Загадочное Эхо

                1
На большой зелёной, усеянной мелкими белыми
ромашками полянке, прямо у дома, бабушка Матрёна,
привязывая свою козу Нюрку, приговаривала:
— Смотри, сколько тут травушки, да какая сочная!
Вот тебе раздолье-то какое!
Но непослушная норовистая коза так и рвалась с
верёвки, чтобы убежать. Сколько раз всей деревней
приходилось помогать бабе Матрёне в поисках блудливой козы!
А тут ещё из города на летний отдых привезли бабушке внучку Зиночку, которую тут же жители деревушки за её неугомонный, «вездесущий» характер прозвали Козинка-сорванец, сравнивая её с козой-беглянкой бабы Матрёны. Потому как теперь приходилось искать не только козу, но и внучку! И это безобидное прозвище так приклеилось к маленькой Зине, что так называли её не только деревенские дети, но даже и сама
бабушка Матрёна.
Ну а Козинка была просто весёлой, подвижной и
очень любопытной девочкой, которой хотелось знать
всё на свете. А ещё она обожала общество мальчишек!
«Все девчонки — плаксы, и к тому же ещё ужасные ябеды!» — так думала Козинка, и поэтому подруг у неё не
было. Зато с мальчишками она могла бы убежать даже
на край света!
Вот совсем недавно их весёлой компании пришла
вдруг внезапная идея срочно пойти в пещеру, в которую
взрослые детям строго-настрого запрещали ходить.
— Там страшные-престрашные хищники водятся,;;— говорила бабушка Матрёна. — А ещё там живёт
глухое таинственное Эхо! Козинка! Смотри не ходи туда. Туда кто пойдёт, назад не воротится!
«Ну как же «не ходи»?! А на Эхо надо посмотреть?
Конечно, надо!» — подумала Козинка. И в этот же день
она сообщила своим друзьям о бабушкиной тайне и её
строгом запрете. Вот и решили они проверить, правду
ли сказала Козькина бабушка.
В дорогу собрали всё, что они считали необходимым. Наломали с деревьев толстенькие веточки, изготовили из них прутики, чтобы отбиваться от хищников. Набрали на берегу речки мелких камешков, каждый захватил с собою рогатку. А также взяли из дому по большому бутерброду. И вот с таким «богатым»
арсеналом четверо мальчишек и одна маленькая, но
смелая девчонка отправились искать таинственное
Эхо!
Пещера от села находилась неблизко, под высокой,
довольно крутой горой. И, чтобы туда добраться, ребятишки вначале шли по узенькой, еле заметной лесной
тропинке. Затем тропинка внезапно потерялась, а лес,
который теперь шёл в гору, стал более густым от множества труднопроходимых кустарников. Дети заволно-
вались: где же пещера? Ведь теперь вокруг ничего не
видно. Впереди лес, и позади лес! Но возвращаться они
не стали, а отважно продолжили путь. «Мы ведь не из
трусливых!» — так считал каждый из ребят. Вот и храбрились как могли друг перед другом.
Наконец-то лес заметно поредел, и перед группой
маленьких путешественников предстало открытое пространство, сплошь усеянное огромными покрытыми
мхом валунами, а также множеством больших скальных обломков от бывшей каменоломни. И теперь, усиленно помогая друг другу, взбирались они на эти, сверху гладко отёсанные, каменные глыбы.
Ребята так сильно устали, что становилось понятно: ещё немного, и они откажутся от этой затеи. Кто же
из них мог подумать, что такие преграды им предстоит
преодолеть?
Но не тут-то было. Неугомонная Козинка, видя, что
мальчишки скисли, тут же стала возмущаться:
— А что же, мы так и не посмотрим, где Эхо живёт?
Шли-шли! Ну вы как хотите, а я пойду сама!
— Козька! Ты что? Разве можно тебе идти самой?
Мы тебя не бросим! — чуть ли не хором закричали ребята.
И вот наконец-то показалась пещера. Дети встали
как вкопанные. Весь вход в пещеру был густо увит свисавшей зелёной мелколистной лианой и напоминал огромную пасть гигантского животного. Казалось, будто бы какое-то сказочное чудовище замаскировалось в
этой зелени. И даже выпяченные белёсые скалы торчали между ветвей лианы, словно сломанные клыки этого
неизвестного зверя. Вот теперь стало страшно всем, даже Козинке. И вспомнились ей бабушкины строгие наказы: ни в коем случае не ходить в эту пещеру. Но любопытство брало верх!
