Глава 17 Русский дух

Глава 17 Русский дух

1

Ездила со своими вьетнамскими подружками (плюс китаянка!!!) в космический городок. Там везде «русский дух»: макеты «Союза», станции «Мир», советских спутников — в общем, это похоже на ВДНХ. Мы бродили целый день. Как обычно, мне не хотелось ехать, а когда мы приехали, я увидела «Мир» и вспомнила свою работу в Европейском космическом агентстве. Ну а потом мы вернулись обратно.

2

Я наконец осмелилась сказать волшебному тренеру:
— Как дела?

Я спокойно разговариваю с сотрудниками университета, официантами в ресторанах, продавцами в магазинах, владельцами собак, строителями, старушками, детьми, экскурсоводами, случайными прохожими, парикмахерами, кассирами, преподавателями, студентами, велосипедистами, актерами, уборщицами — и с одним-единственным человеком я не могу произнести ни слова.

Боже, помоги мне открыть рот!

3

Вчера днем в компьютерном зале библиотеки я вышла на улицу покурить, стала подниматься на лифте в читальный зал и вдруг потеряла сознание. В итоге вместо читального зала на скорой отправилась в больницу и оставшийся день провела там. К вечеру меня, к счастью, с миром отпустили домой, так как ничего серьезного не нашли.

Мне повезло, что все это случилось на людях и мне тут же оказали помощь. Тем более я как-то не очень удачно упала, и, когда лифт поднялся на этаж и открылись двери, моя голова оказалась как раз на пороге между дверьми.

К счастью, меня сразу увидел библиотекарь. Он успел подбежать и не дать дверям закрыться и зажать меня. Мне так неловко, когда я представляю себя на его месте: работаешь, поднимаешь глаза — и вдруг, как в фильме ужасов, открывается лифт, а из него выпадает бездыханное тело. Но он молодец, что не растерялся.

Как жаль, что обморок случился со мной в библиотеке, а не в спортзале. В спортзале нет лифтов, зато там есть небольшая винтовая лестница, с которой можно очень эффектно упасть прямо на руки волшебному тренеру, а потом он бы повез меня домой на своем блестящем мотоцикле!

Эх, Бенедикт — еще один шанс упущен...

4

Несмотря на серьезность ситуации, в ней было и много комичного. Особенно в диалогах с врачами, медсестрами и санитарами.
— Опишите, что произошло.
— Я пришла в библиотеку и потеряла сознание.
— В какой момент?
— Я покурила на улице, зашла в лифт — и больше ничего не помню.
— Вы курили обычную сигарету или «косяк»?

Перед началом работы в библиотеке, у входа в университет — курить траву?! Мне хотелось бы это как-нибудь попробовать и посмотреть, что после этого я напишу. Впрочем, я все-таки не Кастанеда.

Приезжаем в больницу. Санитар настаивает везти меня на каталке, я пытаюсь передвигаться сама.
— Вы с ума сошли, вы снова упадете!
Я (заговорщицки улыбаясь, шепотом):
— Если я упаду — это будет нам на руку.
Санитар:
— ?????
— Подумайте сами: нас гораздо быстрее оформят, к тому же все будут бегать и суетиться, и будет гораздо веселее.

Но это еще не так смешно, как следующее: меня привозят в больницу и начинают заполнять документы, со мной медсестра и бригада скорой помощи.
Медсестра:
— Вы беременны?
— Нет.
— Вы предохраняетесь?
— Нет.
— Откуда вы тогда знаете, что вы не беременны?
— У меня нет сексуальных отношений.
— Как это? Вообще?! Совсем? Не понимаю, как это?

Я не нахожу ничего лучше, чем сказать:
— Я недавно в Тулузе и еще никого здесь не знаю.
Бригада скорой помощи (хором):
— Хотите, мы вас с кем-нибудь познакомим?

У меня начинается приступ смеха.
Медсестра:
— Я ничего не понимаю. Вы точно не беременны?Занавес.

5

Дожили! Сегодня утром я впервые в жизни исповедовалась на французском — впрочем, все рано или поздно приходится делать в первый раз. Вчера в храме после службы был обед, каждый принес что смог, и мы накрыли стол.

Я познакомилась с прихожанами, их очень немного, русских почти нет — в основном православные французы или офранцузившиеся потомки белой эмиграции, в большинстве все очень приятные.

