Энциклопедия женской красоты. Глава 14

Том II. Средние века, Возрождение и Новое время

Часть 7. Европейское Возрождение

Глава 14. Ренессанс: Рождение новой красоты

---

14.1. Утро после долгой ночи

Представьте себе город, который просыпается после тысячи лет сна. Флоренция, начало XV века. Узкие улочки, грязные, шумные, заполненные торговцами, ремесленниками, священниками, нищими, куртизанками и — художниками. Сотнями художников. Фра Анджелико, Мазаччо, Донателло, Брунеллески, а потом — Боттичелли, Леонардо, Микеланджело, Рафаэль, Тициан. Их имена звучат как музыка. Как гимн.

Что они делали? Они переоткрывали тело. Тело, которое Средневековье прятало под мешками и объявляло греховным. Тело, которое античность воспевала, а церковь запрещала. Они смотрели на античные статуи, которые выкапывали из земли, и говорили: «Боги не умерли. Они просто ждали, пока мы их снова увидим».

В 1486 году в Италии вышла книга «О наслаждении» гуманиста Лоренцо Валлы. Он писал: «Бог создал тело не для того, чтобы мы его презирали, а для того, чтобы мы им наслаждались. Красота — не грех. Красота — доказательство божественной любви к человеку».

Это была революция. Ренессансная красота — это красота утвердительная. Она не стыдится себя. Она не прячется. Она смотрит на зрителя в упор — и говорит: «Я здесь. Я прекрасна. И я достойна восхищения».

В этой главе мы увидим, как художники Возрождения создали образ женщины, который до сих пор остаётся эталоном — Венера Боттичелли, Мона Лиза Леонардо, Сикстинская Мадонна Рафаэля, Венера Урбинская Тициана. Мы узнаем, почему женщины снова стали пышными (после тысячелетия аскетической худобы) и почему их кожа стала золотистой, а не бледной. И как мода на «естественность» привела к появлению первой косметической индустрии — и первых свинцовых отравлений.

---

14.2. Петрарка и его Лаура: Первый луч Возрождения

Ещё до того, как художники начали рисовать обнажённых богинь, поэты начали воспевать живых женщин. Франческо Петрарка (1304–1374) — отец европейского гуманизма — влюбился в Лауру, женщину, которую он видел несколько раз в церкви и о которой почти ничего не знал. Он посвятил ей 366 сонетов — по одному на каждый день года.

Вот как он описывает её красоту:

«Золотые кудри, ветром развеваемые,
Сиянье глаз, которым нет числа,
Небесная улыбка, что сжигает,
Алеют губы, словно в них заря».

(Перевод Е. Солоновича)

Лаура Петрарки — не средневековая Прекрасная Дама (холодная, бледная, недосягаемая). Она — живая. У неё есть волосы, которые ветер треплет. У неё есть глаза, которые «сияют». У неё есть губы, которые «алые». Она — женщина, а не ангел.

Петрарка положил начало традиции, которую подхватили все поэты и художники Ренессанса: воспевать красоту как земное наслаждение. Не как путь к Богу, а как самоценный дар.

---

14.3. Боттичелли и Венера: Красота, рождённая из морской пены

В 1486 году Сандро Боттичелли закончил картину, которая стала символом Ренессанса — «Рождение Венеры». Молодая богиня стоит на огромной раковине, которая плывёт по волнам. Ветер развевает её золотистые волосы. Она прикрывает рукой грудь и лоно — но не стыдливо, а скорее игриво.

Венера Боттичелли не похожа на античные статуи. Она не «идеальна» в математическом смысле — её пропорции чуть удлинены (дань готике, которую художник ещё не преодолел). Её лицо — не «классическое», не «олимпийское». Оно — задумчивое. Она смотрит куда-то в сторону, не на зрителя. Она думает. Она чувствует. Она живёт.

Боттичелли показал: красота — это не только форма. Красота — это выражение. Это невидимое, что проступает сквозь видимое. Это душа, которая просвечивает сквозь тело.

«Рождение Венеры» стало манифестом новой эстетики: женщина может быть богиней — и при этом оставаться женщиной. Её тело не греховно — оно священно. Её нагота не постыдна — она прекрасна.

---

14.4. Леонардо и Мона Лиза: Красота как загадка

Леонардо да Винчи (1452–1519) подошёл к красоте как учёный. Он изучал анатомию, законы света и тени, пропорции человеческого тела. Он делал тысячи рисунков — черепа, мышцы, суставы, кисти, стопы, эмбрионы в утробе. Он хотел понять, как устроена красота — не только чтобы нарисовать её, но чтобы понять жизнь.

