Русская сакральность 4

Русская сакральность

Эссе 4

И так продолжим обсуждение Нашей с Вами темы чувства сакральности в русской типологии на примере моего студенческого двухлетнего каникулярного рабочего опыта и подведем итоги. В той нашей погрузочно-разгрузочной бригаде грузчиков одной краснодарской хозбазы были относительно молодые люди до 30 лет включительно. Контингент включал частников домовладельцев достраивающих свои дома (на базе им можно было по дешевке приобретать стройматериалы на свои нужды и судимых бывших сидельцев лагерей. Исключение составляли возрастные Иван Яковлевич – «Бык», Яша - «Сухарь» и сам бригадир Захарыч старый битый зек - «Кнут». Я больше любил работать с флегматичным, спокойным Иваном Яковлевичем. Вот Кнут посылает нас с Иван Яковлевичем разгружать открытый полувагон с углем. Работа не очень тяжелая по сравнению с иными, но с одним обязательным условием, кто последний заканчивает разгрузку своей половины, тот выметает угольную пыль с пола всего вагона. За эти десять минут уборки уборщик превращается в негра, ну и естественно, что эта роль в паре с Быком всегда доставалась мне. Бык, поджидая меня блаженно отдыхал. «Вовка посиди, отдохни пяток минут, не спеши, работа никуда от тебя не убежит» – добродушно увещал он меня.

«Вовка, ты че все силой норовишь сварганить, а голова зачем, здесь своя сноровка нужна. Ты вот сразу на всю кучу кидаешься, а ты снизу подгребай, верх сам на пол посунеться. Вот ты его толкнул в люк и он на земле» – учил он меня. «Вот ты к Кнуту присматривайся больше. Ты пацан, руками работать знать долго не будешь, а понятие в любой работе имей, иначе ты для работяги, мужика, тьфу, пустое место и душой он к тебе никогда не повернется. Кнут, вишь молчком иной раз больше скажет и покажет, чем матюгом. Человеку надо самому дотумкать, а не бичом его, как скота погонять. Бич хорош тогда, когда без него никак. Смотри, Сашку Локтя поганой метлой гнать надо из бригады, а Кнут его держит. У Сашки трое детишков и дом он строит, как достроит, так Кнут его в момент наладит. Но учти, Кнут когда зверь, то ему под руку не попадайся, сомнет - не заметит, здесь соображение надо иметь».

Бык в работе затягивался широченным кожаным ремнем, на манер штангиста. «Уходить мне Вовка пора с этой работы и Кнут вот все гонит, иди на печку старый хрен. А я не могу, здесь, да дома я свой, а другого мне ничего не надо» - иногда тосковал Иван Яковлевич. Мне потом передавали, что он и подорвался, поднимая какую то тяжесть, и быстро в два дня умер.

Вот такие «университеты» жизни проходил я, в том числе, и с Кнутом, и с Иваном Яковлевичем. И далее в жизни и деятельности, я практически всегда, легко находил нужный контакт с любыми подчиненными, и рабочими, и промежуточным инженерно-техническим руководством.

А как то раз, на базе, был большой завоз материала и один наш постоянный клиент подработки живой копейки на бригаду, крупный оптовый барыга, широко отоваривался разными стойматериалами. Одну машину нагрузили во дворе, а другие материалы сборных финских домов отобрали, отсортировали и заготовили в крытом складе, где мы сидели и ждали самого барыгу с транспортом. Спешить было некуда отдыхали от жары в теньке. Кнут неторопливо бродил по огромному складу и подошел к куче веников и метел, кои начал крутить их в руках. Ребята скалили зубы – «Захарыч видно норовит в шныря (тюремную обслугу, уборщика) перелицеваться».

Кнут оглянулся на бригаду своим обычным темным звероватым ликом, и вдруг глаза его загорелись, каким то потусторонним дьявольским огнем – «Эх, мать перемать, запалить бы сейчас все вокруг, да руки погреть; замерзли руки без стоящего дела. И поглядеть бы тода вволю, как пустая «вохра» начальства хлопотать будет без толку над своим пропащим добром» - хищно, грозно и мечтательно прохрипел Кнут, разглядывая свои огромные черные руки-грабки. И бригадные шутники сразу примолкли, грозен и страшен был Кнут в эту минуту, какая то природная дикая,  неодолимая сила, вдруг высветилась в нем.

Это была та самая сила, которая будучи направляема природно руской типологической Общинностью, безбрежно разливаясь до своих природных пределов, и построила Наш с Вами необъятный, огромный Русский Имперский Мiръ, как и создала в его ауре Мировую Русскую Культуру.

Она в разной степени присуща каждому рускому человеку обладателю расового, наднационального великоруского Духа. Это была та сила, которая сделала Пушкина из баловня судьбы и его великого поэтического таланта, Сущим имперцем-государственником, когда он в своей зрелости, под конец земного бытия, ушел непосредственно от поэзии и погрузился своим исследовательским Гением в историю Великого Раскола (маленькие Трагедии), Петра Великого и Пугачевского Бунта эти болевые точки Руского социального Бытия.

Эта была та русская имперская сила, которая ощущалась в творческих поисках основ Бытия у Олега Куваева:

«Может быть, суть в том….


Чтобы можно было … углубиться в сладкую тяжесть воспоминаний, где смешаны реки, холмы, пот, холод, кровь, усталость, мечты и святое чувство нужной работы (и не напрасно прожитой Жизни, где Вы сделали все то, что могли, что должно, что позволили Ваши силы В.М.).

