Глава-5 Евгеника - плохо или хорошо?

Глава-5 Евгеника или что такое хорошо и что такое плохо?

"...В Техасе планируется строительство гигантского комплекса по производству спутников Starlink и инфраструктуры для космических ИИ-проектов. Новый объект может оказаться даже больше соседнего завода Tesla.

SpaceX продолжает стремительно дорожать. После недавнего IPO (Initial Public Offering - первичное публичное размещение акций компании на бирже) компания обогнала Amazon по оценке и вошла в число самых дорогих компаний мира. Инвесторы настолько активно скупали акции, что спрос многократно превысил предложение. ...." - вещало радио в машине.

Интересно эти новости человек обрабатывал или уже искусственный интеллект? - думала Дора, управляя своей машиной, по дороге на работу.

В ординаторской с утра было людно.   Это как раз то время, до начала работы, когда можно свободно пообщаться, поделиться новостями, обсудить новинки и подискутировать на разные философские темы, и, конечно, это как раз то время, когда можно "перемыть косточки" пациентам и врачам, которых сейчас нет в комнате.  Такая работа - работа с людьми, всегда есть о чём поговорить.

- Вы слышали, Илан Маск строит комплекс по производству спутников для космических проектов? Все под управлением искусственного интеллекта, - задала тему разговора Дора, попивая утренний кофе, сидя за столом в ординаторской.

-  Да он - нереальный чувак. Он как будто из будущего. Создаёт безумные проекты и все успешные. Он как будто заранее знает развитие событий, он опережает ход времени.

-  Я где-то услышала, что он создал собственный банк спермы.... Вы не поняли, он создал банк, в котором содержится только его сперма. Есть какая-то тайная программа, в которой женщины со всего мира могут родить потомков Маска. Есть только ему известные условия для участия в этой программе. Эти дети после рождения получают какое-то содержание от его фонда. Так он заботится о распространении своего генофонда. Если клонирование пока запрещено, так он решил создать разбросанную по всему миру популяцию  Масков.

-  А что? У него хорошая генетика. Он - гениальный мужик. И я бы родила от него на таких условиях, - встряла в разговор молодая доктор, которая была в активных поисках своего суженного.

-  Ага, как говорят - самое главное что ты можешь сделать для своего ребенка - это правильно ему выбрать папу, - рассмеялась Дора

-  Да, но наша реальность другая - вчера консультировал семью. У обоих тяжелое наследственное заболевание. Они оба в шоке. Спрашивают могут ли у них вообще быть здоровые дети. Я им объяснил, что сейчас есть предимплантационная диагностика и можно выбрать здоровый эмбрион, - вздыхай, продолжил один из старейшин клиники.

- Конечно можно. Но кто и как определяет здоровый эмбрион или нет? Где проходит граница?

- А кто вообще имеет право решать, что считается генетическим дефектом? - начала разгораться горячая дискуссия.

- Международные рекомендации, научные общества..., - вставил всегда законопослушный и правильный, чуть занудный молодой эмбриолог.

- Знаете, я вчера задумался...,- начал один из докторов, у которого дома рос особенный ребенок.

- Опасная фраза, - перебил коллегу местный приколист-анестезиолог.

- Если бы можно было заранее убрать ген, вызывающий эту выматывающую болезнь у моего сына, я бы это сделал не задумываясь.

- Я тоже.

- А если бы можно было добавить ему десять пунктов IQ?

- Оооо, это никогда не помешает...

- Я бы и себе добавил, - продолжать острить анестезиолог.

- Узнаю мою любимую тему. Попахивает евгеникой и вечным вопросом - Что такое хорошо и что такое плохо, - присоединился к дискуссии глав врач.

- Где проходит граница? Почему эмбрионы с этими патологиями мы оставляем, а с другими считаем недееспособными?

-Да, по-моему все просто – если болезнь смертельна, то такой эмбрион не имеет смысла выращивать.

- Да, но мы все смертны.

- А вот если есть возможность чуть-чуть подкорректировать – и человек будет умнее, здоровее, да может просто красивее. Чем плохо? Наука развивается и человек должен совершенствоваться, если не естественным отбором, так генетическим.

- Сегодня мы исключаем эмбрионы с неизлечимыми генетическими заболеваниями. Завтра – с высоким риском диабета, потом с вероятностью болезни Альцгеймера, потом – с генами связанными с депрессией. А что дальше?

- Что дальше? Дальше пока - ничего.

- Пока...

- Ты специально сгущаешь краски, - спорили старожил клиники и продвинутый и супертехнологичный молодой главврач.

- Нет. Я просто замечаю, что граница постоянно сдвигается. Еще двадцать лет назад идея выбирать эмбрион казалась фантастикой, то сейчас мы уже спорим о критериях выбора

- Но если можно избавить ребенка от страданий почему этого не сделать?

- Потому что однажды мы перестанем отличать страдания от несовершенства.

