Первые заработанные деньги

Как-то раньше не задумывался, но когда случился повод вспомнить, как я заработал свои первые деньги, то неожиданно получилось, что журналистским трудом.

С чего началось.
С моим другом и одноклассником Петей Ваницким мы жили совсем рядом со школой и почти всё свободное время гоняли мяч на школьном стадионе.
Участвовали в различных соревнованиях среди детских и юношеских команд.
По выходным посещали все футбольные матчи на городском стадионе, где играла главная команда «Локомотив» Барановичи.
Они тогда играли в первой любительской лиге на первенство БССР.

На очередной игре мы сидели с Петей на трибуне, а несколько рядов выше нас сидел со своей компанией его старший брат Коля.
Я тогда удивился, ведь он сам не играл и футболом не интересовался.
У него были другие предпочтения.
Подумал: «Ну ладно. В городе не так много развлечений.
Погода хорошая, почему бы не посмотреть футбол».

На следующий день, читая местную городскую газету «Знамя коммунизма», я нашел совсем небольшую заметку о прошедшем футбольном матче.
Она была очень краткой.
Фактически состояла из нескольких предложений, типичных газетных штампов.

Что-то вроде:
Вчера на стадионе «Локомотив» состоялась встреча давних соперников.
Предыдущие игры обе команды проиграли, поэтому хотели реабилитировать себя перед своими болельщиками.
Матч был очень напряженным, но ни одна из команд не смогла победить.
Защитники и вратари играли лучше нападающих. Закономерный итог — 0:0.
И подпись — Николай Ваницкий.

Я прочитал, немного удивился, с чего вдруг Коля стал писать про футбол.
Во-первых, он не интересовался футболом, а во-вторых, никогда прежде он не печатался в нашей местной газете.
Почему-то я всегда ее прочитывал, как и другие газеты, которые приходили к нам по подписке.
Родителей на работе не совсем чтобы заставляли, но очень убеждали оформить подписки на местные и республиканские газеты.
Сам дополнительно покупал «Физкультурник Белоруссии» или «Советский спорт».
После следующей игры ситуация повторилась.
Опять был напечатан коротенький отчет о прошедшей игре.

Тогда я спросил Петю: «Что происходит?»
Он объяснил: «Николай собирается поступать в БГУ — Белорусский государственный университет, на факультет журналистики».
Он был старше нас.
Я в то время закончил первый курс в техникуме, а Петя продолжал учиться в школе и закончил 9-й класс.
Чтобы поступить на факультет журналистики, кроме стандартных экзаменов был т.н. творческий конкурс.
Абитуриент должен был иметь несколько публикаций в прессе.
Вот он этим и занимался.
Я про себя подумал: «А что, так можно?»
Но никаких дальнейших шагов не предпринял.
Так осталась зарубка в памяти.
Я продолжал учиться в техникуме.
Футбол был отодвинут в сторону, после того, как мне по здоровью не разрешили играть за сборную Брестской области.
 
В техникуме я стал заниматься танцами, и через полгода меня пригласили в известный в городе ансамбль народного танца «Юность».
Нагрузки там были точно не меньше, чем в футболе, но никаких медицинских комиссий не было. Какие комиссии? 
Просто самодеятельность, ребята немного поют, немного танцуют.

