Козлов, «Женсовет», Наташка Хорина. Кажется, они все там объединились. И мы не можем исключать и последнюю – самую таинственную мстительницу, кем бы она ни была там. Почему всякий раз мы слышим это имя?! Может, она совершенно выжила из ума, раз посылает своих подопечных вредить нам? Думаю, друзья, пришла пора найти ее и окончательно закрыть этот вопрос. Хватит ее тайн! Серый, конечно, не велел нам ее разыскивать. Но даже он не предполагал, чем все это обернется для нас со временем. За квартирой мы больше не следим. Они об этом знают, естественно! Вот и перешли к атакующим действиям, пока мы совершенно не готовы к этому именно – со стороны Хориной!
   - Серый всегда отрицал дружбу Хориной и «Женсовета» - вспомнил Брусникин.
   - Но на деле выходит обратное! – вскричал Шмонин, ударив кулаком по ковру, сидя на полу. - А кто хоть раз видел ее с Козловым?
   - Видел ли ее вообще кто-нибудь? – съязвил Медведь, почесывая затылок.
   - У нас есть только фото, - подытожил Ларивошка, разглядывая свой экземпляр. - Красивая, черт...
   - Короче! – остановил я ребят взмахом руки, - надо вместе решить, как действовать. У нас теперь нет права на ошибку. 
   - Ты должен сидеть дома! – тут же «арестовал» меня маленький Медвежонок. - Тогда мы будем знать, что с тобой все в порядке.
   - Вот спасибо! – усмехнулся я, благодаря, в общем, Ромку за милое предложение. - Тогда я сам тут издохну от жары и бездействия. Последние дни лета идут. Погулять хочется.
   И мы между собой затеяли спор, как действовать и что предпринять. И почти сразу нашли нужный, как нам показалось, выход. Начал идею Медведь.
   - Козлов весьма заинтересован, что происходит у нас во дворе. Значит, и он имеет касательство к твоим проблемам, Саня.  Я берусь лично следить за двором днем и ночью из окна. Не может быть, чтобы он не готовил восстание под конец лета. Ему всегда хочется отыграться!
   - Ты прав! – воскликнул Шмонин. - Пока Саня и все мы зациклились на девчонках, он тайно готовит новое наступление. Потому у меня есть идея!
   Мы все замолчали, давая Балбесу возможность выступить. К тому же, как никогда подумалось, что он один угадал истинную цель поведения, как Кости, так и всех остальных.
   - Нам следует самим взяться за оружие, - заговорил Шмонин, довольный тем, что вся аудитория слушает его внимательно, без ужимок и дружеских смешков. – Знаю – это не наш метод. Но именно сейчас мы должны напасть САМИ! Вспомните, даже Серый однажды принял подобное решение. В любой войне происходят такие важные моменты, когда не стоит обращать внимания на привычные вещи. Вот этим мы их всех и возьмем. Враги привыкли, что нападают они, а мы – только обороняемся. Потому наш выход станет кошмаром для того же Козлова. Победив его, мы немедленно заткнем всех девчонок, вместе взятых, включая «Женсовет» и эту Хорину, есть она или нет! Медведь прав, говоря, что девчонки – только шавки. Главный пес – Козлов. Заткнется он – и они перестанут гавкать. И нападения на Саню прекратятся сами собой.
   Балбес закончил выступление под оглушительное молчание, настолько необычно и сильно он выступил. Пожалуй, это была самая лучшая его речь за все время нашего с ним знакомства. Вот кому выступать на трибунах!
   - Слушайте, а мне это нравится! – проговорил Башка, первым нарушив молчание.
   Шмонин просиял.
   - Давненько не встречались с Козловым и его сворой, - поддержал и Штанга эту идею.
   - И он не обрадуется такому повороту событий, - заключил Медведь.
   В общем, так и решили. Братья Яковцевы будут следить из окна за двором Кости. И при малейшем движении мы выступим в поход.

      Глава 19.
     30 АВГУСТА

   Был четверг, 30 августа 1990 года. Послезавтра лето закончится «официально», и наступит 1 сентября – новый учебный год. Школа.
   Я не то чтобы устал бездельничать за летние дни. Из-за вечной войны с Козловым, ставшей чем-то обыденным и знакомым, я и мои друзья как-то не заметили, что отдохнули за лето. Один Медведь заявлял, что он занимался каторжным трудом, а не бездельничал. Остальные выглядели не лучше него.
