Командировка

Вступление.

Однажды в конце мая, когда лесная подстилка ещё не успела просохнуть после весенних дождей, а в воздухе стоял густой, пьянящий аромат влажной земли и молодой травы, мне, как бухгалтеру предложили поехать в командировку вместо главного бухгалтера. Руководитель на мои вопросы куда, когда и на сколько дней, ответила кратко: «Тебе понравится. Главный бухгалтер с Бугульмы, тоже там будет». Такой ответ не сулил ничего хорошего. И что мне дает эта информация о главбухе Бугульмы, если я с ней даже не знакома? Но делать было нечего, и я отправилась оформлять командировочное удостоверение. Думаю, зайду к главбуху и всё разузнаю. Оказалось, что главный бухгалтер Галина с Бугульминского почтамта тоже поедет.
- Мы ей уже сообщили про тебя. Если что - она тебе всё подскажет. Выезжать надо уже завтра рано утром, чтобы не опоздать к заезду – сообщила мне мой главбух и продолжила - Командировка в г. Казань на профессиональный семинар главных бухгалтеров, на три дня на базе отдыха. По семейным обстоятельствам поехать не могу, а наше головное управление место забронировало. Ты всё по работе знаешь, разбираешься, поэтому поедешь ты…
 Место проведения — уединённая база отдыха в сосновом бору под названием «Глубокое озеро» — обещало смену обстановки, насыщенную программу и свежие идеи. Однако дорога к новым знаниям оказалась куда более экстремальной, чем я могла себе представить.
Билетов на автобус, как выяснилось, уже нет, а на поезде добираться сутки, поэтому выход был только один - лететь на самолете. И для того, чтобы попасть на аэродром, ещё нужно было с нашего населенного пункта добраться до г. Бугульмы. Встал вопрос - как добраться? Так как от нас никаких рейсовых автобусов не было, нужно было добираться через близлежащий городок соседнего региона. Но и этот вариант отпал сразу, так как первый рейс с близлежащего городка до г. Бугульмы попадал на время регистрации заезда в городе Казани. Задачка была не из простых, но выход нашелся. И мне руководитель сообщила, что я поеду на машине, которая забирает почту с центрального почтамта г. Бугульмы, и что довезут прямо до аэропорта. Билет на самолет на моё имя сумели забронировать вовремя.
- Ну всё вроде бы все утряслось – подумала я - и вопрос с транспортом тоже решён.
И какие приключения меня ждут, я даже не могла себе представить.

                Часть 1. Полёт за новыми впечатлениями.

Глава 1. «Каблук».

Приключения начались сразу. Почтовая машина «Москвич» темно синего цвета, в простонародии называемая «каблук» с крупными буквами «Почта» на кузове и на дверях, к моему дому подъехала вовремя. И водитель, как мне показалось, учтиво перегнувшись через пассажирское сиденье открыл мне дверцу. Поздоровавшись с водителем, я села в кабину, зацепившись за ковер каблуком. Да, да именно за ковер, а точнее за кусок ковра, лежащий на полу, а не за резиновый автомобильный коврик. За что и получила замечание от водителя, чтобы я в другой раз была аккуратнее и не заворачивала ковер каблуками. Извинившись, и сказав, что в дальнейшем я буду аккуратнее, я уселась, поставив свою небольшую дорожную сумку на колени. Решила пристегнуться ремнем, но ремня с пассажирской стороны не оказалось. Сначала мы ехали молча, потом водитель не выдержал и спросил куда это я собралась лететь на самолете. Я ответила, что в Казань, в командировку. Дорога на аэродром, местами была «убитая», и мы ехали со скоростью «черепахи», не более 50-60 км в час, стараясь объезжать ямы на асфальте. В один момент поправляя свою сумку на коленях, мой взгляд выхватил какое-то странное движение возле моей правой ноги. Что это? – не поняла я. А когда поняла, сразу вспотела. Это была самая настоящая сквозная дыра в полу, и возле моей правой ноги крутилось колесо автомобиля. Видимо, зацепившись каблуком, я сдвинула кусок коврового покрытия, которое прикрывало дыру в полу. Дыра была немаленькая и моя нога вполне могла провалиться. Я осторожно передвинула ногу в сторону и спросила водителя: «Это что? Дыра что ли?», всё ещё не веря своим глазам.
- Да - спокойно ответил водитель – ты там поосторожней. Я же сказал тебе, чтобы не двигала и не заворачивала «ковёр».
- Какой кошмар, а если бы я ногой в дыру угодила?
- И чё? Чё я могу поделать? – Вопросом на вопрос ответил водитель и продолжил:
- Не упирайся ногами и не провалишься. Главное каблуком не надавливай.
- Я ж дама то не худая. А если на кочке седенька провалится? Это я, что? По асфальту «жопой» тормозить буду? – спросила, я, извиняясь за свой «французский».
- Наверное да! – «заржал» водитель, представляя меня, «летящую» по асфальту на автомобильном кресле, со шлейфом «вулканического выброса огня» и добавил – скорость то не больше 60, так, что думаю доедем, если ноги в дыру совать не будешь.
- Да уж сама точно не буду. Если только днище вашей машины не выдержит – пробурчала, я.
- И каблуками новых дыр не наделай – продолжая «ржать» сообщил водитель-экстремал.
Остальное время мы ехали молча. А я пытаясь как-то отвлечься от осознания случайных неприятностей, просила ангела-спасителя уберечь нас от беды.
Через полтора часа моего «замеревшего» состояния, мое тело отказывалось меня слушаться. Когда мы добрались до аэродрома голова гудела словно котелок в печи. Видимо от нервного напряжения поднялось давление. Ноги затекли и не слушались, будто они были «чужие», а по спине текли ручейки пота, хотя на улице была весенняя прохлада раннего утра.

Глава 2. Аэродром.

