Парад поношенных страстей

Любовь, граждане, чувство, несомненно, возвышенное. Но это ежели вам, извиняюсь, двадцать лет, кровь по жилам со свистом бегает и суставы при смене погоды не скрипят. А ежели вам стукнуло за сорок, то романтика эта идет с большой уценкой и, прямо скажем, со следами тяжелой бытовой эксплуатации.

  Раньше ведь как было заведено?
 Стукнуло дамочке сорок пять — всё, списывай инвентарь в утиль.
Надевай пуховую шаль, садись на скамейку у подъезда, лузгай семечки и веди строгий учет, кто к кому пошел.

 На личном фронте ставилась сургучная печать домкома.

А нынче — полная электрификация, равноправие полов и интернет-ресурсы.

 Каждая гражданка имеет законное право на иллюзию личного счастья.

  Взять хоть гражданку Маргариту Палну из пятого подъезда. Дамочка в самом соку, нервы после давнего развода валерьянкой отпоила, ауру почистила.

 И вдруг взыграли в ней, понимаете ли, гормоны. Захотелось мужского плеча в доме и чтоб стихи, например, читали с выражением.

  Залезла она в этот специальный телефонный аппарат, в электронный каталог для одиноких граждан.      Накрасилась, губки бантиком сложила, самую передовую фотокарточку в красном костюме прицепила. Сидит, ждет, когда женихи, как корюшка по весне, косяком пойдут.

А женихи пошли — обнять и плакать!

  Маргарита Пална как ассортимент изучила, так у нее левый глаз задергался.

 Батюшки-светы, это ж не биржа романтики, а форменная барахолка!

Сплошной секонд-хенд с пробегом по плохим дорогам и тяжелыми скрытыми дефектами кузова.

  Пишет ей, значит, один элемент. Гражданин Савелий.
У самого на карточке — усишки щеточкой, взгляд томный, сам в пиджаке фабрики «Большевичка», от которого несет нафталином и несвежим мужским перегаром.
И пишет с ходу: «Я, — говорит, — натура исключительно тонкая, непризнанный гений. Ищу музу. Чтоб понимала мои душевные метания, не требовала мещанских благ и умела варить диетический суп, поскольку у меня от бывшей жены-кровопийцы образовалась язва желудка. И желательно, чтоб у музы была своя жилплощадь, а то меня теща из квартиры выписала за то, что я ее кота не жаловал».

Маргарита Пална аж крякнула от такого коммерческого предложения.

 Это ж надо, какое грандиозное счастье — усыновить старого больного гения, от которого пахнет старой мебелью и нестиранным бельем!

  Следом лезет некий Анатолий. Этот без всяких интеллигентных закидонов. Шлет фотокарточку: он в майке-алкоголичке, с которой свисает пуговичное брюхо, на фоне ковра с выбитыми молями оленями, а в руках, извиняюсь, гигантский, кривой кабачок держит. Как знамя.

 И текст сугубо конкретный: «Баба мне нужна крепкая, работящая. Чтобы умела картоху окучивать, соленья на зиму крутить и радикулит мой, проклятый, перед сном скипидаром растирать. А то в пояснице стреляет — хоть святых выноси. В субботу встречи не простите, а то мне навоз на дачу везти надо, а спина — как стеклянная».

  Маргарита от такого предложения аж взопрела. Романтика, черт возьми! Прямо бери лопату, вдыхай запах навоза и лети на крыльях любви растирать чужой радикулит.

  А третий, Аркадий, вообще оказался с глубоким подвохом. «Я, — пишет честно, — законно женат. Но супруга меня как личность не воспринимает. Ищу тайную отдушину на стороне. Встречи строго по вторникам, с двух до четырех, на вашей территории. Желательно, чтобы к моему приходу были налеплены домашние пельмени, но чтоб без чеснока — а то жена унюхает и грандиозный скандал закатит, а у меня и так от нервов под мышками чешется». А в целом вам хорошо со мной будет.

  Посидела Маргарита ровно три дня на этой ярмарке мужского тщеславия.

 Посмотрела на этот парад инвалидов умственного и физического труда, от которых несет то скипидаром, то нафталином, то немытым телом.

 И так ей вдруг хорошо и покойно стало в своей пустой квартире! Никто не ноет про бывших жен, кабачками в лицо не тычет, навоз возить не заставляет и чужие носки по углам не раскидывает.

  Стерла она свою анкету от греха подальше, купила себе полкило заварных эклеров, легла.

И тут вы меня спросите, граждане:
Юлия, а где же тут психология?

  А психология, граждане, тут простая. В зрелом возрасте у нормального человека, слава богу, наконец-то отрастают железобетонные личные границы и появляется здоровая самоценность.
Это по незрелости мы готовы, как на амбразуру, кидаться спасать всякого встречного от его детских травм, злобных бывших жен и хронической непризнанности, путая невротическое спасательство с великим чувством. Но неплохо было бы понять, что психика — ресурс строго ограниченный и весьма дорогой.

И разменивать этот ресурс на обслуживание чужих комплексов, добровольно зачисляясь в бесплатные терапевты, сиделки и кухарки, — это форменное вредительство собственному организму.

  Так что берегите, товарищи, свою нервную систему и не тащите в дом с барахолки всякий эмоциональный неликвид!

Юлия Марасанова-Зайцева | автор DECONSTRUCTION
психология · человеческие механизмы · демонтаж иллюзий