И Козинка первая шагнула навстречу зловещей
пасти. За нею молча последовали мальчишки. Пещера
внутри была огромной, они продвигались в её глубь, и
в ней становилось неприятно, сыро и сумрачно. То и дело летучие мыши срывались со своих насиженных мест
и пугающе летали над головами ребят.
Вдруг все одновременно услышали отдалённое негромкое мяуканье котят.
— Вот тебе раз, что же они тут делают? Как же они
могли сюда попасть?! — воскликнул Платошка.
— Это кошка заблудилась и привела сюда своих котят, — со знанием дела ответила Козинка. — Давайте их
найдём и заберём домой!
— Тихо! Тихо! — прикрикнул на расшумевшихся
друзей Егор.
Все настороженно притихли. Егор был немного
старше всех мальчишек, и поэтому они всегда прислушивались к тому, что он говорит.
— Вы слышите, что мяуканье раздаётся с разных
сторон пещеры? Давайте разделимся на две группы.
Козинка, ты пойдёшь со мной! А остальные идут все
вместе в противоположную сторону, — скомандовал он.
Разделившись на группы, ребята приступили к поискам.
— Кажется, вот там мяукнуло! — показывая рукой
в глубь пещеры, сказала Козинка.
Егор прислушался, но услышал только громкое гуканье и какой-то шорох.
— Да нет! Это не котята, — сказал он, заглядывая
за очередной скальный выступ.
Но тут они опять услышали тихое мяуканье, которое раздавалось будто эхо, но уже из другого угла пещеры.
Ребята пошли на услышанный ими звук. На небольшом каменном обломке они увидели тихо сидевшую лупоглазую сову. Её коричневый цвет полностью
сливался с камнем, и только огромные глаза выделялись яркими жёлтыми кругами. Она медленно поворачивала голову то в одну сторону, то в другую. Но голоса не подавала.
— Ну куда же спрятались котята? — задавался вопросом Егор, заглядывая в каждую расщелину среди
камней.
Оглянувшись, Егор вдруг обнаружил, что Козинки
рядом нет.
— Козинка! Ты где? — взволнованно крикнул Егор.
Но ответа не услышал.
Он стал осматриваться вокруг: где же она может
быть? Где-то совсем близко опять послышалось гуканье, такое неприятное, устрашающее, и опять — шорох…
«Неужто это злое Эхо?» — подумал Егор, по его телу пробежал холодок. Прямо возле его ног с шорохом
проскользнуло что-то, как ему показалось, круглое и
лохматое.
Но куда же запропастилась Козинка?
Вдруг внезапно в пещере послышался какой-то
резкий шум, напоминающий свист, и испуганный крик
Козинки:
— А-а-а! Ой-ой-оё-ёй! Ой-ой-оё-ёй!
Услышав громкий крик Козинки, ребята, которые
были в другой стороне пещеры, во главе с Платоном
быстренько развернулись и пошли узнать, что же там
случилось. Вдруг нужна помощь!
Егор прислушался. Шум и крик раздавались где-то
совсем рядом. Он, осторожно ступая, чтобы в полумраке самому не попасть в какую-либо ловушку, поспешил
в сторону шума.
Неожиданно над его головой появилась стая летучих мышей. Они испуганно метались то в одну сторону,
то в другую. Егор, отмахиваясь от них, продолжал двигаться на крик.
На одном из крупных камней он увидел Козинку.
Из любопытства она влезла на камень, чтобы посмотреть поближе, как держатся мыши своими лапками за
скалы и почему они висят вниз головами. Но, когда она
приблизилась близко к их гнезду, те всполошились, начали суматошно летать, цепляя голову и тело Козинки.
Она пыталась слезть с камня, но не смогла. Так и лежала, прижавшись к нему всем телом, отпугивая этих
противных и мерзких мышей своим истошным криком,
прикрывая голову руками.
