Исповедь

Элегантно «напеть» вам, увы, не смогу,
Выражаться красиво меня не учили.
Меня предки слепили на поляне в лесу,
А не в мягкой, шикарной постели.

Я отличницей в школе когда-то была
И прилежной слыла ученицей.
Сочинения, как поэмы, писать я могла,
Учителя ими просто зачитывались.

Послушной дочерью считали все меня,
И постоянно родителям хвалили.
За то, что плаксой никогда я не была,
Отец и дед,  и дядьки - все любили.

Что жизнь двойную я тогда вела,
Родители мои совсем не знали.
Я паинькой для них всегда была,
За мелкие провинности прощали.

Я со шпаной водиться не хотела,
Дружила с теми, кто постарше был.
Ушибы, ссадины, занозы я терпела,
Слезу пустить – не мой удел.

В войнушку мы играть любили,
У каждого был деревянный ствол.
А пацаны мне часто говорили:
«С тобой в разведку я б пошёл».

Карбид взрывали мы в овраге,
И всё нам было нипочём.
А после заседали в штабе,
Обсуждая планы на потом.

Я, как сапожник, матом крыла
И посылала, сами знаете куда.
Себя в обиду не давала
И в фейс заехать запросто могла.

Хоть и была я очень мелкой,
Мне страх неведом был любой.
Кулак мне от отца достался меткий,
А если честно – была я «обезбашенной».

Сейчас, былое вспоминая,
От страха ёжишься порой.
То я была или другая?
Со мной то было, не со мной?

Теперь лишь только понимаешь
Родителей, когда ругали «ни за что».
Когда за внуков переживаешь,
Чтоб не случилось, не дай Бог, чего.