Аэродром встретил нас двухэтажным зданием и запахом авиационного керосина, который, смешиваясь с ароматом влажной травы из близлежащей посадки деревьев, создавая неповторимый, будоражащий обоняние коктейль. Это было приземистое здание давно не ремонтированное, больше похожее на советский дом культуры, чем на ворота в небо. Над входом, выкрашенным красной краской, висели облупившиеся буквы Аэропорт.

Водитель, буркнул мне, чтобы я помнила о дыре в полу, и что он сам сейчас откроет мою дверцу. Но для этого мне надо постараться осторожно опустить стекло, так как дверца открывается только с внутренней стороны. Я попыталась открыть дверцу сама, но не нашла за что зацепиться. На что водитель сказал, чтобы я нащупала сломанную ручку стеклоподъемника и аккуратно крутя обломок ручки, опустила стекло. Остальное он сделает сам. Наконец, я выбралась из ржавого плена «каблука» на негнущихся ногах, мысленно благодаря высшие силы уже за то, что доехала живой, за то, что «не скоблила асфальт пятой точкой», и за то, что на ходу движущейся машины «не стерла подошву на обуви и не сточила свои «когти» на пальцах ног об крутящееся колесо».

Внутри здания царил полумрак и прохлада. У единственного окна аэрокассы, которая была еще закрыта, стояли мужчина и чуть в стороне, молодой человек. А на сиденье, расположенного в ряду возле окна, выходившего на аэродром, неподалеку от кассы, сидела невысокого роста, симпатичная молодая женщина. «И это все пассажиры?» - подумала я, понемногу приходя в себя и переключаясь с машины на приготовление к полету. Через некоторое время картонка с обратной стороны стекла аэрокассы отодвинулась. За мутным стеклом сидела женщина в синей аэрофлотовской форме не первой свежести, и видимо что-то вязала из пушистой пряжи.
— Здравствуйте! — мой голос прозвучал хрипло и неуверенно. — Я на рейс до Казани.
Женщина, отложив в сторону своё вязание, окинула меня пристально - оценивающим взглядом и, не меняя выражения лица, молча протянула руку. Я подала деньги и паспорт. Она долго изучала его, поднеся к самому носу, словно это был древний манускрипт. Затем отпечатав билет, и вложив его в мой паспорт, она с тем же выражением лица «вселенской усталости» протянула документы мне, выкрикивая слова «Кто там следующий».
Тут же на табло возле нашего рейса высветилось сообщение:
— Рейс задерживается — Техобслуживание.
 Я обреченно вздохнула. Выбора не было. Выкупив свой забронированный билет, и взяв свою сумку, я отошла от кассы, и опустилась на жесткую деревянную скамью возле окна.
Обслужив всех пассажиров, кассирша вновь принялась за свое вязание.
Задержка была не долгой, и вскоре динамики под потолком захрипели и зашипели: «Пассажиров рейса номер... приглашаем на посадку. Посадка производится у трапа самолета на летном поле». Пассажиров рейса … просим пройти к выходу номер ….». Женщина-кассир отложила вязание и нажала кнопку на пульте рядом с собой. Дверь над обвяленным выходом с гудением отъехала в сторону, открывая вид на летное поле.
Я подхватила сумку и вышла наружу. После прохлады зала, влажный майский воздух показался почти горячим. В стороне, у края взлетно-посадочной полосы, стоял он — наш крылатый конь на ближайшие полтора часа. Это был не большой лайнер, а маленький серого цвета винтовой самолетик Ан-2, который в народе ласково называли «Аннушка» или «Кукурузник». Он выглядел так, будто, помнил еще полет Гагарина. И был похож на не действующий лайнер воздушных авиалиний, а на самолет, который побывал в «боевых действиях и имел немало ранений».И сейчас стоял на аэродроме как крылатый – монумент, как самолет-ветеран, увековеченный в виде памятника. Хотя нет, не так. А точнее совсем не так. Со стороны он выглядел так, словно его собрали из запчастей, найденных на свалке авиационного музея. Краска на фюзеляже, местами имевший легкие вмятины облупилась, обнажив видавший многое металл. А иллюминаторы казались мутными бельмами. Трап, по которому нам предстояло подняться в салон, казалось, что вообще держался на честном слове и имел сильно «поклацанный» вид: ступеньки перекошенные, на одной из них отсутствовала одна из металлических перекладин. Так, что при движении по ним, надо было умудриться не споткнуться или не оступиться. Но выбора нет, нужно лететь. Мы выстроились в подобие очереди и стали подниматься на борт.

Внутри самолет выглядел не лучшим образом, пахло керосином, старой тканью и застарелым потом. Мусора не было. Но его состояние выглядело будто его не мыли с его самого первого полета. Пассажирских мест было не более десяти - двенадцать. Четыре одиночных сиденья по левой стороне и три-четыре парных по правой стороне. Багажное отделение для сумок и чемоданов в хвостовой части самолета напоминало тесную кабинку для переодевания в магазине, которое было отделено от салона «замызганной» шторкой. Точно такой же шторкой, отдаленно напоминающий синий цвет, от салона отделялся дверной проем кабины пилота. «Красота» да и только.
Пока мы усаживались прибыл пилот в кожаной куртке. Сообщил, что ручную кладь, можно положить под сиденье, вошел к себе в кабинку и стал готовиться к полету.

Глава 3. Красота и ужас полета.
 