- Где, по-твоему, проходит эта черта?

- Не знаю. Именно это меня и пугает.

- Уважаемые, нас ждут великие дела и нетерпеливые пациенты. Вперед по кабинетам, - решил завершить вечный спор и разрядить обстановку молодой начальник.

 ******

Дора зашла в кабинет, включила компьютер и попыталась навести порядок на своем столе. Куча каких-то листков, разноцветные бумажки с записанной набегу очень важной информацией, причем написаны они были почерком настоящего врача, не нуждающемся в шифровании для сохранения дискретности.

- Доброе утро, Оленька. Как твой сын?

- Вчера опять был приступ. Ужасно страшно. Он опять замер как статуя, взгляд неподвижный, как неживой.  А через мгновение все тело напряглось, руки и ноги затряслись, стал белый как стена, губы синие, пульс зашкаливает. Просто невозможно видеть его в таком состоянии.
Потом его отпускает, когда приступ проходит. Но дыхание еще долго не восстанавливается, он то замирает, то престает дышать, а потом как просыпается, но еще долго не может надышаться воздухом, как будто из глубины какой-то вынырнул.
Это так страшно. Я так боюсь за него, и я ничем не могу ему помочь. Это просто ужасно. Мы не знаем когда будет следующий приступ и чем он закончится.

Дора подошла и обняла коллегу. Почему коллегу? Они уже давно были настоящими верными подругами, но при этом всегда соблюдали субординацию на работе.

- Ничто нас так не отвлекает от личных проблем, как наша работа, - показательно веселым тоном, пыталась подбодрить медсестру доктор Барон. – Кто у нас сегодня? Кстати, ты видела, за дверью сидит этот практически стерильный «нарцисс». Помнишь, он был у нас шесть месяцев назад со своей женой на ЭКО? Вроде жена беременна и все идет по протоколу. Но он там сидит с какой-то другой женщиной. Приглашай их, посмотрим какая история сейчас у нас будет?

- Кто первый по очереди? Проходите.

- Здравствуйте, доктор, - мужчина явно узнал врача.

Дора спокойно подняла глаза на пару и сдержанно кивнула в ответ.

- Чем могу помочь?

- Мы с супругой....- мужчина запнулся и быстро поправился, - с моей партнершей уже несколько месяцев пытаемся зачать ребенка.

Доктор никак не отреагировала на оговорку.

- Понятно. Вы раньше проходили обследование?

- Да... у вас.

Доктор открыла его больничную карту.

- Что ж.... некоторые пациенты отличаются завидным оптимизмом. Это хорошее качество…, наверное - после секундного молчания добавила Дора, пытаясь сдержать свою природную язвительность.

Мужчина кашлянул.

- В каком смысле?

- В медицинском, разумеется. Вы ведь уже проходили у меня обследования. Значит понимаете, что природа иногда любит преподносить сюрпризы.
Женщина заинтересованно посмотрела на мужчину.

- Ты не говорил, что уже обследовался.

Доктор спокойно продолжила, не глядя на нее.

- Некоторые пациенты предпочитают не вспоминать свои прежние визиты. Особенно если жизнь потом вносит некоторые коррективы.

Мужчина напрягся.

- Доктор...

- Не волнуйтесь. Все, что обсуждалось между врачом и пациентом, остается между врачом и пациентом. Я придерживаюсь врачебной этики.

В воздухе повисла пауза. Доктор что-то читала и печатала на компьютере.

- Должна отметить, ваши репродуктивные планы ..... отличаются удивительным постоянством. – она приподняла бровь, в ее насмешливо-спокойном взгляде блеснули одновременно искры сарказма и с трудом сдерживаемой иронии. Ей очень хотелось съязвить и поставить этого самовлюбленного «самца» на место, но реплику пришлось проглотить, и она лишь улыбнулась уголком губ.

Женщина медленно повернулась к мужчине.

- Какие планы, дорогой?

Мужчина побледнел.

Тут Дора, сжалилась над пациентом и решила разрядить ситуацию.

- Что ж... Начнем, как обычно, со сдачи анализов. Вот направления на спермограмму, УЗИ и анализ крови. Где находится кабинет для сбора материала вы уже знаете, - все же не смогла сдержаться и не съязвить, обратилась к паре доктор.

- Как будут результаты анализов, назначьте очередь, будем решать, что делать дальше.

Пара вышла.  А медсестра Ольга с трудом сдерживая свое возмущение тут же начала:

- Его жена беременна... сколько ей пришлось перетерпеть, все эти уколы, пункции, это неуправляемое настроения, гормональные атаки – все для того, чтобы родить ему ребенка, а он уже с другой. Хочет и ее осчастливить. Как же он себя любит. Кем он себя возомнил?

- Иногда я не уверена, что мы правильно делаем, помогая забеременеть от таких сущностей. Если природа не дала ему этой возможности – может и не надо?  Хорошо, что это не нам решать.

