Приключения Вонифатия

(С редактированием части стихов помогал Григорий Александрович Свиридов, он же Грег Свир, впервые опубликовано 14.06.2026)

Глава I-я: Летняя дрёма
Одним ничем не примечательным днём Вонифатий решился задремать на гамаке. Он пустился в летнюю дрёму на своём просторном участке и смотрел себе сны. Казалось бы, что в этом такого? А вот произошло после сего события что-то поистине уникальное — когда он проснулся, то увидел, как какой-то карлик вдали бежит с его гамаком. Как он только не проснулся, когда гамак украли? И не осталось Вонифатию ничего, кроме как побежать за карликом.

Из сада Вонифатия по тропинке вдоль озера. От озера к лесу. И вот, когда карлик побежал по шоссе, Вонифатий бросился за ним:
— Да что вы? Психи ненормальные? — лишь и кричали водители, пока преследующий и преследуемый гонялись по их машинам сверху, как ошпаренные.

Но тут Вонифатий заметил, что карлика нигде нет. Он подумал сначала, что его таки сбила машина, но и гамака нигде тоже не было. И тут Вонифатия осенило.

На противоположной стороне улицы был открыт канализационный люк, и из него торчал гамак, который всё глубже и глубже туда погружался — очевидно, карлик тянул его за собою.

Вонифатий уже был так разъярён, что не стал дважды думать и прыгнул в бездонный, тёмный, глубоко уходящий в бездну, люк — и был таков.

Водители ещё долго не могли понять, что это вообще было, но, впрочем, вскоре они снова стали куда-то не пойми куда «спешить» ради спешки, что они всегда и делают.

И вот Вонифатий оказался в сточных водах. Кругом было ужасно противно и нелепо: бегали крысы, свисала паутина, ужасно воняло, а липкая вода так и попадала в башмаки; но он уже просто взрывался от злости и был готов на что угодно, лишь бы вернуть свой гамак.

И вот бежал он. И вот бежал карлик. И когда Вонифатий уже почти догнал вора… он свернул в сторону, а сам Вонифатий упал в какой-то канал:
— Я тебе ещё припомню! Ты у меня получишь! Вот знай! Вот знай! — лишь и успел крикнуть Вонифатий, пока кругом кружили обрывки газет и дохлые крысы, а грязнющая вода загоняла его не пойми куда — но был виден тусклый свет, который всё приближался, становился чётче и ярче, пока Вонифатий не оказался в море.

А карлик тоже хорош — специально вылез из канализации и посмотрел на Вонифатия с пристани, чтобы над ним посмеяться. И получил кирпич в морду. Вот тут-то Вонифатий и схватил гамачок, да было поздно:

Он осознал, что не понимает, где вообще находится и зачем, так-то, сюда попал. Вроде и какая-то пляжная зона, вроде и лес, но всё заброшено и ни души нет. И зачем он кинул в карлика кирпичом? Впрочем, тут же Вонифатий заметил, что карлик-то тоже смышлённый и лишь притворился, что кирпич в него попал — на дереве было много трещин, текла смола и лежали рыжие щепки, но вот карлика нигде не было.
— Чёрт бы меня побрал! Зачем я сюда пошёл ради гамака! Даже карлика уже нет! — чмырил себя Вонифатий.

И он сел на песок, и стал что-то шкрябать. И мысли его были туманные и не ясные, и не был он счастлив.

Совершенно пропала ясность в этой странной, абсурдной, но такой интересной ситуации. И тут Вонифатий понял: ему надо найти дорогу домой, а гамак пусть так и валяется. Он же всё равно может купить новый.

И тут Вонифатий стряхнул песок, огляделся, точно ли никого нет, затем взглянул за горизонт, и настроился на путь, какого не видал и Моисей-пророк. Как он только пробежал столько за такое время? Вопросы чуть затмевали его желание, но они не сломили его. И он сделал первый шаг… и второй, и третий, и пошёл.