   Один я только радовался, и причина у меня была. Школа! Настоящая школа! Ведь читатель не забыл, что я учился на домашнем обучении. Собственно, этот вопрос не был еще закрыт окончательно, и мое будущее пока не определено. Но сам факт того, что 1 сентября я пойду в школу, как все нормальные люди, уже будил во мне непонятную энергию. Я увижу столпотворение учеников, войду в привычную атмосферу. Как говорится, плевать на здоровье и весь окружающий мир! К тому же, что греха таить, хотелось присмотреться к физиономиям Жени Рютина и Кости Козлова, как они отреагируют на мое появление в классе, где я малость уже успел забыться остальным ученикам. Вот смеху будет, если я останусь там на весь год! 
   Но все это будет потом – послезавтра. А пока у нас еще летние проблемы.
   Медведь позвонил вчера вечером. Предупредил, что во дворе Козлова брожение. 
   - Они что-то затеяли, - говорил он в трубку, - устроили собрание под своим домом в штабе. Причем, Саня, внимание, Костя был не один. Вместе с ним присутствовала и Ирка Ким. По ходу действий, «Женсовет» принимает самое активное участие.
   - Во сколько они собрались? – спросил я.
   - Часа в три дня.
   - Очень хорошо. Больше шансов, что и сегодня соберутся в это же время. Мы будем готовы...
   Остальные наши друзья ждали только моего сигнала для диверсионной атаки. Не знаю, что там затеял Козлов, но наше неожиданное нападение будет для него необычным и кошмарным событием!
   Собственно, нам и готовиться особо не пришлось. Все давно готовы и привыкли к таким передрягам. Палки у каждого были, рогатки и камни – самое обычное дело.
   Мы собрались у меня дома. Бояться наблюдателей не приходилось, поскольку я заметил, что еще полчаса назад Таня Орлова вышла из подъезда и пошла по направлению ко двору Козлова. Что ж, в самое время! Там мы все и встретимся!
Последним прибежали запыхавшиеся Медведь и Медвежонок. Малыши, включая Амирку, естественно, тоже примут посильное участие в схватке, где их тут остановишь? К тому же, они не единожды показали пример стойкости, участвуя в предыдущих сражениях.
   А чтобы все выглядело натурально и по-настоящему, я подозвал к себе Ромку и официальным тоном приказал:
   - Вот тебе поручение, Медвежонок. Когда мы все ринемся под дом в логово врага, ты с Киреевым займи нужную позицию и жди сигнала. Помни – стрелять во все, что движется! Камней не жалей! Любая чужая рожа противника – это мишень. Чтоб не один не ушел от тебя без фингала, понял!
   Медвежонок гаркнул что было сил и приложил ладонь к виску. Этот все понял. Я не сомневаюсь, первый камень, пущенный им, с удовольствием врежется (уж извините!) в спину Шмонину. Или, что смешнее – и пониже...
   - Саня, они собираются! – доложил Медведь, восстанавливая дыхание после бега по лестнице. – Орлова с ними.
   - Я видел. Тем лучше. Надеюсь, и весь состав «Женсовета» будет там же. Накроем их одним ударом...
   На часах половина третьего. Мы вышли из подъезда и расположились во дворе. Все были в сборе. Оставалось только перейти границу чужого двора.
   - Пойдем открыто, - заявил я, возглавляя нашу атаку, - нам скрывать нечего. Сегодня мы действительно снимаем маски. Атака есть атака. Вперед, ребята!
   Парни подняли оружие, салютуя палками в воздухе. И мы пошли. Неторопливо, но и не мешкая. И уже все равно, успеют люди Козлова предупредить своего командира о нашем выступлении. Сегодня не их день в любом случае. Не дадим им свободно вздохнуть! 
   Мы дошли до конца дома, перебежали через дорогу и очутились среди деревянных развалин домов. Двор Козлова открылся перед нами.
   И здесь я констатировал факт правоты Шмонина. Никто нас не ждал и был не готов к такому повороту действий. Ни одного человека Козлова вблизи! Они настолько обнаглели за целый год оккупации двора, что ни мало не беспокоились о вторжении с нашей стороны. Ведь действительно, мы всегда оборонялись, и они пользовались этим преимуществом. А что мы в состоянии напасть первыми – об этом и мысли не было. Мы слишком благородные, у нас в крови – только защищаться. Нападать самим – не для нас!
