Волшебник

Был у нас один чел. Желания исполнял. Мы поперлись к нему через весь город. Хотели, чтобы он наши желания – махнул и все, готово. А он условия. Ну что условия не самые… Можно и с условиями.

"Так, так, все с начала", - как говорил у меня деда, когда я ему пересказывал фильм. – Там это, он того, а эти бритые из-за поворота. И я пересказывал, усыпляя его. Но не про деда речь. Дед тут совсем ни при чем.

Есть у меня друг. Фильчиков. Филин. Рост – на голову выше, взгляд как у тропической пальмы – никакой. Холод и тишина. Ему ничего не надо. Все у него есть. Мамка с папкой ни в чем не отказывают. Захотел - все. Однажды в Париж на полчаса летали. Захотел селфи на фоне мыслителя. Поспорил в контакте с одной подписчицей, что к утру сделает фотку у Родена. Сделал.

А кто засыпал письмами офис «Лего», чтобы придумали что-нить свеженькое. Хотя получив новое, он вздыхает – было. Пару лет назад, в мае выходил ограниченный тираж. Меня-то не проведешь. 

Я ему. Ну что-то же ты хочешь? Нет, говорит. Ничего. Все могу, все умею, все есть. Вырасти разве? И то как-то без желания. Филин и все тут.

У меня желаний было до кучи. И новый велик с двухподвесной системой для крутых спусков, и электросамокат, и макбук, и на Байкал, чтобы сделать селфи на закате.
Там такие закаты… 

У Филина Париж, а мне… бы на Байкал. Папка там служил, ни вечера не обходится без его рассказов про рыбалку или острова Малого моря, мыс Хобой, как они купались при температуре 10 выше ноля. Даже мама удивляется и кусает губы, а уж маму удивить надо в лепешку порой.

И это еще не все, что я хочу… только начинаешь думать и воображение ребенка трудно остановить.

Облететь мир на воздушном шаре, побывать в племени в долине Омо в Эфиопии, спуститься на глубину без акваланга, создать бизнес по детским интересам (нам же детям постоянно что-то надо, часто скучно и некуда руку и голову приложить), попрезидентствовать пару дней (не больше!), купить квартиру на самом высоком этаже и спускаться оттуда на парашюте, во дворе завести жирафа, тигра, слоника, такой маленький зоопарк. Да, еще хочу вечную жизнь, не взрослеть, чтобы не вырастала эта противная борода. Хочу быть сильнее всех, мировую известность, собственный кинотеатр и получить возможность снять собственный фильм. Конечно, полет на Луну, подружиться с кем-то ОТТУДА. И еще очень хочется понимать язык всех животных, и говорить тоже.

Конечно, большее из того бред сон и фантазия, но есть ГЛАВНОЕ, ради чего я готов на время сдвинуть список… Больше все хочется, даже больше чем полет в космос и изобретение телепорта, это вернуть авторитет, который однажды был потерян.

О чем это я? Сейчас расскажу.
 
Вызвала меня училка по истории. Огромная тетка с острым морковным носом. Ухмыльнулась, мол, сейчас развлечемся, и стала  допрашивать (читай «издеваться»). Только ничего-то я не знал про раскопки славян и про утварь, разные украшения, что когда-то носилось.

Я сказал, что не понимаю этих копателей старины – всю жизнь копать, в земле ковыряться, как садоводы-огородники, находить черепки от кувшинов и тарелок, ржавые булавки, гвозди, подковы и визжать от радости, если пуговица оказалась от мундира не 19-го, а 18-го века. Тоже мне счастье. Зачахли эти археологи в пыли, не видят дальше собственного носа.

Нет, города искать это, конечно, совершенно другой уровень. Скальный город Петра в Иордании, высеченный в горах, затерянный город инков Мачу-Пикчу, сколько белых пятен в глиняных холмах Месопотамии и затерянных городов в джунглях. 

