Вид на жительство замужество Глава 1

              ВИД НА ЖИТЕЛЬСТВО/ЗАМУЖЕСТВО (нужное подчеркнуть)
               
                1

Яна Васильева считала себя особенной и достойной всего самого лучшего. А если это лучшее ей не принадлежало, значит, оно не могло быть таковым по определению. И так было всегда. Ещё в детском саду маленькая Яночка не мирилась с тем, что у какой-то девочки было красивее платье, пышнее банты в волосах или кто-то из детей быстрее всех заучил стишок для утренника и его за это похвалили. Ещё не понимая тогда, что ею овладевает жгучая и непримиримая зависть, Яна хмурилась и по-своему, по-детски прибегала к попыткам обесценить то, что было недоступно ей самой в этот момент.
- Фу, какое противное у тебя платье… Моё намного лучше! – совершенно искренне заявляла она ни в чём не повинной подружке по детсадовской группе и добавляла, оглядев притихших рядом детей: – С тобой никто играть не будет!
Особенно чувствительные ребятишки бежали к воспитателям, жалуясь на Яну, но были и такие, которые игнорировали её модные замечания и продолжали играть, как ни в чём не бывало, что очень злило Яночку. Вскоре она вновь находила причину для демонстрации своего превосходства и принималась за дело. Часто это были споры о родителях и в них, разумеется, её мама должна была быть самой красивой, самой доброй и вообще самой-самой. Каблуки на маминых туфлях в этих детских соревнованиях становились самыми высокими, а машина её папы была чернее, чем все чёрные автомобили в городе. Иначе никак, иначе – Яночкина грусть, сжатые губы и взгляд исподлобья на возмутителей её детского спокойствия.
Мало что изменилось и в школьные годы. Соревнования с подружками-одноклассницами продолжались по тому же принципу – у неё всё лучше хотя бы на пару вероятностей: круче рюкзак, дороже колготки, тоньше талия или длиннее ноги. А ещё обязательно подчёркивалось импортное происхождение её кофточек, юбочек или курточек – мама Яны работала в торговле и, хоть не особо баловала дочку, но при возможности приобретала красивые вещи.
Когда Яна перешла в седьмой класс, её родители развелись. Отец, почти сразу создавший новую семью и вновь испытавший радость отцовства, почти не интересовался жизнью старшей дочери, проживающей теперь вдали от него. Почувствовав себя уязвлённой, Яна долгое время скрывала от одноклассников проблемы своей семьи, но в небольшом северном городке, где проживали Яна и её родные, долго утаивать секреты не удавалось. Мать поделилась с кем-то из родителей Яниных одноклассников, те сказали дома и вот уже новость стала достоянием всего класса. Никакой сенсации, просто ни к чему не обязывающая информация, но как же она ударила по самолюбию Яны! 
Она ревниво вглядывалась в глаза своих школьных друзей, высматривая там насмешки или злорадство, хотя, зная её характер, мало кто из ребят вообще решался затрагивать в разговоре тему развода её родителей. Стремясь адаптироваться в новых для неё условиях, девочка быстро научилась манипулировать отцовскими чувствами, обратив их с матерью развод в свою пользу, тем более что отец к тому времени получил повышение и стал руководителем одного из подразделений далеко не последнего в городе предприятия.
Получая от него подарки, больше похожие на искупление вины перед дочерью, Яна со снисходительной улыбкой демонстрировала их своим подружкам; заставляя тех испытывать уколы зависти. Но продолжалось это совсем недолго и вскоре сезон дарений был решительно завершён твёрдой рукой новой папиной жены. Яна, сочтя подобное отцовским предательством и ощутив кажущуюся неполноценность, вынуждена была защищаться, сочиняя друзьям про якобы полученные от папы новые презенты. Со временем она научилась делать это почти виртуозно, хотя все вокруг наверняка уже понимали её фейковое хвастовство.
С возрастом характер Яны не менялся, менялись только предметы соревнования, оставляя прежним желание быть лучше всех, красивее всех, удачливее всех. Причём всё должно было падать к её ногам само по себе, без особых усилий с её стороны, и если этого не происходило, то фантазия подсказывала, как всё это преподнести другим, чтобы флёр её превосходства не растворился, как предрассветный туман.
Когда нежная романтика юности закружила её подружек одну за другой в белых свадебных вальсах, а её какое-то время обходила стороной, Яна углядела в этом почти катастрофу и активно начала искать того, кто должен был стать самым завидным женихом в её окружении.
Тогда-то в её жизни и появился Андрей Борицкий. Молодой человек нечаянно налетел на неё на улице и, не желая показаться грубым, убедительно уговорил девушку принять извинения, пообедав с ним в кафе, возле которого и произошло их столкновение. Она согласилась и вскоре они уже сидели за столиком, знакомясь друг с другом.
Высокий и немного грузный шатен с живыми серо-голубыми глазами покорил сердце капризной Янки минут за двадцать. Ровно столько времени отдельные клочки его рассказа о себе, своей работе, новенькой машине и собственной двухкомнатной квартире в центре города складывались в заманчивый и привлекательный паззл в её голове.
