Дочь

Когда решение я получил по Марьяниным границам, так с облегчением и вздохнул - подумал, что всё, мол, конец моей юридической практике. Но не тут-то было.
Письмо от соседей под конец осени пришло, что тогда-то и тогда-то планируют они забор ставить, а потому будьте готовы. И да, забор свой уберите с нашей территории!
Фиг вам – Думаю, - индейское жилище такое! Но всё равно подстраховаться надо, чтобы они бабушку не обделили. Вызвал кадастрового инженера, он точки поворотные отметил; я, соответственно, шнур яркий натянул.
Смотрит Марьяна, а от поляны перед её крыльцом только название осталось – слёзы одни.
- Как же я ходить-то буду: все подходы к дому – ворота, калитка, теперь за забором будут? И как выйду, так сразу носом в забор!
- Есть такое дело.
- Ни скорая, ни пожарная теперь ко мне не подъедут – наша выделенка вся в соснах, тут только на велосипеде если.
- Согласен. Зато в другую сторону сплошь раздолье и красота: обе времянки опять же ваши, яблоня та обалденная… И, это, лучше Вам не болеть теперь!
Но не может она никак успокоиться – тяжелы изменения на старости лет, да ещё когда не в лучшую сторону. Две недели уже причитает. Тут дочка её пару раз приехала проведать. Звонит мне: «Может поговоришь с соседями, чтобы забор перенесли? Мы им с другой стороны уступим».
- Кать! – Говорю, - Я с ними четыре года судился. Таких подлецов ещё поискать – за рубль мать родную продадут! Как бы это сказать помягче: не сложились у нас доверительные отношения.
- Не вопрос, - говорит, - я с Прохором сама поговорю. У меня с ним контакт нормальный.
- Флаг в руки! – подумал я про себя, а вслух говорю: «Ты только с ним поосторожней, а то тип скользкий – объедет тебя на кривой кобыле!»
- Да я в Ресо не один десяток лет работаю! Таких, как он, на завтрак двоих!
Я только рукой махнул: «Удачи»!
Ещё через пару недель Марьяна мне и говорит, что дочка её с Прохором переговоры ведёт – де сотки ему обещала, если он забор сдвинет. Я аж поперхнулся и с лица сошёл: сколько-сколько!?! Да она совсем не в уме что ли? Это же квартира, считай! Я тут за каждую сотку зубами… Так никаких волостей не напасёшься! Вы, это, Марьяна Ивановна, на такие провокации на поддавайтесь! Тоже мне помощница! Я-то ей говорил, что они нам судебных издержек сотни полторы должны – вот где поиграть можно, а тут полцарства за коня!
Как бы там не было, но забор в итоге стали ставить по границе, утверждённой судом. Приезжаю, а там уже работы полным ходом, размечено всё.
- А где наши межевые знаки?
А мне Марьяна и говорит, что вытащила их все, ибо ходить мешают и расстройство одно.
- Всем стоять, - говорю, - работы останавливаем, пока я точки ваши поворотные не проверю. Вызвал экстренно того же кадастрового инженера – через час приехал, правда ценник двойной, но оно того стоит. Смотрим: а те забор разметили на полметра в нашу пользу.
- Чего стоим? Согласовано всё! А то так до вечера прокопаетесь!
И тут началось: ввинчивают они очередную опору – из-под неё вода, ввинчивают следующую – из-под неё тоже. Марьяна выходит: «Что-то у меня краны все пересохли. Не этим ли молодцам благодаря?»
- Не иначе, - говорю.
Бригадир подбегает: а чтой-то, мол, вода у вас проложена на полметра глубиной, когда по нормативам почти на два полагается?
- Не к нам вопрос, - оппонирую, значит, я ему, - она здесь уже лет тридцать как в наличии.
Вывернули они обе эти опоры – там два ключа небольших бьют.
- Может чертежи какие есть? – С надеждой бригадир спрашивает.
- Да, вот, пожалуйста! – И акт разграничения с Водоканалом протягиваю, где трасса эта нанесена. Правда помню, что они её найти не смогли, а потому по логике нарисовали. Но я молчу.
Ладно, – говорит бригадир, - мы тогда с другой стороны начнём, пока экскаватор едет.
Подошли они вплотную к дому, от трассы нарисованной в сторонку взяли. Только опору вворачивать стали – и оттуда фонтан, и всё перед крыльцом и под дом пошло. Тут уже Марьяна заголосила, типа, маменьки родные, что тут твориться, батюшки-светы!
Стоим мы с бригадиром и на картину эту грустно смотрим.
- Когда техника-то приедет? – Спрашиваю.
- На подъезде уже.
Приехал маленький погрузчик с краном в кузове – размером с микроавтобус, а на прицепе экскаватор – миниатюрный, как игрушечный. Раскопал на входе участка – трубы нашли: пластик обычный. Две струбцины через деревяшки - перетянули и воду перекрыли. Раскопали все обрывы – повреждённые участки вырезали, муфты поставили – за три часа уложились.
У Марьяны вода в доме появилась. Я даже впечатлился и удовлетворённый уехал.
На следующий день звонит она мне: «Олег Михайлович! Родненький помоги! Вода-то идёт, только она не уходит никуда: в туалете спускаю, а на кухне выливается».
- Блинский гриб! Или что там говорят в таких случаях?
Там же две трубы вместе шли: водоснабжение они починили, а канализацию где-то проморгали. В любом случае надо проверить, что проблема не в доме. Я через Профи.ру сантехника ищу. У неё две раковины всего и унитаз, но обследование сетей в частном доме звучит весомо, оттого и ценник у них какой-то невменяемый. Но через пару часов нашёлся сантехник, что рядом был, а потому за две с половиной.