В техникуме выпускали стенгазету и раз в неделю готовили что-то вроде радиогазеты.
Большую часть работы делала преподаватель электротехники и куратор нашей группы.
Мы немного помогали.
А я еще был диктором.  Наверное, никого больше из ребят она уговорить не смогла, коих в текстильном техникуме было не так  много.
На следующий год, где-то в мае, наш ансамбль был приглашен на фестиваль народного творчества Литвы, Латвии, Эстонии и Белоруссии, который проходил в Риге.
Точнее, в летнем концертном зале «Дзинтари» в Юрмале.
Это была наша первая поездка, да еще в Юрмалу, да на такой масштабный фестиваль. Осталось много положительных эмоций.
Захотелось поделиться ими и рассказать о поездке как можно большему количеству людей.
А как это сделать?
И тут я вспомнил о городской газете.
Тем более, что какое-то время нас там игнорировали.
Ничего про наш ансамбль не писали.
Я написал небольшую заметку, подобрал к ней фотографию и отнёс всё это в редакцию местной газеты.
Вошёл и сказал, кто я такой и что принёс.
Меня направили в один из кабинетов, где замредактора, не прибегая к излишней бюрократии, при мне прочитал заметку и сказал: «Молодой человек, у вас, безусловно, есть способность писать».
Очевидно, это был очень добрый человек.
Когда я входил к нему, ожидал, что меня либо отправят восвояси, либо вежливо откажут.
Признаюсь, мне было приятно услышать такие слова, но всё же я воспринимал их как дежурный комплимент, просто проявление вежливости.

Через несколько дней материал был опубликован с совсем небольшими правками.
Я был очень горд.
До этого я полагал, что в газеты пишут исключительно какие-то небожители, а тут заметка на три колонки за моей подписью.

Я пошел в киоск и купил штук пять экземпляров этой газеты.
Посматривал на стоявших рядом покупателей, так и хотелось сказать: «Почитайте, это я написал, это моя заметка».
Через пару недель мне сообщили, что нужно прийти в редакцию и получить гонорар. Я пришел в бухгалтерию, и мне выдали 4 рубля.

По тем ценам на эти деньги можно было купить 18 кружек пива или две бутылки хереса. Примерно два килограмма мяса или пять килограмм сахара.
Это и были мои первые заработанные деньги, если не считать студенческую стипендию.
То, что за это ещё и деньги платят, мне очень понравилось.

В дальнейшем я стал таким летописцем ансамбля.
После каждого значимого события в жизни и творчестве ансамбля я писал заметку в газету и прикладывал фотографии, которые делал другой мой школьный приятель Федя Лосик.
Постепенно я стал посылать свои материалы в областную газету «Заря», после того как там напечатали, у меня добавилось уверенности, и я стал посылать уже в минскую газету «Знамя юности».
Это был главный печатный орган ЦК ВЛКСМ Белоруссии.
Можно сказать, местный аналог «Московского комсомольца» (МК).

Я стал писать не только про ансамбль танца Юность и  другую художественную самодеятельность, но и на другие темы.
На девяносто процентов это была чистая конъюнктурщина и подражание газетным штампам.
Я видел, какие темы печатают, и старался держаться подобной тематики и стиля.
Да и не готов я был на что-то более художественное и оригинальное.
С сюжетами были большие проблемы, не хватало жизненного опыта и просто журналистской сноровки.
Никто меня этому не учил и подсказать было некому.
Но получать деньги, которые исправно платили, было приятно.

Я посылал написанное в простом конверте в Брест или Минск, и через пару недель приходил почтовый перевод.
Суммы были небольшими: 3–7 рублей за публикацию.
Чем выше газета, тем больше вырезали из моих заметок.
Оставляли только самое главное, никакой лирики.
Самый большой успех — это две публикации в месяц, но потом могло быть три пустых месяца.
Иногда я писал бесплатно в «многотиражку» «Текстильщик», которая выпускалась на местном текстильном комбинате.
Комбинат содержал и ансамбль народного танца «Юность».

После окончания техникума легкой промышленности я собрался поступать в институт.
Было 3 варианта с продолжением текстильного образования: Москва, Ленинград, Витебск.
Четвертый вариант был факультет журналистики военного училища в г. Львов.
Я думал, что в военное училище проще поступить, чем в БГУ.

Во все эти города можно было попасть прямыми поездами, без пересадок.
Смущало, что на факультет журналистики нужно было сдавать экзамен по иностранному языку.
С этим почти у всех были проблемы. Кстати, Николай Ваницкий не смог поступить именно из-за плохой оценки по иностранному языку.
Поэтому, поразмыслив, я всё-таки решил, что поступить в текстильный институт у меня больше шансов.