Что делал пилот было не видно, но слышно. Защелкали тумблеры приборов. Было слышно, как пилот надел наушники и включил радиостанцию.
- Станция, борт …. к взлету готов, прошу разрешения на взлет.
- Станция, борт …. к взлету готов, прошу разрешения на взлет – повторно произнес пилот.
Рация затрещала. Затем раздался голос — спокойный, чуть приглушённый динамиком:
- Борт…. следующий по курсу Бугульма-Казань, взлет разрешаю. Время полета 50 минут. День ясный, температура за бортом +19, ветер…м/с, Грозы не ожидается. Приятного полета.
— Понял — ответил пилот и запустил двигатель. Двигатель дважды чихнув, завёлся с оглушительным скрежетом, затем заурчал, набирая обороты, от которого вибрировал весь корпус. Уши заложило мгновенно. И казалось, что этот дребезжащий агрегат дышит на ладан и вот-вот рассыплется прямо уже здесь на земле.
- Пассажиры пристигните ремни, мы взлетаем. Приятного полёта – сообщил нам пилот по громкой связи.
- Ну да, конечно, приятного полета - подумала я и стала смотреть сквозь мутное стекло иллюминатора, как самолёт медленно покатился по взлетной полосе, затем ускорился, подпрыгнул пару раз на неровностях — и вот мы оторвались от земли. Мы оторвались от земли резко, с ощутимым толчком. И пока мы взлетали, моя ручная кладь «ушла» из-под сиденья в конец самолета. Ладно - подумала, я и продолжила наблюдать в иллюминатор как внизу стремительно уменьшались очертания аэродрома: серая лента взлётно посадочной полосы, и крошечные фигурки людей. Набрав высоту, гул самолета выровнился.
Утро действительно выдалось на удивление ясным — небо чистое, без единого облачка. Воздух был настолько чистым, что разворачивающийся пейзаж, словно топографическая карта, был настолько интересным, что я, пожелав себе «С Богом!» успокоилась. Спокойствие оказалось недолгим. Минут через десять-пятнадцать нашего полета, спокойствие резко закончилось, когда самолет резко тряхнуло. Летели мы невысоко. И наблюдая за красотой природного ландшафта, я наслаждалась, любовалась данным видом, пока сиденье подо мной резко не оторвалось от моей «пятой точки» так, что мне показалось, будто моё тело на мгновение повисло в воздухе, не чувствуя никакой опоры.
- Что это? – настороженно, видимо почувствовав, что и я, спросила красивая дама.
- Воздушные ямы, сейчас немного потрясет.- ответил молодой человек. Видимо не впервые летевший этим маршрутом и этим самолетом. И через минуту мы попали в зону турбулентности. Самолёт начало подбрасывать вверх вниз, словно мы ехали по невидимым ухабам. Он кренился, нырял, снова выравнивался. Я вцепилась в спинку переднего сиденья, чувствуя, как желудок подкатывает к горлу. Позади нас, что-то громыхуло. И мы все одновременно обернулись. Я увидала, что моя ручная кладь, стоит, именно стоит, а не лежит возле багажного отсека. Наверное, сумка упала, с придыханием выдохнул из себя, мужчина. Кукурузник продолжало трясти, а фюзеляж подрагивал так, что казалось, ещё немного и он разлетится на части. Вдруг самолет стал кренится на бок его крылья натужно заскрипели. Посмотрев в иллюминатор, мне показалось, что самолет начал падать. Страх мгновенно сковал моё тело, и я начала молча молиться. Красивая дама, вслух, полушепотом произнесла слово «Мама», вдавившись всем своим телом в сиденье и затихла с ужасом в глазах. Что чувствовал впереди сидящий мужчина, было невидно и не понятно. Только пилот и молодой человек, который не раз летал по этому экстремальному маршруту, вели себя спокойно. Парень, оборачиваясь и глядя на нас, улыбался. А пилот за шторкой, тихо мурлыкал себе какую-то мелодию, разобрать которую в такой ситуации, даже и не хотелось. Через мгновение, которое как мне показалось длилось очень долго, наш кукурузник выровнился, и летел спокойно, будто ничего не происходило. Оказалось, что самолет просто заходил на вираж с разворотом, выходя из зоны турбулентности. Вид за окном был настолько умиротворяющим и прекрасным, что страх перед ненадёжной машиной отступил. Я расслабила пальцы, всё ещё сжимавшие сиденье, и глубоко вздохнула. Тревога постепенно растворилась в созерцании этой тихой, почти волшебной красоты, как будто сама природа напомнила, что мир гораздо больше и прекраснее любых наших страхов. Слегка успокоившись, и откинувшись на спинку сиденья, я стала наблюдать, как меняется пейзаж. Как зеленные массивы лесов, сменяются полями и лугами, разделёнными дорогами и лесопосадками. Как проносятся под нами виды населенных пунктов, «исчерченные» авто и железнодорожными линиями. Как небольшие речки, словно вены земли, извилистыми линиями переходят в небольшие водоемы. Красота! Как же прекрасна наша планета! Аж дух захватывает от осознания Божьей благодати, от понимания, что в кажущемся мире хаоса, такой порядок. И все так гармонично и прекрасно…
Вот уже закончились населенные пункты, и мы уже пролетаем береговую линию реки Камы. Солнце слепило, бликуя и отражаясь от поверхности реки. Тут уж невольно залюбуешься видом и мощью «большой» воды. И вдруг резко стало как-то очень тихо.
- Что опять не так? – подумала я и посмотрела на женщину. Она тоже с вопросительным взглядом смотрела на меня так, что я невольно пожала плечами, отвечая на её немой вопрос. По моему телу, в предвкушении ничего хорошего, вновь побежали неприятные мурашки. «Оглушающая» тишина ударила по ушам сильнее, чем гул работающего мотора. Я смотрела в иллюминатор и видела, как мы планировали, медленно теряя высоту над бескрайней водной гладью Камы. Самолёт дрожал, его «мелко» трясло и раскачивало из стороны в сторону. Сердце у меня дрожало как у испуганного зайчика. Попытки пилота завести двигатель были безуспешными. Мы планировали над бескрайней водной гладью, постепенно снижаясь.
Птык, птык, птыыык, тишина. И опять: птык, птык, птыыыык, птыыык, тишина. Я посмотрела на молодого бесстрашного человека. Он сидел молча, желваки ходили. Его лицо начинало приобретать бледноватый цвет.
«Хана» - подумала я, и стала молча молиться, крепко сцепив кисти рук между собой. Пилот уже не мурлыкал никакую мелодию, а время от времени что то бормотал себе под нос, и не прекращал попыток завести двигатель. Через некоторое время двигатель вдруг чихнул.
- Ну давай ласточка, давай милая – ласково произнес пилот. Через несколько долгих секунд двигатель вновь заработал. Словно старушка ждала этих слов, очередной раз чихнув, заревела, закладывая наши уши долгожданным ревом двигателя. Мы выровнялись, снова набрали высоту. Выдох облегчения пронесся по салону. Но все продолжали молчать. Остаток пути прошёл без происшествий, и вскоре на горизонте показались очертания Казани. Но когда мы заходили на посадку, я вдруг почувствовала, что об мою ногу, что-то ударилось. Каково-же было мое удивление, это не описать простыми словами, когда я под ногами увидала свою сумку «ручную кладь». «Пришла»- подумала я – «Ну и хорошо». Наконец шасси коснулись земли. Кажись приземлись. Впечатления на этом не закончились. Когда мы выбрались из самолета, я решила посмотреть на самолеты. И чуть не рассмеялась истеричным смехом. Наш «Вжик» припарковался рядом с аэробусом ИЛ-86 (первый советский широкофюзеляжный пассажирский самолёт, который был символом позднесоветской гражданской авиации). Его внешний вид сочетал грациозность линий и внушительную мощь, что делало его заметным на фоне других воздушных судов того времени. Это со стороны выглядело словно воробушек, возле грача. Улыбнувшись, я все же мысленно поблагодарила Бога, пилота, наш авиалайнер, за то, что мы остались живы. Затем мы все вместе, в сопровождении работника аэродрома направились к выходу.