   Сегодня мы докажем им обратное.
   Странно, но никого во дворе! А ведь люди Козлова должны были собраться там, у них в штабе под домом. Куда же все подевались?!
   - Ловушка или нет? – говорил тихим шепотом Брусникин, оглядываясь вокруг, пока мы подходили к логову Козлова.
   - Осторожно, - предостерег я, первым подходя к страшному месту, где располагалась яма. Она оказалась закрытой.
   Я слился с домом и заглянул в дыру. Никого! Штаб Козлова пуст. Надо было принимать решение. Все оглядывались, но поблизости врагов не видно. Сквозь землю они провалились, или как?
   - Идем туда! – решил наконец я, ткнув пальцем под дом в самый штаб. - Спрячемся внутри. Когда они войдут, нападем всем скопом.
   В самом деле, терять нам было нечего. Хоть мы и опасались ловушки, все равно выбор уже сделан. Мы вошли под дом. Нет, Медведь не ошибся, они здесь были. На столе у Козлова лежал какой-то пакет. В нем была бутылка лимонада, булочки. Костя затевал празднество, вот только с кем? С Танькой, что ли? Тоже мне, романтик. Лучшего места не выбрал, как сидеть под домом. Ну, если ей нравится такое обхождение... Любви все возрасты...
   Я рассредоточил друзей в глубине по всему дому. Ребята спрятались за сваями и замерли. Энергии Шмонина хватило, чтобы в минуту добежать до самого конца дома и вернуться обратно. Глаза у него горели.
   - Они идут, Саня! Их много! Возвращаются с озера.
   А, вот почему их не было! Все ясно. Сейчас будет им сюрприз.
   - Орлова с ним? – спросил я Шмонина.
   - Не заметил. Пацаны только...
   - Ладно... Всем тихо!
   Мы притихли. Я не сводил глаз с дыры, в которой должны были появиться недруги. В самом деле, спустя три минуты кто-то пролез внутрь. То был сам шеф организации – Костя Козлов. Вот только вместо Орловой его сопровождал Женя Рютин. Он что-то говорил. Мне послышались последние слова:
   - ...теперь, когда лето кончается, он должен вернуться.
   Речь о Сереге!
   - Какая теперь разница?! – сплюнул Козлов. – Вечно у тебя мания – портить мне настроение в неподходящее время. Ты вот что, кончай разглагольствовать, философ несчастный! Лучше позови остальных. Пора заканчивать галиматью и идти бить Ковалева. Он еще не отошел от повседневных атак со стороны девчонок (благодаря мне!), а сегодня должен быть где-то во дворе. Наконец-то ему придет самый настоящий конец (к началу учебного года, ха-ха!). А после я отпраздную это дело!
   И он взглядом указал Женьке на пакет. А, вот оно что? Война с девчонками – только репетиция. Я вздохнул с облегчением. Ведь теперь я сам тут непосредственно. И, кажется, настроение у Кости сейчас испортится вконец, и не только от здравого рассуждения Рютина!
   Женька вышел. Но не успел он скрыться, как я показался из-под сваи с самым нахмуренным видом. И пошел, не скрываясь, прямо на Козлова, который, стоя спиной ко мне, как раз садился на свое обычное место – за стол. У него уже витали радужные мысли по-поводу моего поражения.
   Все остальные наши друзья, не мешкая, торопливыми и бесшумными шагами последовали за мной. Увидев наши тени и услышав шорох за спиной, Костя обернулся. И рожа его перекосилась от удивления и досады. Похоже, он не успел даже испугаться.
   - Черт! – воскликнул он. - Рютин! Все там! На помощь! Черт побери вас всех там, на улице!!!
   Единственное, что он успел сделать – стукнуть кулаком по крышке стола, что делал всегда, когда начинал заводиться и психовать. Вся наша махина снесла его напрочь вместе со столом, где он и остался лежать, полностью похороненный. Правда, я успел постучать ему по физиономии. Так что насчет моего избиения кому-то придется еще помечтать и подготовиться получше!
