Кис-кис, рысь

Кис-кис, рысь


Доводилось мне бывать в поселке Большие Коты, где сибирские полу-домашние коты действительно большие - вдвое длиннее и толще обычных кошек.

Дикие и ручные одновременно.

Двойственные, одномоментно.

Очень себе на уме.

Янусы. Со вторым лицом (мордой, моськой, харей) на затылке.

Что за роженицы рождают такие рожи?

Хитрющие притворы и злющие, сквозь прищуренный глаз, проворы - вероятно, из-за какой-то далекой помеси с рысью.

Воры.

Рысья дикая кровь бунтовала в этих тварях.

Как бунтует она и в людях - по крайней мере (других недостаточно знаю), в русских.

Рысь - брысь!

Русь, не трусь!


На приобретение таких котов стояла очередь из горожан-иркутян.


Коты, как вы круты.


Ожидали от вас прибыли,

Только прибыли все убыли.

И в хозяйстве вы - не соль.

Толку - ноль.


Переменчивы, обманчивы,

Только очень уж заманчивы.

Непонятно, чем.

Беру, почём?


Кот с клыком Яги,

В рост ее клюки.


Цапали, царапали,

Зубами и лапами.


Кус!

Крови вкус.


Чу, и цыц, и ша.

Но дрожжит душа.


Был в детстве и у меня такой, Баюн из былины, Баинька из колыбельной.

Дружком притворялся лирическим, с ангельским личиком.

Колечком хвосток завивал.

И лапку он мне подавал.

Не как собака, а как дама, для поцелуя.

Алилуйя!

Но вместо мур-мур-мур слышалось жмур-жмур-жмур (жмур, если кто не знает - это мертвец).

В русской сказке кот-воркот убаюкивает прохожих смертельными песенками.

Разбойник-Баюн, воющий в ночи колыбельную, она же поминальная. И Баинька-паинька. В одном флаконе.

И хоть вправду любил меня, но пожил, пожил при доме, вволю постоловался, сладко отоспался, да и полно.

Пора и честь знать.

Свобода - свет души, все кошки хороши.

Сбежал в тайгу, разогнав тоску.

Весна священная, с ее правами.


Сибиряки о характерах друг-друга говорят:

- Он с рысью.

- Она не без рыси.


Мы - рысястые.