02. Посылка из Японии

--- --- --- Предыдущая глава: http://proza.ru/2021/12/29/1419


* * * Любовь оставляет место тишине, страх заполняет её собой * * *

К вечеру кухонный стол оказался завален пузырчатой плёнкой, японской упаковочной бумагой и яркими обёртками. Посылку Галина ждала почти два месяца. Небольшой тибетский центр не отправлял заказы в Израиль, поэтому коробка сперва попала к родителям Саши в Японию. Её мама, родная сестра Галины, добавила гостинцы от семьи. Саша как раз навещала родителей, а сегодня вместе со своим парнем Дани привезла заметно потяжелевшую коробку к ужину.

В Израиле Саша жила уже давно. После переезда некоторое время провела у тёти Гали. Дом быстро стал для неё своим, а ближе всего она сошлась с Верой. Сейчас девочка сидела вплотную к кузине и незаметно поглаживала её руку. Саша увлечённо рассказывала о поездке, подобрав под стул длинные ноги, и порой движением головы отбрасывала с глаз чёлку. Прямые чёрные волосы и узкий разрез глаз были совсем как у Галины. Раньше Вера этого сходства не замечала, а теперь машинально принялась приглаживать кончики собственных волнистых волос.

По другую сторону от кузины сидел Дани. Крепкий, мускулистый, с рассеянным взглядом, он почти не участвовал в семейном разговоре. Вера знала, что Саша встречается с ним уже несколько лет, но видела его так редко, что он всё равно казался посторонним.

Без пояснений Саши содержимое посылки выглядело не особенно интересно. Кузина сверялась с приложенным перечнем и переводила японские подписи. Но для Веры всё это оставалось странной кучей вещей: ритуальная карточка-цакли с изображением какого-то божества, травы для окуривания, невзрачный шнурок, несколько ярких анимешных наклеек, маленький тканевый омамори, мягкий брелок в виде лохматой куколки с зубастой улыбкой, бронзовая пхурба с трёхгранным лезвием и конской головой на рукояти, а ещё увесистая чёрная свеча. Домашний кот Пирош немедленно забрался в опустевшую коробку, с трудом уложил внутри своё крупное рыжее тело и блаженно прикрыл глаза.

На другом конце стола Верин брат Аркадий уплетал пельмени, не отрываясь от телефона и не проявляя ни малейшего интереса ни к посылке, ни к разговору. После шума распаковки голоса мамы и Саши казались Вере неестественно приглушёнными. Она вспомнила о недавнем ритуале, о котором так и не решилась рассказать, и собственное молчание стало почти невыносимым.

- Мяу! - заявила о себе Вера, соскальзывая со стула и протискиваясь под мамину руку.

- Что, мой котёнок? - Галина машинально погладила её по голове.

Этого приглашения оказалось достаточно. Вера тут же принялась рассказывать, как утром Аркадий перепутал тетради, забыл спортивную форму, долго искал телефон, а потом...

Брат оторвался от ужина, сложил руки на груди и укоризненно посмотрел на сестру. Затем откинулся назад, приподняв передние ножки стула. Вера заговорила быстрее, стараясь не оставить ни одной паузы. В любой из них могло всплыть единственное событие, о котором она промолчала. Тем временем Аркадий раскачивался всё сильнее.

- Прекрати, упадёшь, - почти одновременно произнесли Галина и Вера.

Стул замер. Одинаково возмущённый взгляд переместился с матери на сестру.

- Мне одной мамы вполне хватало, - проворчал Аркадий, - а теперь их две!

Саша рассмеялась, а Галина с улыбкой покачала головой. Вера тоже улыбнулась и нарочно, совсем как мама, повторила это движение.

- Ты вообще хоть что-нибудь тёте Гале не рассказываешь? - Кузина весело ей подмигнула. - В каждой истории тебя столько, что она, наверное, мечтает отдохнуть от твоих монологов. Как я от болтовни Дани.

Локоть шутливо толкнул парня в бок, но тот никак не отреагировал. Рядом с его невозмутимым молчанием шутка прозвучала особенно иронично. Всё внимание Дани по-прежнему занимал кот, уютно устроившийся в коробке из-под посылки.

Улыбка Веры медленно сползла. Мысль о том, что мама могла от неё устать, задела сильнее, чем следовало. Прикусив губу, девочка почти сразу выдала очередную нелепость Аркадия. Тот мученически закатил глаза и зачем-то подтянул коробку с котом к себе. Пирош гневно зыркнул на него и свесил передние лапы через край, словно подчёркивая, что новое место уже занято.

Между тем Саша перевернула листок. На обороте шло длинное примечание, которое она читала уже медленнее, запинаясь на незнакомых храмовых терминах.

- Бато Каннон, также называемый Чёрным Хаягривой, является ипостасью бодхисаттвы сострадания, - едва ли не по слогам произнесла она. - Помещённый в доме образ, олицетворяющий Будду Медицины, защищает от злых духов, несчастий и болезней. Используйте чёрную свечу во время медитации для усиления защиты.

До сих пор неотрывно наблюдавший за котом Дани сдавленно кашлянул, словно удерживая готовое возражение. Саша сразу повернулась к нему и вопросительно приподняла брови. Парень ещё немного помолчал, но под её взглядом сдался.

- Будда Медицины лечит болезни напрямую, - сухо объяснил он. - Хаягрива борется с тем, что считается их духовной причиной. В подобных практиках их часто соединяют в единую целительную силу. Однако описание неточное.