Глава II-я: Исследование
Пройдя шагов сорок от пляжа, песка начало становиться всё меньше, шум моря и рокот чаек было слышно всё меньше и меньше, пока они не исчезли вдали — Вонифатий оказался в берёзовом лесу, и этот лес сразу показался ему каким-то необычным: по крайней мере, это был не его привычный лес, рядом с которым и был его участок и участки его соседей. Здесь было особенно безлюдно, особенно свежо, и ему уже начиналось казаться, что лес этот огромный и тянется на километры во все стороны…

Погружаясь всё глубже и глубже в чащу, Вонифатия начали терзать сомнения — точно ли он туда идёт? Точно ли лес безопасен? Точно ли ему это надо, в конце концов?! — но на все вопросы был один ответ и одно утешение — если не вернуться домой, то что будет? А ничего не будет. Он сгинет от голода на природе вместо постоянного набивания живота на участке, к каковому он привык.

И вот за чащей растительность начала редеть. Деревьев было всё меньше, животные всё реже мелькали вдали, грибов тоже, кажется, было меньше. Так что Вонифатий воодушевился и шёл всё дальше и дальше. И не пожалел: он вышел на опушку, а затем и оказался посреди луга.

Разглядывая всю округу издали он убедился, что уж очень далеко находится от дома и что ему ничего здесь не знакомо. Но появилась надежда: где-то вдалеке виднелся дым. Вонифатий решил, что это деревня или хотя бы какая-то хижина, и направился по направлению к дымоходу.

И вот он шёл, и шёл, и шёл, и ходьбе этой снова, казалось, не было конца и края. С чего-то становилось всё жарче и жарче, к тому же. Вонифатию уже начинало становится плохо от жары и усталости, но он убеждал себя идти и идти, пока он может волочить ноги.

Тот луг перешёл в что-то на подобии саванны — ну, точнее, в огромную степь с желтовато-жухлой травой, где найти дерево было бы удивительным открытием. И тут Вонифатий пригляделся вдаль. И тут он понял.

На самом горизонте был стремительно приближающийся пожар, к которому Вонифатий от шока ещё несколько секунд намеренно шёл. Горело всё: та жухлая трава, отдельностоящие деревья и ягодные кусты.

Когда Вонифатий осознал; когда он понял, что его ждёт; он немедленно побежал в обратную сторону, но тут вспомнил совет своего друга: — если бежать вместе с пожаром, то далеко не убежишь и рано или поздно сгоришь, так что надо бежать вбок. И так он и сделал.

Огненные языки как в адском котле переливались вдали и шли туда, куда Вонифатий сам бы вот-вот побежал, но сам он мог быть спокоен.

От страха он бежал туда, сам не понимал куда, и был огорчён, когда понял, что оказался на лугу. Единственное отличие этого луга от предыдущего было в том, что трава была ничуть не жухлая, а значит шансов у пламени было куда меньше.

И вот Вонифатий присел на травку и, находясь в хоть какой-то относительной безопасности, прилёг и уснул. День выдался ужасно странный, и гамака так не хватало… но Вонифатий всё ещё был полон решимости вернуться домой, и на карлика ему было уже совершенно плевать.

Глава III-я: Совет Карлика
И вот внезапно Вонифатий просыпается. Сам не понимая, почему, он просыпается. И не верит своим глазам. Перед ним стоит карлик, который до этого украл у него гамак. И находится он не на лугу, а в какой-то хижине.

