Холопы

«Холопы» в БДТ. По пьесе Петра Гнедича. На дворе 1801 год. Выходит новый указ императора Павла I: при встрече с ним всем вельможам выходить из карет и кланяться. Княжна-фрейлина Екатерина Плавутина-Плавунцова несогласна и по этому случаю 4-ый год не встаёт с инвалидного кресла-каталки, проводя дни в своём доме с любимым мопсом Бьютькой (настоящий!) и холопами. До самой той минуты, пока не возвращается её бывший крепостной и не открывает ей тайну: от младенца, дочери княжны, не избавились, она жива, и это её посудомойка Глафира. Известие совпадает с сообщением о смерти Павла Первого. Княжна в исполнении народной артистки Марины Игнатовой, тонкая, изящная, в чёрном костюме лихой наездницы, встаёт с инвалидного кресла. Пространство её петербургской гостиной Андрей Могучий, со свойственным только ему перспективным инженерным взглядом, строит по длинной диагонали. По периметру стен высокие двери рифмуются с низкими, отсылая к прошлому контексту коммунальных квартир Петербурга.

Квартиру присматривают китайские бизнесмены. Идёт ремонт. Один из узбекских рабочих, отбивая слои стен, полов и потолка бывшего княжеского дома, погружается в транс, и… нам является эпоха Павла I. Он появляется в ложе, над своими «холопами» и над нами, зрителями. Карлик в исполнении актёра Алексея Ингелевича, чей рост составляет всего 1 метр. Сидит молча и смотрит. К диагонали гостиной Плавутиной-Плавунцовой пристраивается вертикаль с ложей императора.

Объём театрального пространства Андрей Могучий увеличивает и через звуковые ассоциации — удивительное богатство регистров-голосов актёров и  контртенора-медиума Семёна Мендельсона, а также флейта, скрипка, контрабас — чувствуешь себя среди птиц в весенней роще!

И потрясает разнообразие жанров сценической истории — драматических: комедия положений, буффонада, трагикомедия. И визуальных… Напудренные парики и красные щёки раешника. Васнецовские царевны.
Мизансцены в тонах Василия Пукирева («Неравный брак»). Гротескные красные плащи, колпаки и полуоголённые тела 2-ого акта — в доме Петра Мефодьевича Веточкина в гротескном исполнении народного артиста Валерия Дегтяря, сенатского чиновника и поверенного княжны Екатерины — отсылают к живописи Босха и Брейгеля.

Действие длится 4,5 часа с двумя антрактами. Неповторимый космос Андрея Могучего. Вихрь-хаос изобразительных методов. Режиссёрская архитектура, столь же стройная, как сам Петербург, над которой курится мистически-фантасмагорический дымок, пронизывающий крепче всякого королевского табака, которым «занюхивают» герои пьесы свою гротескную жизнь.

P.S.
На следующий день после спектакля, прогуливаясь вдоль канала от Летнего сада к Михайловскому замку, я вдруг вспомнила, что пешеходный переход находится только у Дворцовой набережной. Вернулась. И дальше мистика. Замигал зелёный светофор с пешеходом, я начала переходить, и вдруг «7» превратилась в «1», я заторопилась, запуталась в летних брюках-клёш из крапивы, и… неожиданно упала на трамвайные пути. С полной высоты, лицом. Подняв голову, ещё не отрезанную, как Берлиозу, увидела вдали огнезарный Михайловский дворец Павла I, тот самый, где на фасаде высечено: «Дому Твоему Подобаетъ Святыня Господня Въ Долготу Дней», и где он, по предсказанию юродивой, прожил ровно столько лет, сколько букв в этой надписи. А по прошествии 47 лет в этом замке Павла I убили золотой табакеркой.