Но и это тоже тупиковая история. Друзья мои (я так и обратился ко всему классу - посмеялись, конечно), если честно, чего копать вниз, нужно строить вверх. А то, как у нас получается, чтобы выкопать старый городишко, нужно снести часть нового. Это куда ж годится.

Дернулся же у меня язык, чтобы такое ляпнуть. Все мое желание всем и все доказать. Если есть мнение, чего молчать? Вот она меня и прищучила по всем параметрам. Что из меня ничего путного не получится, потому что я ничего не хочу, чтобы мы с Филином (конечно, она его Фильчиковым назвала) бездари и таким учиться нет смысла, потому что все что ни говорится, в одно ухо влетает, в другое вылетает. А я поставил точку. Жирную. Сказал: «Повторите. Потому что у меня в одно ухо влетело, а в другое…». И она тоже припечатала: «Зря ты так со мной… пожалеешь»

Скажете, ерунда на масле. Бояться училку. В школе можно бояться пауков под лестницей, скользких ступенек и старшаков, что курят на заднем дворе. Но училку, которая мнит из себя профи по всем наукам точно не стоит. 
 
Просто училка по истории была в десятке самых сложных. Она требовала с нас как со студентов, и только мы с Филином ее не хотели слушать… первый потому что ему было скучно, а я наверное в силу своего неуживчивого характера. Да ну и конечно:

- Чего она нас унижает?

Все боялись исторички, и даже директор старался лишний раз с ней не встречаться, потому что требования порой перетекали и на него. Нас вызывали к нему и мы кивали, что сделаем все возможное, чтобы это больше не повторилось, а он «Вы уж постарайтесь».

Да, она была сестрой там какой-то очень высокой шишки. А так как шишки сыпались в нашу школу часто по причине ремонта, закупки оборудования, то терять такого человека было бы непростительно. И все терпели.

А тут мы. Отличились. 

И чтобы вернуть былое равновесие, я действительно, не знал, как дальше действовать. И это был не Байкал… не самокат со всеми хитростями и даже не покусанное «яблоко», которое мне снилось.

Но вы скажете волшебник. Какой такой волшебник? Не бывает! А нет, тут правда. Дело в том. В общем как все это произошло. Попытка начать. Дубль два.

Жили же мы как-то раньше без волшебников и жили бы дальше. Но это как в детстве – пока не знаешь вкус сладкого, нормально, а как вкусил сладкую вату, все родичи, не уйду, пока не перемажусь.

Появился он в третьем классе. Белкин. Чел как чел. Ходит, умничает немного. Мир разделил. Весь класс поделил. Сперва с ним пытались спорить.

- Все разные, - ответил он.

- И?

- Все что-то хотят. Хочешь учиться, учись, нет - тоже полно вариантов. Не хочешь слушать учителя, добро, отрабатывай свою позицию. Нечего сказать - сиди и помалкивай. 

Это он про нас. Точно. Припечатал так припечатал! Хуже двойки!Это наше «И?» было. Рядом еще Брыков стоял. Тот вяло смотрел в окно или стекло, где притаилась раздавленная муха. 

- А ты что хочешь? – спрашивает у него.

- Че-го? – отреагировал он не сразу.

- Есть у  тебя желание?

- Есть хочу.

- И все? Нет, ты не про сиюминутное, а такое, что может изменить твою жизнь.
 
На Брыкова было страшно смотреть. Хорошо, что весь класс его не видел.

- Хочу все знать. А то меня все достали.

Да, тугодум он был еще тот. Стоит и хода мыслей не прощупаешь – наверное, потому что там никакого хода и нет. 

- Все знать?

- А я что хуже всех? Это блин тебе нормально, когда вызвали, нужно уравнение с неизвестными и тебе, как два пальца.. Или когда ты встречаешь Катюху, ей бы че-нить оригинальное шепнуть, чтобы остановилась, глазками сверкнула, вот бы в компании…

- Оно тебе точно надо?