— Почему я здесь? — лишь и было, что сказать Вонифатию.
— Ты здесь, потому что на лугу тебя бы съели лисы. — задорно изложил Карлик.
— И ты спас мне жизнь? После того, как я кинул в тебя кирпичом и почти попал? (Лучше бы я попал…)
— Что-что?
— Да так, мысли в слух…
— Слушай, поцык, ты мне теперь жизнью должен.
— А я тебе. Ты же выжил после кирпича. Мы квиты.
— Какая-то абсурдная у тебя логика. Это я себе жизнь спас и от кирпича увернулся.
— Ладно, справедливо. И что ты за спасение жизни хочешь?
— Сходи к Сосанычу за солью.
— И всё?
— А что ещё? Ещё что-то от него хочешь?
— Так, стоп, а кто такой Сосаныч? И где это он?
— Он живёт в лесу, ближе к чаще, возле трёх сосен.
— А я точно не заблужусь?
— Дурак ты тогда! Я тебя во второй раз спасать не буду. Умирай себе и всё. Даже за солью ходить приходится самому.
— Ну, может, карту ты дашь?
— Карту ему ещё! Сам накалякай!
— Как я тебе её накалякаю?
— Ой, всё, не мудри, недотёпа. Иди и иди. Надоел ты мне.
— Ну ты грубый!
— Да сам такой!
И тут Вонифатий достал с пола гирю и бросил её в Карлика. Он снова мастерски увернулся и даже не сказал ничего.
— Это… это как это?
— Ты ещё не знаешь всех моих сил, бедолага.
— Перечисли!
— Да пошёл ты вон, придурочный! Ещё я силы ему должен свои перечислять.
Так и выставил Карлик Вонифатия. Когда Вонифатий уже уходил, Карлик успел крикнуть из окна:
— И соль всё равно принеси! За тобой должок!
Вонифатий сделал вид, что согласился… а на деле подумал и реально согласился. Ну а что ему ещё делать? Соль принести от этого Сосаныча, да и делов. А кроме Карлика и Сосаныча в округе никого нет. Да и Сосаныч, небось, тоже очень интересный человек.

И вот он снова сделал шаг, сделал два, сделал три, и настроился на обгон Моисея-пророка по количеству пройденных километров. Одна лишь мысль обогнать ветхозаветного пророка по каким-либо параметрам щекотала ему нервы и растила в нём гордость. И он всё шёл, и шёл, и шёл. И был этому рад.

Глава IV-я: У Сосаныча
Но желание Вонифатия пойти по стопам Моисея, да к тому же и обогнать его вышло довольно преждевременным — уже через несколько десятков минут он нашёл хижину Сосаныча и уже стучался в дверь.

На улицу из окна выпрыгнул чёрный кот и представился Сосанычем.

Вонифатий вспомнил, что Карлик говорил о неких «способностях» и подумал, что одной из них было одурманивание. Так что он не сильно удивился.
— Здравствуй, Сосаныч. Меня зовут Вонифатий.
— Какое-то у тебя длинное имя. Покороче нельзя?
— Воня.
— Лан. Хорошо, зачем ты ко мне пришёл?
— Да меня какой-то карлик позвал у тебя соли взять.
— Никаких карликов я не знаю... А ты про того самого? Гном Рудольф у меня соль последний раз месяц назад просил.
— Гном?
— Ты говорящему коту удивляешься, а гному — нет? Ну ты…
— Хорошо… хорошо… — Вонифатий пытался переварить в голове то, что с ним происходит и где он оказался. — И сколько же Рудольф обычно соли берёт?
— Ну, когда тонну, когда две. Он очень любит мариновать грибочки.
— И как я это потащу?
— Да он в ступу всё кладёт и на метле летит.
— На метле?
— Чел…
— Ладно… ладно…
— И как туда сесть?
— Да ты заклинание прочитай, метла и полетит. Только без тебя.
— А почему без меня?
— Да потому что не привыкла она к тебе, а ко мне привыкла.
— А я туда помещусь вообще? Я же не кот…
— Ты не кот? А хочешь, сделаю котом?
— Нет! Нет! НЕТ! Не надо пожалуйста! Лучше ступу поменьше сделай.
— Будет сделано.
— И кот запричитал:

Колдуй бабка, колдуй дед,
Колдуй восемьдесят лет,
А за вами кот, а за вами кот,
Летит задом наперёд!

А за котом — Вонифатий,
(Рифма здесь — «Игнатий»),
Он — не враг, и не чужой,
Он как я вам всем родной!

После этого причитанья Вонифатий и забыл про Моисея — тут явно кто-то другой обо всём пророчил, и этот кто-то стоял прямо перед ним. В дьявольском танце метла, ступа, бабка, дед, восемьдесят свечей для торта, два кота и его друган Игнатий вертелись, как вертятся на колесе обозрения, и темп всё ускорялся и ускорялся, пока все эти личности не слились в один разноцветный образ, который вжился в голову Вонифатию… и он понял, что летит в ступе, набитой солью.