                Часть 2.  Красота.

Глава 1. Знакомство.

Добравшись до остановки. Я думала на чем добраться до базы отдыха, где будет проходить семинар бухгалтеров. И вдруг ко мне подошла, та самая красивая женщина из самолета и спросила, вы куда едите?
Посмотрев внимательно на нее говорю в Казань, а вы? А, я на семинар бухгалтеров. Я не сразу, после перенесенных стрессов за утро, сообразила, что она от меня хочет.
- Вы, Л…? А я Галина – главный бухгалтер центрального почтового отделения г. Бугульмы. Мне сказали, что вы вместо Г.Ф. поедите на семинар. Я хочу вам предложить объединиться, и взять такси. Если будем ждать автобуса, то можем опоздать к моменту регистрации и заселения.
- Хорошо. Приятно познакомиться. А почему вы там на аэродроме в Бугульме ко мне не подошли?
- Я постеснялась, а вдруг это не Вы. И мне бы всю дорогу было бы неудобно.
- В дороге Вам, думаю было не до такого неудобства - улыбнулась, я.
- Да уж – ответила Галина.
Так мы познакомились и двинулись к стоящему такси.

Глава 2. База отдыха.

Доехали до базы отдыха без особых приключений, если не считать пробок. На регистрацию успели.
- Заселение будет через полчаса часа, семинар начнется через два, пока можете сходить в кафе и прогуляться по территории – сообщила нам организатор.
- Да, ещё – продолжила женщина – заселение будет в деревянных домиках. Номера двух и трехместные.
- Вы не против, если мы заселимся вместе – спросила Галина.
- Нет, не против. Буду даже рада – ответила, я.
Заселение прошло без приключений.
Заселившись, мы сходили в кафе, перекусили, насладились вкусным травяным чаем и решили прогуляться по территории базы отдыха. Галина бывавшая здесь не раз, сказала, что всё уже здесь знает и лучше пойдет разбирать вещи. А я решила продолжить знакомство с новым местом, дабы впереди было ещё час времени.
Присев на лавочку, вспомнилось, что в сумочке лежит флаеер. В котором было сказано, что база отдыха располагается в лесном уголке неподалеку от озер «Глубокое» и «Лебяжье». База отдыха под названием «Глубокое Озеро», располагалась всего в 12 километрах от Казани. Воздух здесь был насыщен хвойным ароматом, с примесью запаха влажной травы, так как накануне здесь прошел хороший проливной дождь и был ещё аромат, с привкусом чего-то очень знакомого, вкусного, по-весеннему нежного, едва уловимого запаха. От чего вдыхая мне становилось хорошо, спокойнее, куда-то стали исчезать тяжесть и стрессы, полученные при утренней поездке и шокирующем перелете. Я гуляла по асфальтированным дорожкам среди высоких величественных сосен, чьи кроны словно стремились коснуться неба и вдыхала свежий воздух, насыщенный фитонцидами, мгновенно наполняя лёгкие свежестью и энергией. Как будто сама природа решила наградить меня за стрессоустойчивость и отсутствие истерик во время перелета. Гуляя по территории и знакомясь с новым местом, даже не заметила, как пролетело время. К озеру я не пошла, так как свободного времени уже не оставалось, и нужно было шагать на семинар.

Глава 3. Семинар

Семинар проходил в конференц-зале, где ведущие эксперты делились последними изменениями в бухгалтерском и налоговом законодательстве. Удивительно, но даже сложные налоговые схемы воспринимались легче, когда за окном виднелись зелёные массивы леса и был чистый воздух. В перерывах между занятиями мы успевали только пообедать или выпить кофе. График обучения был очень плотным. Так, что времени было только на вечерние прогулки по территории. Но в такой обстановке новые знания легко.
С Галиной мы очень хорошо ладили, даже можно сказать сдружились. Все было хорошо. Высыпалась я прекрасно, потому, что деревянные неокрашенные стены, выделяли легкий аромат смолы и в сочетании с открытым окном, добавляло ясности ума на утро, а также бодрости и сил в теле. На третий день перед началом семинара нам сообщили, что обучение будет до обеда, потом обед, а затем для нас организована экскурсия в Раифский монастырь. Чему я была очень рада.