****

- Кто у нас следующий?

- Помните ту красивую пару – почти Барби с Кеном? Они были на приеме недели две назад с очень необычными симптомами (Описание в главе 1)

- Да, да. Очень любопытно посмотреть его анализы. Оленька, сделай мне чаек, пожалуйста, а я пока почитаю.

- Вам ваш любимый с лимоном и имбирем?

- Ты просто читаешь мои мысли. Спасибо. И минут через пять, позови их. Пусть заходят.

 В кабинет зашла молодая и очень красивая пара. По поведения парня было видно, насколько неловко ему здесь находиться, для девушки вся эта ситуация казалось забавной.

- Здравствуйте доктор, - сказал он, присаживаясь на стул пациента, она села рядом – на второй стул.

Доктор еще несколько минут не отрывала взгляда от экрана монитора, внимательно изучая результаты анализов.

- Добрый день. Я изучила результаты ваших обследований. Я думаю, нам предстоит еще не раз встретиться, - начала объяснение Дора, стараясь соблюдать спокойный и позитивный тон.  Основной симптом вы знаете сами – при половом акте, у вас есть оргазм, но нет выделении спермы.

- Ну да. Я и не думал, что это странно.

Дора почти незаметно улыбнулась.

- Это совсем не норма, но такое встречается иногда. Судя по вашим анализам, проблема не в том, что организм перестал вырабатывать сперматозоиды. Проблема в том, что они... едут не по той дороге.

- В смысле?

- Представьте железнодорожную стрелку. В норме во время оргазма она переводится в сторону выхода. У вас она остается открытой в другую сторону. Вместо того чтобы выйти наружу, сперма забрасывается обратно в мочевой пузырь.

- Это что же? Я кончаю в себя? – почти крича от шока, начал возмущаться парень.

Он был очень напряжен, а девушка слушала всю эту историю с нескрываемым любопытством.

- Ваша сперма оказывается в мочевом пузыре и потом выводится при мочеиспускании. Для вашего здоровья это не опасно. А вот для зачатия ребенка -это проблема.

- То есть детей у меня не будет? – паника начинала охватывать парня.

- Мы постараемся чтобы были, но вам двоим предстоит непростой путь. Особенно непросто придется вашей супруге. Вы после подготовки сдадите мочу.  Сперматозоиды, попадая в мочу очень быстро гибнут, для них  эта кислая среда является губительной. Поэтому очень важно как можно быстрее передать исходный материал в лабораторию. Эмбриологи специальной методикой будут искать и отделять живые сперматозоиды, чтобы сохранить их для дальнейшего оплодотворения.

- А моя роль какая? -  оживилась молодая красавица.

- Самая непростая. Ежедневные гормональные уколы, а потом пункция яйцеклеток под наркозом.

- То есть мне нужно... э-э... просто кончить, а ей - операция? - продолжал негодовать молодой красавец

- Репродуктивная медицина вообще редко бывает справедливой, - задумчиво добавила доктор, обращаясь к девушке – Эмбриологи попытаются ввести самый здоровый сперматозоид в твою яйцеклетку. Потом, если повезет, должен зародиться эмбрион. Его введут тебе в матку. И тут настанет самое сложное время  - время ожидания – прикрепится ли эмбрион и наступит ли долгожданная беременность.

Любопытство девушки сменилось сильным волнением и удивлением. Совершенно неожиданно для нее теперь ей предстоит непростое испытание. Подготовка к ЭКО влияет на все: идеальная фигура может сильно измениться, вместо удобного характера – всплески неконтролируемых эмоций и капризы. Выдержит ли эти испытания эта пара?

Пара, озадаченная столь неожиданным для них результатом обследования, вышла из кабинета.

Дора тяжело вздохнула:

- Когда я только начинала работать, радостью было получить хоть один жизнеспособный эмбрион. А сейчас мы помогаем даже тем, у кого еще пять лет назад не было шансов иметь потомство. А хорошо ли это? Зачем нужно давать жизнь заранее слабым и больным? Больной, но свой?

Или наоборот – а если можно подредактировать эмбрион? Поздоровее, поумнее, покрасивее, посильнее....

За годы работы я поняла одну странную вещь. Люди боятся слова евгеника, пока она не касается их самих. Но стоит предложить выбор между эмбрионом с высоким риском тяжелого заболевания и здоровым - философия быстро уступает место здравому смыслу. Самые ожесточенные этические дискуссии обычно заканчиваются там, где начинаются личные интересы.

Иногда мне кажется, что человечество слишком переоценивает свою способность принимать мудрые решения. Мы до сих пор спорим из-за парковочных мест, цвета стен и политики, но почему-то уверены, что готовы решать, какие гены заслуживают будущего. Впрочем, именно поэтому в нашей профессии так важно помнить: чем больше возможностей дает наука, тем скромнее должен становиться врач.