— И пусть не приходит ещё месяц! — кричал Сосаныч.

Глава V-я: Кисло-сладкая правда
И вот Вонифатий, максимально шокированный и ошарашенный абсурдностью происходящего с ним, пролетел над лесом и поляной и не прошло и пяти минут, как ступа приземлилась возле дома Рудольфа, выгрузила Вонифатия (без соли) и улетела обратно.

Гном Рудольф вышел из дома и был ошарашен:
— Вонифатий? Что это такое?
— Видите ли…
— Опять этот плут меня не слушается?
— Похоже на то, кстати!
— Ща-ка я ему наподдам вдвойне! Жди у меня, Сосаныч!
И гном побежал, как ошпаренный. И через минуту след его был таков.

«Что вообще происходит? Неужели Сосаныч и Рудольф не ладят? Почему я-то тут оказался? За что всё это? Не послал ли сам Бог на меня кару за попытки обогнать Моисея?» — лишь и было у Вонифатия на уме.

Как только Вонифатий начал приходить в себя от шока и осознавать, что с ним происходит не пойми что, Рудольф уже вернулся. В руках он держал скелет Сосаныча и пожёвывал какое-то мясо:
— Не хочешь ли?
И у Вонифатия как будто мозг переформатировался. Он взял, поднялся… и побежал. Бежал, сам не зная куда как быстро, как только мог. В голове у него крутились мысли:
«Что тут происходит? Что? Неужели он и меня съест? Чего такого сделал несчастный Сосаныч? За что? За что? Господи Иисусе Христе, за что?»

И так он и бегал и себя бранил, пока не заплутал и не понял, что дошёл до дома покойного Сосаныча. Из дома вышли бабка и дед:
— Не видели ли вы Сосаныча?
— Он… он…
— Что с ним такого? Случилось что-то ужасное?
— Его съел гном Рудольф. Он и мне предложил…
— ЧТО?
— Но я отказался! Но я отказался! Вы не бойтесь!
— Дурачок! У нас таких котов было тринадцать, а тринадцатый — тот ещё прохиндей! Кроме как красть соль у всех с округи он ничего не умел. А когда он пожадничал и себе оставил, так наверное его и съели! Поделом! Будет теперь не чёртова дюжина, а чётко двенадцать!
И тут на улицу вышло двенадцать котов и кошек. Все они были разных пород и окрасов, но все стояли на двух лапах и что-то обсуждали между собою. Вонифатий подошёл поближе и поинтересовался:
— И что же тут происходит?
— Да не твоё дело! Иди лучше кости принеси, мы из них желатин сделаем! Вот желейка будет!
— Да их, наверное, Рудольф уже закопал или кому-то скормил!
И тут показался сам Рудольф. Он медленно догонял Вонифатия.
— А вот и он сам!

Глава VI-я: Похороны Сосаныча
Размеренно шедший Рудольф нёс с собою мешок костей. Он развязал узел и выгрузил содержимое на виду у двенадцати котов и кошек:
— Всё здесь, каждая кость. Хороните!
— Но позвольте… — начал Вонифатий. — Разве он достоин похорон?
— Каждый в нашем царстве достоин похорон, чудак! — лишь и было, что сказать Рудольфу.

И вот они взяли кости, сложили их в положенном порядке. Первое время у котов и кошек получалось что-то не такое — то две тазобреденные кости и череп, то какая-то кракозябра с задними лапами вместо передних, но в итоге вышел он — Сосаныч.

— Он был таким задорным… — начал первый кот.
— Я так его любила… — продолжила вторая кошка.
— Он был так нам всем дорог…
— Мы никогда его не забудем…
— Нам будет его не хватать…
— Я помню, как искрила его улыбка…
— Ты же не про случай, когда в него жахнула молния — сказал дед.
— Ну, и это тоже…
И продолжили другие шестеро:
— Мне кто-то не выдал слова!
— А когда трапеза?
— А там кусочек мяса на костях остался!
— А мне он не нравился!
(И то, и сё, и так они начали спорить…)

Тут дед прервал их:
— Мы тут хороним или на трибуне выступаем? Пора закругляться!
И все кинули по три горсти земли. Дед, бабка, двенадцать кошек и Вонифатий бросили сорок пять горстей и это хватило, чтобы похоронить Сосаныча.
— Вот это экономия! Даже не надо за могильщика платить!

