Дусин дневник. 41

Проводив взглядом отца Гавриила до церковных кованых ворот, я решила ещё немного побыть здесь, посидеть где-нибудь в уголке на скамейке, подышать здешним воздухом, наполненным сиренью, к которому время от времени примешивался еле уловимый запах свечей и ладана. Хорошо здесь было, тихо. А мне как раз нужно было где-то уединиться, чтобы, перебирая в памяти события сегодняшнего дня, поразмышлять о них…

- Ты откуда такая бойкая взялась?

Вздрогнув от неожиданности, я повернулась на голос и увидела Светлану. Подобрав юбку, она присаживалась на скамейку рядом со мной.

- Из утробы матери, - беззлобно, но твёрдо ответила я.

Сделав короткую паузу, она примирительно спросила:

- Ну, правда, раньше я тебя здесь не видела. Откуда ты в нашей глухомани-то?

- Светлана, Вы не поверите, но я Вас тоже раньше не видела.

- Да ладно тебе дуться, - совсем мирным тоном сказала Светлана. Немного помолчав, она добавила:

- Да, я помню, что ты попросила у меня прощения, хотя это должна была сделать я. Да ещё и снова «напала» на тебя сейчас. Так что, это ты прости меня!
Пришла очередь удивляться мне: чего это она вдруг… Я посмотрела на неё с интересом и, улыбнувшись, ответила:

- Бог простит! – и вот опять: очень быстро подвернулся случай применить новые знания!..

Совсем освоившись в новой обстановке, окончательно осмелев, и безо всякого перехода на «ты», я спросила у Светланы:

- Объясни мне, пожалуйста, почему ты так взъелась на меня?

- Не люблю я ничего нового, ни перемен никаких, ни людей, ни тем более – то, что мне непонятно. Меня это прям бесит!

- Почему?

- Не знаю даже. Мне всегда кажется, что всё это мне как-то угрожает.

- И ты нападаешь…

- Ну да.

- Скажи, а тебе хоть раз твои нападки помогли преодолеть эту угрозу?

- Не помню. Нет, вроде.

- Тогда, может, попробуешь как-то по-другому?

- Как?

- Ну не знаю. Например, понаблюдай за людьми, как они реагируют на новое в своей жизни.

Светлана задумалась, и мы немного посидели молча. Я же, решив, выяснить всё до конца, спросила:

- Ну а после, когда ты подошла сюда, от чего опять злилась на меня?

- От зависти.

- В смысле? – меня прямо оглушил такой её ответ.

- Знаешь, в церкви есть… не знаю, как это назвать.., - Светлана задумалась, подбирая слова. - В общем, заметила я, что иногда священник при благословении немного сжимает руки прихожанам. Это почти незаметно. Но мне как-то сказали об этом, и я стала это замечать. Тогда мне ещё объяснили, что так батюшки выражают особое отношение к человеку. Вот ты первый раз в церковь пришла, а уже чем-то угодила отцу Гавриилу, - Светлана с каким-то укором посмотрела на меня и, опустив голову, стала рассматривать свои ладони.

- А ты, видимо, стараешься-стараешься, но никак угодить ему не можешь, да?

- Да! – почти выкрикнула Светлана, набычилась и отвернулась в сторону.

Не стала я оправдываться, и утешать или переубеждать её тоже не стала: пусть, думаю, успокоится и сама заговорит, если захочет. И она заговорила:

- А, правда, что со мной не так?

- А ты не старайся ни для кого, а просто тихонько делай своё дело. Да и с людьми будь попроще, не жди от них какого-то особенного отношения к себе. А заодно – попробуй как-нибудь порадоваться за кого-то, а не завидовать ему. Вот увидишь, тебе понравится быть великодушной.

- И всё? Так просто?

- А мне кажется, что это не так просто, если человек привык делать наоборот.

- Ладно, попробую хотя бы. Мне кажется, есть что-то в твоих словах.

Мы ещё о чём-то пустяшном поговорили и решили расходиться. Жаль, конечно, что не удалось мне подумать о том, что сильно волновало меня на службе, но зато у меня появилась новая знакомая, самая первая из верующих, которых я встретила сама, а не через Андрея. Почему-то это радовало меня. Уверена, позднее я пойму – почему…

…Пока шла домой, о чём только я не передумала.
И, правда, почему отец Гавриил выглядел так, будто знает меня давно и очень любит? Но сколько бы я ни думала, ничего путного мне в голову не приходило. И никак не отпускала эта мысль потому, видимо, что всё это ещё усугублялось его рукопожатием, которое, как оказалось, достаётся не всем. Не забыть бы спросить батюшку об этом…

И кто же такой этот таинственный свидетель? Кто это мог быть, если никого рядом не было, кто бы мог заметить мои метания, понять их причину и, что ещё непонятнее, -  сделать так, чтоб мне не хотелось делиться своим впечатлением от всего этого? Он что, - невидимка и  телепат?.. Прямо, мистика какая-то… Я задумалась: «Никем не видимый… Так это что получается, что это – Бог, что ли?!! Вот я балда!..».

Продолжение следует...