Приехал он, сети обследует. Через час звонит мне, мол, так и так, тут второй сантехник с той же задачей. Это Марьяна не только мне, но и дочери своей пожаловалась. Теперь уже Катя мне звонит и требует, чтобы я своего сантехника отзывал.
 - Катя! Он же первый пришёл, плюс в три раза дешевле твоего. Ты бы себе сантехника на семь с половиной вызвала только за обследование?
- Мы в своей семье сами разберёмся! – Ледяным голосом говорит она мне с нажимом, - Я, типа, дочь, и здесь главная. Так что не мешай. Я всё решу.
Ладно, - говорю, - я умываю руки. Оплатил сантехнику ложный вызов. Через полчаса звонит мне Катя снова и говорит, что оба сантехника пришли к выводу, что сети дома в порядке, причина во вне.
- Ожидаемо! Ты матери хоть биотуалет купи, а то чувствую я – надолго это.
- Точно! Хорошая идея.
На некоторое время я отпустил ситуацию. Звоню через неделю: «Ну, что Марьяна Ивановна, восстановили Вам канализацию?» А она мне в ответ плачет: дочка сэкономить решила купила ей вместо биотуалета ведро пластиковое. Его в доме не поставишь – пошла Марьяна его выносить, поскользнулась, упала и руку сломала. А канализацию так и не починили.
Чувствую, что ярость благородная вскипает как волна: я понимаю она свои бы деньги пожалела, но Марьяна – классическая советская бабушка – у неё отложенные на такой случай есть. В любом случае – не комильфо!
Халява не прошла – придётся всё-таки самому разруливать. В начале, -  думаю, - с экспертизы начать, а то, когда всё починят, потом уже и следов не найдёшь.
Только я, значит, специалистов подобрал, на выезд с ними договариваюсь; решил с Марьяной согласоваться, а она мне: «Сосед тут у меня есть – иногда пересекаемся, я его жене уколы в своё время делала. Наведался он ко мне намедни, впечатлился ситуацией, посадил меня в свой джип и отвёз в банк. Я ему триста тысяч сняла, он завтра начинает новую трассу копать!».
- Сколько-сколько? А договор, расписка? Сумма-то откуда такая взялась?
- Какая расписка! Давно друг друга знаем, неудобно как-то – я ему наличкой всё и отдала. А сумму он назвал.
Я только ладонью себя полбу хлопнул и глаза закрыл!
- Давайте сюда телефон этого вашего соседа.
Созвонился с ним, приезжаю. Сухонький высокий, желчный. По разговору сразу понятно, что характер непростой. У него за спиной два коттеджа, три машины…
- Сергей! Давайте договор подготовлю, расписку. Откуда такая сумма?
- Подумаю. Я сам в Водоканале работаю, порядок цен знаю.
Слов клещами не вытянешь. Ни о чём не договорились.
- Давайте на следующих выходных снова побеседуем, может более конструктивно будет?
- Попробуйте.
Звоню ему в преддверии выходных.
- Сергей, здравствуйте. Как насчёт договора?
- Какой договор! Я после вчерашнего точно ничего подписывать не буду!
- Господи! Да что случилось-то?
Ну он мне вкратце рассказывает, что ребята его вчера траншею разметили, начали потихоньку. А тут Катя приезжает к Марьяне и говорит, что всё - она бригаду нашла, завтра выходят. А Марьяна ей по доброте душевной и говорит, что не надо уже, мол, вот Сергей всё и сделает. Я ему уже триста тысяч отдала.
Что тут было! Орала она на чём свет стоит. Потом позвонила в полицию, сказала, что мать ограбили. Аж две бригады приехали. Повязали Сергея и отвезли в отделение на допрос. (Тут я про себя отметил, что не зря, ибо так брать деньги у бабушки прямо нехорошо).
Не знаю уж, как он там отбоярился, но на следующий день, как вы понимаете, настроения у него не было от слова совсем.
Но человек слова оказался. Трассу прокопал, всё сделал. Я со своими экспертами по траншее ходил замерял; единственное, что у него удалось мне выцепить, так это чеки на трубы с муфтами – их в техническом заключении в смету включили. Как ни старались профессиональные сметчики, но расчёты их только в половину той суммы получились. После чего я Марьяне и сказал, что Сергей этот как-то шибкого доверия не вызывает. Вы бы с ним поосторожней что ли!
- Он тоже самое про тебя мне говорил.
После того эпичного появления Кати Марьяна паспорт свой найти больше не могла. Мы все единодушно решили, что это её рук дело, чтобы мать не могли больше в банк отвезти. Позаботилась, как смогла.
Так что всю следующую неделю Сергей Марьяну возил вначале фотографироваться, потом заявление на новый паспорт подавать, ну и затем получать его, конечно. Причём всё на разных машинах.
Вывез ей весь мусор с участка, поменял люстру, к котлу газовому в доме какой-то бак привесил. Ничего мужик, рукастый и порядочный оказался.
А сейчас опять с Прохором разбираться буду: я ему вначале позвонил: говорю – Прохор, порвал сети – восстанови! Да где там! Так что снова в Сестрорецком суде встретимся.
P.S. Прохор как-то ещё до установки забора к Марьяне заявился, она аж опешила. А он: «Марьяна! Кто старое помянет…Давайте дружить семьями! Только вы, это, Олега своего больше не зовите!»