«Мона Лиза» (1503–1519) — его величайшее творение. И самая загадочная картина в истории. Что делает её красивой? Не черты лица — они не идеальны: у неё широкие скулы, маленькие глаза, тонкие губы. Не поза — она сидит, сложив руки, в простой одежде, без украшений. Не фон — он расплывчатый, туманный.

Её красота — в улыбке. Которая то появляется, то исчезает. Которая не даёт себя понять. Которая говорит: «Я знаю что-то, чего не знаешь ты».

Леонардо показал: красота — это не статика. Это движение. Не форма — а жизнь. Не пропорции — а тайна.

---

14.5. Рафаэль и Мадонна: Красота как материнство

Рафаэль Санти (1483–1520) создал образ, который стал эталоном для всей европейской живописи — мадонна. Его Мадонна не «царица небесная» и не «грешница, ставшая святой». Она — молодая мать. С нежным лицом, с мягкими чертами, с ребёнком на руках.

«Сикстинская Мадонна» (1512) — самая знаменитая. Мария стоит на облаках, с младенцем на руках. Вокруг неё — святые, но она не смотрит на них. Она смотрит на зрителя. Прямо. Спокойно. С любовью, которая не требует ответа.

Рафаэлевская женщина — это гармония. Не страсть (как у Тициана), не загадка (как у Леонардо), не мечта (как у Боттичелли). Она — покой. Она — материнство. Она — дом.

В эпоху, когда женщины рожали по 10–15 детей и умирали в родах, образ Мадонны был не только религиозным. Он был реалистичным. Он показывал женщину в её главной роли — как источник жизни.

---

14.6. Тициан и Венера: Красота как страсть

Тициан Вечеллио (около 1488–1576) — венецианец. А Венеция была другим городом, не похожим на Флоренцию. Там были каналы, карнавалы, куртизанки, золото, шёлк, бархат. Венецианская красота — это красота роскоши.

«Венера Урбинская» (1538) — самая знаменитая картина Тициана. Богиня лежит на ложе, обнажённая, но не стыдливая, как у Боттичелли. Она смотрит на зрителя прямо, с лёгкой улыбкой. Одна рука прикрывает лоно, другая — держит розу. Сзади — служанки, которые достают одежду из сундука.

Венера Тициана — не богиня из мифа. Она — женщина. Земная, желанная, доступная. Её тело — не «идеальное» в математическом смысле. Оно живое: полное, тёплое, перламутровое. Она не стесняется своей наготы — потому что нагота прекрасна.

Тициан показал: красота — это страсть. Красота — это желание. Красота — это удовольствие.

---

14.7. Канон ренессансной красоты: Золотистые волосы и перламутровая кожа

Что же конкретно ценилось в женщине в эпоху Возрождения? Поэты и художники оставили нам подробный канон.

Волосы. Золотистые, русые, рыжеватые. Тициановский цвет — огненно-рыжий — стал самым модным. Женщины осветляли волосы смесью шафрана, лимонного сока и серы, а затем часами сидели на солнце. Причёски — сложные, с косами, узлами, локонами, украшенные жемчугом, лентами, диадемами.

Лоб. Высокий, гладкий. Женщины выщипывали волосы на лбу и висках, чтобы сделать его выше. Иногда удаляли и брови — чтобы лицо казалось более открытым.

Кожа. Белая, но не бледная — «перламутровая», «светящаяся изнутри». Ренессансная женщина не должна была выглядеть болезненной (как в Средневековье). Она должна была выглядеть здоровой. Поэтому румяна были обязательны — лёгкий, свежий румянец на щеках.

Глаза. Большие, выразительные, с длинными ресницами. Женщины подводили глаза сажей — но тонко, почти незаметно.

Фигура. Пышная, округлая, «плодородная». Полнота не считалась недостатком — наоборот, она была признаком здоровья и богатства. Худоба ассоциировалась с болезнью или бедностью. Рубенсовские женщины — самый яркий пример: полные бёдра, мягкий живот, высокая грудь.

Грудь. В эпоху Ренессанса грудь не прятали. Декольте было глубоким, открытым. Грудь считалась символом материнства и плодородия, а не «постыдной частью тела». Женщины кормили детей грудью открыто — это было нормально.

Украшения. Жемчуг — главный камень эпохи. Его носили в ожерельях, серьгах, в волосах, на поясах. Жемчуг символизировал чистоту, невинность, богатство.

---

14.8. Косметика и уход: Искусство быть «естественной»

Ренессансные женщины красились. Но они должны были делать вид, что не красились. «Натуральная красота» была идеалом — и достигалась она искусственными средствами. Как и сегодня.

Белила. Из свинца — опасные, но дающие идеально белую кожу. Из мела и яичного белка — безопаснее, но хуже ложились. Белила наносили на лицо, шею, грудь, руки. Толстым слоем — чтобы скрыть все недостатки: веснушки, пятна, прыщи, морщины.