Еще я вспомнила одну забытую категорию — «русский мужчина»: после обеда я стала мыть посуду, «представитель великого народа» стоял рядом, пил кофе и вещал, что «нормальная женщина» никогда не наденет брюки и не осмелится войти в храм без платка.

6

После того как я таскала своего соседа-африканца (вернее, он темнокожий француз) на «Евангелие от Матфея» Пазолини, половину которого он гламурно проспал, я почувствовала себя обязанной сделать для него что-нибудь хорошее.

И вот час расплаты настал: сегодня вечером я была у него в гостях, и мы смотрели... клипы Снуп Догга и еще каких-то жутких рэперов, а также «Тату» и Диму Билана (я просто не знала, что можно товарищу показать из современной русской поп-музыки).

В общем, вечер удался.

7

Интересно, только во Франции, покупая баночку варенья, можно прочесть на ней: «употреблять в сочетании с таким-то видом сыра»?

8

Шла с тренировки, а на площади Масленица (вернее, Марди Гра, но я не знаю, как это перевести). Никто не жёг чучела, так как в публичных местах запрещено, и в снегу никто не валялся, так как снега нет - вместо этого все скакали под африканские барабаны, обмотанные какими-то старыми газетами.

У меня не было настроения, поэтому я не стала участвовать в общем веселье, а пришла домой и съела блинчик. Правда, это был не масленичный, а «интеграционный» блинчик: я расплавила кабеку (это местный козий сыр), полила мёдом и подогрела в духовке. Я считаю, что Масленица — это прежде всего блины и снег...

9

Ещё меня пригласили выступить на радио на тему стипендий иностранным гражданам - из-за кризиса в последнее время идут разговоры, что стипендии аспирантам платить глупо, а иностранным студентам вообще незачем. А что мне сказать? Я благодарна за такую возможность, но прекрасно понимаю, что мне никто ничем не обязан, дали — и слава Богу. Надеюсь, это будет на пользу и мне, и французскому народу.

10

Я так не хотела ходить на английский и злилась, что меня записали — а зря, таких занятий у меня ещё не было! Когда я вошла в аудиторию, чуть не упала: передо мной стояла героиня «Поющих в терновнике» — красивая рыжая ирландка — мисс О’Махони. Я перевела её фамилию как «о, мой мёд» (почти как «Oh, my God»). Собрались все аспиранты, и мы не заметили, как прошло три часа. Это был не урок, а беседа. Нет ничего интересней, чем люди, и я очень обрадовалась поводу задать вопросы и узнать побольше.

11

Случайно перепутала в разговоре козий (шевр) и овечий сыр (бребис), и мой французский собеседник выдал:
— Ты совершенно не разбираешься во французской кухне! Коза — это жена козла, а овца — это жена барана.

Но я-то знаю, что быть «женой козла» можно, и не будучи козой.

12

Похоже, мой обморок произвел впечатление на сотрудников библиотеки. Сегодня днем, придя в читальный зал, я обнаружила на дверях объявление: «Что делать, если в здании кто-то упал в обморок».

13

Сегодня я впервые пела в церковном хоре, правда, по-французски, но неважно. А после литургии был чин прощения. Я плакала всю службу, а когда настоятель встал на колени и стал просить прощения у прихожан, разрыдалась совсем.

Тяжелее всего то, что, хотя от мамы мне пришлось много вытерпеть, но именно перед ней я больше всего и виновата. Вечером я позвонила маме и впервые в жизни попросила у неё прощения искренне.

Ещё мне сказали, что я могу настаивать на исповеди по-русски, но я подумала, что с моей стороны это будет нечестно.

14

Виделась сегодня с научным.

Показала свои труды, которые отправила ему на имейл вчера в два ночи, он оживился и сказал:
— Вау, где вы взяли такую классную статью? Дайте почитать.

Затем достал из шкафа увесистую папку с моей фамилией, покопался в ней, нашел бумажку, которую сам же написал в январе, прочитал её и скорбно сказал:
— Бенедикт, вы отстаете от графика на две недели...

Мне стало весело. Хотя я и правда должна работать быстрее.
Потом научный сказал:
— Зайдите в бухгалтерию, попросите у них справку. Заодно поупражняетесь во французском.

Правда, смилостивился и разрешил мне поехать и на конгресс в Монпелье (куда меня все-таки взяли, как выяснилось), и на тюторат в Париж. В общем, мой научный очень добр ко мне, и надо шевелиться.