Наконец услышав голос молчаливого гостя, Галина заметно оживилась.

- Очень интересно, - поддержала она его. - А откуда ты это знаешь?

Взгляд Дани прошёлся по разложенным на столе предметам и остановился на изображении Хаягривы.

- Потому что я знаком с обоими.

* * *

На первой перемене Вера отправила маме сообщение о какой-то школьной нелепости и убрала телефон. Обычно ответ приходил быстро, пусть даже одним лайком или смайликом. На этот раз ничего не появилось.

К следующей перемене сообщение оставалось непрочитанным. Вслед за ним ушло ещё одно, а перед началом урока Вера позвонила. Длинные гудки оборвались сами собой. Возможно, мама уснула или оставила телефон в другой комнате на беззвучном режиме. А может, Саша была права и она просто устала от бесконечной болтовни дочери.

Эта мысль неприятно кольнула, но почти сразу уступила место другой, гораздо страшнее. Мама могла слышать звонок, но не суметь дотянуться до телефона. Не ответил и Аркадий. Брат сейчас тоже находился в школе и, скорее всего, даже не видел вызова, однако легче от этого не становилось. Оставался отец.

- Папа, мама не отвечает, - выпалила Вера, едва он поднял трубку. - С ней что-то случилось.

На заднем плане в телефоне слышался чей-то голос. Барух отвечал почти шёпотом и явно не мог разговаривать свободно.

- Я всё выясню, - произнёс он после короткой паузы. - Оставайся в школе, я тебе напишу.

Связь оборвалась прежде, чем Вера успела что-либо уточнить. Похоже, ни она, ни мама не были достаточно важны, чтобы отец отвлёкся от своих дел.

На уроке слова у доски уже не складывались в смысл. Одноклассники занимались обычной вознёй, а она то и дело проверяла экран телефона под столом. В воображении мама лежала на полу возле кровати, потом на кухне, затем в ванной. Каждая новая картина казалась убедительнее предыдущей. Если бы ничего не случилось, она обязательно ответила бы.

Сердце колотилось так сильно, что его удары отдавались в ушах. Пальцы онемели, дышать стало тяжело, а окружающие звуки слились в далёкий гул. Заметив её состояние, учительница вызвала кого-то из администрации. Веру отвели в небольшой кабинет с табличкой «Йоэцет». Так в школе называли консультантку, которая помогала ученикам справляться с их проблемами. Женщина усадила девочку возле окна, дала воды и попросила медленно дышать.

- С мамой что-то случилось, - с трудом выговорила Вера. - Она не отвечает.

Несколько звонков Галине тоже закончились длинными гудками. Тем временем отец написал Вере, что заберёт её из школы. Йоэцет связалась с ним и убедилась, что он уже едет из другого города. Для Веры это стало окончательным доказательством. Значит, с мамой точно что-то случилось.

Дыхание постепенно выровнялось, пальцы снова обрели чувствительность. Однако пришедшее на смену панике ожидание оказалось ещё мучительнее. Мысли продолжали сгущаться. Спокойствие йоэцет начинало раздражать. Все её попытки найти обычную причину лишь доказывали, что женщина не понимает очевидного. Мама уже слишком долго не отвечала.

Когда в дверях наконец появился отец, маленький кабинет словно стал ещё теснее. Барух был крупным мужчиной с пышной рыжей бородой и вязаной кипой на голове. После развода он жил отдельно и редко появлялся среди привычных Вере людей и вещей. Здесь отец казался особенно чужим.

Поблагодарив йоэцет, он забрал дочь и не стал ни о чём расспрашивать её при посторонних. Уже в машине по просьбе Веры снова набрал номер Галины, включив громкую связь. Ответа не последовало.

- Вот видишь! - Его нахмуренный взгляд Вера восприняла как подтверждение своих страхов. - Она всегда отвечает. Значит, сейчас не может.

- Или не слышит телефон, - спокойно возразил Барух.

- Она могла упасть... Или ей стало хуже, - почти сорвалась на крик Вера, но последние слова прозвучали гораздо тише. - Или она специально не отвечает, потому что устала от меня.

Некоторое время отец молчал, словно подбирая слова.

- Когда нам не объясняют чужой поступок, мы объясняем его сами, - наконец произнёс он и после короткой паузы добавил. - И почти всегда выбираем самое обидное.

Оставалось отвернуться к окну и следить за проплывающими улицами. Как бы красиво ни звучали отцовские рассуждения, главного они не меняли. От мамы по-прежнему не было ни звонка, ни сообщения.

Возле дома девочка выскочила из машины и бросилась к подъезду. За спиной хлопнула автомобильная дверь, но дожидаться отца она не стала. Четыре этажа без лифта обычно заставляли замедлиться. Сейчас ступени почти не ощущались под ногами.

На удивление, ключ сразу попал в замок. Два быстрых поворота, рывок, и вот она уже внутри. Посреди комнаты мама пыталась выпутаться из одеяла, а рядом в странных одеждах барахтались родители Лизы. Пахло гарью. У самого порога чернела опрокинутая свеча. Огонёк дёрнулся и внезапно погас.

- А что это вы тут делаете? - только и смогла выдавить Вера, наклоняясь к ней.

Под гладким воском будто пряталась заноза. От резкого укола из горла вырвался крик. Свеча выскользнула из ладони и снова упала на пол, оставив на подушечках пальцев тонкие линии сажи.


--- --- --- Следующая глава: http://proza.ru/2025/10/02/1185