Румяна. Из киновари (ядовито) или из сока лепестков сафлоры. Наносили на скулы — широкими, яркими пятнами. Румянец должен был выглядеть «естественным» — как будто женщина только что вернулась с прогулки.

Для глаз. Сажа, смешанная с маслом. Тонкая чёрная линия по краю век. Иногда — и нижнее веко.

Для губ. Красная помада из киновари, воска и масла. Красили только центр губ — чтобы они казались меньше, нежнее, «вишнёвыми».

Для волос. Осветление — главная процедура. Смесь шафрана, лимонного сока, серы, квасцов и уксуса наносили на волосы и сушили на солнце. Процесс занимал несколько дней. Волосы портились, ломались, но становились «золотыми».

Духи. Мускус, амбра, розовая вода, лаванда, бергамот. Духи были масляными — спиртовые появятся позже. Наносили на запястья, шею, грудь, за уши.

Женщины тратили на косметику целые состояния. Мужья жаловались... но платили.

---

14.9. Мушиные штучки: Искусство обольщения

В XVI веке в Европу пришла мода на мушки — маленькие кружочки из чёрного бархата или шёлка, которые клеили на лицо. Они служили нескольким целям.

Украшение. Мушка подчёркивала белизну кожи (чёрный на белом — яркий контраст). Она делала лицо более выразительным, игривым, кокетливым.

Маскировка. Мушка скрывала мелкие дефекты: прыщи, оспины, родинки.

Язык мушек. Каждая мушка имела своё значение. У губ — кокетство, приглашение к поцелую. У глаза — страсть. На лбу — достоинство. На носу — дерзость. На щеке — согласие. Женщины «говорили» мушками. Мужчины «читали» мушки.

Маскировка возраста. Мушки отвлекали внимание от морщин. Чем старше женщина, тем больше мушек она носила. Иногда — по 10–15 штук на лице.

Мушки были не только косметикой. Они были социальным кодом. Только знатные женщины могли позволить себе мушки (они были дорогими). Только куртизанки могли носить их в «неприличных» местах. Мушки показывали статус, возраст, настроение и — доступность.

---

14.10. Куртизанки и их роль: Женщины, которые диктовали моду

В эпоху Ренессанса, как и в античной Греции, существовали куртизанки — женщины, которые жили своим умом и красотой. Они были образованными, богатыми, свободными — и они диктовали моду.

Самые знаменитые — венецианские куртизанки. Вероника Франко (1546–1591) — поэтесса, писательница, интеллектуалка. Она была дружна с художниками, философами, политиками. Её портрет написал Тициан. Она носила платья из шёлка, золотые украшения, сложные причёски — и не стыдилась своей профессии.

Куртизанки были «экспертами по красоте». Именно они вводили новые моды: высокие причёски, глубокие декольте, мушки, духи. Именно их копировали «порядочные» женщины. Парадокс: куртизанки были вне закона, но они определяли, что красиво.

---

14.11. Что мы берём с собой из Ренессанса

Ренессанс оставляет нам несколько важных уроков.

Первый: красота — это жизнь. Средневековье боялось красоты, потому что боялось жизни. Ренессанс сказал: жизнь прекрасна. И тело прекрасно. Красота не грех — красота благословение.

Второй: красота — это гармония. Не только пропорций, но и света, цвета, движения, чувства. Рафаэлевская гармония — это гармония души и тела. Тициановская — гармония страсти и формы. Леонардовская — гармония тайны и ясности.

Третий: красота — это искусство. Ренессансные женщины не «просто красились». Они создавали себя. Каждый день. Заново. Как художник создаёт картину. Это требует времени, денег, навыка — и уважения к себе.

Четвёртый: красота может быть властью. Куртизанки, которые диктовали моду, были не только красивыми — они были умными, образованными, свободными. Их красота была не «украшением», а оружием. И они умели им пользоваться.

Ренессанс — это момент, когда красота вышла из средневекового подполья и заявила о себе. Громко. Ярко. Гордо. С тех пор мы живём в этом мире — мире, где красота не стыдится себя.

---

14.12. Мостик к следующей главе

Из Италии эпохи Возрождения — где богини сошли с небес на землю и стали женщинами, а женщины поднялись до богинь — мы перенесёмся в Северную Европу. Там Ренессанс был другим: более бюргерским, более бытовым, более «тихим». Где женщины не были богинями, а были — жёнами и матерями. И где красота стала не «священной», а «домашней».

Но об этом — в следующей главе. В ней мы отправимся в Нидерланды и Германию — туда, где красота не парит над облаками, а сидит у камина, штопает чулки и смотрит на нас с портретов Яна ван Эйка.