- От кого мне справку принести, чтобы ты поверил? Я ему тут откровения, а он мне иголки под кожу.

Иголки под кожу наверное очень больно. Правда, чего он его? У Брыкова итак жизнь со вкусом горчицы. 

- Ну, есть у меня одна прога, - сказал Белкин. 

Что? Брыков ухмыльнулся и в окно снова. Там лучше.

На следующий день приходит, отводит Брыкова, что-то ему говорит. Брыков слушает. Внимательно, как никогда ни одного учителя не слушал. Смотрим, через пару дней он с Катюхой общается. И та улыбается, ей даже интересно, что он там ей плетет.

Потом на уроке по истории удивил – рассказал заданный параграф чуть ли не в слово слово и даже на дополнительный вопрос ответил. Мы в шоке. Брыков же для нас был безнадежен.

И слава разнеслась по этажам и коридорам.

Сперва он просто был для нас – Белкин и все тут. Потом стал Умников, а теперь Волшебник. Не больше не меньше.

Потом состоялась драка. Слабака Рязанова и  Головы. Голова был крепким, как крепость, имел разряд по боксу и внушал страх даже парням из десятого. А физрук его уважал и конечно немного сторонился. А тут Рыков, который дышать при нем боялся, вызвал того на бой. Тот посмеялся, но отказываться было бы глупо. Собрался класс, девочек было больше. Все ждали яркого зрелища. Что и пооучили в итоге. Рязанов свалил Голову. Да так профессионально! С двух ударов. Я был уверен, что накануне состоялся разговор: 

- Хочу завалить Голову.

- Есть у меня одна прога…

Прога? Что это?

Ведь уделал. Результат лежал, злой, как черт, распухший, не желающий делать рывок. Потому что когда видишь перед собой мышцы и вес, понимаешь, а тут непонятно откуда такая силища. Волшебство и все тут.

Белкин ходил и хитро улыбался. В столовой сидел за столом один – его немного боялись. Боялись сказать  лишнее, подходили, когда действительно что-то нужно было. Он отвечал, а потом происходило чудо.

Прошло время, неделя или две, как Вика приняла приглашение Толика Горнштейна пойти в театр. Толик был не то чтобы непопулярный. Его игнорировали все. Он не был туп, как Брыков или Голова.  Напротив, он был начитан, знал разные факты, например, то, что в Индии 50 миллионов обезьян, только это ему не слишком помогало. Но тут Вика, модель, с глазами и ногами держала его за руку и улыбалась, как могут улыбаться парочка влюбленных. Вот блин…

Волшебник хитро смотрел. Ел курицу. Мы с Филином давились гречкой, ожидая, кто будет следующим.   

- Может быть, давай подойдем?

- Знаешь, я тебе не говорил, но есть в нем что нечистое. Как в омене, ребенке-дьяволе. Сперва он тебе желания исполняет, потом у тебя здоровьем берет.

- Ну, ясно. Оно тебе не надо. Вот и несешь бред. А мне вот как нужно уладить отношения с историчкой. От этого напрямую зависит цельность модели по выдаче карманных денег. 

Но я не успел. Просекли старшаки из «г» класса». Окружили, забросали вопросами, не подойти. Думал, смогу найти время, но потом такой ажиотаж начался. Сарафанное радио сделало свое дело.

Но тут он не пришел. День, два. Третий пошел. Народ заволновался. К хорошему быстро привыкаешь. А то! Чуть какая проблема, не беда - есть человек, который всегда сможет помочь.

Я сразу понял, что это знак. Зашли в учительскую, узнали адрес Белкина, сославшись на то, что мы его проведаем, отправились через весь город.

- Чего я с тобой поперся? - ворчал Филин. Он за пределы Садового кольца редко выезжал. В Париж – запросто, а вот в сторону Отрадного зачем?

- Сделаешь фото у метро. То-то подписчицы удивятся. Филин на окраине. Это ж даже крепче Европы.

