Рассказ Числа Глава 3. Восемь

После приезда цирка Марс стал другим. Если посмотреть со стороны, казалось, ничего не изменилось. Каждый вечер высокие горы на горизонте становились чёрными, когда солнце пряталось за ними. И те же звёзды освещали ночной город,  бесконечно далёкие и такие близкие.
Но дети стразу почувствовали перемену. Они многое замечали, только не говорили взрослым. Марс перестал быть тихим. Но, странным образом, тишина всё равно осталась. Раньше она была пустой и тягучей.
Она была похожа на огромную комнату, где кто-то выключил свет и оставил одного человека слушать собственное дыхание. Теперь же эта комната всегда была наполнена чужими звуками. Это был равномерный гул электронных механизмов, громкая речь службы оповещения или металлические удары машин. Каждую ночь где-то за городом работали новые заводы.
Иногда звук становился сильнее, иногда слабее, но никогда полностью не исчезал.
Став настолько привычным, что через некоторое время люди перестали его замечать. И наверное поэтому стал похож на новую тишину. Тишину из повторяющихся одинаковых звуков.
В тот день брат записал в дневнике:
«Раньше Марс был молчалив, как грозный великан. Теперь он говорит одно и то же каждый день, но никто его не слышит».
Сестра позже добавила:
«Иногда шум может быть такой же пустой, как и тишина».

****

После того как клоун стал мэром, он продолжал выступать. Его лицо появлялось на больших экранах возле центральной площади и на маленьких панелях в каждом доме. Он улыбался и говорил уверенно о мире.
— Мы ближе к нему, чем когда-либо, — любил повторять он. — Нужно немного потерпеть и быть едиными. Нужно сделать всем вместе ещё один маленький шаг...
И люди слушали. Они верили ему, потому что хотели верить. После стольких лет страха каждому хотелось услышать, что конец трудностей уже близок и все жертвы были не напрасны.
Но дети замечали другое. Они видели, как рядом с плакатами о мире появлялись новые охраняемые территории. Как на окраинах города строились новые огромные здания. Они знали, что там производили не игрушки и не инструменты для теплиц. Даже не машины для очистки воды и воздуха. Оружие...
Дядя вскоре начал работать на таком заводе. Сначала он долго отказывался.
— Я всю жизнь ремонтировал водные системы, — говорил он вечером за ужином. — Я не понимаю, зачем мне теперь делать другое.
Но через несколько дней он всё-таки согласился. И сделал это не потому, что хотел, а потому что все пошли.
— Город нуждается в нас, — сказал он детям.
— Но разве городу нужна только война? — спросила сестра.
Дядя грустно посмотрел на неё и хотел сразу ответить.
А потом устало улыбнулся и сказал:
— Это ненадолго родная, скоро всё наладится.
Тётя тоже стала работать. Она раньше выращивала растения в одной из городских теплиц. Знала каждый куст, каждый росток на своем участке и могла определить по цвету стебля каких минералов не хватает растению. Теперь же собирала детали на конвейере вместе со всеми.
— Это временно, — сказала она однажды, когда дети пришли к ней.
— А когда всё закончится? — спросил брат.
Тётя посмотрела на движущуюся ленту за окном цеха. Лента двигалась медленно и монотонно, не останавливаясь ни на минуту.
— Тогда мы снова будем выращивать цветы, — ответила она.
Но дети заметили, что сказала она это неуверенно и сразу отвела взгляд.

Вскоре почти весь город начал работать на заводах. Кто-то собирал детали и перевозил материалы. Кто-то обслуживал машины. Всем находилась работа. Каждый день люди уходили утром и возвращались поздно вечером. Они уставали и жаловались дома друг другу. Но потом привычно повторяли:
— Ещё немного.
— Скоро всё закончится.
И шли спать, на время забывая про свои тревоги.

Брат и сестра вечером поднялись на смотровую площадку купола. Оттуда город напоминал огромный искусственный механизм. По дорогам двигались транспортные капсулы, а в промышленных районах горели огни. Вдали бесконечно мерцали линии заводов.
Сестра долго смотрела вниз.
— Тебе не кажется, что всё вокруг стало похоже на тот цирк?
— Почему?
— Там тоже были огни.
Брат подумал.
— Но там люди хлопали.
— А здесь они работают.
— Может, разница только в том, что тогда они смотрели на представление, а теперь участвуют в нём.
Они одновременно замолчали и долго ещё смотрели на своей город.
Ветер за куполом поднял красную пыль и она медленно закрутилась по равнине, словно огромная спираль или змея.
В тот вечер они сделали новую запись.
«Восемь».
Брат написал:
«Восемь, как два круга, которые встретились и не смогли разойтись».
Сестра дописала:
«Восемь похожа на дорогу, которая никуда не ведёт».
Потом они нарисовали рядом перевёрнутую восьмёрку, которая стала похожа на знак бесконечности...

Через несколько дней к детям обратились представители завода. Они пришли прямо в школу.
— Вы уже достаточно взрослые, — сказал один из них. — Город строит своё будущее и каждый должен помогать.
— А если мы не хотим? — спросила сестра.
Мужчина улыбнулся.
— Многие поначалу не хотят.
Он сказал это так привычно, будто слышал этот вопрос сотни раз и так же ответил на него.
— Потом понимают свою ответственность.
Брат серьёзно посмотрел на сестру. Они ничего не ответили, только вечером не пошли домой, а побежали в своё тайное место. Туда, где среди заброшенных складов стоял разбитый книжный шкаф.
Это было их место, где никто не говорил им, кем они должны стать и где на пыльном полу их ждал старый дневник.
На первой свободной странице сестра написала:
«Восемь. Когда долго ходишь по кругу, можно забыть о том, что хотел найти впереди».