Как выбирать великих женщин?

 
И с чем совместимо женское счастье?
Олег Яненагорский. Литературный дневник 18 июня 2026 г.

Предварительное замечание.

Женщин я люблю, ценю и уважаю. И если Создатель даст время и силы, то может быть напишу книгу «Женщины в моей жизни». И начну с тех соседских бабушек, имена которых забыл шестьдесят лет назад. Сколько мне было, когда я брал детские книжки и нахально шел к соседям с просьбой «почитайте мне»? Три года? Или уже целых четыре? И что самое интересное – отказа я не встречал, и добрые бабушки терпеливо читали книги совершенно чужому малышу. Потом были добрые учителя – вечная им память.  О подругах и женах – тема крайне деликатная, и, может быть, об этом еще рано писать.

«Сто великих женщин»

На прошедшее неделе нездоровье полностью лишило трудоспособностями я прослушал аудиоверсию книги Ирины Семашко Сто великих женщин». В аннотации указано: «Героинями книги являются великие женщины, как хорошо известные российским читателям: Клеопатра, Нефертити, княгиня Ольга, Екатерина II, Жорж Санд, Майя Плисецкая, Маргарет Тэтчер, Ванга, так и малоизвестные; например, Камилла Клодель, Мурасаки Шикибу. Данная книга — не исследование женской психологии, не размышления о предназначении женщины, это целая галерея историй жизни самых выдающихся женщин, которые могут рассматриваться в качестве символов своего времени».
Любой автор вправе считать то или иное лицо «великим» - это дело вкуса. Можно такой признать и Маргарет Тэтчер, но исключительно «на сей момент» - что будет с ее «величием» через пятьдесят или сто лет предсказать трудно.  Почему-то всплыло в памяти выражение дворника Тихона «Кому и кобыла невеста».
Удивило, что среди «Ста великих женщин» не нашлось места представителям Китая, Индии, Ирана и других не европейских стран. В сборнике явно выражен европоцентризм и преклонение перед «англосаксами в юбках». Впрочем, на мой взгляд, еще не пропорционально много места уделено еврейкам. О том, что среди них были, есть и будут великие женщины спорить не буду. Но вопрос в соотношении с другими нациями и национальностями. Еще один «перекос» - безусловные профессиональные достижения, например, пианистки и кинодокументалиста, и монтаж ёра, преподнесены как «достижения великих». Пытаюсь сронить прекрасную пианистку и выдающего педагога с Екатериной Великой – понимаю, что масштаб разный.  Режиссер документального кино плохо воспринимается рядом с Нефертити. Примеры можно продолжить, но вряд ли это нужно для общего сравнения.
Порой замечаешь негативное отношение автора к отечественной истории – причем как дореволюционной, так и к советской. Обычно, людям не нравиться какой-то конкретный период. В отношении истории европейской или англосаксонского мира негативного оттенка не заметил – «там все хорошо». «тишь, гладь и Божья благодать».  Но возможно, я не все внимательно отследил и нет у автора никакого «низкопоклонства перед Западом».

Восприятие, порождающее сложные вопросы

Что-то в тексте у меня вызвало интерес – в частности, конкретные исторические детали, заимствованно в интернете. Но печалит основной вывод после прослушивания книги – «среди «ста великих женщин» не было счастливых. «Величие и женское счастье не совместимы? Или я ошибаюсь? 

Фото из общедоступных и бесплатных интернет-источников.