- Да и в гостях у этого кудесника можно, - продолжил развивать мысль Фильчиков. -  Он такой выйдет к нам в этой мантии со звездами, я с ним селфик. Ну, ты меня убедил. 

Дверь нам открыл сам Белкин. На нем не было волшебной мантии. Он был одет по- домашнему – спортивный костюм, тапочки. Он не слишком удивился, что мы пришли. Как будто знал это. 

- Ты чего? – спросил Филин, понимающий, что селфи с волшебником одно, а с болеющим человеком - совершенно другое. – Что у тебя? Простуда? Грипп? Если болеешь сразу скажи, мы пойдем. А то у меня нос очень чувствительный.

Филин хотел уйти. Фотку не сделаешь, а другой причины оставаться он не видел.

- Я здоров. 

- Тогда почему не приходишь?

- Решил отдохнуть. 

- Отдохнуть. Но как?

- Есть у меня одна прога.

- Что за прога?

- Программа значит…

- Программа?

- Да.

- Что за программа?

- На любое желание можно написать программу. Чтобы вы не захотели, все можно просчитать и найти наиболее верное решение.

- Так уж и на любое?

- На любое. Например, захотел я отдохнуть, мне нужна справка о том, что я не могу посещать школу. Вуаля!

И Белкин показывает нам справку, в котором стоит и печать, и подпись каких надо врачей, и диагноз ОРВИ.

- Прога? - шепотом спросили мы.

Белкин кивнул.

Мы одеревенели. По крайней мере, я прилип к стулу, Филин тоже боялся повернуться, хотя ему достался куда более скрипучий стул.   

- А я ждал вас. Вы же единственные из класса, кто не подходил ко мне. Вот думаю действительно счастливые люди. Ничего им не надо.

- Как же не надо? Еще как надо. То эти лбы из десятого, то малявки. Только хочешь подойти, звонок. После уроков от тебя тоже не отлипали. Можно позавидовать, как за тобой девчонки ходят. Им то что надо?

- Извини, про это я сказать не могу. Все, о чем говорят со мной остается между нами. Это важные условия договора - хочешь, чтобы сбылось - молчи об этом.

- Твоя такса? - заинтересовался Филин.

- Извини.

- Что почем? Почем нынче рыбка?

- Я так понимаю ты спрашиваешь, сколько я беру за свои услуги. Ни-че-го.

- Да ну нафик. Это ж верняк. Можно организовать сумасшедший бизнес. Назвать "Белкин и компания. Пришел, захотел, получил" Брать за услуги энную сумму. Ну, я могу с отцом проконсультироваться.

Белкин улыбнулся. 

- Не буду я на этом деньги делать. Мне этот дар бабушка передала. По наследству. Говорила, никогда не бери за это деньги. А то, принесенное добро пойдет не во благо.

Фильчиков тут же вспомнил Омена и шепнул мне:

- Дьявол! Пойдем?

Но я пришел сюда не для того, чтобы убегать от нечистой силы, я даже взял немного денег, предполагая, что вдруг так положено... Я не знал с чего начать.

Белкин предложил нам войти. Он жил в двухкомнатной квартире с мамой. Отца у него не было. 

Он пригласил нас на кухню в шесть квадратов старый совковый гарнитур фисташкового цвета, диван-сундук, на который мы и плюхнулись. Он заварил чай с мелиссой и достал пряники, овсяное печенье и абрикосовый пирог.

- Да, это лучше, чем в школе. 

- Вот я и взял себе пару дней на восстановление. Хотя сегодня чувствую новый прилив сил, что готов слушать. И тут вы.

Мы набросились на печенье, пирог, пили взахлеб чай, и параллельно делились своими сокровенными желаниями. Я про авторитет, а Филин завел арию про свою вселенскую скуку.

- Хорошо, приходите завтра.

- Почему завтра? - заухал Филин.

