Лакомка

Заходим с детьми в кофейню. Обычно мы не ходим в такие — дорого, пафосно, да и сокращаю дозы кофеина. Но льёт как из ведра, а я, как обычно, не проверила прогноз погоды. Планировалась прогулка по городу, чтобы оторвать детей от гаджетов и вытащить их на воздух. Дольше часа они не гуляют, ноют. И тогда идём догуливать в торговый центр.

Но дождь застал нас врасплох, и мы забежали в первую попавшуюся. Дорого, но я молчу. Дети уже переняли мой страх бедности и часто говорят: «Дорого, мы не можем себе это позволить». Раньше, когда мы ещё жили с их отцом, денег было много, а сейчас, после того как мы разошлись, стало туго. Была бы я одна — встала бы и ушла, но опять же, закреплять травму не хочется.

Тем более промокнуть тоже не хочется.

Детям мороженое, мне кофе. К кофе приносят блюдечко, на нём — тонкие шоколадные слайсы с миндалём.

Официантка улыбается:

— Попробуйте наши фирменные печенья, «Лакомка».

— Я не ем такое, — отнекиваюсь я.

Она настаивает:

— Попробуйте.

Три пары глаз меня изучают. И я просто не могу сказать, что считаю себя слишком толстой для печений. Ещё один комплекс детям, которым я внушаю, что внешность не главное.

Я пробую — и взрыв в голове. Мгновенно память переносит меня в тринадцать.

Тогда всё было очень плохо. Война с родителями, война между собой родителей, постоянные крики и упрёки. Каждый вечер вместо молитвы я шептала в подушку скороговоркой: «Скорей бы съехать, скорей бы свалить от них, никогда не выйду замуж».

Мир был чёрный, депрессивный и пугающий. По телику тоже пугали: маньяки, экономический кризис. И я боялась жить. И вообще.

А тут к моей подружке Катьке Носовой, дома у которой я постоянно пряталась, и мы запоем смотрели MTV, переехала бабушка. Родители Катькины работали и за дочерью не следили. Я была в шоке от этой новости — все взрослые были для меня априори врагами.

Первое, что я попробовала от Катькиной бабушки, были такие шоколадные печенья, которые она накладывала ложкой на противень, точнее на пергамент на противне. И я помню этот неземной вкус. Это был вкус любви, радости, жизни. До этого у Катьки была готовая еда из кулинарии и полуфабрикаты. А тут — бабушка с шоколадным печеньем. Бабушка купила меня им с потрохами в первый же вечер.

— Мам…

Доносится до меня.

— Ты чего? Сидишь с закрытыми глазами и улыбаешься.

— Можно нам с собой таких? — спрашиваю я. — Хотя бы грамм двести.

Официантка кивает.

Печенья по цене крыла самолёта. Но это не важно.

Нам приносят коробку с печеньем.  Я улыбаюсь. Мы с детьми берём по штучке, и я начинаю рассказывать про своё детство. Не про то,  где было плохо и страшно.  А про то,  где были настоящая дружба, борщ со сметаной, тёплые руки хоть и чужой, но такой родной бабушки, ощущение своего места, дома, где тебе рады, книги, которые мы читали вслух, и конечно наши бесконечные чаепития под печенье и разговоры на маленькой кухоньке под свист чайника на плите.