Три слова по телефону

Я делал видео про Умку.
Умка — шестилетний цвергшнауцер. Собака моей дочери. Хотя «собака дочери» — это только по документам. На самом деле Умка давно стала нашей общей.
Она не любит других собак. Может пройти мимо них с видом строгой дамы, будто у неё важные дела. Зато людей обожает. Потому что люди — это руки. А руки — это ласка.
Я собирал слайд-шоу. Фотографии, немного реставрации, где-то добавил движения с помощью модных сейчас инструментов. Старые кадры оживали: Умка смотрела в камеру, поворачивала голову, будто снова была там — в том моменте.
Получалось хорошо. Мне даже нравилось.

Я пересматривал готовые фрагменты, когда зазвонил телефон.
Мама.
Странно. Мама ушла три года назад.
Но во сне это не удивляет.
— Умку будут усыплять, — сказала она.
Я не сразу понял смысл слов.
— Как? Почему?
Здоровая собака. Всего несколько дней назад на даче она бегала, играла, радовалась жизни. Правда, грома боялась. Прижималась, искала защиты.
Но усыплять? За что?

Я проснулся.
Первое чувство — облегчение.
Фух… Это был сон.
Лежал, вспоминал детали и постепенно возвращался в реальность. И вдруг поймал себя на одной мысли.
А ведь я разговаривал с мамой.
Пусть всего несколько слов. Пусть во сне. Пусть по телефону.
Но разговаривал.
С папой такого не бывает. Он тоже снится, но мы почему-то не разговариваем.
А мама — приходит и говорит.
Лежал, уже успокоившись, и думал: может, сон был не про Умку?
Может, он просто нашёл самый сильный повод, чтобы мама снова позвонила?

За окном вдруг громыхнуло.
Я замер.
Похоже, снова где-то рядом что-то случилось.
И тут я окончательно понял: иногда просыпаешься не потому, что сон закончился.
А потому, что тебе уже сказали всё, что нужно.