Глава 4. Гармония леса

К назначенному времени, мы собрались у ворот и стали ждать автобус. Простояв минут пятнадцать, кто-то задал вопрос организатору: «Мы едем или нет?». После чего организатор, посмотрев на часы, засуетился, побежал звонить, и выяснять в чем проблема задержки. После чего запыхавшись нам сообщил, что автобус приехал и давно ждет нас у трассы. Что он сильно извиняется, потому, что до автобуса нам придется идти пешком, минут двадцать. На вопрос почему автобус не подъехал сюда, он ответил, что водитель новенький, работает третий день и остановился там, где ему сказали. (Примечание автора – в те годы еще не было навигаторов и сотовых телефонов, а рация была только у таксистов).
У меня внутри екнуло - Ну, что тебя опять ждут приключения! – сказала я себе и мы толпой двинулись за организатором. Когда мы вышли за ворота и прошли метров пятьсот, кто воскликнул: «Смотрите! Какая красота!». И все одновременно повернулись в ту сторону, куда указывала женщина. Это было что-то невероятное, просто завораживающее зрелище! И тут я поняла тот весенне нежный, едва уловимый аромат, который почувствовала в первый день своего приезда. Это были ландыши. Белоснежный, ажурный ковер, местами перекликающийся с сочно зелеными листьями, покрывал всю поверхность земли хвойного леса. Такого количества цветущих ландышей, мне не приходилось нигде видеть. И пока мы шли эти двадцать минут до автобуса, мы наслаждались необычным великолепием, где по обе стороны от дороги, на расстоянии насколько видят глаза, в тени хвойных лап цветут ландыши. Где появляется ощущение чего то волшебного, будто лес на мгновение приоткрыл свою сокровенную душу. Где воздух наполняется дурманящим, тонким, упоительным ароматом — свежим, чуть сладковатым, напоминающим утреннюю росу и первые тёплые лучи. У всех у нас даже не разу не возникло желания нарвать букетик, словно боясь нарушить эту природную гармонию красоты. Настолько не хотелось нарушать тихую симфонию цветения ландышей, что мы все молчали, и только легкий шорох подошвы об асфальт нарушал лесную тишину.

Глава 5. Раифский монастырь.

Так наслаждаясь волшебной, завораживающей красотой и легким дурманящим сознание ароматом леса, мы добрались до автобуса. До Раифского монастыря добрались без приключений. Свернув с автомагистрали, наш автобус покатился по асфальтированной узкой дороге сквозь лесочек, мимо зеркального озера. Великолепие и архитектурный ансамбль Раифского Богородского мужского монастыря притягивало взгляд с самого входа. Этот монастырь был основан ещё в 17 веке. Главной святыней этой обители является чудотворная икона Грузинской Божией Матери. Говорили, что уже в то время, во перенесения иконы в Раифскую пустынь происходили необъяснимые, чудесные исцеления. А потом, случился пожар, который уничтожил деревянные постройки, но икона чудом сохранилась. И тогда на пепелище возвели новый архитектурный ансамбль из белого камня, окружённый зубчатыми стенами с башнями. Но в советское время монастырь опять пострадал - был закрыт и разграблен, а здания стали использовать как тюрьму для несовершеннолетних. Возрождение духовной обители началось только в 1991 году и главную святыню вернули, храмы восстановили, и стали проводить богослужения. Белокаменные стены обители, украсили резьбой и росписями, которые эффектно контрастировали с синим небом и зеленью леса. Нам рассказали, что в храм Грузинской Божьей матери трижды ударяла молния и его все время восстанавливали. Также интересным показалось сообщение о том, что волшебную акустику во время богослужений и песнопений осуществляют замурованные в стены специальным образом глиняные горшки. Также на территории монастыря находятся Софийская церковь — одна из самых маленьких церквей России и пятиугольный храм Троицкого собора, созданного в русском стиле. Это самый большой храм. А с колокольни, высота которой около 60 м открывается панорамный вид на озеро и лес. Ещё на территории монастыря есть святой источник с целебной водой. Над ним установлена часовня, освящённая в честь преподобного Сергия Радонежского, где верующие и прихожане могут набрать воды, умыться или окунуться в купели. Еще служитель монастыря, который проводил нам экскурсию рассказал, что на озере есть лягушки и они никогда не квакают.
- Как это никогда? – спросил кто-то из толпы.
- Пойдемте я вам покажу и рассказу.
И повел нас к озеру. На маленьком мосточке и на бегу в лучах солнца сидело и грелось с десяток, а может и больше, лягушек. На вид довольно таки крупные и упитанные. И они действительно молчали. Когда мы подошли слишком близко, они попрыгали в воду и скрылись в ближайших камышах.
- Раньше во времена богослужений – продолжал экскурсовод – лягушки так сильно квакали, что мешали проводить службу. И «братья» решили пойти на озеро с просьбой, о том, чтобы лягушки не орали хотя бы во время проведения Богослужений. Господь услышал их молитвы, и с тех пор лягушки не кричат вообще. Никто не верил в это чудесное проявление и проводили разные эксперименты. Каких только «крикливых» лягушек не привозили на это озеро, даже из-за рубежа привозили. И как только выпускали на озеро они переставали квакать. Но если этих лягушек взять и отвезти в другой водоём, они будут квакать. Вот такой интересно-чудесный факт – закончил свой рассказ духовный служитель.
Мы стояли у озера молча, наслаждаясь природной красотой, запахом травы, шелестом листьев и пением птиц, где вода отражала голубизну небес, словно зеркало, и казалось, что времени нет. В этот миг окружающий мир говорил со мной без слов. В душе становилось всё на свои места: тревоги отступали, а сама душа наполнялась тихим светом.
- Пойдемте – прервал тишину экскурсовод. И мы стали возвращаться на территорию монастыря, где белокаменные стены храмов, увенчанные золотыми куполами, сияли на фоне лазурного неба. Где рукотворная красота гармонично проявлялась как в архитектуре соборов, так и в благоустройстве территории, проявленной в ухоженных дорожках, и в живом разноцветии и благоухании цветущих клумб.

