Иногда нужно просто сменить стратегию

Дымный воздух клуба гудел басами, мерцал стробоскопами, выхватывая из темноты обрывки лиц, смех, блеск страз. В углу, у барной стойки, маячила она — Лида. Её алое платье, купленное с надеждой «для особого случая», отчаянно обтягивало полные бока, грудь, живот. Особый случай не наступал уже годами, и платье она надела просто так, потому что надоело ждать.

Она пила. Пила дешёвое вино большими глотками, пытаясь растворить в нём клубок стыда, который жил в горле с подросткового возраста. С каждым бокалом стены клуба расплывались, музыка становилась мягче, а собственное тело — чужим, почти невесомым. Исчезала привычная боль от врезающихся в плоть швов, от косых взглядов. Появлялась наглая, пьяная уверенность. Она же тоже здесь. Она имеет право.

Первой жертвой стал парень у туалетов, тоскливо листавший телефон.
— Танцевать не хочешь? — сказала Лида, хватая его за рукав.
Он вздрогнул, поднял глаза, скользнул взглядом по её фигуре, и в них вспыхнуло откровенное отвращение.
— Отвали, — буркнул он, выдернул руку и шагнул прочь, как от чего-то заразного.

Удар был точным и привычным. Но вино уже сделало своё дело — боль не пронзила, а лишь отскочила, как горох от стены. Она засмеялась, горько и громко, и пошла дальше, покачиваясь.

На танцполе она прильнула к паре. Мужчина, обнимавший стройную блондинку, почувствовал на своей спине тяжёлую, потную ладонь.
— Давай, подвинься, я с тобой потанцую! — крикнула она ему прямо в ухо, перекрывая музыку.
Блондинка фыркнула. Мужчина обернулся, его лицо исказила брезгливость.
— Ты чего, больная? Пошла вон отсюда.
Он оттолкнул её, не сильно, но достаточно, чтобы она отлетела и наступила кому-то на ногу. Послышался мат. Кругом засмеялись. Не зло, нет — с тем особым, холодным весельем, с которым наблюдают за клоуном или пьяной мартышкой в клетке.

Лида не слышала смеха. Она слышала только рёв крови в ушах и настойчивый, пьяный шёпот: «Ты имеешь право. Ты имеешь право на внимание. Хотя бы на это».

Она увидела следующего — мужчину лет сорока, одного, с бокалом пива. Он смотрел на танцпол без интереса. В его взгляде не было агрессии. Это решило всё.

Она подсела к его столику, плюхнулась на стул так, что он задрожал.
— Что один сидишь? Скучно? Давай я тебя развеселю!
Она потянулась, чтобы обнять его за шею, тяжёлая, пахнущая потом и дешёвым алкоголем. Он отстранился, но не резко. Просто отодвинулся.
— Девушка, ты перебрала. Тебе пора домой.
— А ты проводи? — тут же уцепилась она, в её голосе зазвенела истеричная надежда. — Я живу недалеко. Мы можем… выпить ещё. Поболтать.
Он внимательно посмотрел на неё. Не с отвращением, а с усталой грустью. Именно это было хуже всего.
— Нет, — мягко сказал он. — Ты не в себе. Вызови такси. Или я вызову для тебя.
— Да пошёл ты! — взвизгнула она внезапно, потому что эта жалость добила последнее. — Я тебя, дрянь такую, сама… Я тебя…
Слёзы, горячие и ядовитые, хлынули градом. Она зарыдала, громко, некрасиво, размазывая тушь по лицу. Музыка заглушала её рыдания, но люди вокруг оборачивались. Смотрели. И этот взгляд — смесь брезгливости, раздражения и любопытства — наконец, протрезвил её.

Она встала, пошатнулась и, спотыкаясь, пошла к выходу, сгорбившись, пытаясь стать меньше, незаметнее, спрятать своё тело, своё существование. Алый цвет платья, который должен был кричать о страсти, теперь кричал только о позоре.

За дверью клуба её накрыло холодным ночным воздухом. Истерика схлынула, оставив после себя ледяную, трезвую пустоту. Та самая, от которой она и пыталась сбежать в шум и алкоголь. Она стояла, прислонившись к стене, и понимала, что домой идти нельзя. Там будет тишина. И зеркало. А в зеркале — та самая толстуха из клуба, которая пристаёт к мужчинам, вызывая лишь жалость и отвращение. Круг замкнулся. Словно побег из клуба не удался.

***
Лида не пошла домой. Она пошла на набережную. Воздух сменился на свежий и колючий. Она сняла туфли и прошлась босиком по холодному асфальту. Боль в ногах вернула ей трезвость.   

Она взглянула на сурово нависающие над ней горящие слова ночной рекламы: "Иногда нужно просто сменить стратегию..."

Лида зашла в круглосуточную кофейню. Здесь царил полумрак и казалось не  было видно потёков туши на лице. Она заказала кофе у сонной, но красивой официантки.
Горячая чашка приятно обжигала  ладони.
Внезапно к ней за столик подсел незнакомый парень.
— Извините, девушка, — сказал он, — Уже так поздно... А вы здесь одна... Случилось что-то? Можно мне будет вас проводить?