Лиатрис Корали. Глава 3

Совсем немного волшебства.
Алан открыл глаза, заслышав рассветные птичьи голоса. Вместо плотных тростниковых жалюзи на окнах шуршали лёгкие прозрачные занавески. Комната раскачивалась. Мерно- размеренно. Молодой человек попытался захватить взглядом хоть что-то, и не смог. Ведь это его кровать качалась, а комната…
- Эй, Лиатрис! А когда ты успела мебель поменять?- вырвалось у Алана.
И действительно, вместо мягкой мебели он увидел лёгкую плетёную. Лиатрис фыркнула, и как ни в чём не бывало, продолжила наводить порядок, протирая столик.
- Добрый ранок, Алан!- подмигнула девушка и притоптывая сабо, зашуршала длинным платьем на кухню.
- Доброе утро, Цветочек!- Алан со стоном встал с кровати, разминая затёкшие конечности.
Сделал несколько взмахов руками, по приседал, прыгнул и выставив вперёд руки начал отжиматься от пола. Он знал, что играющие в движении бицепсы понравятся девушке. И для пущего эффекта торопливо скинул рубаху через голову, попутно оторвав пару пуговиц. Он красиво отжимался. Но напрасно. Красивая хозяйка так и не вернулась из кухни. Дыхание сбивалось, сердце билось, да и руки устали. Алан решил проверить, чем же она там увлеклась настолько, что забыла об уборке.
Когда он отвёл в сторону занавеску, заметил на столе крынку молока, рядом пустую кружку и добрый ломоть хлеба с приличным куском сливочного масла.
- Завтрак! Она оставила мне завтрак, а сама куда-то ушла?- Алан жадно откусил от краюхи, налил молока и прихватив нехитрую снедь, вышел из дома.
Открытая веранда сплошь увитая цветущими лианами и большими горшками с незнакомыми растениями, ласкалась пальмовыми листьями, растущих рядом тропических деревьев.
- Ну здравствуй, новый дивный мир!- улыбнулся Алан.
На веранде он увидел пару кресел-качалок и присел на одно из них. Ну как присел, развалился и с наслаждением продолжил утреннюю трапезу. Насытившись, сходил на кухню, прибрал за собой и умылся под краном. Побродил по дому. Кроме большой комнаты, в которой он обитал, обнаружил спальню с удобной кроватью и жутким огромным пауком на потолке, цепко держащего паутину в своих высохших лапищах.
- Жуть какая!- Парень с отвращением покинул странную комнату. Снова вышел к пальмам. Меж ними травка была явно скошена и имела вид тропки. По ней-то Алан и отправился на поиски Лиатрис.
Звенящей мелодией бежала вдаль каменистая речка. Стайки рыбок мигрировали, сталкиваясь при встрече и продолжая только им ведомые маршруты.
- Помочь пришёл?- долетел знакомый голос с другого берега.
Алан присмотрелся. Лиатрис стояла по колено в воде, подоткнув юбку за пояс, шаря руками под водой.
- Спасибо за завтрак! А что ты там делаешь?- Алан пошёл по берегу, разглядывая брод.
- Доброго здравия, Алан!- улыбнулась она и тут же посерьёзнела, сосредоточившись на движении воды,- А ну-ка подсоби!
Девушка подняла руки с закатанными вышитыми рукавами и парень увидел здоровенного лосося. Алан, не ища больше проход, побежал через реку.
- Эх, хороша добыча!- он с восторгом рассматривал жирнобокую рыбу, извивающуюся в руках Лиатрис.
Бережно приняв лосося, Алан и не заметил изумлённый взгляд девушки. Он совсем позабыл, что после утренней разминки так и не одел рубашку. Лиатрис смущённо покраснела и быстро отвела взгляд с капелек, бегущих по атлету на взволнованную речку.
- Ты глянь, как ричку Костку взволновал! Ай- ай-ай,- зацокала девушка языком, покачивая головой,- и брюки мокрые. Уж еже ли почал раздеваться, так что ж на полпути забросил?
Алан удивлённо открыл рот и чуть не выронил добычу.
- Косорукий, ступай-ка ты домой, переоболокись!- Лиатрис успела подхватить выскользнувшую рыбу и выбравшись на берег, ловко завернула её в широкие листья, растущие между камышей.- Чего стоишь-то, Амурчик?
Лиатрис торопливо обулась в мягкие ботиночки, выпустив юбку из-за пояса и нахмурила брови, строго искоса глянув на парня, переминающегося с ноги на ногу.
- А во что прикажешь переодеться? В вышиванку или простыню?
Девушка посмотрела на Алана. Знаете, иногда взгляд бывает долгим- предолгим, точно и не будет ему завершения? В нём столько чувств, сколько слов и не найти, как не пытайся. Музыкант назовёт их гаммой, живописец- взрывом красок на полотне, поэт – душевным порывом, а Лиатрис не сдержавшись, представив парня в своём платье, звонко рассмеялась.
- Ой, не могу, да из тебя бы знатная кралечка вышла!
Алан полюбовался ей, и вдруг пробормотал под нос:
- И отбил бы твоего женишка!
Лиатрис услышав его, перестала смеяться, и боль промелькнула в её глазах.
- Идём домой, Алан.
- А хватит нам одной-то рыбки? Давай ещё половим.
- На тарабицу в аккурат. А боле и не надо. Авушный ты больно, как я погляжу.
- Жадным, что ли меня обозвала? Так то зря. Ты ж ещё не знаешь, какой я щедрый и добрый,- Алан тем временем хоть и оглядывался на речку, однако ж послушно брёл за Лиатрис.
- И хваста ты тоже знатный,- добавила девушка, обернувшись.
Алан от неожиданности налетел на неё и почувствовал, как Лиатрис легонько оттолкнула его. Но перед тем он заметил дрожь её руки, инстинктивно прикоснувшейся к его груди. Его ласковая улыбка и нежность во взгляде, пробегающем от глаз девушки к губам и обратно, Алан неминуемо бы завершил поцелуем, если бы не её слова.
- Небаттерфляйкай со мной, паря!
- Ого, какие мы словечки выдаём!
Лиатрис воспользовалась его удивлением и продолжила путь к дому.