                Часть 3. Домой.

Глава 1. Такси.

На базу отдыха мы возвратились поздно уставшие, но довольные сразу легли спать. Освободить домик к новому заезду, нужно было к обеду. Да и билеты у нас на обратный путь были забронированы на автобус на час дня. А так как часто в Казани случаются «пробки», мы с Галей решили выехать по раньше. И как потом выяснилось, что Галя захотела на целый день остаться в Казани и навестить родственников, поэтому она решила перебронировать билет на другое время.
На обратном пути приключения решили напомнить о себе. Во-первых, такси опоздало к назначенному времени. А во-вторых, по трассе мы ехали, раскачиваясь в машине из стороны в сторону как «неваляшки», и крепко держались за ручку над дверцей машины, потому, что водитель лихо обгонял одну машину за другой, постоянно перестраиваясь в потоке машин, и совершая очень рискованные манёвры. На замечания ехать потише, он буркнул, что ему нужно успеть к следующему заказу и включил музыку по громче, наверное для что бы уже больше не слышать нас.
Высаживались мы с Галей молча на дрожащих ногах и скованностью тела.
- Мне кажется, что тот самолет летел медленнее, чем ехало наше такси – произнесла Галя.
- Я тоже сейчас подумала, что повезло нам на «незабываемые оЧуЧения» - сказала, я.
И мы засмеялись каким-то громким, неестественным смехом, снимая тем самым напряжение от этого «полета» на такси.

Глава 2. Автобус.

Поблагодарив друг друга за приятно проведенное время, мы расстались.
Билет я выкупила и времени было в запасе еще достаточно, и поэтому, я решила прогуляться. Ближе к назначенному времени, я отыскала свой автобус. Водитель был уже на месте, двери открыты. Показав билет, я спросила можно ли занять своё место и получив разрешение, зашла в автобус. Взобравшись по лесенке «Икаруса» и быстро отыскав своё место, я с комфортом устроилась согласно купленному билету. Так как я прибыла рано, в салоне из пассажиров никого не было. Через некоторое время, народ стал прибывать со скоростью лавины. И вот уже в бок меня толкала какая-то прилично одетая, немолодая женщина.
- Давай знакомиться. Я твоя соседка! Ты куда едешь? Я до Альметьевска, а ты? Куда ездила-то? – потоком вылила на меня кучу вопросов, худая, по-деловому одетая (в салатовый летний брючный костюм), возрастная женщина.
- Ну и повезло мне с соседкой –тут же посетила меня мысль.
Усаживаясь, задавая мне вопросы и, параллельно общаясь с рядом стоящими людьми, она успевала раздавать поручения.
- Молодой человек, подержите мою сумку. Мужчина откройте люк, так чтобы на меня не дуло. Женщина не создавайте затор, проходите, проходите. Ну куда вы лезете с такими чемоданами, положите в багажное отделение. Водитель, а водитель, рассадите людей и поехали – громко командовала она.
Кто-то ей отвечал, кто-то нет, кто-то бурчал, что багажное отделение уже заполнено. А народ все прибывал и прибывал.
День был безветренный и безоблачный, солнце стояло в зените, автобус нагрелся словно консервная банка, было душно. Воздух и запах в автобусе от мокрых потных тел, вперемешку с парфюмом, табаком и алкогольным застарелым перегаром напоминал больше газовую камеру, для испытания душ на выживаемость, чем салон автобуса. Продолжая тыкать меня то в бок, то в ногу, моя соседка «митинговала» на весь автобус, подскакивая со своего сиденья в полный рост, и выкидывая свою правую руку вперед и вверх «как Ленин».
- Ты только посмотри что делается . Ну что ты молчишь. Водитель куда ты набираешь людей. Это незаконно в обход кассы складывать себе деньги в карман. Закрывай двери. Поехали! - возмущалась и командовала соседка.
- Кто там такой смелый, сейчас высажу – скомандовал водитель. И моя соседка сразу села на свое место.
Кто сзади крикнул:
- Ну в самом-то деле, когда уже поедем.
Кто-то другой буркнул – Доехать бы только.
Наконец автобус поехал, все вздохнули с облегчением, даже те, кто стоял. А стоящих пассажиров в узком проходе «Икаруса» было набито как «селедки в бочке». И еще целый час мы медленно двигались по пробке, выезжая из города. Было жарко и душно настолько, что не спасали открытые окна и люки автобуса.

Глава 3. Женщина.