— Козька! Как ты туда попала? — удивлённо крикнул Егор. — Как ты смогла влезть на такой большой, да
ещё и мокрый камень?
Тут подошли и другие ребята.
— Ну ничего себе! Надо же под самый свод забраться! Это ещё суметь надо! Вот это, Козька, ты даёшь! — не
менее удивлённо, чем Егор, воскликнул Платон.
В пещере было довольно сумрачно, и светлое платье Козинки стало «аэродромом» для мышей. Они, приземляясь, слёту падали прямо на него. От такого налёта Козинка кричала ещё громче. Егор с Платоном, как
самые сильные из ребят, помогли ей спуститься с кам-
ня. Зная, как девчонки, завидев мышей, дрожат и визжат от страха, они очень удивились стойкости Козинки,
ведь она, борясь с огромной тучей мышей, не уронила
ни одной слезинки и кричала лишь затем, чтобы только их отпугнуть.
— Мы с ребятами обошли вон ту часть пещеры, заглядывали во все её расщелины, но так, кроме этих пучеглазых сов и летучих мышей, никого не встретили, —
сказал Платошка, показывая в сторону груды камней.
— Может, это Эхо мяучило и нас хотело завести
дальше от выхода?
— Да, мы тоже много исходили! — сказал Егор. —
Может, правда это «нечистая сила» нас хотела завести
в пропасть? Хорошо, что Козинка зависла на скальном
камне и мы опять собрались все вместе.
— Козька! Ты нас всех спасла! Иначе точно это
странное Эхо нас всех бы разъединило и увело неведомо куда, — высказал свои выводы Платон.
— Значит, бабушка Козьки была права! Нам надо
как можно скорее выходить из пещеры, — заявил Егор.
Дети не раз слышали в разговорах своих бабушек,
что всем зверям и птицам, которые предпочитают вести скрытный или ночной образ жизни, издавна людьми приписывались темные, мистические и недобрые
действия. Вот и страшно стало! Они даже и не предполагали, что увиденные ими совы, а ещё их называют домовыми сычами, и есть те котята, которых они так долго искали. Домовые сычи — очень осторожные птицы,
вот днём и прячутся в пещере, а при виде людей голоса не подают. Внешний вид этих сов не очень привлекателен. На их широкой голове нет перьевых ушей, не
слишком выделяется небольшой жёлтый клюв. И выглядят они всегда угрюмо. Но огромные круглые жёлтого цвета глаза и характерные белые надбровные дуги
придают им забавный вид удивляющейся птицы. Эти
птицы могут часами стоять неподвижно и терпеливо
ожидать добычу или неторопливо расхаживать по земле, долго в неё вглядываясь, чтобы выловить червя. Голосом, похожим на мяуканье потерявшегося котёночка,
кричат молодые сычики. Но по мере взросления голос у
них становится более грубым, и потому сычиный клич
в ночи может навести страху и испугать кого угодно. Не
зря эта птица выступает героем различных устрашающих легенд и поверий.
Увлёкшись поиском котят, никто из ребят и не задумывался о времени. А в пещере довольно быстро стало темнеть, и просвет выхода из неё стал едва заметен.
Когда они выбрались на волю, поняли, что уже наступил вечер. Высоко над головами, пугая своим глухим
голосом, заухала сова, затем другая. От их крика, от
волнений, пережитых в пещере, и от мысли, что же делать дальше, пробежал холодок по спине.
Возвращаться по тёмному лесу? Но как? Ребята
притихли, понимая, что попали в ужасную ситуацию.
И;;что им, вольно или невольно, придётся ночевать
здесь, у этой неприятной зловещей пещеры.
                2
В деревне, в связи с пропажей детей, подняли шум
ещё засветло. Родители опрашивали детвору: ну, может быть, хоть кто-то знает, куда пошли ребята? Но
те молчали как партизаны на допросе. Разве они мог-
ли нарушить слово, данное своим друзьям, и открыть
тайну?!
Бабушка Козинки вдруг вспомнила, какой строгий
наказ она сегодня давала внучке. «Ведь обязательно
этот взбалмошный ребёнок сделает всё наоборот!»;;—
подумала она. И высказала своё предположение:
— Я, кажется, знаю, где их нужно искать! Это точно
они ушли в горную пещеру.