- Прога требует времени, - догадался я.

- Совершенно верно.

Филин все равно хотел хоть что-то услышать – второй раз переться в эту Таракань ему не очень улыбалось. Он доел овсяное, сьел три куска пирога и выпил три чашки чая. Белкин хорошо подготовился. Есть у него прога для приема гостей.

На следующий день мы все же пришли.

Ночь не спал – это понятно, переживал. Под утро уснул, мне приснилось, как я рву на себе рубашку в лоскутки и кричу «Акуна-матата! Или нет. Акуна-батата… не помню точно. А Белкин убегает от меня и что-то шепчет. Что? Не слышу. Белкин, что ты шечешь? Остановись, подскажи прогу. Прогу!»

Филин сперва не хотел идти, но вероятность того, что есть то, что может внести в его жизнь океанскую волну, резко дрифтануть, победили лень. 

- Есть одна прога, но она тебе не понравиться, - заявил Белкин. Вот так. С места в карьер. - Я искал что-то исключительное… короче, есть условие.

Что? Условие? Так я и думал, что все не так просто. Ладно, чего там. Пришли уже.

- Ты должен извиниться перед ней.  Подойти. Выучить параграф про раскопки Помпей. 

Вот так прога. Тоже мне.

- Все? А что если на больничный ее.

- Тоже ничего…  Только не моя прога. В школе есть Нюх с десятого. Он точно сможет. А в седьмом Лаванда. Если что обращайся.

Не знал, что у нас вся школа чем-то подобным занимается. Волшебники повсюду. Мы отстали от жизни. Я хотел поделиться недоуменным взглядом с Филином, но тот уже уплетал за обе щеки. 

- Но я ищу наиболее безопасный путь решения. Для обеих сторон. Если мы отправим ее в больницу, то что будет после… подсказка. Она вернется. А с ней и отношение к тебе. 

Конечно, он прав. Это лишь отсрочит мой приговор. А я буду просто бояться, пока ее будет заменять кто-то другой. 

- Ты что с ней говорил?

- Конечно. Для того чтобы найти исключительную прогу, нужно выполнить ряд этапов, в том числе и разговор с объектом. 

- Ты говорил обо мне?

- Обижаешь. Разговор для выявления ее особенностей. Не волнуйся, разговор был исключительно на предмет истории.

Филин наслаждался пирогами и… конечно переел. Как Винни в гостях у Кролика. И перед выходом надолго застрял в туалете.

- Ты что есть пришел?

- Надо же как-то компенсировать дорогу…

Мы вышли, сказав спасибо. А он мне на прощанье «Придется повторить». Что повторить? О чем он? Все же странный чел. Как мы без него жили? Да и Филину что-то шепнул. Тот как-то завял сразу. 

Филин молчит. Ну что? Молчит.

- Что он сказал?

- Я не могу.

- Да ладно скажи.

- Он мне сказал, чтобы я записался на три секции и по возможности меньше бывал дома. 

Вот так волшебство. Нет, вы чувствуете, что это не совсем то, что в книжках про чудеса и в фильмах со стомиллионным бюджетом. Но ведь результат – есть.

Я попробовал. Подошел к историчке. Выбрал правильный момент. Когда у нее было окно. Извинился, назвал ее по имени-отчеству. Извинился... что я был не прав, что понимаю, как важна история для нашего поколения, что мы должны знать ее, как отче  наш...

...И сработало. Сперва училка не хотела меня слушать, но я вспомнил про «повтори…» и повторил. Тогда она как-то расположилась и выслушала всю прогу, что была расписана Волшебником.

А в этой проге... простите, но я не могу говорить об этом. Таков договор. 

Но главное же... получилось!

Все же он Волшебник. Как ни крути. Да, заморочно, но выходит.

А Филин так и не решился.

- А мне уже не скучно, - говорил он, хотя, честно говоря, по зеванию он был первым чемпионом класса, а то и школы.