Маринкины рассказы. Как Маринку в пионеры принимал

КАК МАРИНКУ В ПИОНЕРЫ ПРИНИМАЛИ

«Вступая в ряды Всесоюзной пионерской организации имени Владимира Ильича Ленина, перед лицом своих товарищей торжественно клянусь: горячо любить свою Родину» …
Это не простые слова, а клятва, которую ребята дают при вступлении в пионерскую организацию. В пионеры, проще говоря. Завтра, 7 ноября, в день Великой Октябрьской революции, Маринку будут принимать в пионеры.
Спросите, почему 7 ноября, а не 19 мая, как принимали весь остальной Маринкин класс?
А всё потому, что самая младшая Маринка в классе. И день рождения у неё как раз на ноябрь и выпадает.
Скоро полночь, а уснуть девчонка никак не может. Раз за разом повторяет она пионерскую клятву. Не сбиться бы, не опозориться перед всей торжественной линейкой. Как стихотворение заучивает она слова клятвы. И пионерский гимн тоже уже выучен. Но надо бы повторить. А как? Все уже спят. Сестра, Танюха, рядом сопит. Маринка шёпотом стала петь «Взвейтесь кострами синие ночи»… Спела всё без запинки. И сестрёнку даже не разбудила. Можно и поспать.
Ох! — вскинулась Маринка. А галстук?! Красный, шёлковый! Не помялся ли, ровно ли висит на спинке кресла? А белый фартук? На месте? Встала Маринка, прокралась на цыпочках в большую комнату, проверила всё ли по своим местам.
Уууф…Уснула девочка. Завтра — трудный и радостный день.
Все ученики собрались на торжественную линейку. Председатель пионерской дружины Наташа Петрова громко скомандовала:
— Школа, внимание! Равняйсь! На знамя — равнение на середину! Смирно! Знаменная группа под дробь барабанов внесла знамя Пионерской организации.
Маринкино сердечко то громко стучало, то камнем ухало вниз. Как сквозь вату слушала она команды председателя, а думала совсем о другом. Вот-вот, сейчас, ещё немного и ей повяжут красный галстук — долгожданный символ пионерии.
Клятва произнесена, гимн спет. Знаменосцы вынесли знамя. Линейка окончена. Всех распустили домой, ради такого праздника ребятам даже домашку не задали.
Вышла Маринка на улицу, осмотрелась  вокруг. Холодновато, и снежок запорошил. А так хочется, что б все видели, как на Маринкиной груди развевается алое пламя пионерского галстука. Расстегнула Маринка пальтецо. Так точно все увидят, что она теперь не просто третьеклассница, а самая настоящая пионерка!
Идёт по улице, здоровается со всеми. Радостно ей, что встречные прохожие поздравляют её с таким знаменательным событием.
И вдруг видит Маринка, что из калитки её дома выбегает Буран — их собака.  Бежит и цепь за собой волочит. Оторвался, хулиган лохматый. Отец строго-настрого наказывал Бурана не отпускать: ценная собака, охотничья чистокровная лайка. Украсть могут. Бросилась Маринка за ним вдогонку. А Буран почувствовал свободу и давай носиться по дороге, по поляне, по лужам. Бегает, хватает летящие снежинки. Весело ему, хвостатому. А вот Маринке совсем не весело. Как же быть? С одной стороны — парадная форма, чистые сапожки, галстук новенький. А с другой — неугомонный Буран, которого во что бы то ни стало надо поймать и привести домой до прихода отца. Некогда раздумывать Маринке, кинулась она за собакой, не разбирая дороги. Куда собака, туда и она. Буран — в чужой огород, и Маринка за ним. Он — в сухие кусты полыни, и она туда же. Бежит, лает радостно, заливисто, будто приглашает Маринку в догонялки поиграть.
Вот бестолковый пёс! У него ведь целых четыре ноги, а у Маринки только две. Нечестные какие-то догонялки получаются.
Забежал Буран на маслозавод старый, запутался цепью в стойках. Тут его Маринка и поймала:
— Пойдём домой, горе луковое!
Чтобы пёс снова не сбежал, намотала она цепь на руку покрепче, не подозревая, какую неприятность это ей принесёт.
Вывела Маринка Бурана на дорогу. Снег падает и тут же тает. Слякоть под сапожками хлюпает. Отвлеклась Маринка, утратила бдительность, а Буран тут же этим воспользовался. Рванулся из рук, сильно дёрнув за цепь. Не устояла Маринка на ногах, упала прямо в грязное снежное месиво. Бежит Буран, а за ним следом Маринка по земле волочится. Отпустила бы его, да не может — цепь на рукаве намотана. Так и тащила бы лайка ещё неизвестно сколько плачущую Маринку.
По дороге Саня с Витьком со школы шли, увидали он весь этот кошмар, кинулись наперерез. Схватил Саня Бурана за ошейник, а Витёк цепь с руки Маринкиной размотал.
Ревела Маринка во весь голос — белый фартук стал чёрным, сапоги все в грязи, цепь протёрла рукав пальто, нитки вылезли и топорщились. На руке —огромный синяк и ссадина. Но самое горькое горе — это то, что оторвался кусок у красного пионерского галстука, который только утром повязали Маринке старшие товарищи-комсомольцы. «Как повяжешь галстук, береги его!» — сказали они. А Маринка не сберегла. Измазала и порвала. Что теперь делать? Как идти завтра в школу? Как смотреть в глаза своим одноклассникам? Не скажешь же им, что собака во всём виновата.Этот галстук не зашить, а нового больше негде взять.
Как всегда, Саня пришёл на помощь:
— Возьми мой галстук, а я со значком похожу. А потом папа из Архары новый тебе привезёт.
Отмыла Маринка сапожки, отстирала рукавички, намазала мазью синяк на руке.
Родители не стали ругать её за испорченную одежду. Пожалели, поздравили с её маленьким праздником. Отец потуже закрепил цепь на Бурановой будке.
Всё вроде наладилось, но даром для новоиспечённой пионерки катание по мокрой холодной земле не прошло. Поднялась у Маринки температура, и зуб разболелся. Ноет, проклятый, никакого терпения нет. «Вот вырасту, — мечтала Маринка, — и стану самым лучшим в мире стоматологом. Буду лечить всем детишкам зубы, чтобы не болели, как у меня».
Но про стоматолога — совсем другая история.