На помощь отцу Егора в поисках ребят вызвались
ещё двое молодых мужчин, которые хорошо знали туда
дорогу. Оставлять детей одних в лесу было опасно. Мало ли что может с ними случиться?
А тем временем путешественники тесным кружочком сидели на большом камне рядом с устрашающей
своим загадочным Эхом пещерой. От луны шёл свет,
но он то появлялся, то исчезал за набегающими тучками. И тогда становилось темно. Да ещё эти неприятные
пугающие крики сов! И дети всё плотнее прижимались
друг к другу.
Поначалу бойкая Козинка ещё старалась что-то говорить, но потом и она смолкла — что было совсем не
в её характере. И в этой тишине вдруг снова послышалось слабое мяуканье.
Дети замерли и посмотрели на чёрную дыру входа
в пещеру. Страх перед злым Эхом заставил их встрепенуться. «Неужто «оно» выйдет из пещеры?»;;— думали
они и ещё крепче сжимали руки друг друга. Куда делась дневная прыть у ребят?! И даже рогатки в данном
случае оказались бесполезными. А набранные камни
для защиты только и всего что оттягивали карманы.
Ночной лес всё больше и больше погружался в
свою размеренную жизнь. Из дупла большого старого
дерева с громким криком «ку-вить, ку-вить», пугая детей, взлетел на охоту взрослый сыч. Ночь для них — это
самое время охоты.
«Уу-гуу… Уу-гуу…» — издалека послышалось низкое уханье филина- пугача. Крик возобновлялся с небольшими перерывами, и от этого чудовищного звука
детям становилось жутко.
Ребята сидели настолько тихо, боясь шевельнуться, что, казалось, стук их сердец и учащённое дыхание
гулко зависали в неподвижной тишине ночного воздуха. Вдруг совсем рядом с камнем протяжно прозвучало:
«Мяу-у-у». Дети замерли от страха: «Вот оно, это зловещее Эхо, совсем рядом с нами!» И они ещё теснее прижались друг к другу.
За камнем послышался шорох и, как им показалось, даже какие-то крадущиеся шаги. Дети зажмурили глаза. И тут не выдержал самый маленький из них;;—
Тёмка. Он засопел, тихонько стал всхлипывать и тут же
расплакался:
— Я хочу домой! Я хочу к маме…
— Тише! Тише! — вскрикнул Егор. — Я, кажется,
слышу лай собаки!
— Ага! Где ей взяться? — буркнул Платон. — Вон
слышишь, как кричат совы? Они же то гукают, то гавкают! Их не поймёшь!
— Нет-нет! Это похоже на лай собаки! — не унимался Егор.
Все разом притихли, вслушиваясь в каждый звук.
«Уу-гуу… Уу-гуу…» — будто специально пугая ребят, рядом с ними вновь закричал филин.
— И всё-таки я слышал лай собаки, — утверждал
Егор. — Я думаю, что нас уже ищут!
— Вот нам и попадёт от родителей, как найдут… —
грустно вздыхая, сказал Платошка.
— Ну и пусть попадёт, — всхлипывая, ответил Тёмка. — Я никогда, никогда больше не пойду в эту пещеру!
Вдруг совсем рядом послышался громкий лай собаки.
— Да это же мой Барсик! — вскрикнул Егор. — Да,
да! Точно! Барсик! Барсик! — громко, боясь, что тот его
не услышит, стал звать собаку Егор.
Барсик подскочил к камню, где сидели ребята.
Поднявшись на задние лапы, опираясь передними на
камень, скуля от радости, он продолжал звонко лаять,
извещая хозяина о находке.
Дети спрыгнули с камня. Егор обнимал и целовал
своего верного пса. Тот от радости лизал ему лицо и руки. В темноте леса среди кустов показались мелькающие блики фонарей. Послышался громкий говор взрослых мужчин. Ребятишки тут же воспрянули духом, и
уже гуканье филина и загадочное мяуканье злого Эха
им вовсе не казались такими страшными. Однако, под
впечатлением от пережитых неприятных чувств, они,
боясь оглянуться назад, дружной гурьбой в сопровождении прыгавшего вокруг них от радости Барсика двинулись навстречу своим спасителям.