Воодушевлённо разглядывая рождённую в своих мыслях и подсвеченную цепким девичьим разумом картинку, Яна мило улыбалась новому знакомому через столик кафе, слегка шумевшего разговорами посетителей. Её улыбка, начавшаяся с лёгкого блуждания на губах, вскоре очаровала своего визави некой загадочностью и почти покорила особой нежностью, отразив все необходимые посылы в правильном порядке: заинтересованность в дальнейшем знакомстве, намёк на возможность возникновения между ними чего-то большего и, наконец, почти обещание стать его навеки.
Андрею девушка понравилась, и он предложил ей встретиться ещё. Многообещающая весна за окном, романтика молодости и как-то уж слишком грамотно для влюблённой молодой девушки выстроенная программа лояльности к потенциальному жениху безупречно справились со своими задачами.  Яне довольно быстро удалось надёжно очаровать тридцатилетнего холостяка, единственного сына одного из городских чиновников Вениамина Сергеевича и его горячо любимой супруги Марты Андреевны, любимым занятием которой было создание благоприятной домашней обстановки для супруга, а до недавнего времени и для сына тоже. Примерно полгода назад они приобрели для любимого чада квартиру и он, оценив подарок, съехал на свою жилплощадь, не забывая заезжать на мамины обеды или ужины, в зависимости от своих ежедневных планов.
Когда-то, на заре своего замужества, Марта была квалифицированной операционной медсестрой, но задержалась дома после рождения Андрюшеньки. Вскоре карьера супруга пошла в гору и тяжесть его должностных портфелей позволила ей совсем отойти от профессии, всецело занявшись воспитанием сына. Очень скоро она вообще забыла о напряжённых больничных сменах и дежурствах, оставив в памяти о прежней работе лишь тягу к стерильной обстановке в доме и вокруг домочадцев, но они с этим смирились и давно приняли подобные условия домашнего уюта.
Долгое время Борицких всё устраивало и все трое были довольны жизнью. Андрюша вырос, получил образование и прошёл школу армейской службы, после чего отец поспособствовал его удачному трудоустройству.  За него не грешно было и похлопотать, не опасаясь, что он подведёт родителя и вызовет обычные в таких случаях пересуды. Андрей всегда хорошо учился, поэтому был достаточно образованным и грамотным специалистом в области информационных технологий. Свою профессиональную компетенцию он не замедлил проявить и на деле. Очень скоро с молодым специалистом советовались более опытные коллеги, а руководство, присмотревшись к Андрею Борицкому, при первой же возможности предложило ему возглавить отдел и, надо сказать, что боссы не прогадали.
Сами собой в семье нет-нет да и возникали разговоры о будущем сына, а точнее о его женитьбе и продолжении рода, как ни пафосно это звучало. Правда, справедливости ради стоит заметить, что подобные разговоры велись обычно с подачи Вениамина Сергеевича, а Марта Андреевна считала, что их мальчику вовсе не стоит торопиться с женитьбой и уж тем более с детьми.
- Дорогие родители, как только встречу единственную и неповторимую, так сразу женюсь, без раздумий и сомнений, уверяю вас! – обычно звучал насмешливый ответ Андрея родителям, но однажды…
Однажды он просто появился в родительской квартире не один. Он привёл Яну и заявил, что она его невеста. Новость была сродни грому на ясном небе, по крайней мере для матери. Она едва дождалась, когда смогла поговорить с сыном наедине, чтобы высказать все свои возражения.
- Сынок, ты серьёзно? Ты искал, искал и нашёл… эту девушку? – презрительно кривив губы, всё же осторожничала в высказываниях Марта Андреевна, то ли помня о своём воспитании и статусе жены высокопоставленного начальника, то ли опасаясь расстроить и отвернуть от себя сына. 
- А что тебя не устраивает, мама? – нисколько не переживая, что Яна не понравилась матери, поинтересовался сын и на всякий случай добавил: - Имей в виду, я не спрашиваю вашего с папой одобрения или разрешения, я просто сообщаю, что женюсь на Яне и точка!
- Вот всегда такой – если уж что решил, невозможно его разубедить! – в сердцах топнула ножкой в изящной домашней туфле Марта, высказывая перед сном свои возмущения уже мужу.
- И в кого это он такой, интересно… - добродушно намекнул супруг на сходство характеров жены и сына, поудобнее устраиваясь в большой супружеской кровати. -  Дорогая, успокойся и начинай подготовку к свадьбе, - посоветовал он, - зная твоё отношение к подобным вопросам, предположу, что тебе потребуется немало времени и сил, чтобы всё прошло на высшем, достойном твоих ожиданий, уровне, не так ли?
- Ну да, разбежалась! – заявила жена. – Я не сдамся и попробую раскрыть глаза сыну на эту… дочку продавщицы… Надеюсь, этого брака не случится!