Соседка, после замечания водителя переключилась на меня. И ткнув меня в руку своим костлявым кулачком, она опять вылила на меня поток своих вопросов, выводов и пожеланий.
- Ты чего темные очки надела и притворяешься спящей. Я же знаю ты не спишь. Сними очки. Давай познакомимся. Ты куда едешь?
- До конца. - Поднимая очки на голову, ответила ей.
- А откуда едешь?
- Из Казани.
- Я и так понимаю, что из Казани. Живешь что ли там? А сейчас куда едешь?
- Домой
- А чего? В гости что ли ездила? Долго там была?
- В командировке была. А вам это всё зачем? И перестаньте всё время тыкать в меня – спокойно, но в её манере ответила я.
- Да я просто. Понравилась ты мне. Я редко завожу знакомство с другими людьми. А ты вот во мне вызвала чувство доверия. Я вот тоже из командировки еду – немного обиженным тоном сказала она.
 - Ты не обижайся – и перехватив мою руку своими костлявыми пальцами она продолжила.
- Я тремя днями назад на самолете летела в командировку из Бугульмы в Казань, давно не летала, хорошо.
…Хорошо… – подумала я, вспомнив свой экстремальный полет.
- А ты давно в командировке? На чем добиралась? В какой гостинице останавливалась? – не отпуская моей руки, продолжала соседка.
- Три дня. На самолете из Бугульмы – ответила я и посмотрела на её руки.
- Почему же мы не встретились!? – хлопнув меня по ноге своей ладошкой, она всё же убрала руки.
- У меня рейс утренний был. Давайте помолчим – предложив ей и нацепив очки на переносицу, я прикрыла глаза.
- А у меня вечерний- не обращая внимание на моё нежелание продолжать диалог, она продолжала - Мы так хорошо долетели. Я бы и обратно на самолете, да вот он летает только два раза в неделю. Ты давай это, не спи. Поговорим.
Ничего ей не ответив, я сидела с закрытыми глазами, в надежде заснуть. Но заснуть рядом с такой соседкой было не реально. Бормоча что-то себе под нос, она долго «рылась» в своей сумочке. Ерзала на сиденье, периодически приподнимая свою «пятую точку», она наклонялась, заглядывая и дыша прямо мне в лицо - пыталась понять сплю я или нет. Между делом, она пыталась поговорить с людьми, рядом стоящими, интересуясь у них, сколько они заплатили водителю, чтобы ехать в таких условиях. Ей никто не отвечал. Не выдержав тишины, она будто бы нечаянно ткнула в меня своим «острым» локтем. И не дождавшись моей реакции, она вновь дышала мне в лицо, пытаясь разглядеть мои глаза. Не выдержав ее горячего, старческого дыхания, я открыла глаза. На расстоянии 3-5 см от моих очков, было худое, морщинистое, словно мятая бумага лицо, с темными как черная смородина глазами. Через мгновение лицо замерло, ее глаза смотрели мне в глаза сквозь мои очки. А ещё через мгновение, в мимике маски, не отводя от меня своего лица, она громко воскликнула:
- Да ты оказывается не спишь!? И с открытыми глазами сидишь!
Плюхнувшись в кресло, она продолжила:
- У тебя семья-то есть? А муж, дети?
И не дождавшись ответа, она продолжала говорить, говорить, и говорить.
- А у меня вот была полная семья. Всё как полагается. А вот два года назад мужа похоронила, а ещё раньше сына. Младшего. Трагически погиб в мирной жизни. Убили его.
Она заплакала, но быстро взяв себя в руки, продолжала рассказывать о своей личной жизни. И посчитав невежеством по отношению к этой женщине сидеть и делать равнодушный вид, я сняла очки и повернулась к ней.
- Муж меня по молодости обижал, бил, гулял. Старшего сына не признавал, обижал. Поэтому я всегда была как громоотвод между страшим сыном и мужем... А когда убили нашего младшего (муж его очень сильно любил), так он духом упал. Сдал он сильно, стал болеть, слёг и умер. Меня тяжело из депрессии вытаскивали, мне жить не хотелось... Только благодаря старшему сыну, я сейчас живу и работаю. А мне ведь уже 70 лет. Вот работа и общение с людьми и спасает меня от тоски. А то бы эта депрессия, давно бы меня сглодала. Вот и живу благодаря своим детям: сыну, снохе и внучке. А ещё, работе, командировкам, общению с людьми, я только и держусь. Отвлекает. Говорят, время лечит, но не меня…
И у всех, кто в нашем переполненном автобусе, стоящих на ногах в адской духоте, изнывая от жары, слышал эту историю появилось уважение и сочувствие к этой суетливой, возрастной женщине.
- Вы молодец! Вы красивая, статная женщина! Вы достойно держитесь! – пыталась поддержать её – Я бы никогда не дала вам ваш возраст. Вы выглядите прекрасно! У вас молодая походка! У вас прекрасная осанка! Так на каблучках еще не каждая умеет ходить, как Вы.
- Спасибо, спасибо. Многие мне комплименты делают. Только где ж ты могла видеть мою походку? Прищурив глаза и заглядывая мне в лицо, решила подловить меня мадам.
- Во-первых на автовокзале, вы дважды прошли мимо меня, когда шли в кафе и обратно. А во-вторых, когда вы подходили к автобусу, вот с этой стороны.
- Ага, верно! Спасибо. А я вот тебя только в автобусе заприметила. Не зря ты мне понравилась. Пить что-то хочу.
И глотнув воды из бутылочки, женщина как-то притихла. Закрыла глаза и тут же уснула.
Спала она наверное минут 30. Может быть она бы еще поспала. Но в автобусе началась суета, потом паника и кто-то громко закричал:
- Остановите автобус, остановите автобус, здесь женщина потеряла сознание. Остановитесь. Откройте двери.
Моя соседка соскочила. Ничего не понимая, встала в полный рост, кинув мне на колени свою сумочку. И быстро поняв в чем дело, влилась в поток криков.
Картина произошедшего была неприглядной, люди как солдатики стали падать в обморок. Первую женщину, мужчины под руки и под ноги отнесли подальше от дороги в траву. Хорошо, что кто-то владел навыками первой медицинской помощи, откачали. Скорую помощь вызывать не стали, потому как очень далеко находились от населенных пунктов. Да и женщина просила не вызывать. Стояли почти час, пока все «падающие» смогли прийти в себя. Моя соседка бегала от одного к другому, раздавая советы и контролируя процесс восстановления. При этом кричала и угрожала водителю, что напишет на него во все инстанции, и добьется, чтобы его наказали. А он, помогая пассажирам, не обращал на неё внимания. Видно таких «страждущих», как она, на его профессиональном пути было не мало.
Духота стояла невыносимая даже на улице. Наконец-то мы поехали. Моя соседка еще не остыв от произошедшего, вдруг перекинулась на меня.
- Ты что ведьма, колдунья? Что ты со мной сделала? Отвечай.
Народ уставший от жары, духоты, запахов, утомительной дороги, еще толком не пришедший в себя от произошедшей ситуации, невольно стал разворачиваться в нашу сторону.
Когда я поняла, что эти слова были обращены ко мне, то мне показалось, что очки у меня вместе с бровями поползли вверх сами собой.
- Что случилось? –спросила я её.
Но она меня словно не слышала. Стоя в полный рост, она твердила, что я колдунья, что я с ней что-то сделала и что не с ней такого никогда не было. Как я смогла её уложить спать.
- Успокойтесь – тихим спокойным голосом сказала я.
И кто–то спросил её:
- Что у вас произошло?
- Я уснула. Я первый раз в жизни, в дороге заснула. Я никогда не сплю. Это она меня уложила.
Тот же голос ей сказал:
- Уснули, ну и что, спать в дороге, это нормально.
Кто-то добавил:
- Жара, вот вас и сморило.
Третий голос сказал:
- Успокойтесь наконец, нам всем здесь не просто. Давайте будем взаимовежливы.
Моё молчание и отсутствие поддержки со стороны, посадили её на место, но не успокоили. Это все ты, я знаю. Со мной такого никогда не было. Я больше сорока лет работаю, часто в дороге и никогда не спала. А тут ты и я уснула. Как ты это делаешь, а? У тебя глаза такие, это ты. Ты колдунья, ты чего там знаешь – ворчала она, тыча в меня своими по-старчески жесткими с накрашенными ногтями пальцами.
И надо же было такому случиться, что в этот момент громыхнул гром, так сильно и внезапно, что вибрация прошла по всему автобусу.
Бабуля на какое-то время замолчала, а затем добавила:
- Ну вот, я же сказала, что это ты. Ты колдунья. Скажи, нууу, скажи.
Опять громыхнуло. И сначала начал крапать, а потом полил проливной дождь. В далеке светило солнце, а над нами висела огромная грозовая туча и лил проливной дождь, стуча по автобусу крупными каплями. Влажный ветерок наполнил салон автобуса, свежим воздухом. Всем стало легче дышать. Кто-то сказал:
 – Смотрите радуга! И на душе как-то полегчало.
Бабуля высадилась в Альметьевске. Уходила шумно, суетливо. Приглашая меня в гости прямо здесь и сейчас, осыпая комплиментами. Я отказалась, сказала, что на конечной меня будут встречать. Она дважды останавливала автобус. Первый раз крича мне через весь автобус свой адрес и что, если я еще приеду в Альметьевск, чтобы обязательно навестила её. А второй раз – она благодарила водителя за поездку и говорила, чтобы он не переживал, о том, что писать, и жаловаться она никуда не будет.
Когда автобус тронулся и покатился по дороге, оставшиеся люди с облегчением вздохнули. То ли от того, что меньше стало народу, то ли от того, что прошел дождь и стало меньше духоты, то ли от осознания того, что как «много» бывает одного человека.

