Чиновник и Баба Яга

В некотором царстве, в некотором государстве жил-был один чиновник, и звали его Пётр Прокофьевич. Всего у него было в достатке: любящая жена, дом — полная чаша, денег куры не клюют, так как был наш герой не чист на руку и не гнушался взяток и воровства. О занимаемом им чине никто доподлинно не знал, даже он сам помнил лишь, что он — заместитель помощника главного помощника министра образования. На работу он приходил поздно и уходил рано, а вся его работа заключалась в перекладывании бумаг с одного места на другое, в подписании каких-то документов и написании каких-то пространных статей.

В общем, была бы у него такая жизнь, что ни в сказке сказать, ни пером описать, но одно омрачало чело Петра Прокофьевича. Они с женой мечтали завести ребёнка, но у них никак не получалось. Куда они только не обращались: к врачам именитым, и в поликлиники дорогущие, даже до гадалок в порыве безнадёжности добрались. Однако не помогли им ни врачи именитые, ни поликлиники дорогущие, и только одна гадалка посоветовала отыскать в городском парке дом учительницы литературы Ядвиги Тихоновны, прозванной ведьмой и отправленной в прошлом году на пенсию из-за сокращения штатов.

«Ну что же, — подумал Пётр Прокофьевич, — придётся идти к колдунье».

И в этот же день собрался и пошёл, не зная, что тот дом сыскать не так уж просто. Шёл он по парку три дня и три ночи и наконец-то утром четвёртого дня увидел за еловыми ветвями избушку, да не простую, а на куриных ногах. Обошёл чиновник её вокруг и, забравшись на крыльцо, нажал на дверной звонок. После продолжительной тишины в избушке что-то задвигалось, дверь распахнулась, и на пороге оказалась женщина лет пятидесяти или шестидесяти, со сгорбленной спиной от времени и забот, зоркими голубыми глазами и носом с горбинкой.

— Чего тебе, молодой человек, от меня надобно? — спросила старуха.

— Помощь мне твоя нужна. Правда ли болтают люди, что ты ведьма? — спросил чиновник.

— Можно и так сказать. А что за помощь нужна? — проговорила Ядвига Тихоновна.

— Понимаешь, мы с женой очень детей хотим, а у нас не получается. Мы и к врачам именитым ходили, и в поликлиники дорогущие ложились, и даже к гадалке ходили — никто не смог нам помочь. Сможешь ли ты помочь нашему горю? — протараторил Пётр Прокофьевич.

— Заходи, заходи, а то простудишься ещё, — позвала старуха.

Чиновник зашёл. Хорошо, тепло и уютно было в избе. Посреди сруба стояла русская печь. Судя по свисающему с неё одеялу, она заменяла хозяюшке кровать. Слева у стены был шкаф с книгами, среди которых, я уверен, были тома Гоголя, сказки Пушкина, ну и, естественно, «Народные русские сказки» Афанасьева. Остальное место занимали массивный стол и две лавки.

— Так что насчёт моей просьбы? — замялся чиновник.

— Ты подожди, мил человек, присядь, отдохни с долгой дороги и расскажи, кто ты такой? — сказала Ядвига Тихоновна.

— Я… я — чиновник и работаю в министерстве образования, — промямлил Пётр Прокофьевич.

— Ну и как образовали что-то? — спросила старуха.

— Как что-то? Кому как не вам знать, как много мы делаем, чтобы наши дети получали достойное образование! — воскликнул в сердцах чиновник.

— Ну да, ну да. А как же то, что нигде в Европе не признаётся наше образование? — сказала бывшая учительница.

— Поклёп! — выкрикнул Пётр Прокофьевич.

— Ну ладно, хватит политики. Хочешь ребёнка? Так слушай моё условие. У вас будет ребёнок, но ты, скотская морда, перестанешь воровать, а также давать и брать взятки. А коли не сдержишь обещания, то в эту же минуту превратишься в осла и останешься им навсегда. Ну что? Согласен? — произнесла Ядвига Тихоновна.

Задумался чиновник, закручинился, голову повесил, но, взвесив все за и против, ответил:

— Согласен.

— Тогда иди домой и ровно через девять месяцев ты получишь желаемое! — сказала старуха.

И отправился наш Пётр Прокофьевич домой, где поведал своей жене о случившемся и дал зарок с этого дня вести новую честную жизнь. Сдержал чиновник обещание и ни разу его не нарушил. И ровно через девять месяцев родилась у него дочь-красавица. Не могут отец с матерью на неё наглядеться. Назвали они её Варварой в честь прабабки.

Но вот настали трудные времена: чиновнику сильно снизили зарплату и грозили вовсе уволить. Испугался Пётр Прокофьевич и побежал к министру, а тот лишь на клочке бумаги написал сумму. И что нашему чиновнику оставалось делать? Собрал он нужную сумму. Министр похвалил за хорошую и честную работу в этом месяце, но не успел договорить, как перед ним в кресле сидел осёл. Тут поднялся крик и вой, всё министерство целых три дня на голове стояло. Ну что ж, на этом месте и обрывается наш рассказ, потому что я не знаю, что дальше было с нашим бедным чиновником. Да только от людей слыхал, что они всей семьёй переехали в деревню: женщины хозяйством занимаются, а ослик рядом с ними пасётся да травку жуёт.