   Тем не менее, на его крик начали сбегаться остальные. Первым вбежал Рютин.
   Здесь я должен сделать небольшое отступление. В последнее время с Рютиным творилось что-то странное и непонятное. Он дважды спас мне жизнь! Учитывая это, я еще до похода велел всем ребятам не трогать Женьку, мало ли. Потому, когда он кинулся нам под ноги, Медведь схватил его, а находившийся рядом Брусникин ловко отобрал у Женьки палку. После этого его аккуратно подтолкнули к трубе. И, к большому удивлению Рютина, НИЧЕГО ЕМУ НЕ СДЕЛАЛИ! Женьке оставалось только самому перепрыгнуть через трубу и схорониться там, пока шло остальное действие.
   - На улицу! – приказал я.
   Мы вывалили из-под дома Козлова, по пути пресекая любые действия противника, просто сшибая с ног первого попавшегося.
   Слишком просто! Парни Козлова оказались настолько не подготовлены к нашей внезапной атаке, что с самого начала утратили численное преимущество. Добрая половина тут же бросилась удирать. Здесь, наверное, сыграло роль и то обстоятельство, что Костя, по всей видимости, забыл им заплатить за услуги! Ну, нас это не касалось. Сегодня мы отплатили им сполна!
   Каждого, кто попадался нам на пути, нещадно колотили и мутузили. Ромка и Амир, оставленные нами на улице, спрятались в кустах, где однажды вечером сидел я, теперь вылетели оттуда и стреляли в любого, кто улепетывал от нас.
   Минут через десять все кончилось. Двор вновь оказался пустым. Под домом в штабе тоже водворилось спокойствие. Козлов, оглушенный и уничтоженный, валялся под своим собственным столом.
   Но на этом наши торжества не закончились. Как оказалось, Таня Орлова и ее «Женсовет» спешили к Козлову по тому же проходу, что и мы до них. Девчонок было человек пять-шесть. Представьте их удивление, когда в чужом дворе они вместо парней Козлова увидели суровых и нахмуренных НАС?! И, издав непонятные испуганные взвизги, бросились бежать. Мы, разгоряченные атакой на Козлова, с улюлюканьем кинулись за ними – просто попугать, а не ловить. Очень они нам нужны! Так, для закрепления. К тому же, и здесь Шмонин оказался прав: надо было однозначно преподать им урок, дабы больше никаких анонимок и угроз из-под дома не возникало!
   Девчонки неслись в сторону кочегарки, мечтая, видимо, раствориться там где-нибудь среди труб. Они не сомневались, что, схватив их, мы всех побьем. Я возглавлял этот забег с нашей стороны, потому вовремя заметил, как находившаяся рядом с Орловой Наташка Киреева вдруг схватила за руку свою подругу, и насильно увлекла ее в сторону подальше от остальных участниц «Женсовета». Там осталась во главе сама Ирка Ким! Вот она-то и была нам нужна.
   Не обращая больше внимания на Орлову и Кирееву, я бросился за остальными преступницами. Совместными усилиями мы загнали их на кочегарку. Там они и спрятались. А мы, окружив кочегарку, начали обстреливать ее из рогаток наудачу, ни в кого не целясь. Девчонки, как я видел лично, сжимались, кто в облицовку трубы, кто в шифер, кто распластался на земле, мечтая только, чтобы бомбардировка поскорее закончилась. Тогда как мы, пока не расстреляли все патроны, не угомонились. В общем, та еще комедия была! Ни в кого мы не попали, но напугали их изрядно. Пусть подумают, стоит ли связываться!
   Я покидал поле боя последним. Повернулся лицом к девчонкам так, чтобы меня было видно, Ирке Ким в особенности. Она вжалась в шифер у входа в наш штаб. И, помахав рогаткой, громким голосом сказал:
   - Это тебе привет, КИМ!
   И повернулся, собираясь уходить.
   - Дурак! – раздалось мне в спину.
   Я резко обернулся и, не целясь, спустил резину рогатки. Камень плюхнулся в миллиметре от ее лица, взметнув волосы. Ирка так и присела...
   Вот и все. На этом, собственно, и закончились наши веселые августовские приключения. Скоро снова наступит новый учебный год. И, главное, СЕРЫЙ ВЕРНЕТСЯ!!!


                конец 10-го тома