Про Красную шапку и бедную овечку

      Бывало выйдешь на улицу, а там жара. Цикады стрекочут, бабочки порхают, тяжёлый аромат трав в нос бьёт. Солнце распласталось на лазурном небе, пронзительно разбрызгивая вокруг горячий воздух, как масло из сковороды. Тогда ты натянешь свою красную шапку и пойдёшь в лес. Там деревья, тень, прохлада.
     И вот, ты идёшь, радуешься, впереди собачки... Собака - друг человека. Ты к ним, думаешь, помогут пройти сквозь лес безопасно. Однако, приблизившись, понимаешь, что это стая диких, злых и голодных псов, которые нацелились на тебя.
     Но ведь ты - не промах, у тебя не только красная шапка, есть ещё беговые кроссовки. И ловко увернувшись, ты припустишь, сверкая подошвами.
      Собаки бегут следом, ты слышишь их дыхание, чувствуешь их приближение и бежишь, что есть духу, не разбирая дороги. Со временем начинает казаться, что псы отстали и ты бкжишь медленнее переводя дух и видишь овечку, милую, белую, пушистую, как мягкий нежный комок ваты, с очень-очень печальными глазами.
-Почему ты такая грустная, -спрашиваешь ты.
-Да, так, -обречённо вздыхает овечка.
-Если тебя что-то тревожит, можешь мне рассказать, -говоришь ты,- я попробую понять и помочь.
-Ох-х... -ещё горестнее вздыхает овечка.
-Поделись, легче станет, -предлагаешь ты.
-Да, что говорить, -начала она,- была у меня знакомая, в синей шапке, как у тебя, и привязался я к ней, да только она уехала. Погладила меня по голове на прощанье и улетела в другую сказку. Ох-хо-хо...
-Ну, и ладно, -говоришь ты,- она всего-навсего знакомая была, не любимая.
-А вот, и любимая! -возражает овечка, я же к ней уже привязался.
-Не горюй, -утешаешь ты,- давай я буду с тобой дружить.
-Правда? -спрашивает она.
-Конечно, - уверяешь ты,- с такой милахой как не дружить. Только сейчас мне бежать надо, спасаться от стаи голодных псов. Потом мы с тобрй когда-нибудь встретимся и обязательно будем дружить.
-Я с тобой побегу, -заявляет овечка,- прямо сейчас будем дружить.
-Да, ты не сможешь, -сомневаешься ты,- беговых кроссовок у тебя нет.
-А та встала на все четыре лапы, показывая свою решимость.
      Как раз в этот момент послышался лай диких псов, стая всё ближе, ты срываешься с места, поглядывая назад, а овца и вправду не отстаёт.
-Зачем ты бежишь со мной? - спрашиваешь ты.
-Ну-у... - задумывается овечка,- мне понравились твои слова, никто никогда раньше не был так добр ко мне. Я тебе нравлюсь?
-Ну, конечно, такая симпампулечка не может не нравиться. Если хочешь, когда убежим, можем жить вместе, - предлагаешь ты.
-А как же другие... ммм... овечки? говорит она,- да и выдохнешься ты скоро.
      Ты удивляешься, но некогда обдумывать её слова  - шумная стая псов всё ещё идёт по следу, и ты ускоряешься из последних сил, чтобы оторваться, и бежишь, куда ноги несут, поглядывая на овечку, которая то лапу подвернёт, то споткнётся на ровном месте, задерживая тебя.
     Вокруг деревья всё выше, за ними бурелом, запахло тиной...
-Ты скоро совсем ослабнешь, -говорит овечка, клацая зубами,- хлебни водички.
     Ты оглядываешься и замечаешь стекающую из пасти овечки слюну. "Показалось",-не верится тебе, и не останавливаясь, ты спрашиваешь:
-Ты-то не устала, милашка?
-Я бы с удовольствием влезла тебе на плечи, поближе к шее, р-р-р... -отвечает овечка,- Вена у тебя так аппетитно пульсирует. Скоро! Скоро кончатся у тебя силы.
    Ты спотыкаешься и кроссовок чуть не сваливается с ноги - порвался шнурок. Приходится остановиться и заодно перевести дух.
-Что ты говорила про шею, -спрашиваешь ты, выискивая глазами в траве замену  лопнувшему шнурку.
-Э-э-э... Возьми у меня шерсти клок. На шее она длиннее, -предлагает овечка и с хищной улыбкой замечает, помахивая длинным серым хвостом,- Мы уже у болота, попей водички.
-Да, ты чего! - изумляешься ты,- болотную жижу пить нельзя!
-Ой, ладно! Хлебни, -настаивает овечка,- от одного глотка ничего не будет.
-Некогда пить -,отвечаешь ты,- псы уже близко.
-Какие у тебя чуткие уши, -удивляется она.
-И это хорошо, -радуешься ты, широко улыбаясь.
-И зубы у тебя большие... - снова удивляется овечка.
-Обычные, человеческие, -отвечаешь ты и как прикрикнешь,- Ты бежишь или нет?
-Какой у тебя грубый голос, -говорит она, пока ты вглядываешься в даль, чтобы выбрать путь, тихо подбираясь к тебе на полусогнутых лапах, готовых к прыжку.
     Ты вовремя оборачиваешься, отскакиваешь в сторону, овечья шкура спадает...
-Волк!? -вскрикиваешь ты и запрыгиваешь на кочку, перемахиваешь на другую, третью...
       Волк с досадой смотрит тебе вслед, не в состоянии преследовать - кочки слишком малы для него. Он натягивает обратно овечью шкуру и начинает выть:
-У-у-у... Была у меня знакомая в красной шапке, обещала меня любить...
      В этот момент подбегают к нему псы:
-Ну, что? Как? Ты разделал её косточки по суставчикам?
-Нет, - сознаётся волк,- она удрала по кочкам через болото.
-И даже не укусил? -злятся псы.
        Волк мотает головой. Голодные псы избили его, пометили овечью шкуру, чтоб за версту чуять приближение волка, и ушли.
-Больше не будем брать тебя в долю! -гавкнули они на прощанье.
        Волк посидел и уныло завыл:
-У-у-у... Была у меня знакомая в красной шапке...
       Лягушки, ужи и ежи, слушавшие его, разнесли по лесу весть, что злая Красная Шапка обидела бедную овечку, бросила у болота, поэтому та теперь беспробудно пьёт болотную жижу, страдая от неразделённой любви. А псы подтверждали всем интересующимся, что это - правда.