Глава 4. Домой.

Автобус медленно подкатил к конечной остановке. И всего несколько дней назад я ещё не знала, что моя поездка, будет не просто командировкой, а будет чередой сплошных приключений. Выходя из автобуса, я вдохнула уличного воздуха, пропитанного влагой после дождя. Остановилась на мгновение, закрыла глаза и в моей памяти, словно кадры старого фильма, промелькнули все эти дни:
• тот самый миг, когда я увидела дыру в полу почтовой машины и похолодела от ужаса, но не подавая вида, что мне страшно, ехала дальше;
• гул старого «кукурузника», тряска в турбулентности и тот леденящий душу момент, когда двигатель замолчал над водной гладью Камы;
• ландыши, этот бесконечный белоснежный ковёр в тени сосен, такой хрупкий и прекрасный, что даже мысль сорвать цветок казалась кощунством;
• стены Раифского монастыря, отражающиеся в зеркале озера, и рассказ о лягушках, которые молчат в знак уважения к молитве;
• скоростное такси с его экстремальными маневрами, где выжить это просто подвиг;
• момент массового обморока в душном салоне и то, как все вдруг сплотились, помогая друг другу;
• дождь, внезапно обрушившийся на душный автобус, — его капли, стучавшие по крыше, словно нашептывали: «Всё будет хорошо»;
• Галина — та самая женщина из самолёта, с которой мы стали почти подругами за эти дни, разделив страх, радость, тишину и смех;
• ну и конечно, та самая бабуля, прожившая не простую жизнь, но сохранившая осанку молодой девушки, походкой на каблучках и в деловом брючном костюме, красивого салатового цвета, которая всю дорогу выносила мозг не только мне, но и всему автобусу. Её боль, сила и неожиданная искренность.

Вот и закончились мои командировочные дни. За эти дни я не только повысила свою квалификацию, но и полностью перезагрузилась. Всё это было не просто чередой приключений. Это было путешествие внутрь себя — туда, где страх уступает место доверию, где красота учит видеть чудо в простом, а чужие люди вдруг становятся ближе родных. Возвращаясь домой, я уносила с собой не только новые знания, но и заряд энергии, который хватило не просто на несколько месяцев вперёд, но и оставило незабываемые впечатления от поездки на всю жизнь.
И это была не просто поездка, это был квест под названием «Командировка».
Я открыла глаза и увидела, как из-за угла вывернула знакомая машина — за мной приехали. Я помахала рукой, улыбнулась и пошла навстречу своим близким. В душе было легко и светло — как в тот миг, когда над автобусом после грозы появилась радуга. Она словно подводила черту под всем, что было: под тревогой, под испытаниями, и впечатлениями.

«Спасибо», — прошептала я, не зная, кому именно: Богу, судьбе, ангелу хранителю, природе, людям — или всему этому вместе.