Беседы философские. Эссе

Частенько мы с другом ведем беседы философские.
Ну вот друг говорит, например: —
Если Бог попускает такое безбожие,
которое творится в настоящем мире,
возникает вопрос: есть ли Он — Бог — вообще?
У Него что, совсем нет сил усмирить чертей?!

Я отвечаю другу:—
Товарищ, здесь элементарный ответ —
Бога нет!
Ты вот ответь на вопрос простой и в прозе:
почему принято поднимать стульчак именно мужику?
Почему женщина, сходив в туалет, после себя его не поднимает?

И тут товарищ стихами отвечает мне:—
Это элементарный тест на то, кто главный в семье.
Кто прогнулся — тот и всё время должен, и везде!

   А ведь если задуматься над вопросами, которые мы с другом поставили в этом шуточном споре, за ними скрывается вечная дилемма. Один из нас ищет высшую справедливость в масштабах Вселенной, а другой — спотыкается о бытовые законы доминирования. Мы спорим о Боге и стульчаке, но на самом деле ищем точку опоры. В качестве иллюстрации к нашим посиделкам я выбрал картину Михаила Нестерова «Философы». Мой друг, задающийся глобальными вопросами, напоминает мне мятущегося Булгакова. Я же со своим приземленным прагматизмом, как ни странно, пытаюсь нащупать ту самую бытовую стабильность и покой, что отличают Флоренского.

P.S.
Суть анализа картины (на основе заметки И. Барабаша, 2009 г.):
«Нестеров. Картина "Философы". Два мыслителя — будто два принципа, два подхода: Вера и Разум. Фигура Флоренского выражает покой и смирение: белые одежды, рука у груди, посох. Фигура Булгакова выражает движение и преходящность: сосредоточенность в лице, накинутый плащ, шляпа в руке — приметы изменения и неустойчивости. Флоренский на первом плане, его фигура доминирует — возможно, это выбор самого художника, запечатлевшего осеннюю, умирающую природу. Это ведь тоже не случайно».    
   Так и в нашей жизни: пока один кружится в динамике изменчивого мира, задавая вопросы небу, другой пытается установить незыблемый порядок в вещах земных. А что думает читатель? Кто в этом споре «прогнулся», а кто обрел истину?

11.06.2026