Из всех текстильных я выбрал энерго-механический факультет в Московском текстильном институте. Там не нужно было сдавать химию, её я не очень любил.
По иронии судьбы, потом 22 года работал с химией и иностранным языком.

Во время учебы в Москве попробовал отдать написанный материал в «Московский комсомолец».
Мне казалось, это было лучшее, что я к тому времени написал.
Статья была на стройотрядовскую тему.
Но там не спешили печатать, по телефону были сплошные отговорки, а потом и вовсе сказали, что уже поздно.
Скорее всего, мой материал сразу выбросили в корзину.

В Москве такая конкуренция и столько желающих профессиональных авторов, что любитель с улицы не имеет никаких шансов.
Потом я уже узнал, что тогда многие начинающие журналисты, наоборот, уезжали в отдалённые места и там получали практику.

Больше я и не пытался. Выпускал факультетскую стенгазету, иногда бесплатно печатался в институтской многотиражке, название не помню, наверное, «Текстильщик», а как ещё.
Тогда креативных названий не было.

В этой газете мне запомнилась одна моя заметка.
О чем в ней писал, совершенно не помню, но помню, о чем было написано в статейке, которая была на одной странице с моим текстом.
Это было примерно в 1973–74 годах.
Наш декан Яков Михайлович Мильман, кандидат наук, доцент, член партии, собрался иммигрировать то ли в Израиль, то ли в США вместе с женой, сыном, который тоже уже был кандидатом наук, невесткой и внучкой-студенткой.

Прежде чем уехать, нужно было пройти целую процедуру.
Его обсуждали и клеймили на ученом совете, на партийном собрании, исключали из членов партии и т. п.
В заключение на первой странице в институтской газете была статья с осуждением этого поступка.

Краткое содержание: тебе, гаду, советский строй всё дал — и образование, и работу, и звания, и деньги, а ты, неблагодарная скотина, нас предал и уезжаешь.
Статья была подписана ведущими профессорами института соответствующей национальности, включая трижды лауреата Государственной премии профессора Роговина.
И вот рядом с этой исторической статьей была и моя фамилия, совсем рядом с фамилиями ведущих профессоров, но думаю, что мой текст едва ли кто прочитал.

Первая статья затмила всё.
Тогда это была настоящая информационная бомба.
Я пытался собирать газеты с моими публикациями или хотя бы вырезки, но при переездах они затерялись.
Есть предположение, что кто-то их просто выбросил — старые пожелтевшие газеты.

Только несколько публикаций мне удалось разыскать у моего друга в Белоруссии Николая Короба, с которым вместе учились в техникуме и танцевали в ансамбле.
Он старался собирать заметки об ансамбле, тем более в которых упоминалась его фамилия или он был на фото.
После окончания института я уже вообще ничего не писал, за исключением одной статьи на технические темы в журнале «Директор», которую написал по поручению работодателя.

Только после семидесяти лет дети сказали: «Довольно работать, пора писать мемуары».
И вправду, за долгие годы в голове накопилось множество событий и историй, а тут появилась возможность сбросить хотя бы часть информации на «жесткий диск».
К счастью, сайт Проза.ру предоставляет такую возможность.
Постепенно я начал писать не только воспоминания, но и тексты на современные темы.
Появляются рассказы основанные на свежих сюжетах и историях, которые кажутся мне интересными.

Как получается — судить вам, читателям.

P.S.

Совершенно неожиданно для себя написал десяток песенных текстов, притом что раньше стихи никогда не писал, да и простое рифмование к юбилею коллег по работе давалось с большим трудом.
Подтолкнул меня к этому один мой приятель, который дал мне прослушать песню на его стихи в исполнении ИИ.
Меня это заинтересовало.
Придя домой, сел за компьютер и за несколько часов сочинил первую песню.
В отличие от песен моего приятеля, мои песни не лирические, а иронические.
Они выложены на моей странице в сборнике «Тексты песен».
Прослушать их можно, пройдя по ссылкам в разделе «Ссылки на другие ресурсы».


Иван Ковш