Выбор

Десять лет назад я рискнула воскресить похороненные мечты работать в кино и уехала из родного города в Москву. Мне было 23, немного накопленных денег и план действий. Все сложилось. Сейчас отпуск, и это послужило поводом полететь через всю страну повидаться с родными.

С ума сойти. Прошло десять лет… Мигом. Городок изменился. Я могла остаться на родине и пойти работать на завод. У нас в регионе самая масштабная стройка завода по газовой промышленности. Ведущие нефтегазовые компании обосновались в нашем захолустье и преобразили его до города будущего. По московским стандартам.

Работай да живи. Но я не химик и не инженер. В этом загвоздка.
Сегодня предпоследний день отпуска. Мама предложила заскочить в наш Дворец Культуры, сегодня репетиция в театре. Соскучилась.

Захожу тихонько, сажусь с краю, но актеры замечают. Режиссер кричит: «Стоп!». Репетиция встает на паузу. Те же лица. Только постаревшие и уставшие. Творческий актив нашего захолустья. Режиссер до сих пор бодра и полна сил, но возраст дает о себе знать. Уютно как к бабушке приехала.

Металлическая дверь хлопает и вихрем залетает он.
Опоздал. Как обычно. Мое нутро накаляется, тело требует незаметно уйти в тень последних рядов и выйти через черный ход.

Такой же. Только растолстевший и постаревший. Такой же! Невероятно талантливый с первого «Добрый вечер!». Такой же… Внутри меня сжимается чувство стыда за то, какая я. Стыдно за худобу, за Москву, за отсутствие привязанностей и свободу.

Он подходит.

- Как Москва?
- Стоит. Как ты? Все еще оператор или уже инженер?
- Как живой труп. Инженер.
- Живешь свою самую яркую жизнь?
- Разумеется. Ну ты-то что? Расскажи.
- Я…

Дверь открывается. Раздается голос.
- Рома, ты забыл телефон в машине, сам знаешь как с Асей не удобно.

В дверях стоит невысокая полная девушка тридцати лет с отросшими корнями волос. На руках ребенок.
- Да, Катюш, - он встает, идет к ней за телефоном.

Я испаряюсь через черный ход.