И началась трапеза. Всем раздали сытный суп из мяса умершего и гренки с пожеланиями, которые в злости Сосаныч когда-то кричал своим братьям и сёстрам.

И тут показалась улыбка. Потом глаза. Уши. Стала видна вся голова. За ней и тело. И передние лапы. И задние. И на вкушающих его мясо смотрел сам Сосаныч:
— Вы думали, что так легко от меня отделаетесь? Му-ха-ха-ха, как бы не так! У меня осталось ещё одно дело перед тем, как уйти в мир иной. Подайте мне этого Вонифатия.

И кошки и коты, не зная, как в таких случаях действовать, передали Сосанычу Вонифатия.

— Знай! Тут тебя и не такое ждёт! — и наступила длинная пауза.
— И?
— И что?
— Ну, ты, может, хотел что-то ещё сказать?
— Нет. Всё. Дальше мною питайтесь. Пожарче мне котла в аду, изверги.
И Сосаныч исчез.

И трапеза продолжилась. Это наставление Сосаныча, последнее в его жизни, смутило Вонифатия и повергло его в глубокие раздумия. Впрочем, вскоре он тоже насладился кошатинкой.

Глава VII-я: Поиск соли
И вот, после трапезы, когда все двенадцать котов и кошек, дед, бабка и Вонифатий набили животы и были рады, сам этот Вонифатий вдруг заметил:
— Так. Слушайте. Мне же нужно домой попасть!
— А зачем тебе туда? Оставайся ж лучше у нас!
— Мне дома как-то привычнее. Тут всё так необычно…
— Ничего необычного нет. Сосаныча нет и проблем нет.
— А кто будет носить Рудольфу соль?
— Э… вот над этим мы как-то и не подумали.
И бабка вдруг задумалась.
— А я знаю! — сказал кот №12.
— Ты что ли? — заподозрила бабка.
— Конечно! Сосаныч мне показывал, как он соль генерирует.
— И как он её гене-… генери-… генерируру-… воплощает?
— Да всё просто! Нужно просто стишок сказать и поклонится сорок раз.
— Не врёшь?
— Да что ж ты? Не вру конечно! Что б я врал…
— А кто говорил, что варенье не ел?
— Забудем этот случай…
— Ладно, а стих-то какой?
— Ну, он магический. Надо что-то загадать сначала.
— Ну так загадай-ка да расскажи! Не тяни уже!
— Только главное другим не говорить, что загадывае-…
— ДА НУ ЖЕ! — бабке хотелось в будущем применить это самостоятельно.
И кот №12 начал:

Колдуй бабка, колдуй дед,
Колдуй восемьдесят лет,
Сорок за вами котов,
Каждый впрямь служить готов,

Но за службу он берёт
Заклинание в расчёт,
Он у Чёрта забирает
(И кусочек отнимает),

Его вечного могущества,
Его вечной вездесущности;
Сколько раз не вопрошает,
То всё время получает.

Мы сердить его не будем,
Все обиды мы забудем,
Будем мы все верою и правдою служить,
(Даже коли надо Вонифатия убить).

И тут Вонифатий превратился в соль. Его насыпали в ступу, туда залез кот №12 и полетел ко гному.

Краткий эпилог
— А вот приходит ко мне какой-то челик, Вонифатий вроде его звали. И гонится за мной. Я-то всего лишь из-за бедности его гамачок захватил, а он погнался так, как будто он ему жизни стоит. — говорил Карлик, который же и гном Рудольф.
— А он ему жизни и стоил. Вот — соль. Это Вонифатий. — лишь и оставалось заметить коту №12.

Так и умер Рудольф от шока.

Вот и сказочки конец,
Тот, кто слушал — молодец.