Чтобы в минуту сомнения тебя поддерживали прошедшие годы, когда ты не дешевил, не тек бездумной водичкой по подготовленным желобам, а знал грубость и красоту реального мира, жил так, как положено жить, мужчине, и человеку».

«Если ты научился искать человека не в гладком приспособленце, а в тех, кто пробует жизнь на своей неказистой шкуре, если ты устоял против гипноза приобретательства и безопасных уютных истин, если ты с усмешкой знаешь, что мир многолик и стопроцентная добродетель пока достигнута только в легендах, если ты веруешь в грубую ярость твоей работы (и во всю свою жизненную деятельность, и ее природные Великоруские нравственные Устои В.М.) — тебе всегда будет слышен из дальнего времени крик работяги по кличке Кефир: «А ведь могем, ребята! Ей-богу, могем!»

В предыдущей части Мы с Вами начали рассматривать проблему - Что же из себя представляет Сакральность, как нравственная категория, для самого Русского Мiра в ее низовом народном выражении? Что же в народном выражении представляет собой понятия Сакральности и Святости? И в чем проявляется гармония единства культурного чувства Русского Мiра?

И на примере моего личного опыта в предыдущей части Мы с Вами начали рассмотрение этого мировоззренческого вопроса, на который пока нет исчерпывающего ответа ни у одного русского мыслителя. В многослойную проблему понятий «народ» и «национальность» вникал наш Великоруский Гений Мысли К.Н. Леонтьев и он осветил ее достаточно глубоко, но лишь с одной, государственной стороны и Мы с Вами далее, как только сможем, рассмотрим эту нравственную категорию со всей широты типологических позиций Русского Мiра.

Наши недоброжелатели упрекают сегодняшний Руский Мiръ в том числе и в криминализации. Наверное, какая то толика истины в этом есть, но давайте посмотрим на ее истоки.

Российский преступный мир, как уже было сказано, серьезно отличался по своей структуре и деятельности от современного криминала. Кражи и мошенничество были самыми распространенными видами преступлений в царской России. Грабежи и убийства случались гораздо реже, в сравнении с последующими эпохами – лишать человека жизни было тяжким НРАВСТВЕННЫМ грехом.  Убийцы были изгоями в преступной и самой тюремной среде.

Преступления в наши дни и сто лет назад кардинально отличаются по своему характеру, соотношение разных преступлений было совсем другим, чем сейчас.

В начале ХХ века в России большое распространение получил революционный террор и нападения на различные частные и государственные объекты радикально настроенных оголтелой либерально-анархистских, революционных марксистских банд. Так в 1912 г. в тюрьмах было 183 949 человек, в 1914 г.- 177441, а на 1 мая 1916 г.- 137333 при численности населения России сопоставимое с сегодняшним XXI века. Сегодня за решеткой миллион.

Что творили террористы-преступники «мировые революционеры» до середины 30-х годов, не подлежит нравственному осмыслению по тотальному ужасу того террора, вакханалия власти была массовой.

Советско-марксистские идеологи фиксировали, что с начала 30-х годов отмечался резкий спад уровня преступности и отмечали ее невысокий уровень лживыми «ужасами тоталитарного режима». В послевоенные годы тенденция экономической и социальной стабилизации обусловила определенное снижение преступности. Однако со второй половины 50-х годов снова начинают преобладать негативные характеристики динамики преступности и огромную роль здесь сыграла «русская статья» 206 УК РФ (в «республиках» такой статьи не было), так называемая «хулиганская» по которой в лагеря пошли сотни тысяч русской молодежи.

Так в бригаду грузчиков, во время моей вышеобозначенной работы, вернулся Петро, отсидевший по «хулиганке» полтора года за пьяную драку на свадьбе. Там, кто то вызвал милицию и обоих драчунов, которые ничего не соображали и ничего не помнили, задержали, арестовали и посадили, одному дав 1,5, а другому 2 года. Слушая сетования сидельца на судьбу злодейку Кнут легко подвел черту «отсидки» Петра – «ты Петюша «мужик» и мужик нищий безправный, мужик руский, как тебе не «торчать», в лагере. Там ты для лагерной «вохры» свой ценный кадр. От тебя вохре и печалей-забот нет, куда вохре без тебя, без твоего процентика раскрываемости и выполнения плана. Процентик тот под тебя руского дурилу сделан, и зона живет твоей дурной дармовой рабсилой; эти «крашеные» (разномастные уголовники) и с «пальмы» (республиканцы) работать не будут, да и толку с их работ никакого; ты же другой коленкор».   

С середины 60-х годов и до первой половины 80-х годов (1965- 1985 гг.) шло нарастание преступности, причем каждые пять лет прирост средних коэффициентов преступности почти удваивался.

Период перестройки характеризовался ростом корыстной ее части, а с 1988 г. - интенсивным нарастанием всей преступности и главное резко вырос удельный вес организованной этнической преступности. Здесь совершенно очевидна связь, своеобразное «крышевание» либералами, через влияние на сами органы правопорядка и госбезопасности, ее этнической составляющей и к этой теме мы еще вернемся.

В 1991 г. в стране происходит стремительное увеличение преступности и ситуация приобрела характер криминального общегосударственного кризиса.

Здесь пришло время подвести итоги криминальной темы и сделать соответствующие выводы, что Мы с Вами и попытаемся сделать в следующей части.