Но он случился. Проигнорировав материнское недовольство, Андрей повёл-таки Яну под венец. Родителям ничего не оставалось, как организовать своему единственному сыну достойную их семьи свадьбу.
Свёкор невестку принял сразу и отнёсся к ней по-отечески. Он решил, что она довольно мила и симпатична, а познакомившись поближе, посчитал ещё и умницей. А вот мама Андрея, мягко говоря, едва терпела Яну, при каждом удобном случае указывая на какие-то её промахи. То та окажется ограниченной в воспитании, позволяя себе неуместные высказывания и поведение на людях, то недостаточной чистюлей, по поводу чего у Марты был пунктик, не дающий спуска никому. А однажды случился вообще вопиющий по мнению свекрови инцидент: Яна показала себя перед их гостями ужасной невеждой, перепутав Мусоргского с Крамским.   
- Нет бы вообще помолчать в такой солидной компании! – визжала в истерике Марта Андреевна после случившегося конфуза. – Но куда там! Она, напротив, довольно громко обратила на себя внимание, ляпнув, что автором гениальной оперы «Борис Годунов» является… художник!
- Ну ладно тебе, дорогая, - пытался закрыть недоразумение Вениамин Сергеевич, искренне желая успокоить любимую Марту и имевший к тому же весьма пацифистский нрав, - она просто ошиблась из-за созвучия фамилий… и вообще, милая, уверяю тебя, что не все из присутствующих поняли…
- Ты серьёзно, Веня? – не дала ему закончить мысль супруга. -  Я даже не представляю, как после такого невежества мне общаться теперь с нашими знакомыми…
В отличие от мужа, спокойного и рассудительного как на работе, так и в семье, Марта, интеллигентно сдержанная на людях, легко взрывалась в стенах своего дома при наличии малейшего повода, а уж невестка, как правило, легко становилась у неё привязкой ко многим досадливым ситуациям, если вообще не ко всем.
Строившая грандиозные планы для своего единственного сына практически с его рождения, Марта Андреевна не могла смириться с тем, что её Андрюшенька женился на первой встречной без роду и племени – именно так она воспринимала ту, чья мать стояла за прилавком не то продуктового, не то овощного магазина. Время, когда работающие в торговле люди были уважаемы за возможность «достать» дефицитные товары, прошло и Мартой благополучно забылось. Теперь она считала их просто обслуживающим персоналом, не вяжущимся с её респектабельным обществом.
То, что у девушки имелся ещё и отец, вполне себе человек с положением, особого значения не имело, ведь его даже на свадьбе не было, у них с женой и сыном на это время как раз было запланировано заграничное путешествие, и они не стали его отменять. Да и вообще, Янин папа давно уже жил интересами другой семьи и, по мнению Марты, в этом не было ничего удивительного, если вспомнить статус его бывшей жены.
Яна, конечно, злилась на Андрюшину мамочку, сдерживаясь из последних сил, но сделать ничего не могла – Марта Андреевна умело находила её промахи и указывала на них с вежливой улыбкой, за которой таились высокомерие и снобизм, как считала Яна, и не всегда безосновательно.
Поскольку подругам она рассказывала только лучшие моменты своей семейной жизни, едкие нападки свекрови ей обсуждать было не с кем, кроме как самой с собой.  Излив душу своему зеркальному изображению в пустоте комнаты, Яночка выдыхала и, нацепив милую улыбку, продолжала делать вид, что очень ценит советы Марты Андреевны, мысленно посылая ей кучу «добрейших» пожеланий. Андрей любил жену, но слушать упрёки в адрес матушки не любил, как, впрочем, пресекал подобное и со стороны матери тоже. Однажды, будучи у них в гостях, мать решила указать сыну на какую-то оплошность жены, не зная, разумеется, что незадолго до этого Яна успела пожаловаться на неё.
- Я люблю вас обеих! И если для вас это что-то значит, то не наговаривайте друг на друга, хорошо? – спокойно сказал он женщинам, оторвавшись ненадолго от компьютера, где работал над важной программой, которую с нетерпением ожидали от него и заказчик, и руководитель.
- Конечно, конечно, сынок, прости нас, пожалуйста! - выслушав сына с мягкой улыбкой, тут же закивала Марта Андреевна. – Мы были неправы, что оторвали тебя от важного проекта… Извини, ещё раз, дорогой, удачи тебе, милый! - она поцеловала его и, направившись к выходу из комнаты, добавила: - Мы с папой безмерно гордимся тобой, сынок, ты же знаешь, да?
Наблюдая этот торжественный перфоманс, Яна поняла, что вряд ли когда-либо достучится до мужа. Бесполезно жаловаться ему на его ненаглядную мамашу, он дальше своего айтишного мира ничего не видит. А ещё подумала, что русские мужики – очень увлечённые натуры: кто-то ударяется в выпивку, а кто-то в работу!
- Есть ещё третий вид этих особей…  те, кто заводит любовниц…  Но это не про Андрея! – пытаясь успокоиться, тихо бормотала Яна, готовя на кухне для свекрови чай и едва удерживая себя от какой-нибудь дерзкой выходки.